От начала до конца

Сказал бы кто Чуе, что Дазай заберётся к нему посреди ночи через балкон, он бы поверил. Зная этого парня, такая вероятность была высока, но всё же… — Какого хуя?! Дазай вошёл через дверь и улыбнулся. — Чуя, привет! — Парень помахал ему рукой, но Чуя не ответил на этот жест. — Что ты здесь забыл? И вообще откуда ты знаешь, где я живу?!-Парень не сразу осознал, но он и правда никогда не говорил, где живёт. — Я пришёл к тебе в гости с ночёвкой! — радостно проговорил он. — Да и я вообще давно знаю, где ты живёшь, видел как-то в документах у Мори. Рыжий тяжело выдохнул. — Пошёл вон. Я тебя не звал, так что вали отсюда. — Он указал в коридор. — Ну Чууууу, позволь остаться! — Он взвыл, что ещё больше начало раздражать. — Иди домой. — твёрдо проговорил парень. Тут Дазай стал серьёзный и грустный. — Я сбежал. Чуя не сразу понял. — Откуда? Из психушки? — Из дома. Я же не один живу, помнишь? — Да, Чуя и правда помнил об этом, но от кого он тогда сбежал, а главное, почему? — Ты ж не уйдёшь? — Он уже смирился. Шатен помотал головой. — Только на одну ночь. Завтра вместе поедем на работу. Понял? Осаму подлетел к парню и обнял его. Накахара этого никак не ожидал и поднял руки. — Спасибо-спасибо-спасибо! — Дазай ещё пару секунд удерживал напарника, но когда Чуя начал вырываться, он наконец отпустил его. — А чем у тебя тут так вкусно пахнет… Парень направился на кухню. Там на столе стоял уже слегка остывший удон. Чуя, всё ещё поражённый резким приливом нежности от напарника, медленно пошёл за ним. «От кого же он всё-таки сбежал?» Когда юноша вернулся из своих мыслей, Дазай уже по-хозяйски сидел за столом и ел чужую порцию. — Эй! Я тебе не разрешал! — Он выхватил тарелку прямо из-под носа. — Мы договорились, что ты здесь спишь, и не больше. — Он смотрел, как мама, которая запретила есть сладкое до обеда, что смешило Осаму. — Ну Чууууя… — Он упал головой на стол, изображая умирающего. — Я же умру от голодааааа! — Ну так от кучи таблеток, принятых в прошлый раз, ты же не умер, значит, и один вечер, не поев, тоже не умрёшь. Тут Дазай состроил щенячьи глазки. Это было одновременно и забавно, и раздражало. Парень тяжело вздохнул. — Ладно. Иди мой руки, а то, мало ли, где ты шлялся, шавка бездомная. Осаму, прыснув, тихо погавкал. Он встал и направился в ванную. Там было чуть прохладней, чем в остальных комнатах. Дазай не любил мыть руки или другие части тела. Нет, он не грязнуля, и воды он вовсе не боялся. Он не любил снимать лишний раз бинты. Они для него как вторая кожа, и заживо сдирать с себя кожу никто бы не хотел. Парень вздохнул. Он аккуратно приподнял края бинтов с запястья и включил кран. Тёплая вода приятно грела. Над раковиной висело зеркало. Дазай посмотрел на своё отражение. На свои слегка влажные волосы, пустые глаза, бледную кожу, искусанные губы. Осаму ненавидел это в себе, потому что всё это он обожал. Вернувшись в комнату, Дазай увидел Чую, сидевшего за столом. Он не ел. Ждал? — Ну наконец-то! Чего так долго? Я сейчас сам с голода помру! Дазай пару раз моргнул. Он молча сел за стол напротив хозяина квартиры. Сказав друг другу приятного аппетита, они приступили к еде. Они ели в тишине, но Чуя время от времени смотрел на напарника. Дазая это не раздражало, но интересовало. — Что-то не так? — Он положил в рот новую порцию лапши. — Кто такие геи? — очень чётко и громко спросил парень. Дазай