Сквозь забвение

Сон оказался удивительно спокойным. Впервые за последние несколько дней Кларк не снился космос, не снились красные лампы тюремного отсека, кровь на собственных руках или тяжёлое, почти неуловимое дыхание Лексы, за которым она следила долгими часами, боясь отвернуться хотя бы на мгновение. Всё это словно осталось по ту сторону ночи, позволив сознанию наконец провалиться в глубокую, почти безмятежную темноту. Поэтому пробуждение оказалось особенно резким. Она открыла глаза не потому, что её что-то разбудило, а потому, что организм, привыкший жить в постоянном напряжении, сам почувствовал неправильность - в комнате было слишком тихо. Кларк ещё несколько секунд лежала неподвижно, глядя в каменный потолок. Сквозь широкое окно в помещение уже проникал утренний свет, мягко ложась на противоположную стену и постепенно вытесняя ночные тени. Где-то за дверью негромко переговаривались люди, по лестнице кто-то быстро спускался вниз, а с улицы доносился привычный шум просыпающегося Полиса. Всё было именно так, как и должно было быть. Кроме одного. Она повернула голову и сердце болезненно сжалось прежде, чем разум успел вмешаться. Кровать Лексы была пуста. За последние сутки страх настолько глубоко въелся в неё, что теперь появлялся раньше любой мысли. Ещё вчера пустая постель могла означать самое страшное, и телу было всё равно, что Эбби уверенно говорила о выздоровлении, оно продолжало помнить бессонную ночь, запах крови и собственное бессилие. Кларк медленно выдохнула, заставляя себя успокоиться. «Она просто проснулась раньше», - эта мысль звучала совершенно логично, но всё же не приносила облегчения. Она быстро оделась, пригладила ладонью спутанные волосы и вышла в коридор. Башня жила привычной жизнью. Служанки несли корзины со свежим бельём, стражники меняли караул, кто-то торопливо поднимался наверх с тяжёлым кувшином воды. Увидев Кларк, несколько человек почтительно склонили головы, однако никто не остановил её. Кажется, присутствие Ванхеды в покоях Командующей уже перестало кого-либо удивлять. Она спускалась всё ниже, сама не замечая, как ускоряет шаг, а в памяти слишком живо всплывали вчерашние слова Эбби: "Ей нужен полный покой." "Никаких советов." "Никаких тренировок." "Если откроется кровотечение, второй раз мы можем не успеть." От последней мысли внутри вновь неприятно похолодело и Кларк остановилась лишь тогда, когда увидела приоткрытую дверь малого зала совета. Она почти никогда не использовалась для общих собраний. Слишком тесная для представителей всех кланов, зато удобная для работы с документами и картами. Именно здесь, насколько помнила Кларк, Лекса проводила долгие часы, когда оставалась наедине с делами. Изнутри не доносилось ни голосов, ни шагов. Она осторожно толкнула дверь и замерла на пороге - за длинным деревянным столом действительно сидела Лекса, на ней не было ни доспехов, ни командирского наплечника, простая тёмная рубашка свободно лежала на плечах, а лицо оставалось непривычно бледным после пережитой кровопотери. Перед ней ровными стопками лежали свитки, письма, восковые печати и несколько грубо начерченных карт. Лекса медленно перелистывала один из свитков, внимательно вчитываясь в каждую строчку, потом нахмурилась, отложила его в сторону и взяла следующий. Спустя минуту произошло то же самое. Кларк не стала сразу входить, что-то в этой картине заставило её остановиться: перед ней сидел человек, отчаянно пытавшийся удержать в равновесии мир, который за одну ночь стал совершенно незнакомым. Лекса выглядела так, словно пыталась собрать огромную мозаику, не имея перед глазами изображения, которое должно было получиться в итоге. Она читала слова, понимала их смысл, но между ними не существовало связей, названия кланов почти ничего ей не говорили, печати не вызывали воспоминаний, имена советников оставались просто именами. Кларк почувствовала, как внутри медленно поднимается щемящее сердце чувство. Когда-то, оказавшись