Цена белых крыльев

Глава 1: Заманчивое предложение

-Не смотри так на меня, я сама знаю, что совершаю, возможно, самую большую ошибку в моей жизни. Сера устало потеряла переносицу и перевела взгляд на Пентиуса, который буравил взглядом золотой стол Серафима. Пентиус выглядел лучше последнее время: частые разговоры с Черри и остальным постояльцами отеля Хазбин заметно улучшили его состояние, но когда Сера предложила Пентиусу нации средство, чтобы его друзья могли искупить свои грехи, Пентиус стал чернее тучи и перестал показываться на глазах, закрывшись в своей комнате. Только через 2 надели он нашел в себе силы пойти к Сере и обсудить поиска чудодейственного средства. -Сера, но ты же понимаешь, что твое действие прямо нарушает небесный порядок. Ты просто не представляешь какие монстры обитают в Аду и, если они узнают о возможности попасть в рай, где есть все дары божьи, они не будут стараться стать лучше - они лишь сделают вид и будут творить беспорядки прямо к тебя под носом. -Я понимаю Пентиус, но я боялась слишком долго, и пора уже наладить древний закон равновесия. Я уничтожу Ад чего бы мне это не стоило. -А правитель Ада и его семья? Ты тоже думаешь, что им под силу искупить свои грехи, Сера? Сера, которая уже собиралась создать портал для выхода в Ад замерла. Она не знала, что ей ответить на данное заявление: правитель Ада не сможет попасть в Рай. Больше никогда не сможет. Его семья также обречена на вечное нахождение в Аду, но как ей сказать об этом грешникам, ведь тогда ее позиция по уничтожению Ада становилась по крайней мере не существенной, а в худшем случае дурацкой и вредной. -Пентиус, король Ада вполне осведомлен о своем положении и без нас, поэтому не будем упоминать его в речи, а просто...забудем. -Забудем? -Да, забудем, его проблемы уже не наши. Сера быстро вышла из комнаты, и только через 10 минут Пентиус услышал, как она открыла портал в Ад для дачи своего заявления. В тот вечер любой наблюдатель мог подумать, что она как обычно уверенна и точна в своих словах и мыслях, но только Пентиус слышал горький плач Серы перед тем как отправиться в Ад. Что-то связывало ее с королем Ада, но эта тайна нашла укромный уголок в глубине души Серы, который не под силу было открыть ни одному демону и ангелу.

