От начала до конца

Вокруг темнота, а вдалеке едва заметный свет. Но откуда он исходит? И почему так тускло? Ничего не видно. Всё пространство залито темно-красным, почти бордовым цветом. Кажется, это шёлк. Мне хочется прикоснуться к нему, но я не знаю, как это сделать.

Стоп! Кажется, я что-то замечаю на шёлке. Это человек. Мужчина? Нет, это юноша, обнажённый. Он очень красив, с нежной фарфоровой кожей. Он крепко держится за шёлк, словно это единственное, что поддерживает его. Его пальцы крепко сжимают ткань, и я не могу понять, не больно ли ему. Он словно извивается, и это выглядит прекрасно.

У него такие аккуратные руки с тонкими запястьями и короткими ногтями. Его телосложение подкупает своей стройностью, а грудь тяжело вздымается от глубокого дыхания. Я слышу его дыхание, тихое, но чёткое, кажется, он Дышит мне на ухо, но это же бред? Так ведь?

У него хороший пресс, но тазовая кость слегка выпирает, а ключицы выступают вперёд. Почему-то это мне нравится. Это выглядит сладко… Что? Что за ерунду я несу?

Я не могу объяснить, почему, но мне хочется прикоснуться к нему. Я мечтаю провести рукой по его длинным огненно-рыжим волосам, которые разбросаны по всему шёлку. Я жажду ощутить прикосновение к Чуе…

Дазай проснулся.

Сначала он не мог осознать, что ему приснилось. Ему нечасто снились яркие сны, но когда это происходило, он всегда их помнил. И сейчас он помнил всё до мелочей. О Но он не мог понять, почему ему приснился Чуя, да ещё и в таком образе. Он помнил чувства, которые испытывал во сне. Это было сложно описать, но его словно тянуло к Чуе. И это было не просто любопытство, а желание, от которого мурашки пробегали по коже. Дазай понимал, что его не влечёт к девушкам, но и к парням тоже. Ему было плевать на всех, он никогда не хотел ощущать тепло чужого тела рядом, не хотел быть любимым и любить тоже не хотел. Если так называемая любовь — это то, что у них с Мори, он бы никогда в жизни не хотел бы знать, что такое любовь и испытывать её. Но то, что он чувствовал во сне, было другим, оно было нежным, сладким, слегка горьким, возбуждающим, заигрывающим и приятным. Совсем не похожим на ночи с Огаем, которые были обжигающе холодные, мерзкие, острые, как иглы, и страшные. Дазай провёл рукой по влажным от пота волосам. Он много думает, в этом часто заключается его работа, но сейчас он не хотел думать ни о чём, а особенно о том сне, ведь все эти мысли приводят в бездну. В бездну того, чего Дазай не может контролировать, в бездну о которой он ничего не знает. На часах было 11:48. Далее нельзя было размышлять обо всём этом, чтобы не сойти с ума. Нужно вставать. Мори уже уехал, а значит, Дазай один в довольно большом доме. Он любил оставаться один. Любил никого не видеть рядом, ему нравилось, что нет нужды за кем-то наблюдать, но в этом доме всё было не так. В нём он всегда видел Мори, и ему всегда казалось, что за ним кто-то наблюдает, даже когда дом был мертв и пуст. Вот и сейчас тишину нарушало одно лишь дыхание, казалось, даже звуки за окном стихали только для того, чтобы сделать это утро напряжённым. Мобильник рядом стал вибрировать. Телефонный звонок, то, что сейчас было необходимо. — Да, даже вне дома вы первый, кто пожелает мне доброе утро, это так мило, доктор Мори. На лице парня не отразилось и капли того энтузиазма и радости, которую он старался передать голосом. — Да, хорошо, скоро буду. Пока, хлопнула крышка телефона. Поскольку Огай сообщил о новом деле, которое не терпит отлагательств, Дазаю пришлось встать и начать утреннюю рутину, дабы прийти на работу без опозданий, хотя это ещё не факт. По прибытии в штаб его тут же вызвали в кабинет босса. Там на ковре уже стоял Чуя, а это значит, дело и правда важное. Смотреть на напарника было слегка неловко, но Дазай не придавал большого значения своим неосознанным фантазиям, так что с этой неловкостью было нетрудно совладать. — Привет, — Дазай встал рядом с Накахарой. Тот тоже поздоровался и сдержанно зевнул. Он всю ночь провёл с Коё в бордели, помогая с бумагами и налогами, из-за чего поспать ему удалось около 4 часов. — Я рад, что вы пришли, — Мори мягко улыбнулся. — Будто у нас есть выбор, — Проворчал Осаму, за что тут же получил от напарника локтём в бок. Что-что, а неизмерная преданность и восхищение от Чуи в сторону Огая сильно бесили Дазая. Он не понимал этих чувств, а как всем известно, то, что мы не можем понять, нас раздражает. Тоже самое можно было с лёгкостью понять о Чуи. Его бесило многое и довольно часто. В основном это был Дазай. Чуя никогда его не понимал и не особо хотел. А вот вывести из себя Дазай умел лучше всех остальных. Мори продолжил. — Дело не сложное, нужно просто силой забрать бумаги, но по возможности не наводите лишнюю шумиху, хорошо? — Вот чёрт. А я хотел отдохнуть, — Осаму стал массировать переносицу. Весь его вид показывал сплошное разочарование и усталость. Чуя обернулся на Дазая и с вопросом посмотрел. — Да там по-любому опять начнётся какая-нибудь перестрелка! — продолжил Дазая, не обращая внимание на босса. — Ты преувеличиваешь, ничего не будет. Мы быстро всё сделаем и отправимся по домам. — Чуя пытался подбодрить его, даже не подозревая, что вернуться домой раньше — это самое худшее, что могло произойти для Дазая.

