Бракованная

Охотник сидел на контейнерах у корабля, всматриваясь в окрестности. Впервые за долгое время здесь было тихо — а у него была возможность расслабиться. Отряд бесконечно отправляли на миссии, людей не хватало катастрофически, поэтому их и вызвали: клонов, что способны заменить целый батальон. Все безумно устали после миссии. Крушила вымотался так сильно, что уснул мгновенно, как только забрался на койку. Остальные чувствовали себя не лучше. Слух сержанта уловил знакомые шаги сзади, и он, не поворачиваясь, чтобы ответить, заговорил. — Иди обратно, Акико. Ты почти не спала, так ещё и в ночную смену работала в лазарете, — он сел чуть поудобнее, всё ещё ожидая, что медик уйдёт. — Это не обсуждается, тебе нужно спать, — добавил сержант, но вдруг услышал тихий всхлип. — Аки…? — он с беспокойством повернулся к ней. Лицо девушки было немного мокрым от слёз, а глаза слегка покраснели. Мужчина вздохнул и жестом подозвал её ближе. — Кошмар? — спросил он тихо, опускаясь, чтобы посмотреть ей в лицо, пока её взгляд был направлен в землю. Врач легонько кивнула, не в силах говорить. — Что-то случилось на дежурстве? — всё ещё пытался разговорить её Охотник. Она лишь покачала головой. — Тогда, как будешь готова — скажи. Он прижался к «Мародëру» спиной, всматриваясь в даль. Последние семь циклов были довольно тяжëлыми для всех. — Сколько у тебя было смен на неделе? — спросил он тихо. — Три дневных и пять ночных… — Сколько?! Аки, какого криффа! — строгим тоном отчеканил он. — Поэтому с последней Крушила утаскивал силой? Даже если там такая проблема с людьми, нужно отдыхать. Будет бой и ты не сможешь даже себя защитить. Мне начать жестко контролировать твои часы работы? Ты же знаешь, я не шучу, — с угрозой сказал мужчина. — Сказал Охотник… Ты и сам трудоголик… — пробубнила сестра, пытаясь перевести стрелки. — Да, но это мне никогда не мешало в битве. Я не тружусь до такой степени, чтобы Крушиле пришлось тащить меня отдохнуть, — упрекнул её сержант. — Я бы не был так против, если бы ты работала только в лазарете, но ты же кроме этих смен и с нами на задания ходила. Аки, тебе нельзя столько работать. — Знаю, я отдохну, честно… — пообещала она виновато. — Просто… посижу с тобой немного. Мне не хочется снова засыпать… — Слишком жуткий кошмар? — догадался он. — Да… — Наверняка из-за загруженности. Минимум сутки ты обошлась без сна на этой неделе, да…? Тебе надо меньше работать. В этот раз я лично проконтролирую, — объявил Охотник свое решение, без права на пересмотр. — Ладно… — Ты хороший врач, Аки, но я не понимаю почему ты берешь так много смен… — тихо промолвил мужчина, краем глаза наблюдая за сестрой. Сердце щемило от того, насколько избито она выглядела. — Прости, — шепотом ответила девушка, не смея посмотреть на брата. Через пару минут тишины Охотник услышал тихое пение. Это была колыбельная, которую он уже слышал. В такие моменты сестра часто напевала ее. Мужчина закрыл глаза, слушая успокаивающую мелодию. Напряженные мышцы расслаблялись и ныли даже те, о существовании которых он давно забыл. Казалось, он сейчас уснет прямо на этом ящике. Тычок в бок, мелодия давно закончилась. Медик тихо усмехнулась. — Иди спать. Тут не очень удобно. — Только если ты тоже идешь, — сержант протянул ей руку, помогая подняться, и они вместе поднялись по трапу. … Охотник вошел в полевой медицинский блок, чтобы поговорить со старшим медиком насчет смен Акико. На койках лежали раненые, еле живые солдаты. Главный врач подошел к сержанту. Мужчина выглядел измотанным, будто за последние трое суток поспал всего 6 часов. У главы 99-го отряда невольно возникло сочувствие, но он быстро его отмëл. — Здравствуй. Ты насчет Акико хотел поговорить, да? — спросил клон