подавился и закашлял. Чуя подал ему стакан воды и в упор смотрел, ожидая ответа. — Ты серьёзно? — отдышавшись, спросил Дазай, на что рыжий кивнул. — Ты это с чего вдруг? — он и правда не понимал, зачем Чуя о таком спрашивает и как так вышло, что он не в курсе. — Ну… геи — это парни, которым нравятся парни. — Он даже не знал, как правильно это объяснить. Чуя похлопал глазами. Так мило и невинно, что Осаму даже стало стыдно. — Значит, я гей? — Что?! Дазай опять закашлял. — Ну я парень, и мне нравятся парни, как и девушки. Я вообще не испытываю неприязни к людям из-за их пола. Осаму засмеяла. Чуя опять несколько раз моргнул. Он стал чувствовать себя глупо. — Нет, ты не понял. Нравится не в плане просто, а как романтически и сексуально. Чуя покраснел. Он не это имел в виду. Заметив чужое замешательство, Дазай засмеялся ещё громче, пока не получил кулаком по голове. — Ай! — Всё. Заткнись! — Ладно-ладно. — Но а как такое возможно? Это же не естественно. — Услышав это, Дазай закатил глаза. — Ну в нашем мире много что не естественно, — он показал кавычки, а говорил с особым раздражением. — Но не всё это плохо, а даже если и да, какая разница, если мы каждый день пытаем и убиваем людей? — Звучит разумно, но Коё так плохо к этому относится. — Парень вспомнил, как Сестрица вышвырнула того мужчину. — Коё просто гомофобка. — Ты сейчас её оскорбил? — Он был уже готов врезать напарнику, но Дазай спокойно встал, помотав головой. — Нет, это значит, что она не любит геев. Это же правда? Чуя задумался, — ну да? — то, что говорит Дазай, похоже на правду. Коё и правда плохо относится к такому, но почему? Это же никому не мешает, но с другой стороны, ведь это правда странно и, наверное, всё-таки плохо… Осаму хмыкнул.

***

Ещё какое-то время они смотрели телевизор. Несмотря на время, спать вовсе не хотелось. Время от времени Чуя посматривал на напарника, пока тот внимательно (так ему казалось) погрузился в сюжет передачи. Сам того не заметив, Рыжий стал медленно засыпать. Он на пару секунд прикрыл глаза. И вот он уже тихо сопит на чужом плече. Дазай всегда ассоциировал себя как не тактильного человека. Ему не нравились чужие касания. Внезапные и неконтролируемые прикосновения пугали. Всё, что касалось его тела, он хотел контролировать. Все ощущения, мысли, боль, чувства, буквально всё. Но все мы знаем, что это невозможно. И Осаму вовсе не дурак и сам это всё понимал и просто пытался хотя бы привести это всё к минимуму. Но Чуя был другой. Он не ощущался мерзким, грязным и пугающим. Дазай объяснял это тем, что Накахара не человек, а лишь похожее на него существо. Да, мыслит, питается, коммуницирует и живёт так же. Но он всё равно другой. Он чистый, как белый лист, да, испачканный в крови и грязи мафии, но всё-таки пустой. Без предубеждений, комплексов и неверных выводов. Такого он был о нём мнения. Поэтому лежащая голова на его плече Дазая вовсе не волновала. Не радовала и не раздражала. Он даже мог расслабиться. Прикрыть глаза и глубоко вздохнуть, не боясь. Раздражающий звон и затёкшая шея застали Чую открыть глаза. На своём затылке он чувствовал тяжесть. Поняв, что это голова напарника, Накахара с силой отшвырнул Дазая в сторону, и тот с грохотом упал на пол. — Ау! — сопровождалось всё тем же звоном. — Какого чёрта ты на мне спал?! — К тебе тот же вопрос? — Парень встал, потирая Копчик, на который больно упал. — Я