Original

Тремя месяцами ранее. Звонок в башню Vought с неизвестного номера. - Это правда ты? - Обстоятельства изменились. Я решил, нам надо поговорить. - Я не знаю, что ты о себе возомнил, но тебе повезло. Один раз. Потому что подкрался сзади... - Осень 80го. - перебивает Солдатик. - Меня вызвали к Фогельбауму в лабораторию. Какой-то эксперимент с генами. Я до сих пор помню тот июньский журнальчик. "Пентхаус". Даниэль Дэно. Киска пушистая, как кисточка. - Что... - Я им кончил в пробирку. Как оказалось, Фогельбаум сделал ребёнка. Он родился весной 81го. Мальчик... И знаешь, что самое поганое? Если бы они меня не трогали, я бы сам в сторону отошёл. Какой отец не уступит дорогу сыну? * * * * Настоящее. Тот вечер и тот телефонный разговор всё между ними изменил. Солдатик всё ещё не принимает, что из его семени выросло нечто настолько... гламурное. Детка ведь даже на своего отца не похож совсем! Эти яркие голубые глаза, эти светлые волосы... вообще не Бенова порода. В семье такого типажа внешности не было. По крайней мере, в известной Бенджамину родословной. Солдатик не принимает. Всё внутри противится осознанию, что у него есть сын. Что этот сын биологически старше него. Что этот сын настолько жалкий и не мужественный... Но Бен передумал его убивать. И со временем, осваиваясь в наступившей новой эпохе, в которой педики женятся в мерии, а жирные фригидные лесбы - символ повесточной силы, Бенджамин даже начинает относиться к сыну немного мягче. Всё ещё не принимает, как сына, но присматривается. И по-отечески присматривает. Его продолжение творит странную хуйню... Бену это совсем не нравится. Каждый второй день Хоумлендеру хочется то ли въебать, как следует, то ли поставить это смазливое хаотичное существо на колени и выебать. Исходя из его поведения, из всех этих странных замашек, детских капризов и частых истерик, Солдатика всё чаще посещает мысль, что его детке не хватает крепкого члена. Оказывается, члена вполне хватает - дофига так неожиданное открытие! Разобравшись в новых технологиях, нагло эксплуатируя свой круглосуточный доступ в апартаменты Хоумлендера, Бен залазит к сыну в планшет. Вообще без задней мысли. Просто хочет узнать своего сына немного лучше. Узнать, чем он в действительности увлекается и интересуется. Слишком много вокруг противоречивых данных о том, что из себя представляет Хоумлендер. Бенджамину кажется, Джон ему сильно недоговаривает... Ему не кажется. Поисковые запросы забиты вопросами о том, как подлизаться к родителю, как вести себя, если обрёл родителя во взрослом возрасте, как сделать так, чтобы ваш старомодный предок вами гордился и тому подобное - больше двух сотен запросов подобной сентиментальной хуйни, даже порнушки нет! Потом Бен заходит в медиа-файлы планшета и... находит там свою могилу. Не удивительно, что в истории браузера порнушки нет... Вся порнушка в личных файлах пользователя... Солдатик уже думает положить планшет на место и заодно самому спросить у Гугла, что делать с великовозрастным отродьем. Как-то он за три месяца жизни под одной крышей не догадался спросить всезнающий интернет. Но он не был бы собой, если бы у него не было интереса к интимной жизни. В первую очередь, разумеется, своей, но и личная жизнь окружающих способна скрасить его досуг. Раз уж предоставилась такая возможность, ему интересно узнать, на что дрочит его сынок. Бен кликает на самый часто просматриваемый файл в его видео-архиве, помеченный звёздочкой 'Избранное', и едва не роняет планшет. КАКОГО?! ХУЯ?! На видео он сам. Он сам, намотав на кулак отвратный звёздно-полосатый плащ, мощно втрахивает Хоумлендера в постель... Что за херня?! Да быть такого не может! Не было такого! Сколько бы Солдатик ни выпил и какую бы дрянь ни скурил, память ему никогда, вот ни разу, после развлечений не отшибало. Он уже научился пользоваться всеми путями использования технологии Bluetooth, от подключения беспроводных наушников к своему устройству до передачи файлов между устройствами. Пусть и не в совершенстве, но научился. Со второй попытки он копирует видео на свой смартфон, после чего печатает сыну короткое смс [печатать на крохотной клавиатуре он ещё не привык - чертовски неудобно!]: "Я соскучился. Зайди ко мне через двадцать минут." * * * * Широко улыбаясь своей отрепетированной улыбкой, Хоумлендер стоит на пороге его скромных апартаментов спустя шестнадцать минут от момента отправки приглашения. Вообще-то Солдатику предлагались большие апартаменты. Он сам выбрал попроще. К