устало. — Да, — кивнул следопыт. — Она много работает, и вдобавок к этому у нее есть миссии с моим отрядом. Ей бы сбавить нагрузку насколько возможно… — Я понимаю, но она сама просит эти смены. Я не даю больше чем позволяет устав в нашей ситуации. Мы все наизнос работаем, но людей в этой дыре все равно не хватает. Мы не успеваем как следует позаботиться обо всех, столько братьев уже полегло… Послышались громкие голоса, будто кто-то спорил. Один из них оба клона сразу узнали: девушка-медик. Войдя в другую секцию, они обнаружили врача, спорившую с офицером. — Но у него более тяжелые ранения, ему можно помочь, если я сделаю это сейчас! — настаивала Акико. — Приоритет на получение медицинской помощи принадлежит высшим военным чинам и солдатам, которые быстрее могут вернуться в бой, — парировал нанятый офицер, не из клонов. — Он не в приоритете. Если откажетесь следовать приказу, последует наказание. — Коммандер, позвольте, — смягчив тон, но все еще напористо говорила девушка. — Капитан находится в стабильном состоянии, ничто не угрожает его жизни, а этот солдат умрет если я не помогу ему сейчас. — Вы смеете спорить со старшим по званию? — Она имеет право, так как следует уставу, а вы не относитесь к офицерам высшего командования, — вмешался старший медик, вставая между ними, закрывая врача от военного. — Если продолжите мешать работе моих людей, я буду вынужден потребовать вашего выхода из мед блока. — Я буду жаловаться на Вас! — еще сильнее разозлился мужчина. — Выйдите из блока, коммандер, или я добьюсь наказания для Вас за нарушение приказа глав врача. Последствия Вам должны быть известны. Лицо человека покосилось от такой наглости, но он послушался и вышел. — Как же тяжело с такими… Сомневаюсь, что он знает устав: никакого пункта о приоритете больных там нет, — сказал клон, ущипнув переносицу, и повернулся к Акико. Девушка уже работала над тем, чтобы стабилизировать солдата. Ее руки то и дело останавливались над каким-то местом, когда она чувствовала отличие от здоровой работы органов. — Как он? — Плохо. Можешь помочь? Охотник стоял в стороне, издалека наблюдая за двумя медиками. Несмотря на сосредоточенность сестры, он отлично видел на ее лице, как она переживала за этого клона. За каждого, кто был здесь. Охотник давно уже не причислял себя к их числу, не считал их братьями. Бракованная партия всегда была другая, только они четверо — а сейчас шестеро — друг у друга. Только несколько клонов были исключением в этой иерархии, остальные бычки служили лишь пушечным мясом в этой войне. Но не для неё. Конечно нет. Охотник не лег спать, пока не вернулась Акико. Он медленно и тщательно вычищал свое оружие, пока не услышал тихие шаги. — Заходи. Мне нужно с тобой поговорить, — девушка напряглась, но послушно подошла и села, когда сержант жестом разрешил ей. — Ты отличный медик Аки, возможно, даже лучший. Но спасти всех не получится. — Но разве это повод не пытаться? — защищалась врач. — А это повод довести себя до истощения? — Его тон не повышался, но и не становился мягче. Охотник твердо стоял на своем. — Мне тяжело понять, но я представляю, что ты чувствуешь. Тяжело видеть их и не попытаться помочь. Но доведя себя до обморока от усталости — ты не поможешь никому. Эти парни знают свою судьбу. Их для этого создали, как бы грустно это не было. — О наших парнях ты бы такого не сказал, — парировала Акико жестко, с обидой. — Наш отряд отличается. Всегда отличался. Мы другие. Мы делаем свою работу и бережем друг друга. Я не говорю, что тебе нужно ненавидеть тех ребят, но не привязывайся к ним. — Я не хочу чтобы они умирали, — призналась девушка, направив взгляд в пол. Она знала, что сержант прав, но ей так хотелось чтобы все было наоборот. — Не