на Земле после всей своей жизни на Ковчеге, она испытывала нечто похожее. Мир вокруг казался огромным, непонятным и опасным, а каждый следующий шаг приходилось делать почти на ощупь. Но тогда рядом были Беллами, Уэллс, Монти, Джаспер. Рядом была ещё сотня таких же растерянных подростков, как она сама У Лексы сейчас была только она. Наверное, именно поэтому Кларк наконец переступила порог и Лекса подняла голову почти сразу, словно услышала её шаги ещё несколько секунд назад. В зелёных глазах промелькнуло что-то едва уловимое. Не облегчение, оно исчезло слишком быстро, чтобы Кларк успела уверенно его распознать, но что-то очень похожее. -Доброе утро, - тихо произнесла она. Кларк улыбнулась и слегка качнула головой. -Доброе. Она подошла ближе и только теперь заметила, что на столе почти не осталось свободного места: исписанные листы лежали поверх карт, между ними стояли раскрытые книги, а в центре находился небольшой лист пергамента, испещрённый аккуратными пометками. Лекса проследила за её взглядом и на мгновение в её лице появилось смущение. Совсем лёгкое, почти незаметное. -Я пыталась разобраться. Кларк осторожно взяла в руки один из свитков. Это оказался отчёт о запасах зерна в одном из северных кланов, рядом лежала карта торговых путей, чуть дальше список имён, возле каждого из которых Лекса собственноручно сделала короткие пометки. Кларк медленно подняла взгляд. Лекса сидела напротив, устало потирая переносицу. Впервые за долгое время она выглядела не Командующей, не Хедой, а молодой девушкой, которой неожиданно доверили судьбу тринадцати кланов, не оставив к этому ни единой инструкции. -Ты должна отдыхать, - почти шёпотом сказала Кларк. Лекса тихо усмехнулась. -Я знаю. - улыбка вышла короткой и какой-то виноватой. Она ненадолго замолчала, будто сомневаясь, стоит ли продолжать, но потом всё же посмотрела Кларк прямо в глаза. - Но если я не начну понимать всё это сейчас… сколько ещё времени люди смогут делать вид, что ничего не произошло? Кларк медленно опустилась на стул рядом с Лексой, не отрывая взгляда от исписанных пергаментов. На некоторых листах чернила уже успели подсохнуть, на других отдельные строки были перечёркнуты так много раз, что разобрать написанное оказалось невозможно. Складывалось впечатление, будто Лекса начинала читать, доходила до середины, понимала, что потеряла нить, и вновь возвращалась к самому началу. Она не привыкла чего-то не понимать - это Кларк знала слишком хорошо. Она осторожно придвинула к себе один из свитков. -Этот можно пока отложить. Лекса вопросительно подняла глаза. -Почему? -Потому что в нём отчёт о поставках соли из деревень Флокру. - блондинка слабо улыбнулась. - Если честно, ещё некоторое время назад я бы сама не поняла здесь почти половину написанного. На губах Лексы мелькнула едва заметная улыбка. -Значит, у меня ещё есть шанс. Кларк тихо усмехнулась. -Определённо. Несколько минут они молчали, разбирая бумаги. Кларк раскладывала их по небольшим стопкам, стараясь хотя бы немного упорядочить хаос, который Лекса успела создать за это утро. Некоторые документы были срочными, другие спокойно могли подождать несколько дней. Отдельные свитки вообще предназначались не Командующей, а казначею, но, очевидно, попали сюда по привычке писарей, привыкших приносить всё сразу. Лекса наблюдала за её движениями внимательно, почти с детским любопытством. -Ты ведь никогда этим не занималась. - это прозвучало скорее как наблюдение, чем вопрос. -Нет. - Кларк покачала головой. -Тогда откуда знаешь, что нужно делать? Небесная ненадолго задумалась. -Наверное... потому что за последнее время я слишком часто сидела рядом с тобой во время советов. Ты всегда сначала откладывала всё, что не требовало немедленного решения, а потом занималась тем, что действительно было важно. Лекса опустила взгляд на бумаги. -Забавно. -Что именно? -Получается, ты помнишь мои привычки лучше, чем я сама. От этих слов в груди неприятно сдавило