современному гигантизму он не привык. В его время жилые пространства были поскромнее. - Привет. Проходи. Садись. - Бен приглашающе хлопает ладонью по краю постели рядом с собой. Джон всё ещё улыбается. Улыбка как маска. Улыбка как защитная реакция. Но смотрит с прозрением, прожигает недоверчивым взглядом. Его можно понять. Только совсем недавно Бенджамин перестал называть сына педиком и придираться к каждому его жесту. И то лишь потому, что сменил главный объект абьюза на пресмыкающегося перед его сынком, действительно жалкого рыбоёба, который каким-то угрём умудрился вкрутиться обратно в Семёрку после отмены за сексуальное насилие. Хоумлендер смотрит на отца с подозрением, но всё же подчиняется: медленно идёт к нему. Присаживается на указанное место, аккуратно расправляя свой плащ позади спины, как нечто драгоценное. Такой аккуратный, хорошенький... Такой прилежный мальчик... Даже не верится, что эта прилизанная красота покорно принимала в себя член и стонала, как сучка в порнушке, пока его пялили, намотав на кулак дурацкий плащ. - Хочу тебе кое-что показать. - обманчиво-добродушно произносит Солдатик, достаёт свой телефон и включает украденное видео. Хоумлендер меняется в лице. Улыбка мгновенно исчезает. Взгляд мечется по сторонам. Нервно. Губы дрожат. Он резко пытается подняться. Бен удерживает его, закинув тяжёлую руку на плечо, придавливает, прижимает к своему боку вплотную. - Не спеши так. Примерно на полторы минуты Джон застывает его в объятиях, пока смартфон издаёт громкие неприличные звуки. Затем следует ещё одна попытка молча уйти. - Погоди сынок. Там впереди ещё мой любимый момент, где ты мне сосёшь, а я называю тебя сыном и рассказываю, как сильно я тебя люблю и ценю... Так же резко, как впал в ступор, Хоумлендер впадает в истерику: - Я всё объясню! Это не ты... не ты... это всего лишь перевёртыш! Это ничего не значит, просто игра, всего лишь фантазия... - Ничего такая фантазия. - зло, сквозь зубы цедит Солдатик. - И как тебе? Понравилось? - Нет... конечно, нет... Лживая сучка! Вот и кому он врёт? Бен всё видел. У Хоумлендера в личном архиве ещё полтора десятка подобных видео... - Замена полностью удовлетворяет, я спрашиваю? - голос Бенджамина становится опасным, тем самым тоном, которым он шепчет комплименты дамочкам и с каким убивает очередного преступника. - Не думал поразвлечься с оригиналом? - Нет... Лживая сучка! [2] Бен поднимается, возвышаясь над сыном, и резко его толкает толкает ладонью в грудь, заваливает спину. Сам располагается между раздвинутых ног, с намёком наматывает нелепый плащ на свой крепкий кулак. - Перефразирую, чтоб было понятнее: хочешь? - Больше всего на свете... Ну наконец-то правда! - Ты удалишь те гребанные видео. - ставит своё условие Солдатик. - На них моё лицо! - Хорошо. - безропотно соглашается детка. - И больше не будешь кувыркаться с перевёртышем. Избавься от него. Он в курсе твой главной слабости. Представляешь, что с тобой сделает пресса, если это утечёт в сеть? Мне-то ничего. У меня ещё в пуританских шестидесятых была репутация бляди, которая ебёт всё, что движется. Что мне очередная отмена? Переживу. Но тебе придёт конец. - Как скажешь, папа... В отличии от своего убогого покорного двойника, Солдатик не намерен трахать своего сына, пока тот одет в убожество [костюм Хоумлендера]. У его хорошего вкуса падает на этот дебильный костюм. Сверхпрочная ткань, выдерживающая выстрелы пуль, с треском расползается под его сильными руками, когда Бен её рвёт. - Презервативы... - тихо напоминает Джон. Солдатик склоняется к его лицу. - Нет. Я буду трахать тебя жёстко и грязно. А не так, как ты пожелаешь. - Ах! - И я в тебя кончу. Наполню тебя. А ты это примешь. - Хах.. Это забавно: его замена сильнее, но Солдатику не нужна грубая физическая мощь, чтобы подмять его под себя. Опасное существо с превосходящим набором сверхспособностей растекается под ним послушной сучкой. Бен переворачивает его, укладывает на живот, трогает пальцем и понимает, почему на каждом видео Хоумлендер стонал, как девственница. По всей видимости, жёстко тут не получится. Судя по датам того видео-архива, его трахали четыре дня назад. Сейчас он снова девственно тесный. Бенджамин разминает его пальцем чёртову вечность, прежде чем добавить второй. Чертовски тесно... Возиться приходится долго, с поцелуями, со смазкой, шептать всякую сладкую и похабную чушь на ушко, чтобы максимально расслабился. В конечном итоге на его члене Джонни срывает голос от стонов и криков удовольствия.