хочу мириться с тем, что они умрут, просто потому, что мне не хватило сил проверить еще одного бойца. — Ты не виновата, что у нас не хватает людей, — все тем же твердым голосом сказал мужчина, не давая девушке возможности ухватиться за какое-либо колебание в его поведении. Только так он может ее убедить и не дать этому повториться. — Как бы ты не хотела, ты не можешь работать за десятерых. А если ты продолжишь так работать — то смертей точно станет больше. — Акико замерла на месте. Это было очевидно, но слышать это было больно. Она разрывалась между обязанностью помочь им и здравым смыслом. Увидев, что это подействовало, Охотник продолжил давить. — Если продолжишь так работать, то сделаешь хуже себе и им. Упадешь без сил, не сможешь помочь, когда ты нужна — и тогда ты точно будешь виновата. — Хватит… — Тихо попросила девушка. — Тогда ты сейчас же идешь спать. И с этого дня я контролирую часы твоей работы, пока ты не усвоишь какой объем работы тебе полагается, — девушка побежденно вздохнула. Она сама на это напросилась. — И на следующее задание я тебя не беру, — добавил сержант. — Ты не в состоянии для боя. — Н-но вы же на передовую улетите! — Запротестовала врач, в панике представляя ситуацию. — А если вам будет нужна помощь? Там же полчище этих жестянок! — Вот именно. Ты не в состоянии даже себя защитить. У тебя руки трясутся от усталости, — заметил Охотник, коротко взглянув на ее кисти. Акико сжала ладони в кулаки, чтобы унять дрожь. — Мы будем в порядке. Мы долгое время справлялись с такими заданиями только вчетвером, а с Эхо мы справимся еще быстрее. — Сестра сжала губы в тонкую линию. Ей очень не нравилась эта идея, но у нее не было права голоса. — Вы же вернетесь за мной потом…? — спросила она тихо, только потом осознав свои слова. Это звучало странно, но ей правда было страшно, что они оставят ее одну, раз она не может быть им полезной. Охотник вздохнул, его взгляд смягчился впервые за вечер. Он поднялся и взял Акико за руку. — Обещаю. Послезавтра мы снова будем здесь и ты будешь на миссии с нами, — медик все еще немного дрожала. Разговор был не из легких и сержант не дал ей даже шанса переварить, а ей это было необходимо — мужчина понял это уже давно. Акико была эмоциональней обычного клона, любого другого человека, с которым он говорил. Брат притянул ее и обнял, нежно потрепав по плечу. — Прости. Но это единственный способ до тебя достучаться. Только если ты здорова сама, ты можешь помогать другим. Отдохни завтра как следует, у тебя будет только укороченная смена в лазарете. … Утром следующего дня спецотряд ворвался в бой. Холодный расчет, профессионализм и чуток безумия — вот стиль Бракованной партии. Из-за усталости шоу не вышло, но они хорошо справлялись и с менее экстремальной тактикой. Охотник разбирался с дроидом в рукопашную и не сразу заметил гранату, брошенную противником. Он успел отпрыгнуть и избежать основного урона, но взрыв повалил его на землю, в голове стоял гул. Хорошо, что Прицельщик вовремя заметил сержанта и обеспечил прикрытие, пока тот не пришел в себя и не нашел места для передышки. Из-за усталости и наступающей электромагнитрой бури, эффект не прошел до конца даже после боя. Снайпер поймал сержанта за плечо на подходе к «Мародеру» и немного толкнул, заставив развернуться. — У тебя система заглючила или что? — грубо спросил младший брат. — Не заметил как бросили гранату, — отмахнулся следопыт. — Ты? — не поверил он. — Да к тебе даже подкрасться невозможно и ты гранату не заметил? Мне лапшу на уши можешь не вешать. — Ты чего завелся вообще? — недоумевающе сказал мужчина, потирая висок, пытаясь унять боль в голове. — С того, что если бы не я, то тебя бы там пристрелили. Повезло, что я вообще туда