и Кларк не нашлась что ответить. Она действительно помнила. Помнила, как Лекса машинально проводила большим пальцем по краю печати, прежде чем сломать её, как перечитывала особенно важные письма дважды, как всегда оставляла самые неприятные решения напоследок не потому, что боялась их принимать, а потому что старалась как можно дольше искать другой выход. Когда-то эти мелочи казались незначительными, теперь же именно из них складывался человек, которого Лекса больше не могла узнать в собственном отражении. Тишину нарушил осторожный стук в дверь. Не дожидаясь ответа, она приоткрылась, и в зал заглянула одна из служанок. -Хеда, Ванхеда, - девушка быстро склонила голову. - Простите, что тревожу. Лекса сразу выпрямилась. -Что случилось? -Хранитель Пламени просит позволения войти. Кларк почувствовала, как по позвоночнику медленно пробежал холод. Она не ожидала, что это произойдёт так скоро. На мгновение ей захотелось сказать: «Нет». Совсем по-детски закрыть дверь, выиграть ещё хотя бы один день, но она понимала, что это невозможно. Рано или поздно эта встреча всё равно должна была состояться. Лекса коротко кивнула. -Пусть войдёт. Служанка исчезла за дверью и несколько секунд спустя в зал вошёл Титус. Он двигался так же уверенно, как и всегда, однако Кларк сразу заметила то, чего не увидел бы посторонний человек - он остановился чуть дальше, чем позволял себе обычно, будто не был уверен, имеет ли право подойти ближе. Склонив голову, он негромко произнёс: -Хеда. Лекса молча смотрела на него. Всего несколько секунд, но этих секунд оказалось достаточно, чтобы Кларк заметила едва уловимую перемену. Пальцы Лексы, спокойно лежавшие на столе, медленно сжались, совсем немного. Так сжимается рука человека, который неожиданно прикоснулся к чему-то холодному. В её лице ничего не изменилось, она не нахмурилась, не отвела взгляд, но всё тело словно стало чуть напряжённее. Кларк почувствовала, как сердце забилось быстрее. Лекса сама ещё не понимала этого, однако тело уже успело узнать человека, рядом с которым однажды оказалось на волосок от смерти. Лекса тоже, кажется, почувствовала странную перемену, потому что её взгляд задержался на лице Титуса чуть дольше положенного, затем она неожиданно спросила: -Мы давно знакомы? Хранитель Пламени медленно поднял голову. Вопрос явно застал его врасплох. -Очень давно, Хеда. - его голос звучал привычно спокойно, но Кларк уловила лёгкую хрипоту, которой не было раньше. - Я служу тебе с того дня, как дух командующих выбрал тебя, со дня конклава и твоей победы в нём. Лекса молча кивнула, но её глаза всё ещё не покидали лица Титуса. -Мне кажется... - она замолчала, прислушиваясь к собственным ощущениям. - Мне кажется, я должна помнить о тебе что-то очень важное. В комнате стало так тихо, что Кларк отчётливо услышала, как за окном ударил колокол, возвещая начало нового дня. Титус не шелохнулся, только пальцы его правой руки крепче сомкнулись на деревянном посохе. -Возможно, со временем так и будет, - осторожно ответил он. Кларк перевела взгляд на хранителя. Ей показалось, что за внешним спокойствием на мгновение проступило что-то почти невыносимое. Не страх быть разоблачённым, скорее страх вновь встретиться с последствиями собственного поступка и впервые с того дня, как пуля вошла в тело Лексы, Кларк увидела в глазах Титуса не наставника, не советника и не хранителя пламени, а человека, который каждую минуту помнил, что едва не убил ту, кому поклялся служить. Тишина затянулась. Никто из них не торопился её нарушать. Утренний свет постепенно заполнял зал, золотистыми полосами ложась на поверхность длинного деревянного стола и высвечивая пылинки, лениво кружащиеся в неподвижном воздухе. За узкими окнами просыпался Полис, но здесь, за толстыми каменными стенами, казалось, время ненадолго остановилось. Лекса первой отвела взгляд. Она медленно опустила глаза к разложенным перед собой свиткам, однако Кларк успела заметить, как между