Два трона: другая веть

За окном уже начинало смеркаться. Золотистое осеннее солнце медленно опускалось за верхушки деревьев, а его последние лучи мягко проникали сквозь окно, окрашивая комнату в тёплые оранжевые оттенки. На кровати тело шевельнулось. Медленно, словно после очень долгого сна, он открыл глаза. Несколько секунд он просто смотрел в потолок, пытаясь понять, где находится. Голова уже не была такой тяжёлой. Температура, казалось, спала, хотя тело всё ещё ощущало слабость. Он медленно повернул голову. Возле небольшой кухонной зоны стоял он. Эграса как раз заваривал новый отвар. На столе лежали мята, несколько сушёных цветов и небольшой листок с рецептом. Он внимательно помешивал напиток деревянной ложкой, тихо напевая себе под нос мелодию. Лололошка едва улыбнулся. После сна голос был немного хриплым. — Светик... Названный вздрогнул так резко, что чуть не выронил ложку из рук. — Ай... Он быстро обернулся. Увидев, что друг уже не спит, с облегчением выдохнул. — Наконец-то проснулся. Ло лениво потёр глаза. — Который час?.. — Уже вечер. Ты проспал почти весь день. — Ого... Он медленно сел на кровати, поправляя одеяло на коленях. — Прости... столько хлопот из-за меня. Той лишь пожал плечами, возвращаясь к отвару. — Не выдумывай. — Но ведь... — Ло. Светловолосый посмотрел на него через плечо. — Если ещё раз извинишься за то, что заболел, я заставлю тебя выпить ещё одну порцию тех лекарств. Тот сразу широко распахнул глаза. — Нет-нет... молчу. На его лице снова появилась лёгкая улыбка. Тихо рассмеявшись, сказал другой: — Вот и хорошо. Он снова помешал отвар, проверил его аромат и, убедившись, что всё готово, налил горячий напиток в чашку. — Как себя чувствуешь? Лололошка немного прислушался к себе. — Лучше... голова почти не болит. Только слабость осталась. — Это нормально. Эльф взял чашку и подошёл к кровати. В комнате воцарилась тихая, почти домашняя атмосфера. Больной сидел на кровати, укутавшись в одеяло, а гость как раз протянул ему чашку со свежим отваром. В этот момент в дверь тихо постучали. Тук-тук. Стоячий удивлённо перевёл взгляд на дверь. — Кто-то пришёл... Он поставил чашку на тумбочку. — Сейчас. Подошёл к двери, нажал на ручку и открыл. На пороге стоял он... Харрис. Оба несколько секунд молча смотрели друг на друга. Гость скользнул взглядом по комнате, заметил кровать, на которой сидел хозяин комнаты, а затем снова посмотрел на эльфа. Его брови слегка нахмурились. — И что же милый эльф делает в комнате моего жениха? Зеленоглазый спокойно выдержал этот взгляд. Даже не изменился в лице. — Я — Эграсель, наследник Светлого Трона... и лучший друг Лололошки. После короткой паузы он таким же ровным голосом спросил: — Почему ты пришёл? Джон перевёл взгляд на пакеты в своих руках. Его голос стал спокойнее. — Услышал, что он заболел. Он слегка приподнял один бумажный пакет. — Принёс гостинцы. Потом показал второй. В нём лежал небольшой букет свежих белых ромашек, ещё покрытых каплями воды, словно их срезали совсем недавно. — И это тоже. Эграса несколько секунд молчал. Потом отступил в сторону. — Заходи. Неожиданный гость коротко кивнул и переступил порог. А хозяин комнаты забрал у него пакеты. Фрукты он аккуратно выложил в небольшую деревянную миску: несколько яблок, груши, виноград и мандарины. Рядом поставил ромашки. Нашёл чистую стеклянную вазу, налил в неё воды и осторожно поставил букет так, чтобы цветы не помялись. Комната сразу стала немного уютнее. Тем временем альфа подошёл к кровати. Шатен, увидев его, едва заметно нахмурился. — Что нужно? Джон спокойно сел рядом с ним. Несколько секунд молчал. Потом перевёл взгляд на другого. — Я хотел бы поговорить с ним... наедине. В комнате повисла короткая тишина. Лололошка тоже посмотрел на эльфа. — Светик... выйдешь на пару минут? Эграса молча встретился с ним взглядом. После короткой паузы медленно кивнул. Дверь тихо закрылась за ним. В комнате воцарилась неловкая тишина. Джон несколько секунд молчал, глядя в пол, словно подбирал нужные слова. Лололошка тоже ничего не говорил, лишь спокойно наблюдал за ним. Наконец Джон тихо выдохнул. — Знаешь... думаю, мы начали не с той ноты. Он виновато улыбнулся. — Точнее... совсем не с той. Он потёр затылок. — Я много думал после нашей последней встречи. Снова короткая пауза. — И понял, что ни тебе, ни мне эта помолвка особо не нравится. Лололошка молча опустил глаза. — Мы оба оказались в ситуации, которую не выбирали. Он опёрся локтями на колени. — Но это не значит, что мы должны ненавидеть друг друга. Он поднял взгляд. — Я... хотел предложить начать всё сначала. Лоло слегка прищурился. — И почему я должен тебе верить? Джон не отвёл взгляда. — Потому что мне нет смысла лгать. Он слегка пожал плечами. — Я не прошу сразу доверять мне. Не прошу называть меня другом. Просто... давай хотя бы не будем врагами. Альфа продолжил уже тише: — Если однажды нам всё же придётся жить рядом... мне бы не хотелось, чтобы мы смотрели друг на друга с ненавистью. Он едва улыбнулся. — Можем остаться просто