Запах цитрусовых

pov Аня Я почти неслась в обратную сторону, обходными кривыми переулками, чтобы не дай бог! Не дай бог не столкнуться с Егором по пути! И злюсь, и смущаюсь, и вообще мне как-то тошно. За каким лядом целовать-то надо было? Хоть бы спросил! Да и вообще! Когда это началось? — Алло, — послышалось наконец в телефоне, вместо долгих гудков, — Кхм… — какие-то непонятные шорохи фоном, — Что такое?.. — Ты знал, что я Егору нравлюсь? — начала я сразу с немного детской претензии, не подумав, что он, на самом деле, мог и не знать об Егоровых чувствах, — Филя, я тебя спрашиваю? — Полегче на поворотах, женщина, — обалдел он от моего тона, — Что случилось-то? — Ты где? — не хотела я рассказывать по телефону, — Как обычно у жениха своего? — не могла я перестать злиться. Хотя на что я всё-таки так сильно злюсь, я не до конца понимала. — Успокойся, телефон сейчас загорится, — а ему всё смешно, — Да, у Матвея сидим. — Я сейчас приду, — прозвучало как угроза, после чего я сбросила трубку. Наверное, это было грубо. Особенно нестись туда без приглашения. Ну, ничего! Я вот вечно им помогаю, теперь пришло время, как настоящие друзья, отплатить той же монетой! Не обнищают. Я резким шагом уже завернула в знакомый двор, угрюмо топая по гололедице. От неуклюжего падения по скользкой дороге меня, видимо, оберегала сама злость. Потому что так уверенно идти в спешке и не поскользнуться — казалось восьмым чудом света. — Какая у него там квартира?.. — хмурилась я в грязный домофон, — Пятьдесят восьмая?..

Анна Алексеева 20:44

Какой номер квартиры? И этаж?

Филипп Савельев 20:46 57, 5 этаж Набрала нужную квартиру. Звоню. Ответили почти сразу. — Кт… — Я! — уверенно сказала я в динамик, наготове открывать дверь, — Аня. Подъезд пиликнул. Господи еще и выгляжу как сорока на ярмарке! Не то что совсем с перебором, но нафига было так наряжаться? — Надень это, это и это, — копошилась Света в своем шкафу, после моего прихода к ней за советом, — Это будет самое то! Я тебя уверяю, Анютка! Вид в зеркале лифта еще больше раздражал. Особенно после того глупого поцелуя. — 5 этаж, — оповестил меня женский механический голос. Ну дверь-то я помню. Нашла глазами не задумываясь. — Это я… — постучала в дверь, чувствуя, что немного успокаиваюсь от усталости, — Аня. Ключ в замке повернули и дверь открылась. — Боже… — поникла я окончательно, жмуря глаза в кулак от неловкости и стыда. Я совсем забыла что он тоже тут живет. — Пустая моя головушка… — истерично хмыкнула я, делая глубокий вдох, — Вы извините меня, что я без приглашения, — пришлось поднять голову, чтобы не выглядеть еще более нелепо, — Я что-то сдуревшая сегодня немного… — Все нормально, заходи? — выглядел Рома слегка растерянно. Видимо и на звонок в домофон он же отвечал. Поспешила я с выводами о своем настроении. Поднялась новая волна раздражения, но уже от того какая я тупая в последнее время! — Благодарю, — съежилась я, чересчур агрессивно скидывая с себя ботинки на небольшом каблуке, — Извините еще раз… — шмыгнула я мигом к двери нужной мне комнаты. — У тебя что-то случилось? — конечно же не смог он устоять от этого вопроса. — Все нормально… — усмехнулась я нервно, дергая ручку, — Не переживайте… Наконец я спряталась в комнате, измучено сутуля спину. — О, Анька пришла! — прозвучало радостно с кровати, где блаженно валялись счастливые и влюбленные, совсем не обремененные проблемами в личной жизни, Филипп и Матвей. — Привет, что у тебя случилось? — поставил хозяин комнаты фильм на паузу. — Я… — начинала я опять закипать от возвращения к теме своего негодования, — Да я! Лицо у двоих резко перекосило на шок. — Я вообще не понимаю! Нахрена было меня целовать! — пробило мою дамбу спокойствия, — Кто вообще целует других без разрешения? Филипп громко фыркнул воздухом, продолжая таращить глаза, но уже как будто с неким удовольствием от происходящего. — Я сейчас в тебя что-нибудь кину, — предупредила я, что совсем не в духе, если еще вдруг не стало ясно. — Хватит ржать, — пихнул его Матвей в бок, смерив многозначительным взглядом, — Кто тебя поцеловал без разрешения? — обратился уже вновь