посмотрел в этот момент, — Крушила уронил какой-то ящик, раздался грохот и быстрое «Ой! Прости!» от гиганта. Охотник дернулся от громкого звука — обычно такого бы не было. Прицельщик прищурился, догадываясь о причине. — У тебя перегрузка что ли? — Не твое дело, — огрызнулся старший. — С чего это не мое? — спросил снайпер и, не дождавшись ответа, схватил брата за запястье и потянул на шаттл. — Идем внутрь, Тех знает как тебе помочь. — Сам разберусь, — Охотник резко вырвал свою руку из его хватки. — Ты сам уже разобрался сегодня: чуть не умер, если бы я тебя не подстраховал, — напомнил парень. — Это твоя обязанность — наблюдать за обстановкой, а ты бахвалишься. Может тебе медаль еще выдать? — возмутился сержант. — Только если лента будет сделана из твоей банданы, — насмехался он, считая поведение брата странным и раздражающим. Охотник не выдержал и врезал младшему брату по лицу. Прицельщик отшатнулся и схватился за челюсть, проверяя не вылетел ли сустав. Убедившись, что все нормально, с яростью в глазах, он кинулся нанести ответный удар. … Отряд летел обратно в тишине. Охотника с Прицельщиком рассадили в разные стороны. Оба мужчины были в ссадинах и синяках, побитые друг другом больше чем дроидами. Тех за штурвалом уставше вздохнул. — Аки будет в ярости, — сказал он сам себе и взглянул на сержанта позади. Тот все еще корчился от головной боли и сенсорной перегрузки. — Я попрошу у Акико ее блокираторы, может смогу настроить их для тебя. — Не надо, — отозвался Охотник, на что Прицельщик недовольно щелкнул языком. — Они ей нужнее. Мне просто нужна тишина и темнота. — Это уже ей решать: она будет оценивать твое состояние с точки зрения медика, — предостерёг инженер. — И так все перерабатываем, а тут еще вы деретесь, — измученно промычал Эхо. — Снова будет лекция? — протянул снайпер, чувствуя как устал еще до начала поучительного монолога. — Видимо вам она правда нужна, зря только тревожите нашего медика, — отозвался киборг. Затем тише, многозначительно глядя на Охотника и Прицельщика. — Некоторые чаще остальных… — Видимо накопился стресс из-за сверхурочных часов, — высказал догадку очкарик. — Снова читал материалы по психологии нашего врача? — спросил механик с ехидством в голосе. — На самом деле они очень интересные, хотя для этого вывода никакого образования не нужно. Впрочем, благодаря этим текстам, все становится намного понятнее. Акико посоветовала мне несколько способов чтобы лучше реагировать на некоторые ситуации. Например, записывать черты характера и привычки знакомых. Как я выяснил, отношения и характеры этих двоих предполагают регулярные столкновения, которые чаще всего проявляются в физическом плане. — Ээ… Что? — протянул неуверенно Крушила. — Простыми словами: им надо иногда выпустить пар… — пояснил ЭРК-солдат. — Можно помолчать? — огрызнулся Охотник, головная боль накатывала сильнее. Все замолчали, но это не сильно помогло сержанту. Он никак не мог перестать слышать их дыхание, шум приборов, каждый мелкий шорох. Шаттл сел на базе. Отчеты и ворох событий, которые следопыт уже не мог вспомнить, пока лежал на койке. Рядом работала Акико, обрабатывала ссадины Прицельщика, пытаясь выяснить что случилось. — Просто наш сержант перетрудился, — выцедил он сквозь зубы и тихо прибавил: «банта». Тут же снайпер получил подзатыльник от медика. Парень издал недовольный звук. — Эй! Это он начал! Я ему жизнь спас, а он выпендривается! — Вы оба те еще банты. Сплетëтесь рогами и не можете распутаться. Зачем драться то сразу… — Сказала девушка уставше, глядя на старшего брата. Охотник отдыхал молча, глаза были завязаны, сверху наушники с шумоизоляцией выкрученной на максимум. Так его органы чувств должны были разгрузиться. — Иди в казарму. Не