знакомыми. Или... друзьями, если однажды ты сам этого захочешь. Шатен ещё несколько секунд внимательно смотрел на него. Потом медленно выдохнул. — Хорошо. Джон удивлённо поднял брови. — Правда? — Но доверие ещё нужно заслужить. — Это честно. На лице появилась искренняя улыбка. Он поднялся и протянул руку. — Тогда... Он слегка театрально поклонился. — Я — Джон Дэйви Харрис. Улыбка стала шире. — Твой будущий муж. Ло несколько секунд смотрел на протянутую руку. Потом тихо рассмеялся. Пожал её. — А я... Лололошка Уильямс Дэйвинсон. Он сделал вид, будто серьёзно задумался. — Получается... твоя будущая жена? На секунду повисла тишина. Потом они оба не выдержали. — Ха-ха... Харрис рассмеялся первым. — Это звучит очень странно. — Очень. Уильямс тоже смеялся. — Особенно если учесть, что никто из нас этого не планировал. — Тут не поспоришь. Напряжение, которое ещё несколько минут назад висело между ними, наконец немного рассеялось. В дверь тихо постучали. — Можно? — послышался голос эльфа. — Заходи, конечна — ответил Джон. Он осторожно открыл дверь и заглянул внутрь. Увидев, что никто ни на кого не кричит и комната не превратилась в поле боя, он даже немного удивился. — Ну... я вернулся. Синеглазий улыбнулся и поднялся. — Как раз вовремя. Значит... ты тот самый лучший друг Лололошки? — Именно так. — Тогда спасибо. Эграса удивлённо наклонил голову. — За что? — За то, что был рядом, пока он болел. Эльф лишь коротко кивнул. — Это нормально. На удивление разговор шёл удивительно спокойно. Будто альфа и правда выпил какое-то зелье абсолютного спокойствия. Они начали говорить об академии, учёбе, разных преподавателях. Даже несколько раз посмеялись над историями о студенческих проделках. Лололошка молча слушал их разговор. Время от времени что-то коротко добавлял, но в основном просто сидел, опираясь на подушки. Его взгляд случайно упал на вазу. Белые ромашки спокойно стояли на тумбочке. Их белые лепестки мягко светились в лучах вечернего солнца. Он едва заметно улыбнулся. «Ромашки... Мои любимые цветы.» Такие простые. Без лишней роскоши. Но почему-то всегда приносили ощущение покоя. Он ещё немного посмотрел на них. Потом перевёл взгляд на Эграсу и Джона. Их голоса становились всё тише. Словно отдалялись. Веки начали тяжелеть. Голова сама собой медленно склонилась набок. Через несколько секунд дыхание стало ровным и спокойным. Он снова уснул. Джон как раз что-то рассказывал, но вдруг замолчал. Эграса тоже перевёл взгляд на кровать. Больной уже крепко спал, слегка обнимая край одеяла. Оба невольно улыбнулись. Джон тихо рассмеялся. — Похоже, нас он слушал недолго. Эграса тихо хмыкнул. — Лекарства ещё действуют. Он осторожно подошёл к кровати и немного подтянул одеяло выше, укрывая до плеч. Тот даже не проснулся. Лишь что-то тихо пробормотал во сне и поудобнее устроился на подушке. Эльф ещё раз проверил его лоб. Температура уже заметно спадала. — Это хорошо... — едва слышно произнёс он. Джон молча наблюдал за этим. Потом улыбнулся уголком губ. — Ему повезло... что рядом с ним есть такие люди. Лишь сел обратно на стул. В комнате снова воцарилась тихая, спокойная атмосфера, которую нарушали только ровное дыхание спящего Лолика и тихий вечерний ветер за окном. Джон ещё немного посидел в тишине, глядя на спящего. Потом перевёл взгляд на другого. — Можно кое-что спросить? — Спрашивай. — Тот документ от медсестры... он распространяется и на тебя? Эграсса кивнул. — Да. Пока Лололошка на больничном, меня тоже официально освободили от занятий, чтобы я мог за ним ухаживать. Медсестра сама указала это в справке. Харрис задумчиво потёр подбородок. — Тогда получается, ты тоже будешь пропускать занятия. — Получается. — И тебе это не помешает? Он слегка пожал плечами. — Догоню. Сейчас важнее, чтобы он выздоровел. Джон несколько секунд молчал, словно что-то обдумывал. — Слушай... а если мы будем дежурить? Эльф удивлённо поднял глаза. — Дежурить? — Да. Один день за ним присматриваешь ты, второй — я. Документ позволяет тебе быть рядом, но это не значит, что ты обязан каждый день сидеть возле него один. Он кивнул в сторону Лололошки. — Так и тебе будет легче, и он не останется без присмотра. Он задумался. Идея была... вполне разумной. — Если ты действительно не против... — Не против. Джон улыбнулся. — Он мой жених. Я тоже хочу о нём позаботиться. После нескольких секунд молчания он медленно кивнул. — Хорошо. — Договорились. Джон протянул руку. — Тогда работаем вместе? Эграсса пожал её. — Вместе. Оба одновременно посмотрели на Лололошку, который тихонько сопел, даже не подозревая, что два человека сейчас договорились по очереди заботиться о нём. Харрис тихо рассмеялся. — Главное, чтобы он поскорее выздоровел. — Сейчас это самое важное. Джон поднялся. — Тогда я пойду. Завтра после занятий зайду проведать его. Он ещё раз посмотрел на Лололошку, улыбнулся и тихо попрощался: — До встречи, Эграссель. — До встречи. Дверь бесшумно закрылась, и в комнате снова остались только тишина, аромат ромашек и ровное дыхание спящего Лололошки.