ведь тоже мог так поступить, но не стал, и вот моя благодарность, — Он направился в коридор, откуда и доносился звон. Это был телефон. Чуя за все это время только сейчас понял, что первый уснул на напарнике и тот был прав, но признать это было как самоубийство, так что он решил съехать с темы. — Сколько времени? — Сейчас узнаю, — зевая ответил шатен. Пока Накахара расчёсывал руками волосы и тёр глаза, Дазай достал мобильник. Чёрная раскладушка с наклейками на ней в виде черепа и котика не перестала издавать мерзкий звук. Парень открыл её, увидев имя звонящего, он тут же сбросил. — Сейчас 3:45 ночи. Чуя округли глаза. — И кто тебе звонит в такое время? — А тебе какая разница? — раздражённо спросил парень. — Да в целом никакой. — это была правда, но всё равно было любопытно. — Ладно, нужно ложиться. Я сейчас принесу тебе подушку и одеяло. Ложись на диване, понял? — А я думал, мы будем спать вместе в обнимку? — парень положил палец к губам и сделал настолько наигранный тон, что Чую даже стало подташнивать. — Много думаешь. — он встал с дивана и направился в комнату, пока его сопровождал тихий смех. — Чуя. Парень выглянул из-за комнаты, держа в руках подушку, а одеяло в сложенном виде витало в воздухе рядом. — М? — А мне прям так ложиться? — Дазай указал на себя. Он был в полном обмундировании. В рубашке с галстуком, брюках, пиджаке и, возможно, даже пистолетом. — Ну да. Ты же пришёл на ночёвку ничего не взяв. Если тебя не устраивает, можешь спать на улице. — Ну чууууу! — Ладно. — он тяжело выдохнул. — Найду тебе какую-нибудь футболку со штанами. Не хватало, чтобы ты своими грязными вещами пачкал моё постельное, — не дождавшись милой улыбки в ответ, он снова нырнул в комнату. Дазай увидел, как и подушка стала парить. Видимо, парень залез в шкаф с одеждой и ему понадобилась вторая свободная рука. На это Осаму усмехнулся, переведя уже грустный и слегка злой взгляд на мобильник в руке. Пальцы подрагивали. -Ну на. — Дазай только и успел поднять голову, когда на него сверху упало одеяло. -Ну спасибо… -Обращайся. Когда Дазай стянул с себя тяжесть, увидел, как Чуя с помощью способности кладёт на диван подушку и рядом вещи, которые тоже ранее парили над землёй. Рыжий зевнул. Он постоял ещё несколько секунд, будто вспоминая, ничего ли он не забыл? -Ладно, спокойной ночи. — не дождавшись ответа, он скрылся в комнате. Дазай фыркнул. Убедившись, что напарник закрыл дверь, Осаму стал переодеваться. Бинты снимать не было смысла. Они были почти новые, а вставать раньше, чтобы их намотать, глупая идея, да и в них было как-то комфортнее. На удивление, штаны, которые ему дал Чуя, были лишь слегка коротковаты, видимо, парень брал их на вырост, или их подарили, не угодав с размером. Они были клетчатые и мягкие, ну футболка была из того же комплекта и тоже ощущалась приятно на открытых участках кожи. Как только голова коснулась подушки, парня поклонило в сон, но тут раздался уже давно надоевший звон. Дазай резко схватил лежащий рядом мобильник и сбросил вызов, даже не посмотрев на имя. Он знал, кто это и что ему нужно. -Да кто тебе там наяривает? — приглушённо послышалось за стенкой. -Моя девушка. -Как твоя рука может тебе звонить? — съязвил юноша. У него, видимо, поднялось настроение. -А может и мамка твоя, ну всмысле Коё. — Даазай слабо улыбнулся. -Я сейчас встану, и тебе пизда, — Дазай рассмеялся, но всё же извинился.