занимай место. Охотник останется здесь на ночь. С вами он не сможет расслабиться. — С ним все будет нормально? — спросил мужчина и тут же добавил оправдание, будто боясь показать сочувствие. — Не хочу с ним нянчиться. — Все будет хорошо, — успокоила его медик. Прицельщик кивнул и вышел из отсека, бросив «не задерживайся, мелочь». Снайпер все придумывал разные прозвища для девушки. Это было самое безобидное из всех. — Написать бы тебе на лбу одно из этих прозвищ… — Аки…? — заговорил следопыт тихо, пытаясь понять, здесь ли она еще. Почувствовав движение рядом, он расслабился, и уменьшил шумоизоляцию наушников. — Он вышел? — Да, — подтвердила медик, выключая оборудование рядом, чтобы не тревожить его органы чувств. — Ты его напугал. — Он не из боязливых, — отмахнулся Охотник. — Аккуратнее надо быть. Кто-то мне миссию завтра обещал, — напомнила она о нарушенном обещании. — И хватит драться, я больше не буду указывать в отчете, что вы эти ссадины в бою получили, — голос настойчивый, почти как приказ. — Ладно, — тихо посмеиваясь согласился сержант. Голос слабый, уставший. — Ты такая командирша… — Только когда ты по-другому не понимаешь. Спи, — девушка снова повысила шумоизоляцию наушников и выключила свет в отсеке. За стенкой слышался спор знакомых голосов. Она вздохнула и вышла наружу, увидев в коридоре спорящих Прицельщика и Крушилу. Первый замолчал на полуслове как только увидел ее. Солдаты обменялись виноватыми взглядами. — Что происходит? Я не могу заглушить абсолютно все органы чувств Охотника, вы можете вести себя потише? — возмутилась врач. — Просто обсуждаем тактические ошибки… — оправдался снайпер. — Да, сержант немного сплоховал. Со всеми бывает! — успокоил ее гигант. — Повезло, что вообще от гранаты увернулся… — Гранаты?! — воскликнула Аки. Ей никто не доложил про это. Прицельщик посмотрел на здоровяка убийственным взглядом. — А если бы… — Она прервалась, возможностей и волнентй слишком много чтобы выразить словами. — Докладывай. Сейчас же. Младший брат рассказал всю ситуацию в деталях. Они оба смотрели на сестру, у которой казалось сейчас пойдет дым из ушей, то ли от злости, то ли от крутящихся шестеренок в голове. — Он хотя бы ничего не сломал… — попытался сгладить углы подрывник. — Не утешает, Крушила, — сказала девушка, устало выдохнув. Они все были измотаны. — Может написать жалобу о нехватке персонала… Командование не может закрывать на это глаза, Тех говорил это важная точка. — Средняя по важности, — уточнил хмурый парень, сунув зубочистку в зубы. — Посмотри вокруг, всем плевать на этот аванпост. Мы латаем себя чем попало. Думаешь они станут слушать жалобу клона-медика? — Вот именно, а мы один из лучших отрядов! — поддержал гигант, сложив руки на груди. — Могло быть и получше. — Мы их солдаты, они должны к нам прислушаться, — возразила медик. — Я попробую написать, может Тех поможет с официальной формулировкой… — Тоже напишу, — безразлично отозвался снайпер. — Если жалоб будет много — будет больше шансов, что они услышат. — Как всегда дипломатичное решение, — улыбнулся здоровяк. — Ну кто-то должен быть голосом разума здесь и убедиться, что вы не взорветесь от гранаты. — Слышал, Прицельщик? — Крушила хлопнул брата по спине, чуть не опрокинув его. — Мелкая обеспечит нам прикрытие! — Я и сам справляюсь, — отмахнулся снайпер, снова встав ровно. — Да? Это тебе поэтому так рожу разукрасили сегодня? — ехидно спросила девушка, указывая на синяки и ссадины солдата. Крушила расхохотался, а Прицельщик одарил их обоих ледяным взглядом. — Пойду проверю периметр. Один, — сказал он, направляясь к выходу, по пути выкинув изжеванный кусок древесины. Здоровяк ухмыльнулся ему вслед и посмотрел в сторону мед отсека. — С сержантом все