Место встречи

Этот день должен остаться в памяти ярким пятном. Не обязательно в хорошем смысле, но и в плохом.

***

      Ким Тэхен поспешил в гости к Чон Чонгуку. Несколько раз проверив, точно ли он не ошибся с номером дома, позвонил в домофон. Заветный звонок оповестил о том, что дверь открылась. Парень поднялся на второй этаж и пару секунд постоял возле двери, вспоминая, та ли это квартира. Открыв дверь, он вошёл внутрь. Никого нет.       — А меня встречать кто-нибудь будет? — спросил он, стоя на пороге и немного колеблясь.       Услышав до боли родной голос, он снял кроссовки, сразу направляясь на звук.       — Я одевался.       Крепкие объятия согревали. Чонгук оставил нежный поцелуй на губах любимого. Ким положил свою сумку на диван и поздоровался с попугайчиками. Они сегодня были куда резвее, нежели в прошлую встречу. Словно ребенок, омега поскакал в комнату Чона. По-хозяйски развалился на кровати, приглашая к себе. В мыслях он надеялся, что сегодня получится повторить те «детские игры».       Чонгук любил делать комплименты своему омеге, и сегодня не стало исключением.       — У тебя чувствительная грудь, особенно левая. Вот соски они у всех, а вот сама грудь редко у кого. Ты первый, кого я знаю с чувствительной грудью.       Тэхен не получал таких комплиментов еще ни разу.       Омега захлебывался в собственных стонах, как и хотел. В квартире их было двое и смысла сдерживаться не было. Когда младший сидел сверху, возлюбленный вдоль позвоночника нашел еще две чувствительные точки, сильно стимулируя их. Было так хорошо, что он даже пару раз подпрыгнул, четко проезжаясь своей промежностью о промежность старшего. Какой же это кайф! Ему так хотелось, чтобы старший снова ласкал его грудь, он в этом был подкован.       — Ну, можно хотя бы раз? — просил Чон, он слишком сильно хотел его.       — Нет, — пусть брюнет сам хочет этого, но понимает, что для него это пока слишком.       — Пожалуйста, — взгляд как у щенка.       Заглядывая в его глаза, Тэхен видел чертиков, полных похотью.       Специально терся промежностью, заводил. Парень чувствовал, как его белье мокнет.       Снова.       Им нельзя оставаться наедине так долго, иначе они не сдержатся. Поэтому сейчас должен прийти Намджун — ангел-спаситель от черных и грешных действий. А пока его нет, Гук развязал шнурки на спортивных штанах любимого и хотел уже проскользнуть туда шаловливыми ручками, но младший не дал. Если он разрешит Чону, то только этим не ограничится.       Когда Джун был возле двери, Тэ наклонился к старшему, жадно и требовательно поцеловал его.       Намджун старательно делал вид, что ничего не видит и не слышит, пока влюбленные голубки нежились в объятиях друг друга. Потом он ушел в прихожую, любуясь своим отражением.       В этот момент Ким Тэхен лежал под альфой. Он удобно устроился между ног любимого. Парнишка распадался на части, растворяясь в постели, и вес старшего на его теле, единственное, что удерживало парня на этой земле. Младший пытался быть тише, пока Чон быстрее двигал бедрами, проезжаясь по его промежности. Он то замедлялся, то ускорялся, полностью срывая крышу. Тэхен ненароком представлял, как они бы занимались тем же, только без одежды. Это заставляло течь сильнее.       Альфа притянул Тэхена ближе к себе и бесцеремонно поцеловал его. Парень глубоко проникал языком, сплетая его с чужим. Сейчас им было уже все равно, что они не одни, они наслаждались этим моментом.