ко мне. — Дьячков! — Ну, на самом деле неудивительно… — прозвучало неловко от Соколова, — Видимо совсем отчаялся парень. — Я не поняла, то есть, по-вашему это нормально? — офигела я от его реакции, начиная озадаченно топтаться по комнате, — И почему все всё знали, кроме меня? — Ань, Ань, — встал Матвей с кровати, подходя ко мне, — Ты успокойся, присядь, — и усадил меня на стул рядом, — Может тебе и неважно было об этом знать? — заглянул он мне в глаза, успокаивая. — Я вообще не догадывалась… — было стыдно мне признаваться, что я такая непонятливая, — Я вообще не рассматривала его в таком ключе… — И что, это плохо? — присел он на корточки передо мной, — Ты не виновата, что ты не знала и не ожидала, вообще-то у людей есть рот, чтобы говорить о подобном. — Вот-вот, — наконец вклинился Филя, относясь уже более серьезно к теме, — Не стоило ему так делать. Злость сменилась обидой. Зачем он это сделал?.. Почему не сказал о своих чувствах прямо? — У меня такое ощущение… — продолжала делиться я накопившимися мыслями, — Что это всё было ужасно неправильно. — В смысле? — Ну знаете… — пыталась я точнее сформулировать, — Блин, как будто… Как будто ему не особо интересна сама я, или что я думаю, — вдруг осознала я с некой грустью. — Ты чувствуешь, что все это как-то неискренне? — помогал Матвей мне думать, — Типо, набивает себе цену? — Я не хочу сказать, что у него плохие помыслы, — уточнила я, — Просто, я не чувствую, что это всё было как-то по-настоящему… В голове прокручивался весь сентябрь. Все наши встречи, все наши разговоры. И, если так подумать, то можно было заметить его отношение ко мне. Просто… Почему-то я этого не сделала. Даже когда он сводил меня в ресторан. Наверное, мне все это время хотелось верить, что это не больше, чем дружеские жесты. — Я чувствую себя сейчас какой-то золушкой, — щелкнула я пальцами, наконец подбирая нужное определение, — Не знаю, почему. Как же туго варила голова. — Я понял, понял, — тоже приподнялся с кровати Филя, — Он к тебе относится как к типичной девчонке, тающей от одного комплимента и розочки, но совсем не задумывается о том, нравится ли тебе это на самом деле, и поэтому ты чувствуешь себя не в своей тарелке, и вообще не осознавала особенного отношения, потому что особенное отношения для тебя не те действия, которые он применял по отношению к тебе, — вывел друг свой вердикт на одном дыхании, разводя руками, — А бесишься ты так, потому что внутренне, твоя головушка, расценила этот поцелуй, как обесценивание тебя, как личности, ведь ты тоже не дура, и хотя бы на бессознательном понимала какой он тебя видит или хочет видеть?.. И, поэтому, все это вылилось в жесткое нарушение твоего личного пространства, и даже оскорбило тебя, потому что срать ты хотела на Егора как на мужчину, и явно не ожидала от него такого резкого недружеского жеста. И теперь тебе непонятно, какого хрена он вообще посмел ручонки свои распускать, и вешать на тебя свои ожидания. Зеленого света ведь никто не давал? Мы с Матвеем как-то одновременно обалдели от неожиданной скорости его анализа. Так и еще такого точного. — Нифига себе мы можем? — удивился Соколов, поворачиваясь к нему. — А вы что думали, я тупой что ли? — вальяжно раскинулся друг на кровати, — Я прекрасно улавливаю суть проблемы, — закатил он глаза, — И вообще, скорее всего, да простит меня Егор, для него добиться тебя — скорее дело принципа, нежели желание действительно слезно завоевать, построить семью в любви и радости, и наклепать детишек. — Ну, это ты уже загнул, — нахмурился Матвей, усмехнувшись, — Он же не совсем дурак какой-то. — Вот вы сидите и думаете, что у меня ветер в голове, и мне смешно, — настаивал Филя, с напускным отвращением кривя лицо, будто мы дурачки какие-то — А я вас всех как облупленных вижу. — И что ты хочешь этим сказать? — вздохнула я тяжело, загрузившись еще больше. — Нет, Егорка точно не гад какой-то, — продолжил Савельев, — Он просто перфекционист, — и зевнул, сладко потягиваясь, — Конечно он хорошо относится к Ане, я вам больше скажу, для него она — непостижимая мечта! — Чего? — скривила я улыбку в недоверии. — Ну