её бровями пролегла едва заметная складка. Совсем небольшая, такая появляется у человека, который чувствует неясную тревогу, но никак не может понять, откуда она взялась. Память молчала, зато тело, похоже, уже начинало задавать вопросы. -Присаживайтесь, - наконец произнесла Лекса, кивнув в сторону свободного стула. Титус подчинился не сразу и лишь спустя несколько секунд он медленно обошёл стол и сел напротив. Движения его оставались привычно спокойными, однако Кларк заметила, что он избегает смотреть Лексе прямо в глаза. Вчера она, наверное, не обратила бы на это внимания, но сегодня же каждая подобная мелочь цеплялась за сознание, складываясь в общую картину. Он чувствовал вину, тяжёлую, почти осязаемую, от которой невозможно избавиться, сколько бы ни прошло времени. Лекса взяла в руки один из свитков и некоторое время молча рассматривала восковую печать. -Эбби сказала, что память может не вернуться вовсе. Титус впервые за всё время посмотрел прямо на неё, но в его лице ничего не изменилось, только пальцы, лежавшие на посохе, едва заметно побелели. -Такое возможно. Лекса некоторое время молчала. Кларк уже успела понять, что это молчание не означало растерянности, напротив, так происходило всякий раз, когда она тщательно обдумывала следующие слова, не желая произнести ни одного лишнего. -Тогда мне понадобится ваша помощь.- Титус удивлённо вскинул голову. - Я не прошу принимать решения вместо меня, - спокойно продолжила Лекса. - И не прошу относиться ко мне иначе. Она на мгновение прикрыла глаза, словно собираясь с силами. Даже это короткое движение не укрылось от Кларк. Лицо Лексы оставалось непривычно бледным, а под глазами всё ещё присутствовали тени после бессонной ночи. Казалось, несколько минут за столом отнимали у неё не меньше сил, чем когда-то целый день совещаний. -Но мне придётся задавать вопросы, ответы на которые раньше были очевидны. - её голос не дрогнул, не появилось в нём ни смущения, ни раздражения, лишь спокойное принятие собственной новой реальности. - Иногда они покажутся вам глупыми. Кларк отвела глаза на кипу свитков, стараясь не выдавать собственных чувств. Титус долго не отвечал. Он смотрел на неё так внимательно, словно впервые видел не Хеду, а ту девочку, которая когда-то пришла в Полис, когда предыдущий Командующий собирал найтблид для подготовки собственного наследия, когда она, юная и неумелая, впервые ступила на порог башни. В памяти Кларк неожиданно всплыли слова Индры. "Она стала Командующей слишком рано." Тогда Кларк не до конца понимала, что стоит за этой фразой. Теперь понимала. Все вокруг привыкли видеть в Лексе человека, который всегда знает правильный ответ и никто - почти никто - не видел, какой ценой ей давалась эта уверенность. Титус медленно поднялся. Кларк уже решила, что разговор окончен, однако вместо этого он неожиданно опустился на одно колено. Так низко, как требовал древний обычай. Она удивлённо перевела взгляд на Лексу и та тоже выглядела растерянной. Титус поднял голову. В его глазах не было торжественности, лишь спокойная, почти горькая решимость. -Когда ты приняла Пламя, - негромко произнёс он, - я поклялся служить тебе до последнего своего вздоха. Эта клятва не изменилась. Лекса смотрела на него молча. -Если тебе придётся задать один и тот же вопрос десять раз, я отвечу десять раз, если придётся начать всё сначала, я начну, если тебе потребуется вновь узнать историю каждого клана, каждого союза и каждого обычая, я расскажу столько раз, сколько будет нужно. - он ненадолго опустил взгляд. - Потому что мой долг - служить своей Командующей. Кларк почувствовала, как невольно задержала дыхание. Эти слова звучали искренне. Настолько искренне, что ей почти хотелось поверить. Почти. В этот момент в коридоре раздались быстрые шаги и Кларк узнала их раньше, чем дверь распахнулась. -Только не говорите мне... - голос Эбби прозвучал ещё за порогом. Она вошла в зал и замерла. Её взгляд сначала остановился