You Are My Salvation

      Спайк зашел в гостиную. На Бибопе, с появлением троицы, всегда было оживленно, отчего в душах каждого появилось теплое чувство домашней атмосферы. Всегда приятно возвращаться туда, где есть эмоции, смех и голоса. Нет ощущения одиночества, а оно, в больших количествах, вредит, и ни разу не исцеляет. Шпигель видел, что Джет беспокоится за всех членов команды, а они в свою очередь за него, но показывать свои чувства никто из них не хотел: не считал нужным. Все и так всё понимали: в громких словах нет смысла, если нет определенных действий.       Со стороны лестницы послышались тихие шаги: Джет вышел к Спайку, заметив его прибытие по Рыбе Меч. — Ну как, нашел, что искал? — спросил Джет с легкой улыбкой. — Ха-а, — разочарованно выдохнул Спайк. — Я искал то, чего уже нет. — Ты говоришь о ней? — Да. — Но твои слова… — Джет, ты хороший напарник, но сейчас это не имеет смысла. Дерьмо случается, и я из тех, кто постоянно помнит об этом. — Ладно, больше никаких вопросов, — Джет развернулся, чтобы уйти в комнату управления, но остановился. — Жизнь всегда подкидывает дерьма, но вариться в нем или нет — решать уже не ей.       Блэк ушел, оставляя Спайка один на один со своими мыслями. Одна любовь, одна судьба на двоих: в этой женщине он видел свой стимул идти дальше, блондинка, сказавшая однажды: «Давай убежим и начнем новую жизнь». Для бывшего участника синдиката нет новой жизни, есть вечный кошмар, из которого нельзя выбраться. Извечный вопрос о том, смог бы он жить обычной жизнью со своей возлюбленной? Без охоты, без надежного товарища, без шумной девчонки с пушистым приятелем и без… темноволосой бестии, с глазами цвета малахита?       Мысли о Фэй заставили его нахмуриться и погрузиться в себя еще больше. При первой встрече они были готовы сдать ее полиции, за выходку с украденными деньгами. У девушки не было никакого чувства самосохранения только цель, ловкость и уверенность, или она только казалась таковой? Чувства, что испытывал Спайк, были всего лишь жалостью и сочувствием.       По крайней мере он хотел в это верить. — Женщины… — парень удрученно вздохнул.       Шпигель встал и тихо прошел к комнате Фэй, заглянув, он увидел спящих Эда и Эйна. Внутри неприятно закололо, ощущения заставили парня напрячься. Ее отсутствие расстроило его. Неужели она нашла силы покинуть их? Спайк, недолго думая, пошел к Джету. — Где она? — парень тихо спросил. — В госпитале, попросила отвезти ее. Сказала, что не хочет больше тут находиться, — спокойно ответил Джет. — И ты взял и отвез ее в госпиталь после этих слов? — желваки заиграли на челюсти Спайка. — А ты вообще видел ее? В последнее время ты редко появляешься на корабле, из-за чего присматривал за ней я. На Фэй страшно было смотреть: щеки впали, она сильно похудела и еле стояла на ногах. Она устала, — сказал Блэк со злостью. — Ясно, — Шпигель замолчал. — Давай оставим ее тут? — Да что с тобой, Спайк? — Джет вскочил и ударил рукой по столу. — Ты хоть понимаешь, что несешь? Совсем уже крыша едет? — Мне нечего тебе ответить. — Я совершенно не понимаю! Ты так трепетно относился к Фэй, но что изменилось-то? — Джет разочарованно сел обратно, — Неужели ты забыл, что случилось? Ей как никогда нужна поддержка, а ты собираешься оставить ее в этом портовом городишке без всего! — Почему же, с ней всегда будет Краснопёрка, — Спайк зажег сигарету и закурил. — Джет, у всего должен быть лимит, мы уже достаточно сделали для нее. Сам сказал сегодня: «Жизнь полна дерьма, но вариться в нем или нет, решать уже не ей». — Все, Спайк, я не могу больше продолжать этот диалог. У тебя что-то явно случилось, но это не значит, что нужно срываться на других, особенно на тех, кто прошел с тобой длинный путь. — Хах, что-то действительно случилось…       

***

      Фэй лежала на кровати, беспристрастно всматриваясь в пейзаж за окном. В руку вставлена игла, рядом висел контейнер с жидкостью, из которого внутрь попадал препарат, делая девушку спокойной и умиротворенной. Растрепанные фиолетовые волосы закрывали лицо, из-за чего Валентайн выглядела особенно отстраненно от внешнего мира. В палату зашла медсестра, принеся с собой поднос с едой. — Мисс Валентайн, надо поесть. — Я не голодна, спасибо, — отрешённо ответила девушка. — Но… — медсестру перебили. — Я не могу есть, не заставляйте. — Мисс Валентайн! От Вас и так толком ничего не осталось, еще чуть-чуть и Вас от скелета не отличить будет! Я хочу помочь Вам, — быстро проговорила медсестра с большим сочувствием. — Помочь? Мне? — Фэй перевела свой безжизненный взгляд на девушку. — Не стоит помогать тем, кто не просит о помощи. — Это — больница. Здесь всем помогают, даже, если Вы против. Мне самой Вас покормить? — Давайте.       Медсестра опешила, не ожидая услышать согласие на ее предложение, она неуверенно прошла к кровати, поставила поднос на тумбу и взяла одну из тарелок. — Я не заставляю есть все, хотя бы пару ложек из каждой тарелки.       