Наследник

Они поднимают руки кверху, смотря в чёрное небо. Там ничего нет, даже крупных звезд, лишь непроглядная тьма. Они что-то говорят нараспев, но ничего не понятно. Но потом из леса появляется он. Мальчик не помнит, как выглядит тот, кому они поклоняются, но помнит ужас, который завладевает каждой его клеткой. Затем картинка сменяется, и все те, кто воздевал руки в небо, вспыхивают живыми факелами. Самый высокий мужчина в черных одеждах горит молча, но смотрит на Олли. Смотрит, смотрит..глаза мужчины кажутся знакомыми до боли.. — Олли! Олли, ты придешь, Олли.. Брюнет подрывается с постели, сердце в груди бьется так, что готово выскочить. Он сидит несколько секунд на постели, вытирая ладонью пот со лба, а после опускает ноги на пол. Линолеум прохладный, и от этого Оливер приходит в себя окончательно, подходя к выключателю. Ему нужен свет. 20-летний Оливер Цимпель, выходец из детского дома, снимал комнату в общежитии. Жилье юноше было не положено, так как квартира, оставшаяся ему от родителей, принадлежала полностью ему. На счету у мальчика был солидный счет: пенсия по потере кормильцев. Мать умерла, а отец считался без вести пропавшим, а значит, по истечении какого-то времени получил статус "мёртв". У Олли неожиданно открылся талант к рисованию еще в детском возрасте, но картины ребёнка были мрачными. Оливер рос, рисуя картины, приводя кого в неописуемый ужас, а кого в точно такой же восторг изображениями на полотнах. В десятилетнем возрасте Оливера взяли под опеку в "гостевой дом", но и в детском доме он не видел тех ужасов, о которых показывали криминальные хроники. Наверное, ему просто повезло с местом. Его талант помогли развить, и в восемнадцать лет, потратив на выставку почти все свои сбережения, он с помощью опекунов выставил свои картины в богемном вернисаже. Мрачные картины: сумеречный лес, люди в длинных чёрных мантиях, приносящие в жертву девушку с неописуемым ужасом на лице, приходились по вкусу далеко не всем. Но находились и те, кому это заходило. Они платили деньги за картины, некоторые даже пытались заказать художнику нарисовать их фантазии, но Оливер наотрез отказывал в настойчивых просьбах. — Я не рисую на заказ, я рисую то, что вижу и что есть. – отвечал юноша навязчивым заказчикам. Те пожимали плечами, в недоумении таращась на странного художника. Что-то звало его, не давало покоя. Звало домой. К концу лета ему пришло письмо от соседки. Пожилая женщина писала, что приглядывает за квартирой ( все коммунальные платежи оплачивались автоплатежем с карты Олли, в этом была заслуга директора детского дома). Сейчас же соседка писала, что квартира ждет своего хозяина или нужно будет продать. Но откуда она узнала его адрес? Недолго думая, однако с содроганием сердца Оливер отправился в родной город. Ольга и Вольдемар Ей всегда снились страшные сны, с самого детства. Потом снились более понятные обрывки снов, которые сбывались, но это было по мелочи и не так часто. К своим кошмарам она привыкла. Фрилансер Ольга Сивовская нашла для себя отличное хобби – писать мимические рассказы. Все свои сны и фантазии с чувством вливая туда. Потом она познакомилась с писателем Вольдемаром Веттером, мужчина был чуть старше ее, и как-то так сошлось, что писать стали вместе. Нет, никаких романтических отношений и не было и в помине. Ольга была асексуальна, а ее друг Волька, как она называла его шутя, являлся бисексуалом. Писали о демонах, о ритуалах, о многом другом. Тем не менее их соединила тесная ментальная связь. Было разное: и ссоры, и примирения. Рассказы Веттера и до их встречи были шикарны, и сейчас все получалось. Мужчина как раз готовил текст для нового романа ужасов, и прервался лишь на звонок подруги. — Да, Оль, слушаю, я тут готовлю текст.. — Привет, Вольк, слушай, а ты случаем не знаком с таким художником, как Оливер Цимпель? — Нет.. Не слышал о таком. — Я тебе ссылку пришлю, а ты глянь. Очень удивишься. Описание демона нашего вспомни..Бегемоф. Веттер перешел по ссылке и в буквальном смысле сел на зад. Картины юного художника цепляли за живое. Демоны, ритуал, люди в черных одеждах.. А ещё демон. Бегемот, он же Бегемоф, описывается как гигантский монстр, в котором сочетаются черты слона, бегемота и гигантского кота. У него четыре когтистые лапы, а его слоновья голова увенчана клыками. Они же писали о нем! Вроде, ничего удивительного, мало ли таких рассказов и картин? Но что-то подсказывало мужчине, что это как-то.. Связано, что ли. Он посмотрел на серебряную перчатку с черным ониксом на пальце. И тот художник! Надо бы познакомиться, наверное, просто из-за любви к творчеству. Ближе к вечеру он узнал, что тот живёт в небольшом городке и именно там проходят его выставки. Странно, городок так себе, кому там нужны картины, да еще и с таким подтекстом? Однако он мог продавить их и по интернету. Ольга согласилась поехать вместе, прочитав об этом городе. Недалеко находилось Крошино, в котором творилось что-то запредельное. Да и город этот не совсем обычный. Нужно бы узнать все подробности. Через неделю они выехали в Октавинск. *** — Прекрати!! Прекрати!! Пожалуйста! Светловолосая девушка из последних сил отбивалась от пьяного, озверевшего от похоти отца. Страшно и невозможно было представить, что ее с родной человек свихнётся вконец после смерти матери. Это изнасилование было не первым. Растрепанная, с восковым лицом девушка сидела на кровати, больше напоминавшем поле боя, обняв себя за колени. Отец лежал рядом, пуская слюнявые пузыри изо рта. Повернув голову к мужчине и посмотрев на него пустым взглядом, девушка медленно встала с кровати и пошла на кухню, стараясь идти потише. Открыв ящик стола, она взяла самый большой нож для резки мяса и так же деревянно направилась в спальню, где воняло потом и перегаром. "Этот" уже лежал на спине, раскинувшись на широкой кровати морской звездой. Так же спокойно подойдя к мужчине, блондинка с равнодушным выражением на лице, набрав воздух в грудь, прицелившись, со всего размаху вонзила нож в живот отцу. Тот булькнул чем-то во рту, распахивая побелевшие от боли глаза, и испугавшись уже, что он встанет и убьет ее, девушка принялась хаотично наносить удары по рыхлому пьяному телу. — Су.. ка.. – прохрипел он, пытаясь схватиться скрюченными пальцами за нож, но лезвие безжалостно резало пальцы, сухожилия, вены, тело.. — Ве.. Последний раз пробулькал он, и глаза его, с полопавшими капиллярами, выпучились в потолок. Дернувшись несколько раз в агнических судорогах, он затих на окровавленном матрасе. Все было кончено. Блондинка наконец замерла, оставив нож в растерзанном животе мужчины. Она села на пол возле кровати, вытирая ладонью в крови своё лицо. На светлой коже остались кровавые разводы. Голубые глаза безумно глядели в пустоту комнаты, полноватые губы светловолосой разошлись в сумасшедшем оскале. — Спокойной ночи, папочка! Приятных снов..– прошептала девушка, страшно улыбаясь.