***

      — Иди посуду мой, — говорит Ким Тэхен. Чонгуку скоро идти на подработку, а он и не торопится туда.       — Иди ты помой, — в шутку произносит старший.       — Не пойду. Сам мой, — улыбается брюнет.       Порой альфа говорит так, что Ким не понимает, когда он шутит, а когда говорит серьезно.       И парень все равно встал и поплелся на кухню.       — Джун! Подойди, пожалуйста, — просит омега. — А посуду куда ставить? Вот сюда?       — Не знаю, наверное.       Ладно, куда ставить посуду, он, дай бог, разобрался, а как воду включить?       — Гуки! А как воду горячую включить?       Пытался крутить кран, но боялся повернуть не туда. Вдруг сломает. Позже до него дошло, что горячую воду отключили на неделю.       — Ты что, посуду мыть собрался? — на кухню заходит хозяин квартиры. Младший стоял возле раковины с губкой в руках и с огромной бутылкой мыла для посуды.       — Да, а что?       Старший забрал все из рук Тэ и показал какую-то интересную штуку с мылом. На губке сразу осталось средство, и не пришлось выливать его из огромной бутылки. Чего только люди не придумают.       Взяв своего мальчишку под руки, Чонгук повел его в ванную комнату мыть руки. Дал полотенце, попутно возмущаясь, что тот и правда пошел мыть посуду.       Позже к ним присоединился друг Кима, Ми Эйден.       — И как, вы замазали Джину засос?       — Да. Я еще, когда зашел, спросил: «Где Тэхен?» А тебя уже не было.       — А, я домой торопился.       — Мне Джин так и сказал. Я, когда увидел этот засос, Хосока отругал.       — Правильно, туда его.              Когда время уже подошло, Чонгук поспешил переодеться и уже выходить. Все пошли провожать его. Ким Намджуну было по пути, поэтому он пошел домой, а Тэхен с Эйденом проводили Чона.       Домой не хотелось идти от слова совсем, поэтому он пошел дальше гулять с Эйденом. Время тикало, и на часах показывало начало десятого. Друзья решили, что пора домой. Ми пошел провожать Тэ. Постояв минут десять возле подъезда, Ким зашел в инстаграм, где Чонгук написал, что освободился.       — Слушай, у меня есть очень глупая идея, — светится омега.       — Какая?       — Пошли к Гуку.       — Что? В смысле?       — Пойдем навстречу к Гуку.       И это была правда глупая идея, но она стоила того, чтобы удивить Чонгука. Позвонив Намджуну и предупредив, что они тоже придут, омега попросил ни слова не говорить об этом старшему. Тот согласился. Когда парни почти поднялись на нужный этаж, их встретил Джун. Проходя в квартиру, младший заглянул в первую комнату — никого. А зайдя в гостиную, увидел, что там сидят Чонгук, Рен и Мисо (общие знакомые). На лице альфы отразились смешанные эмоции, он даже не сразу обнял своего парня. Просто он знал, что мама Тэхена строго относится к таким вылазкам поздним вечером. А самому брюнету было все равно.       Недолго посидев на кухне в кругу друзей, Ким засобирался домой. Он прекрасно знал, что дома ему влетит, но старательно пытался оттянуть этот момент. До дома его проводил Эйден.