Девушка поднесла ложку супа ко рту Фэй, та открыла его и дала себя покормить. Такими темпами медсестре удалось немного накормить пациентку. Прибравшись на подносе, девушка уже собиралась уходить, как услышала еле слышимое: «Спасибо». — Не за что, мисс Валентайн. Если что, я рядом.       Мысли Фэй на тот момент были заняты ей самой. Девушка чувствовала себя еще хуже, чем обычно. Уже не было ни слез, ни истерик, пришло пугающее равнодушие и ужасные мысли о том, чтобы все прекратить. Насколько легко можно было сдаться, оставить этот бренный мир и уйти в забвение. Она долго сражалась, жила назло тем, кто хоть как-то хотел погасить огонь в ее глазах, но непрерывно находиться в одной «маске» невозможно. Фэй никогда и никому не жаловалась на свою жизнь, не показывала своих настоящих эмоций, терпя все, что ей говорили и делали, но физическое истязание она была не в силах вытерпеть со своей привычной личиной безразличия.       Испытания настигали ее, но она стойко выдерживала их натиск, и все бы продолжалось в том же духе, если бы она не встретила злосчастный Бибоп. Если бы не познакомилась со Спайком Шпигелем, мужчиной с жестоким сердцем, нетерпимым к другим женщинам. И Фэй знала причину его острых шипов — Джулия. Валентайн понимала, что для нее в его сердце места нет, а смотреть на него становилось все тяжелее с каждым днем. В тот злополучный день она хотела в последний раз позвать его на помощь, чтобы он в последний раз помог воровке и лгунье, не заслуживающей и капли доверия. Фэй осознавала: у мужчины была тысяча и одна причина не приходить.       Одинокая слеза скатились с лица, бесшумно исчезая в одеяле.       Прошло некоторое время, с того момента, как Джет помог Фэй лечь в больницу. Он собирался навестить ее: посмотреть в каком состоянии она находится после профессионального лечения. Спустившись в гостиную, он застал Спайка, лежащего на диване, с книгой на лице. — Я ухожу. — Хорошо, — послышалось тихое бурчание из-под книги.       Джет стоял у регистрационной стойки, ожидая, когда сможет отправиться в палату к девушке. К нему вышел доктор и медсестра, увидев их лица, Блэк понимал, что лечение не дает хороших результатов. — Джет Блэк, верно? — спросил низкий мужчина в очках. — Да. — К сожалению, Фэй Валентайн сейчас не принимает гостей. Походы к ней сейчас запрещены, потому что из-за этого у нее может произойти регресс. Мы усердно работаем с ее воспоминаниями, но из-за слов-маячков, будь то имена, фразы — результат сбрасывается. Так что предупредите всех знакомых, что на период реабилитации приходить нельзя. — Впервые об этом слышу, на самом деле. — Хотите поменяться обязанностями, мистер Блэк? — старик тянет бейдж. — Нет-нет, нельзя так нельзя, мы хотим, чтобы ей стало лучше, — неловко посмеялся Джет. — Вот и отлично, мы потом с вами свяжемся, когда можно будет прийти. — Хорошо.       Мужчина вышел из больницы, сел на ближайшую скамейку и закурил. Голова раскалывалась от всех произошедших событий: издевательство над Фэй, странное поведение Спайка. Все это влияло и на Джета тоже, из-за чего он стал плохо спать, а отношения со Шпигелем перестали складываться.

***

— Мисс Валентайн, мы сказали, как Вы и просили. — Спасибо, Рия, — девушка мило улыбнулась.       Прошло больше полумесяца, а интенсивная работа с врачом и близкое общение с медсестрой дало свои результаты, по крайней мере так казалось самим медицинским работникам. Фэй рассказывала о своем травмирующем опыте, чтобы побороть страхи и начать заново жить. Но девушка уже давно вынашивала свой план и отчетливо играла под дудку всех, кто находился рядом, чтобы никто больше не задавался вопросами. Хорошо играешь — больше получаешь доверия впоследствии.       День был пасмурным, яркое солнце больше не отражалось в голубых водах Марвиса. На смену пришли черные, нависающие тучи и дождь. Девушка снова изучала глазами соседние здания, считая этажи, в попытке отогнать навязчивые мысли. Отбой по расписанию в девять вечера, Рия, медсестра, ухаживающая за Фэй, заходит, отдает последние за день таблетки, потом выключает свет и уходит к другим пациентам.              Сегодня все было так же: медсестра ушла, пожелав спокойной ночи. Она еще не закончила работу на этаже, а значит Фэй нужно было полежать еще минут тридцать. После того, как обход был завершен, а Рия ушла на другой этаж, Валентайн вырвала иглу из руки, подошла к двери и аккуратно ее открыла, чтобы та не издала посторонних звуков. Оглядевшись по сторонам, она босиком вышла к пожарной лестнице. К ее счастью дверь была не закрыта: через эти проходы медперсонал ходил на перекуры. Фэй устремила свой взгляд наверх, смотря сквозь лестничные пролеты: там ее ждал выход. Выход в лучшее место. Она быстро поднималась по лестницам, настолько быстро, насколько ей позволяло состояние: еда, которой её кормили, помогла восстановить силы. Это тоже была часть ее плана. Без сил — нет результата. Последняя дверь, открытие которой будет означать только одно — обратного пути больше не будет. Фэй положила руку на ручку. — «Я оставляю здесь все, что прожила, спасибо вам…», — девушка облегченно улыбнулась, не сдерживая слезы радости.       