на Лексе, затем на разложенных по всему столу свитках, после на Титусе и наконец снова вернулся к Лексе. -Лекса, - очень спокойно произнесла она. Эбби не повысила голос. Кларк слишком хорошо знала мать и давно научилась замечать ту тонкую грань, за которой раздражение сменялось настоящей тревогой. Именно тогда голос Эбби становился почти спокойным, каждое слово звучало размеренно и отчётливо, а спорить с ней становилось куда опаснее, чем если бы она кричала. Лекса, очевидно, этого ещё не знала. Она спокойно встретила взгляд врача и слегка склонила голову в знак приветствия. -Доброе утро. -Для кого как. - Эбби подошла к столу и, не спрашивая разрешения, коснулась тыльной стороной ладони её лба, затем так же быстро перевела руку к шее, привычным движением нащупывая пульс. Лекса едва заметно вздрогнула от неожиданности, однако не отстранилась. Она только вопросительно посмотрела сначала на Эбби, затем на Кларк, будто пытаясь понять, почему подобная бесцеремонность никого вокруг не удивляет и Кларк невольно улыбнулась. -Даже не пытайся спорить. - почти прошептала небесная. -Я и не собиралась. -Неправда. Лекса тихо усмехнулась. -Ты слишком хорошо меня знаешь? Улыбка исчезла с лица Кларк так же быстро, как появилась. "Знала", - это слово болезненно кольнуло где-то под рёбрами. Она действительно знала. Знала ту Лексу. Каждый подобный разговор всё чаще напоминал ей, что теперь рядом с ней находился человек, которого предстояло узнавать заново. Эбби тем временем закончила осмотр и глубоко вздохнула. -Голова кружится? Слабость, боль? Мне нужно знать всё. Лекса ненадолго задумалась. Только сейчас она, кажется, действительно прислушалась к собственному телу. -Да. - ответила Командующая на всё сразу. Эбби выразительно приподняла бровь. -Боль сильная? -Терпимая. - землянка поджала губы, а Кларк едва сдержала смешок. Она уже успела забыть, насколько по-разному врачи и пациенты понимают слово «терпимо». Особенно если пациентом оказывалась Лекса. Эбби выпрямилась и медленно обвела взглядом бумаги, занимавшие почти весь стол. -А теперь объясни мне, пожалуйста, каким образом человек, которому вчера вечером было противопоказано вставать, сегодня оказался за работой? Лекса ненадолго опустила глаза. -Я проснулась. - Эбби молча ждала продолжения. - Не смогла уснуть снова. -И решила заняться делами. - закончила за неё женщина. Лекса коротко кивнула, после чего повисла короткая пауза. -Вместо того чтобы позвать кого-нибудь и попросить книгу. Лекса ничего не ответила и Кларк прекрасно понимала, почему - книга не отвлекла бы её. Не заставила бы перестать думать о том, что за дверями этого зала целое государство продолжает жить так, словно ничего не изменилось. Эбби тоже это понимала и поэтому её голос стал мягче. -Лекса. - она дождалась, пока Командующая вновь поднимет на неё взгляд. - Ты сейчас пытаешься догнать один день, но если разойдутся внутренние швы, ты потеряешь не день. В лучшем случае несколько недель, а худшем... - она не закончила фразу и лишь устало развела руками, но все присутствующие прекрасно поняли, что она имела в виду. Хеда медленно перевела взгляд на собственные ладони. Длинные пальцы спокойно лежали на столешнице, но Кларк заметила, что кончики их едва заметно побледнели. Наверное, она и сама не осознавала, насколько сильно успела сжать кулаки за время разговора. -Я не могу бездействовать. - произнесла она почти шёпотом. Эти слова прозвучали так неожиданно искренне, что Кларк почувствовала, как внутри болезненно защемило. Лекса не оправдывалась и не пыталась настоять на своём. Она просто призналась в том, чего действительно не умела. В этот момент Кларк вдруг поняла одну простую вещь - амнезия забрала у Лексы воспоминания, но не ответственность. Она по-прежнему ощущала её каждой клеточкой своего тела, просто больше не знала, как с ней справляться. Эбби некоторое время молчала, затем тяжело вздохнула и придвинула к себе ближайший стул. -Тогда, - спокойно