вы сами подумайте, — сел он деловито, скрестив руки, — Разве Анька с Егором уживутся в паре? Мы с Матвеем вообще не улавливали о чем он говорит, но внимательно слушали. — Ему наверняка кажется, что Аня невинный ангел спустившийся с небес, которого можно пригреть, залюбить, и будет всем рай в шалаше, — развивал Филипп свой монолог, — Я тоже по началу так думал, но Аня-то не такая, — хмыкнул скептически, — Я думаю тут у него отношение к тебе как к пробнику по егэ — нихуя не понимаю, но очень хочу написать на сто баллов. Меня прорвало на смех от этой умной дискуссии. — Пф-ф, — прыснула я кулак, не сдерживаясь, — Филя, ну тут ты точно загнул! — Слушай, а мне кажется, в этом есть смысл, — выглядел Матвей прозревшим и от того удивленным, — Ты не замечала ничего такого? — Да ну… — не могла я поверить в сказанное, — Вы серьезно? — Да, я серьезно Анечка, — подошел Филипп к нам, возвышаясь, — Я Егора хорошо знаю. — Не замечала? — закивал Соколов, вопросительно смотря на меня. — Я думаю тут у него отношение к тебе как к пробнику по егэ — нихуя не понимаю, но очень хочу написать на сто баллов. Нет, он, конечно… Старался мне понравиться, как я понимаю, но… Не настолько же? — Единственное, что меня всегда смущало, так это то, что он очень часто принимал общие решения, не спросив у меня, — пожала я плечами, — Не знаю, считается ли это. — Анечка, включи голову, — застонал Филя нежно, — разве это не подтверждает всё вышесказанное? — Нет? — всё равно не понимала я. — Ты ему нравишься, — объяснял уже тезисно друг, — Но он тебе нет. Но у Егора определенно какой-то комплекс неполноценности что ли?.. — задумался он, — Короче это все неважно! Егору нужно чтобы у него все было идеально: оценки, девушка, достижения, признание, и тэ-дэ и тэ-пэ. — Так?.. — Он такой: о боже, она такая красивая, умная, классная, ля-ля-ля, но такая непокорная! — разыгрывал театрально Филя, с важным лицом, — Но грех упускать такую замечательную девочку. Ты что! Я же обосраться какой классный буду, если у меня еще и девушка будет спортсменка, красавица и комсомолка! Я же таким буду классным, если еще устрою ей, своими же руками, жизнь якобы лучше, чем у нее есть сейчас! И я счастлив, и она! — крутил он рукой, пытаясь вызвать во мне толику понимания, — Вот поэтому и ведет он себя как базированный альфа-самец, не задумываясь чего ты вообще хочешь, и, получается, что это всё так, фигня какая-то… — выжидающе на меня смотрел Филипп, — Ну, догоняешь? — И ему наверняка кажется, что такой парень и такое отношение — мечта каждой девушки, и ты, видимо, не исключение… — добавил Матвей. Начало доходить. Но столько информации я не переварю за раз, уж извините… — Разве можно так с другом?.. — вдруг стало мне неудобно, что он так откровенно мне его «разрекламировал». — Ой, Ань, — махнул он рукой, — Я тебя умоляю, чем раньше он обосрется в своей этой позиции идеального для других человека — тем ему лучше будет, уж поверь, — забавно хмурился Савельев, явно устав вести этот разговор, — Он хороший паренек и друг, просто немного заблуждается в том, как мир построен, вот и всё. — Ладно, — усмехнулся Матвей, поднимаясь с пола, — Ты просто в следующий раз не давай никому себя целовать без разрешение, вмажь сразу, — прозвучало заботливо. Наверное, они оба правы… Надо будет обязательно поговорить с Егором. Не хочу, чтобы между нами было такое сильное недопонимание… Он же точно не со зла так себя ведет. Просто… Немного ошибся во мне. Все же мы иногда ошибаемся в людях? — Я откровенно заебался, — прозвучало искренне и твердо, — Слишком много пиздим мы с вами в последнее время, может уже научимся читать мысли? — с надеждой прозвучало от Филиппа. — Все, успокойся, — потрепал Матвей его по волосам, открывая дверь, — Предлагаю поесть чего-нибудь. — Закажем пиццу? — воскрес друг от собственного предложения, резко разворачиваясь в дверях, — А то от вашей психологии по душам у меня желудок щас самоуничтожится… — Давай-давай, — нежно пихал он его в сторону кухни, — Чем быстрее сядешь, тем быстрее поешь. Милые они, конечно. Ну а я… Выжата как лимон. Слишком о многом предстоит подумать.