Дверь открылась. Валентайн глубоко вдохнула свежий воздух, впервые, после инцидента, ощущая прилив радости и счастья. Она не переставала лить слезы, подходя все ближе и ближе к краю крыши. Мокрая поверхность неприятно ощущалась под ногами. Фэй села на край и свесила ноги: под ней тридцать этажей, но ей не было страшно. Маленькие капли упали на лоб, дождь снова начинал набирать обороты. — Мне больше нечего терять, все, что я могла – уже потеряла, — вслух сказала Фэй.       Девушка снова встала, пальцы ног свисали с края. Лицо полностью закрыли фиолетовые волосы.       Она делает шаг вперед…       Но Фэй не успевает его сделать: ее тянут со всей силы за больничную рубашку, из-за чего она падает назад, на крышу, полностью оказавшись в луже. Фэй не поднимает голову, зная, кто стоит перед ней. — Уйди, — грозно сказала девушка. — Нет. Ты снова попытаешься, — тихо ответил рядом стоящий. — Уйди! Я не хочу иметь с тобой ничего общего! — она подняла голову.       Увидев его лицо, девушка разревелась, практически срываясь на крик. Усилившийся дождь никому не давал услышать боль маленького человека. Она почувствовала теплые руки на спине, знакомый запах сигарет, и что-то еще, не поддающееся распознаванию. — Пожалуйста, не мучай меня…, — все так же громко ревела Фэй. — А кто, если не я? — Спайк сжал девушку в объятиях еще сильнее, — ты была готова пойти на все, лишь бы совершить этот ужасный поступок... — Да что ты вообще понимаешь, чурбан бессердечный! — Фэй стала бить Спайка по плечам и «выпутываться» из его хватки. — Это мой осознанный выбор, я больше не могу так…       Девушка перестала сопротивляться и обмякла в руках Спайка. — Понимаю, что тебе нельзя от нас уходить. Эд скучает. — Она не умеет скучать, тем более по такой, как я. — Джет весь извелся, хотел попасть к тебе, а ты его обманула, так еще и заставила медперсонал тебе в этом содействовать.       Фэй еще раз со всей силы ударила Спайка, отчего тот разжал руки и выпустил ее из объятий. Она вскочила и снова начала отходить к краю. — А про себя ты сказать что-нибудь можешь вообще? Или ты так боишься нести ответственность за сказанное? — Сказанное уже не вернешь назад, ты права. Для меня это тяжкий груз, — парень грустно улыбнулся. — Знаешь, Спайк, тебе никогда не понять другого, когда ты не можешь дать объяснения своим действиям. Зачем ты все это делаешь? — грустно улыбнулась Фэй. — Я больше так не могу. Не могу находиться с мужчинами, после того, как все из них оказываются ублюдками. И ты один из них, Шпигель, — ее тон резко изменился, отчего парень дернулся.       Спайк ошарашенно смотрел на свою коллегу. Он опустил голову, сидя на коленях, полностью промокший, обдумывая слова девушки. Фэй снова стояла на краю крыши. — Я не могу ответить на твои чувства, Фэй. — У меня нет к тебе чувств, ты слишком зазнался, — Валентайн отвела глаза в сторону. — Что ты вообще здесь забыл? Уходи. — «Врет», — подумал про себя Шпигель. — Твоя правда, но я уйду только в том случае, если ты пойдешь со мной. — Вы, мужики, испортили мне всю жизнь, — девушка с трудом стояла на ногах, закрыв лицо руками. — Я ненавижу тебя, Спайк! Ненавижу!       Он смотрел на нее и боялся только одного: она слишком близко к пропасти. Шпигель размышлял, что, если он подойдет сейчас, она может прыгнуть. Спайк встал, протягивая ей руку. — Пойдем со мной.       Валентайн с болью смотрела на протянутую руку. Все ее нутро кричало: «Цепляйся!». На деле же, девушка стала еще больше пятиться назад, одурманенная тревожными мыслями. Нога Фэй соскользнула, и девушка полетела вниз.        — Фэй! — Спайк резким движением оказался рядом, опасно удерживая руку свисающей девушки. — Отпусти, сделай доброе дело, избавь меня и себя от мучений, — она смиренно улыбнулась.       Шпигель даже не допускал мысли о такой страшной смерти своей напарницы. Уровень адреналина в его крови поднялся, отчего он рывком затащил ее обратно. Фэй снова оказалась в объятиях парня, они лежали на холодной мокрой кровле. Спайк тяжело дышал, не веря, что успел в последнюю секунду перед необратимым. Она больше не сопротивлялась. — Фэй, то, что произошло с тобой — отвратительная вещь в отвратительном мире. Ты ни в чем не виновата, мы никогда не узнаем, когда случится дерьмо, которое оставит нас сломанными на части, — он аккуратно погладил ее по спине. — Я отомстил за тебя, твоя боль должна вырваться, пока она не сожрала тебя изнутри.       Валентайн сжала в кулаках привычный темно-синий пиджак, зная, что ее спасение здесь. Спасение в этом непонятном ей мужчине, который каждый раз заставляет ее сердце биться чаще. — Я люблю тебя, — слезно прошептала Фэй, надеясь, что из-за дождя слова не будут услышаны.       Только вот он в тот момент дождя не слышал.       Спайк аккуратно занес ее в палату, укладывая на кровать. Фэй лежала с закрытыми глазами: ее силы были на исходе, из-за чего она быстро уснула. Шпигель посидел с ней, тщательно обдумывая все, что услышал. Он не готов брать на себя такую ответственность.