***

У Чуи не то что бы были проблемы со сном, но часто его могли захватить некоторые мысли, которые никак не отпускали. Вот и сейчас, проснувшись от нового звона чужого телефона, он всё не мог заснуть. Он смотрел в потолок. Лунный свет позволял видеть очертания комнаты. Чуя прекрасно понимал, что это не его дело, но ему и правда было интересно, кто же мог звонить Дазаю в 4 утра? Поразмыслив, парень пришёл к выводу, что это тот, с кем его напарник живёт, ведь тот сбежал из дома, а значит, его ищут. И тут уже возвращался старый вопрос «с кем он живёт?», этот вопрос всё никак его не отпускал. И вот он уже осторожно крадётся к дивану, на котором спит объект его мыслей, дабы узнать ответ на мучивший его вопрос. Глаза давно привыкли к темноте. И всё было прекрасно видно. Телефон был рядом со спящим, и взять его не составило бы труда, но… — Что я, блять, делаю? — шёпотом спросил сам себя юноша. Он же сам недавно учил Осаму доверять ему, и что он делает сейчас? Пытается выкрасть чужой телефон. И это значит, что Дазай был прав на его счёт? Нет. Чуя не тот человек, который предаёт. Он докажет напарнику, что тот может ему доверять и рассчитывать на него! Кивнув самому себе, он уже стал разворачиваться, он остановился, обратив внимание на чужое лицо. Он много раз видел Дазая в лунном свете, но каждый раз это была некая наигранность веселья, и лишь недавно он увидел Осаму с задумчивым выражением лица, а сейчас он расслабленный. «Он такой разный», — пронеслось в голове у парня, но он тут же себя одёрнул. «Конечно разный, он же человек!» Чуя вспомнил ту девушку с ресепшена, с которой они поладили. Когда она работала, у неё было такое же выражение лица, как и у задумчивого Дазая, а когда она лежала головой на столе, была один в один как он сейчас, только с длинными волосами. Чуя потянулся к каштановым волосам. Этот порыв был настолько неожиданным и сильным, что Чуя ничего не мог с собой поделать. В темноте они и вовсе казались чёрными. Он осторожно стал гладить Дазая по волосам. Они были мягкие и шелковистые, а мысли так и крутились в голове. «Кто звонит? Зачем сбежал? От кого сбежал? Почему такой? Мне его даже жаль…» Последняя мысль сильно удивила парня, что даже вызвала отвращение. Как можно его жалеть? Чуя даже не успел удивиться, когда его руку схватили и сильно сжали. — Что ты делаешь? — Накахара никогда не слышал такого тона. Осаму словно кошка угрожающе прошипел каждое слово. Чуя выхватил свою руку. Сил Дазая не хватило, чтобы удержать его. — Ничего. Просто тебе опять звонили, вот я и пришёл, чтобы выключить звук на твоём телефоне. Дазай не верил. Поднявшись на локтях, он смотрел кровавыми глазами и ждал, когда сможет напасть. — Выключил? Чуя помотал головой. — Тогда выключай и уходи. — Он сильно злился, но рыжий не понимал почему и тоже начинал злиться. — А какого чёрта ты мне приказываешь? Это мой дом, и я тут делаю, что захочу. — Чуя отошёл в сторону и сложил руки на груди. — Хорошо. Я не стану приказывать, но я предупрежу. Если ещё раз ты тронешь меня, когда я сплю, я вырву каждый твой ноготь на этой руке, переломаю все пальцы во всех местах, прострелю эту руку 37 раз и в конечном итоге отрублю её топором. И мне никто не помешает, ведь, чтобы сражаться и использовать способность, тебе и одной руки хватит, — помимо устрашающего, картавого голоса, тишину нарушало дыхание и бьющиеся сердце. Чуя не боялся его, он не был напуган, он был расстроен и даже обижен. Почему он так реагирует на это невинное действие? Что с ним не так? Чуя фыркнул. Он схватил чужой телефон и кинул его напарнику. — Я не трогаю чужие вещи, выключи сам. — Лицо Дазая не изменилось. Он всё так же смотрел со злостью и опаской. Чуя уже не хотел ничего говорить и просто ушёл в комнату. Ему было стыдно. Он тоже злился, но ведь и правда, что он делал? И зачем? Он и сам не любил, когда в его пространство вторгаются без спроса и предупреждения, так что этот поступок был ещё глупее, чем можно представить.