***

Поздновато что-то уже. А еще даже пицца не приехала. Папа будет злиться, а мама переживать. Уже нет смысла возвращаться так поздно, лучше отмазаться кем-нибудь. А то еще разбужу всех… Поссоримся еще. — Слушайте… — налила я себе еще чая из стеклянного заварника, — Вы сегодня все здесь ночуете? — хоть мы и близкие друзья, было немного неловко спрашивать такое. Не хотелось навязываться и мешать их идиллии. Еще и с Романом Андреевичем просыпаться в одной квартире. Но… «Мам, я переночую в гостях у Филиппа, смотрим фильм» сработает лучше, чем «Мам, я у Светы Цветковой.» Про Свету я еще ей не рассказывала в подробностях… — Филь, ты у меня ночуешь? — ткнул его Матвей легонько пальцем в плечо, призывая обратить на нас внимание и отлипнуть от экрана с доставкой. — Да блин, чего он так долгое едет? — буркнул Филя, раздраженно откладывая телефон на край стола, — Да, у тебя, если можно. Матвей пожал плечами, с усмешкой закатив глаза. Думаю, он и не ожидал ничего другого. — Как видишь, да, — вернулся он к моему вопросу, — Хочешь тоже оставайся, места много, завтра воскресенье. Храни боженька проницательность этого человека. — Спасибо, — окончательно расслабилась я, — Читаешь мысли. — Если я буду круглосуточно только с Филиппом, мы скорее всего сойдем с ума, — встал Матвей из-за стола, забирая грязные кружки, — Можем посмотреть что-нибудь. Сразу неудачный поход в кино вспомнился. — Не знаю, хочу ли я дать второй шанс просмотру фильмов сегодня, — усмехнулась я нервно, — Какие есть варианты? — Только не тупые комедии, — вернулся Филя в реальность. — Ань, а у тебя какие предпочтения? Я решила не злоупотреблять гостеприимством, поэтому тоже встала, чтобы помочь с посудой. — Я люблю детективы, — начала переносить все со стола к мойке, — Хотя в целом я согласна посмотреть все, кроме комедий и ужасов. Дверь на кухню скрипнула. — Доброе утро, — отсалютовал Матвей, не поворачиваясь. Рома, кажется, немного не понял почему нас до сих пор так много, да и вообще выглядел так, будто проспал пять веков и не особо рад, что проснулся. Растрепанный и заспанный. Это… Отчасти мило. — Будешь с нами фильм смотреть? — обратился он снова к нему, расставляя помытое на сушилку, — Сейчас еще пицца приедет, мы много заказали. Класс. рук. видимо с трудом соотносил себя с реальностью. Устало тер глаза, и все оставался стоять в дверях. Неловко теперь как-то ночевать тут, не спросив разрешения и у него. Всё-таки его квартира… Что-то я сегодня правда слишком рассеянная. — Аня сегодня останется у нас ночевать? — наконец послышалось хриплым низким голосом. — Да-да, — всё хозяйничал Матвей, — Дай ей во что-нибудь переодеться, а то всё в уличном ходит, — усмехнулся, видимо вспоминая все мои негодования по поводу выданной Светой одежды. А чью именно одежду мне выдадут, боюсь спросить?.. Хотя я, конечно, не в положении протестовать… — Пойдем, — кивнул Рома в сторону коридора, не смотря на меня, — Дам одежду. Я послушно поплелась за ним. — Потеплее, полегче? — завернул он в свою комнату, присаживаясь на корточки у шкафа. — Полегче, если можно… Всё-таки буду щеголять в одежде старшего Соколова… К такому жизнь меня сегодня не готовила. Еще ни разу не была в его комнате. Достаточно просторная. Всё выполнено в каких-то приглушенных песочных тонах. Минимализм, и немного неряшливая чистота. Везде какие-то книги, тетрадки. Большой рабочий стол, на котором стоял макбук, кружка, и одинокая лампа. Пахло очень свежо и вкусно, как будто даже какими-то аромамаслами. — Держи, — протянул Рома мне аккуратно сложенную одежду: какие-то штаны и футболку, — Шнурок на штанах туго завязывается, так что должно быть удобно… — выглядел он немного озадаченным. — Спасибо, — приобняла я вещи, смущаясь — У вас, кстати, уютно… — сказала я напоследок, разворачиваясь в сторону ванной, чтобы не встречаться с ним взглядом. Надо чем-то умыться, расчесаться, и переодеться. Закрылась в ванной комнате. И с каким же удовольствием я сняла с себя всю одежду… Сразу день стал казаться лучше. Натянула на себя любезно выданную одежду, и ощутила себя до одури странно. Она же вся им пропахла, хоть и явно чистая… И зачем надо было давать именно свою, дал бы Матвеевскую… Даже по размеру было бы лучше… Слишком эмоциональный день. Низ живота опять крутит. Бессовестная.