***

      Прошло больше двух недель, как с Джетом связалась медсестра, ухаживающая за Фэй, оповестив, что приемы снова возобновились. — Мисс Валентайн ждет Вас, мистер Блэк. — Отлично, а я все сидел, гадал, когда уже можно будет навестить ее, — Джет посмеялся. — Она больше ни о ком не говорила? — Нет, мистер Блэк, больше ни о ком. — Можно ли взять с собой еще одного посетителя? — Кто это будет? — неуверенно спросила медсестра. — Девочка, знакомая Фэй.       Джет услышал, как звонок на несколько секунд заполнился помехами, спустя еще пару секунд, девушка вернулась к собеседнику, давая положительный ответ на его вопрос. — Спасибо, скоро будем.       Спайк, находившийся рядом, слушал, о чем говорил его приятель. Блэк тогда в общих чертах узнал от напарника, что Фэй пыталась покончить жизнь самоубийством, но что конкретно произошло, он так и не выяснил. Но после той ночи, Спайка как будто подменили. — Я полечу проведать ее. Как видишь, тебя с собой не беру, так что сиди-ка ты тут. — Да я и не собирался, — парень уставил взгляд в потолок. — Хорошо, я ушел.       Звук удаляющихся шагов исчезал в глубине Бибопа. Шпигель измученно протер лицо, в последнее время он плохо спал, прокручивая слова напарницы в голове снова и снова. Спайк всё ещё ощущал прикосновения рук Фэй на своих плечах. Она отчаянно держалась за него, надеясь найти в нём путь к свету. Но тот, кто живёт во тьме, никогда не покажет ей его. Эта грань ему была недоступна, из-за чего он активно избегал любого контакта с девушкой, чтобы в голове не крутились назойливые мысли.       Джета и Эда наконец-то впустили в палату к Фэй, на удивление, она была полна жизни: ее лицо снова порозовело, а в глазах был заметен еле видимый огонек. — Фэй Фэй! А мы тут тебе мороженое купили! — крикнула Эд, практически запрыгивая на нее, вместе с маленьким пакетом. — Эд, полегче! — девушка тихо засмеялась, обнимая девчушку.       На лице Джета появилась искренняя улыбка, когда он услышал мягкий смех Фэй спустя долгое время. — Как ты? Когда тебя уже выписывают? — Джет почесал лысину. — Надоело уже, наверное, в больнице торчать. — Да все хорошо, за мной хорошо приглядывали, сейчас мне намного лучше, — она взглянула на мужчину. — На самом деле, меня выписывают сегодня. — Это же отличная новость, Фэй, — Блэк заметил грустную ноту в ее словах. — Да, но мне некуда возвращаться. И лечение… у меня нет денег заплатить за него. — Все в порядке, деньги есть, я заплачу. А ты вернешься на Бибоп.       Ее взгляд застыл на Джете, в них читался страх. — Что-то не так, Фэй? Я не заставляю оставаться навечно, хотя бы первое время, пока денег не добудешь, — сказал Джет, со всей серьезностью. — И для чего я такая вам… — девушка сделала паузу. — Тебе нужна? — Ну как для чего? Вопрос ужасный. Ты — наша напарница, которую мы не бросим в беде, особенно после всего, что пережили, — он по-дурацки улыбнулся.       Фэй быстро слезла с кровати и крепко обняла Джета. Мужчина смутился, но похлопывающими движениями ответил ей. Эд, увидев, как они обнимаются, тоже запрыгнула на парочку. Валентайн позволила себе излишнюю эмоциональность, из-за чего из глаз полились слезы радости.       Уже на улице Фэй сделала глубокий вдох, чтобы наконец-то почувствовать свежий воздух, которого так не хватало в больнице. — Начинаешь ценить окружающие тебя вещи больше, когда ты была лишена возможности наслаждаться ими, — девушка мечтательно закрыла глаза. — Я не знаю, что делать дальше, куда двигаться, но свежий ветер так приятен.       Блэк смотрел на нее и понимал, что часть ее души умерла в тот день.       На корабле Фэй чувствовала себя неловко, как будто она вернулась в самый первый день, когда ее приковали наручниками к железным прутьям в туалете. — Фэй, у нас появились дела в космосе, так что, если у тебя нет никаких дел в Марвисе, мы отправляемся, — Джет подошел сзади к девушке, кладя руку на плечо. — Раз меня выписали из больницы, меня больше ничего тут не держит. Кстати, Красный Хвост, он тут? — девушка обеспокоено начала метаться. — Да, все с ним хорошо, не волнуйся. Стоит в гараже. — Хорошо. Я пойду помоюсь, давно уже не была в душе, — она неловко улыбнулась и ушла в комнату.       В ее комнате ничего не изменилось, как будто это было музейное пространство, в котором каждый экспонат отражал свою историю. Она сбежала в свое убежище, чтобы не столкнуться с ним. Фэй понимала, что бегать от Спайка на закрытом корабле невозможно, но стараться не пересекаться — для нее было самым лучшим вариантом. Девушка решила навести порядок в комнате, первым делом, собрав вещи, чтобы отнести их на стирку. Еще она заметила одну маленькую деталь: постель была заправлена. Фэй подошла и понюхала ее: чистая. Ее удивлению не было предела, потому что все остальные вещи валялись на полу с тех пор, как она их оставила. — «Джет постарался», — мелькнуло в мыслях девушки. — «Нужно будет поблагодарить».       