будет хорошо? — Да, ему просто нужно время, — успокоила его девушка, взглянув на часы. — Кстати об этом, тебе бы тоже пора отдохнуть, ты еле на ногах стоишь. — Нет, нормально, я еще подежурю, — возразил мужчина, широко зевая. Тело слегка качнулось, пока он старался удержаться на ногах. — Ты на месте качаешься, — журила его врач. — Иди спи, я вместо тебя пригляжу за всем. — Но кто приглядит за тобой, пока ты приглядываешь за всем? — дразняще сказал гигант, медленно моргая, пытаясь сфокусировать сонный взгляд на сестре. — Ну я большая девочка, справлюсь как-нибудь, — парировала девушка шутливо, поддерживая разговор. — Теперь иди. Койка. Сейчас же. — Есть, мэм, — он криво отсалютовал. — Разбуди если нужна помощь, — сказал парень напоследок, направляясь в казарму, чуть не споткнувшись на ровном месте, но удержавшись. … Снайпер проходил по маршруту патрулирования, осматривая базу и сразу подмечая места, где враг бы мог устроить засаду, слепые зоны, где может спрятаться разведчик или стрелок. Такой ритуал его даже успокаивал, в который раз дарил уверенность в собственных способностях. Их отряд лучший, совершенный, уникальный. И он по-настоящему достоин быть в нем. Это цель его жизни, для чего он был создан — быть лучшим солдатом в этой армии. Делать все возможное для выполнения задачи. Прицельщик заметил как коммандер, не клон, что-то рассматривал вдалеке. Старший по званию подозвал его и солдат послушно подошел. — Здесь странные следы. Проверь, — приказал он. Прицельщик наклонился осмотреть отпечатки на земле. — Это зверь, — заключил он, доставая свою винтовку и смотря в прицел, высматривая существо. — Мелкое дикое животное. Видимо искало еду, — подытожил парень, убирая оружие обратно. — Странная форма, — заметил человек, оценивающе осматривая снайпера. — Спецотряд 99, сэр, — пояснил солдат, встав по стойке смирно. Тон голоса не выдывал ни одной эмоции. — Так это вы, — осознание промелькнуло в его глазах. — Да, вы знамениты. Говорят, вы не провалили ни одной миссии, несмотря на нестандартный подход. — Верно, — подтвердил парень, скрывая внутреннюю гордость. — Наш отряд отличается в тактике, но это повышает нашу эффективность. — Если бы таких как вы было больше, может война бы кончилась быстрее, — задумчиво сказал мужчина. — Но что за медики на этой базе, — возмутился он, будто пытаясь гайти поддержку у клона. — Работают долго и никакого результата. — Малое количество смертей, результат уже впечатляющий с нехваткой штата на этой базе, — вдруг вступился Прицельщик. Он бы промолчал, но не когда его сестра перерабатывает настолько, что чуть ли не в обморок падает от усталости. — Та девушка в черной форме… Она тоже из ваших? — С нескрываемым презрением спросил коммандер, буквально требуя ответа. Снайпер утвердительно кивнул, сохраняя спокойствие и субординацию. — Почему ее включили в ваш отряд? — Этого потребовало командование. Она одна из лучших медиков, — его тон давал понять, что солдат полностью уверен в своих словах. — Ясно, — почти обиженно сказал мужчина и развернулся, удаляясь в направлении штаба. — Свободен. … Прицельшик вошел в казарму, когда все уже спали. Он включил тусклую подсветку, принимаясь чистить свое оружие перед отбоем. В комнату вошла Акико, сонно потягиваясь. В этот раз на удивление даже не задержалась после смены. — Задержался на патруле? — спросила сестра вполголоса. — Угу, — промычал парень в ответ, собирая винтовку в целое. — На тебя вижу подействовала лекция сержанта. — Если бы я не ушла, он бы лично меня выпроводил, — сказала она шутливо, хотя следопыт вправду мог так поступить. — Уже проснулся? — поинтересовался снайпер о состоянии брата. — Нет, надеюсь, проспит до утра, — девушка сняла грудную пластину и надела