* * *

,, Дорогой дневник, сегодня в отеле до безумия тихо и по-монингстаровски весело: с самого утра принцесса бегает по коридорам и размахивает разноцветной мишурой, при этом громко напевая несуразные мелодии из её любимых мультипликационных произведений. Вегги старается утихомирить разбушевавшуюся принцессу, Энджел сидит на барной стойке Хаска, который такой же красный, как и коктейль в его руке, целует паука в губы. Нерациональное использование губ и при чем достаточно противное. Наш любезный король сегодня совсем не хочет выходить из своей комнаты, лишь звуки цифровых глюков доносятся из его комнаты. А целом день обещает быть хорошим: Морнингстары в приятной недоступности от меня, а под рукой книга Гюго, что может быть лучше ". С этими словами Аластор захлопнул красную тонкую тетрадку и швырнул ее в дальний угол своей радиостанции. ,, Господи, какой бред - делюсь мыслями с куском бумаги. Пора как-то нормально справляться с одиночеством" Аластор зажёг сигарету, из которой пошел зелёный едкий дым, сам красноволосый налил себе стакан Виски и опустился в малиновое кресло, устало закрыв глаза, как вдруг словно из стены в комнату ворвалась Чарли с огромной охапкой разноцветной бумаги и герлянды. Ее появление было настолько неожиданным, что Аластор случайно выронил сигарету из рук, тихо выругавшись. -Ааалостоор, сегодня такой чудесный день, ты не представляешь как я счастлива, возможно даже больше чем в день рождения Вегги или в день открытия Отеля, а ты знаешь почему? Чарли щенячими глазами впилась в Аластора, который натянул на лицо свою дежурную улыбку и механическим движением потрепал Чарли по голове. -Милая, что же могло вызвать в вас такую большую радость? -Как хорошо, что ты спросил: к нам спускается Сера в пять часов с важным объявлением, и теперь я раздаю листовки прохожим и развешиваю гирлянды на главной площади Пентаграмм-Сити. Хотела попросить тебя о помощи с оформлением сцены, ты ведь поможешь? -Естественно, принцесса. Чарли радостно обняла Аластора и полетела на улицу, в это время красноволосый тяжело выдохнул, натянул свой красный пиджак и завязал бабочку, поправил волосы и ,последний раз посмотрев на красную книжку в углу комнаты, развернулся на пятках, взял посох и вышел из комнаты. ,, Чёртовы Морнингстары, будьте вы прокляты" На площади собралась большая толпа ,, заинтересованных" зрителей, которые любезно пришли за возвышенными ответами, а вовсе не из-за бесплатной жрачки, которую раздавали постояльцы отеля всем желающим. Внезапно из воздуха появился портал, из которого грациозно вышла Сера с длинным списком в руках, все грешники разом обернулись посмотреть на Серафима с серьезным лицом и грозным видом. -Грешники, я знала, что вы ждали этого заявления, а потому я рада сообщить вам, что мы - Высшие Серафимы нашли выход для вас, а именно реальный способ искупиться. Грешники тревожно зашептались, а Чарли буквально трескалась от счастья, подпрыгивая на месте. Вегги уныло смотрела на Серу, поддерживая одной рукой Чарли, Энджел откровенно зевал, а Хаск и вовсе остался в отеле. Один лишь Аластор смотрел с улыбкой на все это представление, громко смеясь в душе. -Так вот, единственный способ искупиться, который мы взяли с примера сэра Пентиуса, которого вы сами видели искупленным, это - любовь. Тут уже терпение Аластора окончательно лопнуло, и он залился громким и зловещим смехом, содрогаясь от заявления, казалось бы, мудрейшего из Серафимов. ,, Теперь неудивительно, почему Люцифер такой тупой, видимо все Серафимы такие". Сера тревожно обошла взглядом всех грешников с площади, которые вслед за Аластором залились звучным хохотом. -Да, грешники. Любовь - единственное средство для искупления, но любовь должна быть такой чистой и глубокой, такой которая способна на подвиги и спасения жизней. Такая любовь была у Пентиуса, и именно она помогла ему попасть в Рай, поэтому мы верим, что вы сможете пройти этот тяжёлый путь к чистой любви в отеле Хазбин, который любезно согласился предоставить нам комнаты и питание для эксперимента по искуплению. Все получится, грешники. Теперь все в ваших руках. Сера величаво развернулась и ушла в портал под абсолютную тишину площади: уже не было ни криков, ни хохота, ни тревоги. Аластор вовсе ушел обратно в Отель до окончания речи вместе с Вегги, которая оставила Чарли на попечительство Энджела, так как, по ее словам, она плохо себя чувствовала. Аластор шел обратно содрогаясь от хохота: он просто не мог поверить, что все райские блага полагаются узколобым влюбленным, которые только и хотят, что трахаться и сосаться, ничего не видя впереди себя. ,, Бред, бред, бред, какая же тупость" Но тут он резко остановился и задумался, отчего Вегги странно посмотрела на него, а после самостоятельно ушла в отель. Внезапная мысль ослепила сознание Аластора: ,, А что если попасть в Рай и стать Серафимом, чтобы возвыситься над всеми существами интереса ради" Судя по всему туда не требовалось такие тяжёлые испытания и критерии, а возможность контролировать умы всех созданий живых и мертвых приятно будоражила разум, ведь тогда никто не смог бы помешать его веселью и остановить его. Но любовь. Чистая и глубокая. Любовь. Чушь. Он добудет эту любовь любыми средствами, если даже придется ползать под ногами и вести себя как последний раб, искупление явно стояло выше всего, что он мог сделать. ,, Но кого же выбрать в качестве жертвы. Только не этих вонючих грешников. Рози? Гадость. Чарли? У меня не девять жизней, чтобы видеть Вегги. Энджел? Спаси господь." Аластор нервно теребил рукава своего пиджака, как вдруг его взгляд упал на отель, где на малиновом балконе стояла прямая и грациозная фигура, маленькая и такая хрупкая в свете алого Пентаграмм-сити. Фигура пускала в небо красочные фейерверки, совсем как у Чарли, и устало оглядывала взглядом все вокруг. Казалось, это создание сильно настрадалось и теперь жаждало лишь покоя, но красивое тело явно не выдавало в нем старика, вконец уставшего от жизни. ,, Люцифер Морнингстар" Аластор застыл, взглядом буравя правителя Ада в свете кроваво красного Пентаграмм-сити.