***

Дазай так и не смог снова заснуть. Он думал, что здесь будет безопасно, но нет. Даже тут ему нет места. Пугало не прикосновение, не обычный жест, даже в какой-то мере приятный, пугал сам факт обезличивания, словно он никто и с ним можно делать что вздумается, бесило и злило, что даже Чуя не считался с его мнением и клал на его личные границы. Он ведь и правда не на шутку испугался, когда почувствовал чужую руку, в моменте его успокоил размер этой ладони, но всё же. Осаму потянулся за брошенным на пол телефоном. На нём было 8%, а время было 11:36. Настоящий рабочий день мафии начинался вечером и заканчивался под утро, но поскольку «двойной чёрный» — не обычные работники, то их работа могла начаться в любое время, вне зависимости от каких-либо временных рамок. Так что самое время вставать и ехать на работу, вот только Дазай не хотел разговаривать с напарником. Он всё ещё был зол и обижен? Осаму понимал, что это всего лишь мелочь и ничего страшного не произошло, и у них и правда не те отношения для таких обид и всего остального. Они всего лишь напарники и коллеги, а не друзья или пара, которым нужно разговаривать о чувствах и всём прочем. Поэтому Дазай был невероятно рад, что Чуя и сам встал и, даже не посмотрев на него, направился в ванну. Его волосы были похожи на гнездо, и это было забавно. Хотелось их расчесать и уложить, чтобы он стал похож на самого себя. Накахара скрылся в ванне. Да, он и взгляда не кинул на Дазая, ведь злости и стыда было ещё по горло. Хотелось сначала высказать всё, что он о нём думал, а после извиниться. Парень и правда долго думал обо всём произошедшем и понимал, что был неправ, но он все равно не мог догадаться и полностью понять такой реакции. Это злоба, откуда она? Он же не ударил его, не сделал больно, хотя на это Дазай даже проще реагировал, чем на обычное поглаживание по голове. Пока он размышлял, успел умыться и почистить зубы. Пора выходить, но на самом деле не хотелось. Он понимал, что ни о каком нормальном завтраке и мечтать нельзя, но делать нечего. Выйдя из ванны, Чуя сильно удивился. Дазай хоть и безуспешно, но пытался разбить яйца в где-то найденную миску. Эти попытки были забавными и даже милыми. — Что ты делаешь? Дазай на него обернулся. Он слегка стушевался. — Хотел приготовить омлет… Чуя ничего не ответил. Вместо этого он сам разбил нужное количество яиц (из оставшихся) и попросил напарника включить плиту. Они не стали говорить о произошедшем. Начинать этот разговор никто не хотел, да и в целом вести его тоже желания не было, так что Накахара просто раздавал указания, а Дазай их выполнял, и всех это устраивало. Завтрак тоже прошёл в тишине, как и вся дорога до работы. Там они уже разошлись по своим делам и не виделись ещё несколько часов. Чуя не то что бы переживал по этому поводу, но иногда, уходя в свои мысли, он вспоминал о напарнике и этом странном затишье.

***

— Накахара, вас босс вызывает. Чуя переводит взгляд с бумаг на «шестёрку» и кивнул. Его часто вызывали и отвлекали от всякой мелкой работы, по типу заполнения документов на поставки или подделку подписей, что на самом деле довольно увлекательно, поэтому Чуя даже начинал раздражаться и расстраиваться, когда Огай звал его. Чуя шёл по пустому коридору. Все остальные были на каком-то важном деле, которое, слава богу, не касалось рыжего. Удивительно, но даже рядом с кабинетом босса никого не было. Обычно там стояли два широких мужчины, и хотя Чуя не видел в них смысла, они всё равно должны тут быть. Чуя хотел было постучать, но за дверью послышались крики. Не страха или боли, а злости и гнева. Это был Мори? Накахара понимал, что подслушивать плохо, но вдруг ему пригодится эта информация, поэтому он с помощью способности осторожно приоткрыл дверь, так чтобы его не было видно. Через образовавшуюся щель парень увидел Огая, державшего Дазая за грудки. Он тряс его и громко кричал. — Как ты смеешь так поступать?! Ты хоть знаешь, где ты находишься и кто перед тобой стоит?! — Он швырнул парня на пол. Даже были слышны всхлипы и тяжёлое дыхание напарника. Мужчина присел на корточки и уже тише сказал. — Я позволяю тебе намного больше, чем остальным, и ты понимаешь