Пока Бибоп стоял на месте, Фэй решила быстро помыться, чтобы потом спокойно отдыхать в своей комнате. По пути в душевую, она услышала знакомые шаги. Девушка инстинктивно спряталась за ближайший угол, ожидая, когда звук шагов стихнет. И он стих.       Приняв горячую, расслабляющую ванну, Фэй чувствовала себя гораздо лучше. Она смыла с себя все признаки больничной койки, таблеток и терапии. Только вот терапия была не такой уж и безболезненной. Девушку постоянно терзали в кабинете, прикрепляя различные присоски к голове и просматривая все ужасающие моменты, чтобы с ними работать. Ее лишили воспоминаний о трагических событиях того дня. Но медперсонал не знал о ситуации с крышей, из-за чего с этим «эпизодом» ее жизни врач не работал: она ясно помнила ту ночь. Она помнила, что сказала тогда.       Фэй сидела в комнате, в одном из своих комплектов домашней одежды, с полотенцем на голове. Все, что она хотела — это курить. В больнице сигарет у нее не было, зато на космическом судне их предостаточно. Аккуратно выйдя в холл, она удостоверилась, что в помещении никого нет. Сев на диван, Валентайн вытащила сигарету из пачки, припрятанной на черный день. Фэй сделала затяжку и, закрыв глаза, откинулась на спинку дивана: приятное расслабление прошлось по телу от дозы никотина. — Я смотрю тебе хорошо, — тишину нарушает насмешка.       Фэй резко открыла глаза и пододвинула колени к груди, показывая свое смущение. — Долго не курила, вот и наслаждаюсь, — девушка легонько улыбнулась. — Пойду, пожалуй, уложу волосы. — Ты слишком очевидно избегаешь меня, Фэй. Старайся лучше, — Спайк сел рядом с девушкой. — Избегаю? С чего ты взял? — Кого ты тогда тут так осторожно высматривала, прежде чем зайти покурить? — парень зажег сигарету и затянулся. — Может я хотела в одиночестве посидеть? — А в больнице не насиделась? — Спайк, если что-то нужно от меня, то сразу говорю: мне нечего тебе дать, — Фэй сняла полотенце с волос. — Ты слишком радостная, почему? — Спайк снова сделал затяг и уставился на Фэй. — Ты помнишь из-за чего хотела сброситься с крыши?       Шпигель задел девушку до глубины души. Она помнила все чувства, которые переживала в тот момент, но самую главную причину так и не смогла найти. Сильное отчаяние и боль сопровождали ее тогда, и он это прекрасно знает. — Идиот, ты хоть понимаешь, что делаешь? Ты хочешь всеми силами заставить меня страдать, да? Ты садист, Шпигель, — девушка встала, сжимая полотенце в руках. — Некоторые моменты стерты, я многое не помню. Так что, оставь меня в покое.       Фэй кинула полотенце в лицо Спайка и ушла в комнату, оставляя его с собой наедине.       Спайк вел себя с ней, как мудак. Она открыла ему свое сердце, набралась храбрости и сказала о своих чувствах. Единственный трус здесь — это он. Их отношения всегда были полны взаимных подшучиваний, но никогда не переходили за черту чего-то большего, так казалось Спайку, но, когда он увидел ее на той кровати, в сердце защемило, давая ему знак, что это не жалость и не сочувствие. Это был страх потерять ее. Действия парня были осознанными в ее сторону: сделать так, чтобы Фэй поняла — он не тот, кто ей нужен. Он не сможет дать ей того, что она ищет. Несмотря на образ жизни, каждый из них хотел приземленных человеческих желаний: найти тепло в другом человеке, чувствовать нужность и понимать ради чего они живут. Но ведь у Спайка была та, ради кого он жил, ради кого открывал глаза после долгого сна. Только вот ее больше нет. Неправильно утопить свою боль в другой женщине, предавая память об изящной блондинке, которая была готова на все, чтобы обрести с ним счастье. — Блять.       Фэй сидела на кровати, скрестив ноги. Перед ней стояло маленькое зеркало, в котором она укладывала волосы в привычную ей прическу, завершая образ ободком, для того, чтобы челка не лезла в глаза. Ее состояние пришло в норму, как будто все произошедшее было страшным кошмаром. Мутные фрагменты всплывали в голове, но тут же резко исчезали, как будто кто-то повредил пленку в кассете. Она искренне была благодарна тому отношению, которое ей дали в больнице. Медсестра Рия часто разговаривала с Фэй, поддерживала и веселила. Таких людей действительно мало: кому на самом деле были важны проблемы других. Остальным была важна только их жизнь и судить за это нельзя, потому что Фэй была точно такой же, эгоисткой. Как же легко привязать к себе человека, просто дав ему банальную опору в трудный час. Девушка боялась привязываться, но это уже произошло, к тому, кто постоянно живет прошлым и не видит будущего. Особенно будущего с ней. Закончив все свои процедуры, Фэй легла на кровать и уснула, впервые ощущая себя в безопасности.