***

Звуки выстрелов заглушали все попытки что-то обсудить. Приходилось на ходу предпринимать попытки со всем этим разобраться. Пули пробивали стену, полы и потолок. Около пятнадцати человек стояли и безостановочно палили по двум подросткам. Те же, в свою очередь, прятались за стеной другой комнаты. Дазай вызывал подкрепление, а Чуя пытался что-то предпринять. Они оба знали, что с другой стороны тоже скоро прибудут люди, но поиску решения проблемы это никак не помогало. Дазай уже не первый раз думал о том, как же он был прав, и что ни за что не забудет сказать об этом своему напарнику. Чуя же думал вовсе не об этом, он искал решение, как же найти укромное место, чтобы защититься, и, кажется, нашёл. Не предупредив Осаму, он снял с себя пиджак и, надев его, немалым весом швырнул в стоящих рядом врагов. Пока те были в замешательстве, в итоге одного получилось обезвредить, Чуя схватил Дазая за руку и забежал в комнату. Там в углу уже несколько минут лежал перевёрнутый стол, который мог послужить неплохим щитом. Так и не дождавшись реакции напарника, Чуя прямо-таки швырнул Осаму в угол за этот стол. Сам же не спешил прятаться, а стал отбиваться от пуль привычным способом, убив ещё пятерых. — А я говорил, — почти шёпотом простонал Дазай. Это был не упрёк, а что-то больше похожее на рефлекс, на который Чуя никак не среагировал. Осаму вновь отправил сигнал своим подчинённым, приказав им прибыть на поле боя. Дазай осторожно высунулся из укрытия, чтобы оценить количество оставшихся противников и определить их точные позиции. Внезапно пуля пролетела в нескольких сантиметрах от него, заставив отшатнуться. Не рассчитав расстояние между ним и Чуей, он ударился головой о ногу напарника, чего тот никак не ожидал. В тот же миг способность Чуи рассеялась, и шквал пуль устремился в его сторону. От большинства из них Накахара смог увернуться, но несколько пуль попали ему в плечо и бок. Парень тут же нырнул в импровизированный бункер. На белоснежной рубашке появились пятна крови, а места под ними болезненно обозначили себя. — Чёрт, ты что творишь?! — ругался Чуя, схватившись за бок и взглянув на плечо. Дазай подполз к нему. — Ну извини, что не обладаю боевой способностью, защищающей меня от пуль. Мне пришлось, как и всем простым смертным, уворачиваться. — Увернулся? Молодец, а вот мне теперь больно! Дазай снова уткнулся в свой мобильник. — Ладно, прости, я не специально. — Он стал что-то печатать на клавиатуре мобильника. — Сейчас прибудет подкрепление, я сообщаю им, где и как расположены враги, тогда они быстро закончат, и мы зайдём к Мори, он тебя подлотает, а заодно послушаешь, как он меня будет отчитывать, уверен, благодаря этому тебе никакое обезболивающее не понадобится. — Ха, очень смешно. Просидев под обстрелом не более минуту, парни услышали шаги и крики. Чуя обернулся на Дазая, тот расслабленно выдохнул и улыбнулся. Грохот всё прояснил. Подкрепление, которое так ждали напарники, наконец-то прибыло. Шум ещё какое-то время не давал покоя и сильно бил по ушам. По итогу на полное завершение было потрачено около десяти минут и 7 жертв со стороны мафии. Плечо и бок всё ещё болели, и даже к их возвращению боль не утихла. -Ну что, как всё прошло? — Мори взглянул на прибывших подчинённых. Чуя держался за плечо, а на рубашке были красные пятна, которые стали в разы больше. -Не очень, подлотай его, а то надоел стонать, — Дазай закатил глаза, и тут же получил неслабый подзатыльник. — Ау! — Ещё одно слово, кроме прости, и помощь понадобится тебе больше, чем мне. Огай встал из-за