почему, но не смей наглеть, Дазай. Из-за резкой перемены голоса, Чуя еле смог понять, что Мори сказал. А вот слова Осаму он и вовсе не разобрал. — Но и себе вы тоже позволяете большее, чем другие. — Парень попытался подняться, но его пнули в живот, и он снова упал. Мужчина прокашлялся и посмотрел на часы. — Да, и если ты снова сбежишь или сделаешь что-то подобное, я позволю себе то, что ты даже в самых страшных снах не можешь увидеть… — Он взял парня под локоть и поднял. Дазай слегка пошатываясь всё же смог устоять на ногах. Чуя не понимал, о чём идёт речь, но догадывался. Он не был гением, но идиотом его тоже нельзя было назвать. — Дазай живёт с Боссом. — Самому себе подтвердил парень. — Значит, он сбежал от него… — Он все ещё смотрел в щель и видел, как Огай осторожно поправлял чужие волосы, и то, как при этом выглядел Осаму, он тоже видел. Он был напуган, а отвращение на его лице было невозможно скрыть даже кровью. — Иди умойся, сейчас придёт Чуя. — Дазай никак не отреагировал, а лишь молча поплёлся к выходу с другой стороны. Сам же Чуя, который стоял напротив двери, лишь молча думал. Его самого удивляло его спокойствие. Он не был напуган, зол или обижен за напарника, хотя почему должен? Он ему никто и ему должно быть плевать, и так и было, но Чуя этого стыдился. Ведь чего он хотел, когда шёл в мафию. Это жёсткий мир со своими правилами и неписаными законами, здесь выживает сильный, а слабый умирает, и никто о нём даже не вспомнит. Спустя какое-то время он понял, что нужно зайти. Постучав, он открыл дверь и не увидел ничего необычного. Огай, как и всегда, сидел за столом и читал. Он с лёгкой улыбкой посмотрел на Чую и рукой указал на кресло, на что тот помотал головой и лишь встал рядом. Дазай опять вышел из-за спины Мори и с непринуждённой ухмылкой подошёл ближе к напарнику. Теперь его улыбка выглядела не такой обычной, как раньше. — Вызывали? — Чуя решил не ждать и быстрее со всем этим закончить. — Да. Завтра вам нужно будет проследить за одним человеком. Все подробности есть здесь, — мужчина поднял конверт, -там указано имя, цель слежки, варианты событий и план дороги. Вопросы есть? — Нет. — Доктор Мори, вы подстриглись? И опять эта наигранная непринуждённость. Она уже злила. — Ха, нет, я не стригся. По делу, я так понимаю, вопросов нет? — Нет. — Более агрессивно, чем хотелось, сказал Чуя. Они оба вышли из кабинета и направились к лифту. Чуя был так зол, что даже стоять рядом с ним не хотел, хотя он не понимал на что злится. — Ну что, интересное было представление? — Дазай убрал руки за спину и встал ровно. У Чуи сердце ушло в пятки. Как? Он что, заметил его? — О чём ты? — Он решил притворяться дураком до последнего. — Я о том, как ты нагло подсматривал. Ай-ай-ай, как не стыдно? — И что с того? -парень зло посмотрел своими обжигающими голубыми глазами. — Ничего. Просто лучше, чтобы об этом никто не знал. — О том, что босс тебя избивает или о том, что ты с ним живёшь? — Обо всём. Держи язык за зубами, а то всем будет несладко.-И Чуя это понимал. Никому не будет лучше от новых сплетен внутри мафии. — Хорошо, — Дазай удивился внезапной покладистости напарника, но так было даже лучше. — Прости меня.-он опустил глаза в пол. Осаму на него посмотрел. — Что? Чуя раздражённо выдохнул. Ему это всё давалось с трудом. — Прости, за то, что я сделал ночью, я правда понятия не имею, зачем так сделал, и не понимал, почему ты так разозлился, но сейчас я всё понял, и мне правда жаль. — Он не хотел смотреть в кровавые глаза. Ему казалось, если он сейчас в них посмотрит, то Дазай превратит его в каменную статую своим взглядом. Осаму усмехнулся и тоже опустил голову, от чего рыжему стало легче дышать. — И ты меня прости. Я тоже повёл себя странно и слишком эмоционально, просто не делай так больше. — А я больше и не собираюсь пускать тебя к себе в гости, — Чуя решил разрядить обстановку, что Дазай тут же подхватил. — Почему? Хорошая же была ночёвка! — А вот и неправда. Ты почти всю мою еду съел! -Чуя толкнул его локтём. — Неправда! -Осаму сделал так же в ответ. Они зашли в лифт и с лёгкими улыбками отправились по своим делам. Один подделывать подписи, а второй пытать пленных.