***

      Бибоп уже давно дрейфовал в космическом пространстве, вокруг «темнота» и несчетное количество ярких звезд. Все вернулось на круги своя: Джет и Спайк бороздили по космосу в поисках преступников, Эд с Эйном постоянно пропадали на просторах цифрового мира, а Фэй оставалась за главную, когда парочка уходила за очередным преступником. Блэк запретил ей делать вылазки в поисках уголовников, аргументируя тем, что ей все еще нужно восстановление. Девушка сходила с ума в стенах корабля, не зная, чем себя занять. Каждый день проходил одинаково, она бездумно слонялась по коридорам, занималась спортом, чтобы поддерживать свое тело в тонусе, смотрела скучные программы по телевизору и ела. Максимально унылая жизнь, несмотря на то, что до этого, она активно охотилась за «добычей». Ее стимулом были деньги, потому что эта парочка подначивала девушку отдавать им долги за всякие пустяки, но сейчас все изменилось. Упреки закончились, а отношение к ней стало лучше, по крайней мере у Джета. Со Спайком их отношения были натянутыми: они оба избегали друг друга, да и вроде их все устраивало.       Придя в гостиную, Фэй плюхнулась на диван, Эд сидела рядом, увлеченно печатая что-то на своем компьютере. — Эй, что делаешь? — скучающе спросила девушка. — Это секрет, Фэй Фэй! — она хихикнула. — Я так устала Эд, слоняюсь здесь, как неприкаянная, — Фэй приняла горизонтальное положение, закрыв глаза. — Так Фэй Фэй может просто улететь, — не отрываясь от компьютера, прощебетала Эд. — А куда мне лететь? Чтобы уйти нужна цель, а у меня ее нет. Может меня действительно все устраивает? — Такая Фэй мне больше нравится. — Какая «такая»? — девушка приподнялась на локтях. — Разговорчивая! Недавно она много молчала и спала, Эду было грустно. — Молчала? — Фэй принес Спайк, после того, как она охотилась за преступником. И тогда все очень заботились о ней, даже в госпиталь отвезли! — Эд повернулась к ней в своих зеленых очках.       Девушка вскочила с дивана, дыхание участилось, зрачки увеличились, а поврежденная пленка восстановила картинку. Рецидив. — Как звали того мужчину? — она подскочила к девочке. — Вив… — Эд почесала голову. — Вивьенто!       Пазлы в голове Фэй сложились. Она все вспомнила. Ее охватила ярость, девушка глубоко задышала, положив руку под грудь, пытаясь выровнять сердцебиение. Проснулись ощущения, но она больше не хотела возвращаться к ним. Хватит. Ублюдок наказан, а она жива. Жар в ее груди рвался птицей наружу. Лицо приобрело серьезность, а взгляд устрашающую уверенность. — Эд, — строго сказала девушка. — Да? — девчушка испуганно глянула на Фэй. — Кто сегодня на повестке дня?       Красный хвост пришел в движение, Валентайн вылетела с космического судна, направляясь в кафе на астероиде. По прибытии, она вышла, надев черные очки. На смену желтому костюму пришла более закрытая одежда, так Фэй чувствовала себя более защищенно. Жажда отомстить руководила ей больше, чем здравый смысл. Пройдя в кафе, она увидела свою жертву. Жирный мужик сидел в окружении девушек, что ластились к нему, словно кошки к коту в период течки. Она подошла к нему, не говоря ни слова, вытащила свой излюбленный пистолет и выстрелила в голову. Мозги разлетелись по креслу, и по девушкам, окружающих его. Пронзительный визг заполнил помещение. Все вокруг всполошились, смотря на ужасную картину разнесённой головы. — Да что там такое, — Спайк, отрываясь от меню, повернулся в сторону звука. — Вот дерьмо! — Чего? — Джет, не закончив предложение, увидел знакомые фиолетовые волосы. — Блять!       Они побежали в ее сторону, но девушка, завидев их, бросилась в сторону выхода, смешиваясь с толпой. — Спайк беги за ней, я осмотрю тело.       Шпигель тоже рванул к выходу, переполненный противоречивыми чувствами. Он схватил Фэй за локоть, поймав ее около Хвоста. — Что ты тут делаешь, черт возьми! — его глаза были наполнены удивлением и тревогой. — Тебе сказали сидеть на борту! — И пропустить все веселье? — она посмотрела на него сверху вниз. — Ваша добыча? — Да, и сейчас ты лишила нас денег. Что с этим будешь делать? — Убью столько, сколько захочу, — прошептала Фэй, наклонившись к уху Спайка, вырвав локоть из его рук. — Да ты не в себе… — Спайк все понял. — Ты вспомнила. — Да, ситуация не из приятных. Врачи предупреждали Джета, что данный вид лечения находится в разработке, и как видишь — он с треском провалился, — она равнодушно пожала плечами. — Тем не менее, это всяко лучше, нежели то, что было со мной до госпиталя.       Холод, исходящий от Фэй, обжег его. Другая девушка стояла перед ним: волевая и безумная. — Ты не сможешь убить всех, кто тебе неприятен. — Поспорим? — зеленые глаза показались из-под очков, — Ты будешь вторым в этом списке. — Вот какие у тебя планы… — хмыкнул Спайк, скрестив руки на груди. — Чего же ты ждешь?       Шпигель отошел от девушки, разведя руки в стороны, обозначая себя мишенью. Неважно насколько она была зла, парень знал, что сейчас ей не хватит духу этого сделать. — Не сегодня.       