граждагскую кофту для сна. Она потянулась, прикрыв рот, зевая, о чем-то задумываясь. — Я точно проверила третью секцию… — Ты уже три раза туда заходила, — отозвался парень, затем сразу оправдал свое наблюдение. — Я слышал открывающиеся двери. Иди поспи нормально. — Не будь занудой, дай посидеть спокойно, — протестовала девушка, усевшись на скамью рядом с солдатом, и положила голову ему на плечо. — Кровать там. — Твое плечо удобнее. Прицельщик недовольно прорычал и отвернулся. Его взгляд упал на ее датапад, который она забыла выключить. Он взял его, читая содержимое открытого файла. — Писала официальную претензию? — Да, язык рапортов не для меня, — промычала сестра уставше. — А как же медицинские отчеты? — поддразнил мужчина. — Это проще, — возразила медик. — Переписал диагноз, обозначил состояние пациента, а здесь нужно донести мысль так, чтобы не выйти за рамки субординации… — Отдай Теху — он подкорректирует утром, — предложил брат, хитро улыбнувшись своему же совету. — Как не стыдно заставлять нашего умника писать от твоего имени рапорты, — игриво отругал он сестру, растрепав ей волосы. В ответ она пробубнила что-то невнятное, убирая его руку. Взгляд снайпера смягчился, будто пытался смотреть сквозь неё. — Не расскажешь с чего коммандер Бейд тебя так невзлюбил? — Ему не нравится, что я мало времени уделяю лечению его брата-капитана… — в голосе чувствовалось будто только мысль об их нынешнем начальстве вызывала головную боль. — Он попал в лазарет несколько дней назад с не очень серьезным ранением и с тех пор коммандер требует от нас больших усилий. — Идиот, — щелкнул языком парень. — Ты что? — врач спросила испуганно. — Ты же ему не расскажешь? — ухмыльнулся он. Затем его выражение лица стало серьезным, глаза смотрели куда-то вдаль. — Это правда. Он ничего не сделал чтобы так себя вести. Не все высшие чины заслуживают свое место. Уважение надо заработать, — его голос значительно смягчился, вопреки обычному безразличному поведению. — Ты мое заслужила. Прицельщик посмотрел на нее и покачал головой, увидев, что девушка уже дремлет, усыпленная звуком его равномерно бьющегося сердца. Снайпер беззвучно выругался. Если двинется — разбудит. Крушила повернулся, на койке напротив, мягко прорычав в подушку, просыпаясь. Он поднял голову и несколько раз моргнул, прогоняя сон. На его лице появилась широкая улыбка, как только он увидел сестру и брата, обычно спорящих или подкалывающих друг друга, спокойно сидящими вместе. — Какие вы милые, — протянул он, доставая голокамеру, чтобы запечатлеть этот момент. — Положи на место или я засуну ее тебе в глотку, — тихо процедил солдат сквозь зубы. — Ладно… — Крушила нахмурился, но убрал устройство назад, под койку. — Но я точно тебе это напомню, — сказал гигант с довольной ухмылкой. — Ха. — Эхо проснулся, уставше наблюдая картину с соседней кровати. — Положите уже бедного медика на кровать. — Наденьте ей блокираторы, чтобы не проснулась, — вклинился Тех с верхней койки. Прицельщик мысленно поблагодарил их за здравую мысль и отряду удалось уложить медика на мягкую постель, не разбудив ее. — Сегодня даже рано вернулась, — заметил инженер, глянув на время на датападе. — Видимо Охотник до нее наконец достучался, что она не дроид, а живое существо, — шутливо сказал здоровяк. — А я кто тогда, раз ты меня жестянкой вчера назвал? — припомнил Эхо со своего иеста, сверля брата взглядом. — Не жестянкой, а железным клоном, — поправил Крушила гордо. — Не сильно лучше, — возразил механик, закатив глаза. Вдруг раздался тихий, сонный женский голос. — Заткнитесь уже… Аки не проснулась, но если они не прекратят, то вполне может. Парни переглянулись, тихо хохотнув и забравшись обратно в койки, снова проваливаясь в сон.