сказала она, усаживаясь рядом, - ты должна научиться. Лекса непонимающе посмотрела на неё. -Чему? На губах Эбби появилась усталая, но удивительно тёплая улыбка. -Тому, что иногда лучший способ позаботиться о других - сначала позволить позаботиться о себе. Эбби не торопилась нарушать повисшую тишину. Она сидела напротив Лексы, положив ладони на край стола, и внимательно наблюдала за девушкой. Та больше не пыталась вернуться к бумагам. Несколько мгновений её взгляд был прикован к одному из свитков, однако Кларк почти сразу поняла, что Лекса давно перестала читать. Строки перед её глазами наверняка расплывались, превращаясь в бессмысленные символы. За окном негромко переговаривались стражники, где-то внизу хлопнула тяжёлая дверь, по каменным плитам внутреннего двора прогрохотали колёса повозки. Обычные звуки просыпающегося Полиса, на фоне которых тишина в комнате ощущалась ещё отчётливее. Лекса медленно свернула свиток и отложила его в сторону и Эбби проследила за этим движением. -Голова? Лекса не ответила сразу, лишь спустя несколько секунд коротко кивнула. Эбби тяжело вздохнула, будто именно такого ответа и ожидала. -Ты слишком долго заставляешь себя держаться. Лекса подняла глаза. -У меня нет другого выбора. - ответ прозвучал тихо, ровно, без привычной для неё жёсткости. Кларк заметила, как взгляд Эбби невольно смягчился, наверное, в эту секунду она перестала видеть перед собой Хеду. Перед ней сидела молодая девушка, которой не дали времени научиться жить для себя. -Ты знаешь, что будет, если сейчас потеряешь сознание? - Эбби наклонилась немного вперёд и Лекса вопросительно посмотрела на неё. - Весь Полис узнает об этом раньше, чем ты придёшь в себя. Ни один мускул не дрогнул на лице Лексы и только взгляд на мгновение скользнул к окну, будто она и сама представила, как быстро подобная новость расползётся по башне. Женщина поднялась со стула. -Поэтому ближайшие несколько дней ты не будешь принимать посетителей без необходимости. Лекса тоже встала, чуть медленнее, чем обычно, едва заметно оперевшись ладонью о край стола, прежде чем выпрямиться во весь рост. Движение длилось меньше секунды и если бы Кларк не следила за ней так внимательно, она, наверное, не придала бы ему значения. -Это невозможно. Эбби встретилась с ней взглядом и нахмурилась. -Почему? Лекса помолчала. Кларк видела, как за это короткое молчание в голове девушки одна за другой рождаются мысли, складываются в привычный порядок и отсеиваются. Она никогда не отвечала сразу, если вопрос действительно был важен. -Если люди перестанут меня видеть, - наконец произнесла Лекса, - они начнут задавать вопросы. В комнате снова стало тихо. Кларк вдруг поймала себя на мысли, что ещё несколько дней назад подобная фраза прозвучала бы совсем иначе. Тогда Лекса говорила бы о кланах, о власти, о политике, а сейчас же в её голосе не было ни холодного расчёта, ни желания убедить. Она просто называла вещи своими именами. Эбби медленно подошла ближе. -Тогда мы найдём способ сделать так, чтобы они видели тебя ровно столько, сколько ты действительно можешь выдержать. Лекса ничего не ответила, её взгляд остановился где-то за плечом врача. Достаточно было одного мгновения, чтобы Кларк поняла: она уже просчитывает сказанное. Не спорит и не сопротивляется, а просто ищет решение. Та самая привычка, которая, кажется, не имела никакого отношения к памяти. Кларк невольно улыбнулась уголками губ. Может быть, воспоминания действительно исчезли, но девушка, которой они принадлежали, всё ещё была здесь. Пусть пока скрытая за растерянностью, болью и бесконечным количеством вопросов. Кларк всё чаще замечала её в таких мелочах. В долгом, внимательном взгляде, в сдержанной интонации, в том, как Лекса почти незаметно выпрямляла плечи всякий раз, когда разговор касался её людей. Этого было недостаточно, чтобы перестать бояться, но вполне достаточно, чтобы впервые за последние сутки почувствовать осторожную надежду.