Разговор закончился, она села в Красный Хвост и улетела. Спайк все также стоял поодаль, наблюдая за улетавшей Красноперкой. Он не знал, куда она держит дальнейший путь. Через пару минут к нему прибежал Джет. — Неужели вспомнила? Она теперь будет убивать всех преступников без разбора? — он прикрыл рот рукой. — И я буду среди них, — на лице Спайка застыла усмешка. Парень пошел в сторону Рыбы-Меч. — Да что тут вообще происходит? — Блэк стоял в полной растерянности, — а мы не должны ее остановить? — мужчина крикнул уже вслед уходящему парню. — Она сама вернется, у нее все равно нет выбора.       И он был прав, она действительно вернулась. Невозмутимая, с грацией кошки, не обращая внимания на парней, прошла в свои покои. Фэй долго думала над тем, что сказать им, но так и не нашла подходящих слов. Снова импульсивный поступок, снова бежала вперед за эмоциями, а не за разумом. Она убила обычную шестерку, даже не думая о том, что поимка будет выгоднее, нежели его жирное мертвое тело, но Валентайн хотела мести — она получила ее. Взяв сменные вещи, Фэй прошла в ванную комнату. В душе она смыла с себя неприятные остатки дня, стараясь релаксировать и не копаться глубоко в своей голове. В тот момент всплыли практики и методики профессора, который занимался с ее травмой.        — «...Валентайн, закройте глаза и сфокусируйте свое тело на чувствах, на окружающем пространстве. Сейчас ваша оболочка становится крепким связующим с материей этого мира. Доверьтесь своему внутреннему «Я», мысли — это поток нейронных связей, взяв контроль над ними, можно добиться полной гармонии. Воспоминания — это то, что мы не можем полностью искоренить из себя, но вот «затемнить» — вполне. Мы постараемся облегчить Ваше восприятие недавнего инцидента, чтобы организм не воспринимал окружающую обстановку враждебно...»       Практика была рабочей, особенно, когда занимаешься ей постоянно. Таким образом таблетки и метод работы через импульсы, дали действенный результат, только вот «сломался» он достаточно быстро. Упоминание провоцирующих слов, касающихся определенного воспоминания, способны вернуть картину полностью. Об этом был предупрежден Джет, только вот Эду никто об этом не сказал, да и был бы в этом смысл? Девчонка живет в своем мире и повлиять на нее невозможно.       Тем временем, напарники сидели в гостиной, курили. Каждый думал о чем-то своем, отдаленном. Молчание нарушил Джет. — Спайк, а ты не хочешь с ней поговорить? — затягиваясь, пробубнил Блэк. — Почему я? Ты у нас тут профессиональной нянькой устроился. — Потому что она ждет, когда это сделаешь ты. Долго бегать будешь? — пара внимательных серых глаз уставилась на собеседника. — Все, что я мог сказать ей — уже сказал. — Да уж, Спайк, эту стену никому не пробить, кроме Джулии, — мужчина следил за реакцией напарника.       Спайк напрягся, услышав имя своей возлюбленной. — Ты же все уже знаешь, хочешь надавить на больные места, Джет? — Шпигель криво улыбнулся. — Сколько еще будешь гоняться за призраком прошлого? Ее уже давно нет в живых, а ты до сих пор хватаешься за образ, который построил в своей голове, — Блэк грустно взглянул на собеседника. — Я пройдусь, устал сидеть, — парень резко встал, покидая гостиную.       Спайка переполнял гнев. Слова, которые он так боялся услышать, были сказаны вслух, добивая его. Фатальное поражение. Как бы парень не старался, вернуть уже ничего не получится, и от этого злился еще сильнее. Они держали друг перед другом негласный обет, отчего жизнь каждого превратилась в сущий ад: томительное ожидание с известным исходом. Шпигель долго бороздил просторы космоса с Джетом, прививая себе ритм жизни обычного охотника, чтобы забыться и не фокусироваться только на ней. Иначе, он бы не выдержал. После ее смерти, жизненный ориентир парня исчез и мир потерял все краски. Никто не знал какую боль в себе вынашивал Спайк, да и он не стремился показывать ее другим. Когда Шпигель увидел темноволосую девушку, стоявшую на краю крыши, он прочувствовал ее страдания на себе. В его глазах вспыхнул слабый огонь, словно в его жизни появился новый смысл. Даже маленький родник способен пробиться сквозь толщу земли, ища путь наружу. У Фэй была свобода, за которую она держалась, и не было прошлого, тянущего ее за собой, именно поэтому она так импонировала Спайку.       Мысли снова привели Шпигеля к комнате Валентайн. Он стоял, прижав руку к стене и опустив голову. Из раза в раз, тело просто вело его к ней, но сознание все прекрасно понимало и не давало Спайку натворить глупостей: сделать так, как она хочет. Фэй тихо вышла к нему, всматриваясь в растрепанные волосы. — Что-то хотел? — неловко улыбнулась девушка, — стоишь тут, как призрак, ощущается страшно. — Поговорить надо, — сквозь зубы процедил Шпигель. — Признаю, я совершила глупость, — Фэй вздохнула и устало облокотилась на косяк, закрывая глаза. — Если хочешь отчитать меня, то не стоит — сама могу догадаться что хорошо, что плохо. — Значит ты вспомнила, что призналась мне в любви? — пара внимательных глаз уставилась на девушку. — А это тут вообще причем? — Фэй открыла глаза и посмотрела на Спайка, — ты снова пришел издеваться надо мной? Если да — уходи. — Ты не ответила, — парень усмехнулся. — Даже если я помню, какая теперь разница? Наверное, хотел еще раз потешить свое эго, услышав от меня такие громкие слова, — Валентайн разочарованно посмотрела на напарника и развернулась, чтобы уйти в комнату. — что ж ты их больше не услышишь, уходи. — Ты уже столько раз меня прогоняла, столько раз говорила, что ненавидишь, но я снова и снова возвращаюсь к этой проклятой комнате и терплю все это.       