стола и направился к ним. — По дороге расскажите, что произошло. Мори взял под локоть Чую, и они втроём направились в мед кабинет. Сама комната не была просторной, но для троих человек было вполне достаточно. Дазай давно говорил Мори о ремонте, но тот так его и не сделал. Ему нравилось это помещение таким, каким оно было. Слегка мрачным и устаревшим, но таким родным. Здесь Огай чувствовал свою власть и силу больше, чем где бы то ни было, и Осаму знал это, поэтому так не любил это место. Чуя расположился на кушетке. Огай присел напротив на своё старое кресло, а Дазай решил уединиться в углу, сев на старенький стул. — Дазай, я же тебе говорил, что твоя способность безусловно дар, но даже с ней нужно быть осторожнее. Осаму игнорировал эти лекции, предпочитая в очередной раз осматриваться. Шкафы со склянками, смешав которые можно было бы легко уйти из жизни и больше никогда не слушать Огая, полы, которые уже не отмывались от крови когда-то побывавших здесь жертв, стол, на котором были документы, назначение которых Дазай мог бы узнать и использовать против босса, и кушетка, на которой сейчас сидел напарник, и медленно стягивал с себя прилипшую из-за крови рубашку. Последнее заинтересовало шатена. Он и сам не понимал почему. Он надеялся, что виной тому, что всё остальное здесь никогда не менялось, а эту картину он видел впервые, хотя, стойте, он видел что-то подобное. Совсем недавно. В голове парня пронеслись воспоминания из сна, которые он пытался забыть. Дазай нервно сглотнул. Огай отъехал. Чуя старался снять вещь осторожно, не причиняя себе лишней боли. В свете грязно жёлтого цвета кровь казалась темнее, чем она есть. Дазай и не заметил, как тот сильно вспотел, и как оказалось после, у Чуи поднялась температура. Зрелище, представшее перед ним, было ещё лучше, чем во сне. Да, как его фантазия и говорила: кожа Чуи была светлая и словно фарфоровая. Пресс подтянутый и крайне хорошо сложеный, сложно поверить, что ему всего 16. По мышцам на руках так и хотелось провести пальцами и удостоверится в их плотности и изящности изгибов. Единственное, что сон Дазая не предвидел, это шрамы. Но, казалось, они не были таким уж изъяном, как могло показаться. Они были мелкие и рассыпью белых линий разбросаны по всему телу, Осаму бы сказал, что они даже украшали это тело, как ни чьё другое. Дазай был настолько заваражён, что не заметил на себе чужие взгляды. Чуя негромко кашлянул, и Осаму поднял свои всепоглощающие глаза чуть выше. На что Накахара вопросительно изогнул бровь. — Ну и чего ты так ныл, всего-то две царапины. Больше возмущался. — Дазай опять стал рассматривать уже надоевший кабинет. — Хочешь я и тебе такие оставлю? — Дазай проигнорировал эту колкость, ведь думал о другом, да и смотрел не совсем туда. Огай довольно долго не мог найти, что искал, но всё же вернулся к пациенту. — Давно тут не был, уже и забыл, что и где тут лежит, — для пущей убедительности доктор даже посмеялся. Парни не подхватили его энтузиазма. Они просто продолжили испепелять друг друга взглядом, было чувство, что они уже научились ругаться одними только глазами. Начав обрабатывать раны, Чуя не издавал ни звука, хотя по выражению лица было видно, что ему как минимум неприятно, и это позабавило Дазая. Он знал, что его напарник сильный телом, но всё же ожидал услышать хоть какие-то звуки или ругательства, чтобы посмеяться над этим, но нет. Чуя заметил, как Дазая опять осматривал его. Его это бесило. Казалось, он искал в нём то, что не видел раньше, но Чуя не понимал что именно. Он испепелял напарника