Фэй опешила: она никогда раньше не видела Спайка таким или, возможно, просто не замечала, насколько он может быть подавлен своими мыслями. Но сейчас он стоял перед ней, в надежде найти разумное решение из сложившейся между ними ситуации. — Давай зайдем, — Валентайн пропустила парня в комнату.       Спайк зашел в комнату и сел на край матраца, дожидаясь, чтобы девушка сделала то же самое. Он чувствовал себя неуютно, вспоминая, по какой причине приходил сюда в последний раз. Девушка села поодаль от него, проведя тем самым невидимую границу. Тишина угнетала обоих, но Валентайн решает нарушить ее первой. — Знаешь, Спайк, не хочу показаться слабой и все в этом духе, но я тоже многого натерпелась. Это не тебя выебали без твоего согласия, накончав внутрь, и не с тебя собирались живьем снять кожу, — Фэй смотрела в глаза Спайку, показывая всем видом, насколько ей было тяжело. — Я не могу представить, что ты пережила, но мне искренне жаль, что это произошло с тобой, — Шпигель смотрел ей в ответ, давая понять, что его слова — правда. — Лучше бы просто дал мне тогда умереть. — Но у тебя же была еще куча возможностей после этого. — Какой же ты мудак. — Знаю. — Мне просто интересно, почему из всех людей ты только ко мне так относишься…, — Фэй всеми силами сдерживала накатывающие слезы. — Если ты устал от этого, почему же ты тогда не улетишь к своей женщине, — девушка сделала паузу, — Джулия? Так ее зовут? Я слышала о ней от Джета, ты постоянно улетаешь на ее поиски, за такое время ты уже должен был ее найти. — Для нашей с ней встречи тебе стоит выполнить свою недавно озвученную прихоть, — Шпигель достал пачку сигарет. — Я была на эмоциях и сказала это сгоряча, — девушка настороженно посмотрела на Спайка, — погоди, ты хочешь сказать, что… — Она давно уже мертва, — он закурил. — Но ты говорил, что…       Пока Валентайн пыталась подобрать слова, чтобы не задеть больные точки парня, Спайк сделал глубокий затяг, повернул голову Фэй к себе и прикоснулся губами к ее губам. Шпигель надавил пальцами на щеки девушки, чтобы та открыла рот, и медленно выпустил сигаретный дым. Она вобрала образовавшееся облачко и выдохнула, в ее глазах плескался весь спектр эмоций. — Да, я говорил, поэтому тебе не стоит повторять это вслух, — он ехидно улыбнулся и отвернулся, — это все равно ничего не изменит. — Мне жаль, Спайк, — Фэй опустила глаза, ковыряя кожу вокруг ногтей. — Ого, у тебя есть жалость? — парень усмехнулся, — а я думал, что она осталась в той криокамере. — Ты умрешь, если хоть раз не съязвишь мне? — она надулась, отводя взгляд в сторону, и добавила шепотом, — почему я слышу от тебя приятности только когда на грани жизни и смерти... — Может быть так ты наконец-то поймешь, что со мной ловить нечего, — Шпигель посмотрел на обиженную коллегу и тихо засмеялся. — Что смешного? — она скептически осмотрела лицо напарника. — Ты забавно выглядишь, когда дуешься. Тебе точно двадцать пять лет? — Я могу задать тебе тот же вопрос, Шпигель. Ведёшь себя, как мальчишка в переходном возрасте.       Между ними наступила тишина, Валентайн украдкой всматривалась в красивый профиль Спайка, он же обращал свое внимание на все, кроме нее. Несмотря на всю непринужденность разговора, ее сердце бешено стучало оттого, что они сидели в ее спальне и разговаривали, а совершенный Спайком поступок распалил ее интерес еще больше. Трепет в душе девушки подначивал ее на поступок, который может полностью испортить их отношения, но она решается…        Шпигель чувствует на своей шее тонкие холодные пальцы: его тянут в сторону, где он встречает пытливые изумрудные глаза. Фэй все еще медлила, боясь совершить ошибку. Но все люди совершают ошибки, чем она лучше? Спайк дает ей зеленый свет, отвечая на зрительный контакт. Валентайн закрывает глаза и находит своими губами его губы, через пару секунд она отстраняется и опускает руки. Поцелуй вышел неуверенным и коротким, но даже этого хватило, чтобы тело пробило током от ощущений. Как только девушка собиралась открыть глаза, она почувствовала, как рука Спайка легла на затылок, а сам он наклоняется к ней и жадно целует, просовывая язык — Фэй отвечает, послушно приоткрывая рот. Она снова его обнимает и углубляет поцелуй, навалившись на мужчину. Шпигель нежно убирает руки с её мягких волос, проводит ими вдоль спины и кладёт на тонкую талию, полностью отдаваясь моменту. Девушка сходила с ума, оттого, что чувствовала. Комната наполнилась непристойными звуками страсти двух людей. Они оба были близки к тому, чтобы перейти черту, но каждый из них вовремя отстраняется, смотря друг на друга расфокусированным взглядом. — Извини, — тихо бормочет Фэй, не зная куда себя деть. — Не извиняйся, — сипло ответил ей парень, неуклюже отходя к дверному проёму. — Я пойду, рад, что ты сейчас в норме. — Стой…       Прежде чем Валентайн успела удержать Спайка, он вышел из спальни, быстро удаляясь в противоположном от комнаты направлении.