взглядом, надеясь вызвать в нём чувство стыда ну или неловкости, но это же Осаму Дазай, ему неизвестны эти слова. — Эй, тут тебе не стриптиз, прекрати пялиться! — Будь это он, я бы не оставил тебе чаевых. — Чуя попытался дёрнуться, чтобы добраться до Дазая и ударить того, но Мори остановил парня. — Я ещё не закончил. Подожди-ка минутку. — Огай даже не повернулся на ученика. — А ты иди лучше принеси мне бинт, этот закончился. — А лишь рукой указал на полку позади Осаму. Тот нерасторопно направился за белым бинтом. Принеся его, он показал язык напарнику, пока Мори не видел, и сел на письменный стол рядом с дверью. Спустя ещё какое-то время, Мори действительно закончил. Швы накладывать не пришлось, но судя по наложенным бинтам работал явный профессионал, знающий и любящий своё дело. — Ну всё, можешь снова получать пули. — Доктор посмеялся. — А если серьёзно, то ещё пару дней лучше резко не двигаться, а то кровь пойдёт и будет не очень приятно. Сейчас дам тебе антибиотики и таблетки, если поднимется температура, — Он встал и направился к комоду с препаратами. Чуя тоже встал и поплёлся за ним, и правда стараясь резко не шевелиться. Протягивая всё, то, о чём сказал, Мори улыбнулся: — Если опять что случится, приходи. — Ага, и он пустит тебя на органы, как делал это раньше с бесполезными пациентами, — все уже и забыли о сидящем на столе Дазае, разглядывающем инструкцию очередного лекарства, которое может его убить. Чуя не обратил на него никакого внимания и, поболгодонив босса, направился к выходу. Там он поклонился Огаю и показал средний палец Дазаю, на что он мило улыбнулся. Как только дверь хлопнула, Мори тяжело выдохнул. На нём была белая рубашка с закатанными рукавами. Он стал снимать грязные перчатки, которые испачкались в крови. Скрипучий звук нарушал и без того раздражающую тишину. Дазай видел, как мужчина к нему приближается, но предпочёл игнорировать это. — Это Фуросемид. Мочегонное, которое принимаю при почечной недостаточности. Тебя это не убьёт. — прокомментировал мужчина, даже не посмотрев на баночку, которая была в руках Осаму. Он выкинул использованные перчатки и сел на кресло. — Ну и что это было? — Простите, если моя шутка вас задела, я не хотел вас обидеть, — Дазай отложил баночку с таблетками и посмотрел на собеседника. — Ты знаешь, о чём я. Да, они оба знали. Им не нужно было говорить друг с другом, чтобы вести диалог. И это пугало больше всего. — Я раньше не видел такого взгляда. — продолжил Огай, не заметив никакой реакции. — Что он значит? — Самое обыкновенное любопытство. — Я знаю, как выглядит твоё любопытство. Это не оно. — Мужчина встал и подошёл к столу. Оперевшись руками по обе стороны от парня, он посмотрел в его тёмные и зловещие глаза. -Я бы хотел, чтобы ты смотрел на меня так, как смотрел сейчас на него. Знаешь, а это заводит. — Огай положил одну руку на колено Осаму и стал вести вверх. Мерзкое чувство снова подступало к горлу. -Это явно не то, чего ты хочешь, и мы оба это знаем. Дазай более не хотел продолжать этот разговор. Он и заводит его не желал. Очевидно, что Мори это заметил, хотя даже сам Осаму этого не замечал, или же не хотел замечать. Да, ему нравилось смотреть на Чую. Ему хотелось рассмотреть, прикоснуться, он чувствовал, что это не то, что было раньше, он знал, что тут всё иначе, но не хотел это признавать. Не хотел говорить правду себе, а уж тем более этому человеку напротив. Дазай, отбив чужую руку, спрыгнул со стола и вслед за Чуей вышел, оставив доктора в своём кабинете, в котором он спалил и решил чужие жизни.