***

      Этот день он и правда запомнил надолго. По прибытии домой, мама сразу устроила сцену.       — Показывай последние вызовы. А с глазами что? Что ты с ними делал, что вся тушь осыпалась, — парень молчит. За кого мама его принимает? У сына нет выхода и разблокировав телефон, он заходит в книгу контактов.       — Что за «Чонгук»?       — Знакомый.       — Что за знакомый? Сам же знаешь, что ты очень любвеобильный мальчик. Давай дальше, заходи в инстаграм или что у вас там, — и он покорно открывает соцсеть.       В верхних чатах у Тэхена Эйден, с которым он сегодня гулял, и Гук. Мама заходит в переписку с омегой. Последнее сообщение — это фотки, где видно, как ее сын идет за руку с Чоном.       — Ну, кто это?       — Я.       — Я вижу, что ты. А рядом кто? Ты же за руку идешь с ним.       — Это Чонгук, знакомый.       — Ну ты же за руку с ним идешь, — Ким молчит. — Ну, давай дальше.       В переписке с альфой ее ничего не привлекает, а вот в последних постах на страничке она находит очень интересную фотографию. На ней видно, как омега сидит в кругу друзей у Ким Намджуна. И тут понеслось: «Я тебя отпускала гулять, а ты на квартире с какими-то парнями сидишь. Вырос, что ли?»       Самое удивительное, что она не забрала телефон на проверку, но обещала, что сделает это тогда, когда парень меньше всего будет ожидать. Теперь правда страшно. Когда Тэхен зашел в комнату, сразу сказал себе, что Чон не должен узнать об этом. Поделившись всем с другом, тот пытался его как-то поддержать и успокоить. Тэ не плакал. Ну, может так, совсем чуть-чуть.       Поужинав, Ким Тэхен вернулся в комнату, а позже, собравшись с духом, вышел к маме с серьезными намерениями.       — Мама, давай поговорим насчет сегодня? — Ким выжидающе смотрел прямо в глаза матери.       — О чем нам говорить? — от этих слов весь пыл омеги и его смелость улетучились. — Я не хочу выслушивать те хлебные крошки, что ты будешь в меня кидать. Ты не готов говорить. С тобой невозможно это сделать: ты либо молчишь, как сейчас, либо обманываешь.       — Я боялся рассказать.       — Конечно. Ты же прекрасно знаешь, что я бы не отпустила тебя сидеть с парнями на квартире. Я расскажу бабушке с дедушкой, и тогда мы все вместе сядем и поговорим. Иди.       Тэ мельком посмотрел на мать и вернулся в комнату. Сейчас он не мог сдерживаться. До чего же ему было обидно за себя — такого жалкого и несчастного. Соленые слезы рекой стекали по щекам, капая на сорочку. Он захлебывался ими, как несколькими часами ранее, только тогда это были стоны. Ёна пыталась поддержать его, успокоить, но брюнет не мог этого слушать.       Чон будто чувствовал состояние любимого и написал ему. Но сейчас было не до него. Позже он, конечно, рассказал альфе всю ситуацию от и до. Старший сначала посмеялся, но потом, кажется, ему стало не до смеха. Ким не знал, куда себя деть, и позвонил подруге. Почти час он высказывал свои эмоции, горько плакал и проклинал всю эту ситуацию.       — Есть очень замечательные слова: «Все тайное всегда становится явным», — добавила мама.       Ёна пыталась найти оправдание и Тэхену, и его маме. Разъясняла как могла, но по большей части просто слушала. И за это младший был ей благодарен. jk: Это глупо Это твое решение и право — с кем мутить и что делать Мда-а Это фигня полная У меня теперь настроения нету

th:

Прости за это

jk: Не извиняйся, твоей вины тут нет Как ты себя чувствуешь?

th:

Отвратительно

      Хочется плакать лишь от того, как Чонгук переживает за него и заботится. jk: Как себя сейчас чувствуешь? Успокоился немного?

th:

Немного лучше, но все еще могу заплакать

jk: Не надо Тэ, я очень сильно тебя люблю. Ты для меня очень дорогой и важный человек, за которого я переживаю больше, чем за себя Так что вдох, выдох, успокаиваемся — и спать Хорошо? Люблю тебя))

th:

Да ну, я не могу сдерживать эмоции…

Я тебя тоже люблю

      Ким изо всех сил пытался держаться, но каждый раз, когда альфа говорил о своих чувствах к нему, он мог растрогаться. Слишком сентиментальный.

th:

Не надо так сильно переживать

Ха-ха, все со мной нормально

jk: Надо. Ты для меня совсем не чужой человек, а очень даже родной

th:

Спасибо

Ты для меня тоже

Поэтому и прошу, чтобы ты не переживал

jk: Лишним не будет И как я могу не переживать за тебя?

th:

Не знаю

      Было больно; поток слез сквозь закрытые ресницы стекал на подушку. Мальчишка жалел себя за слабость. Он не такой сильный, как может показаться. Всегда всем говорит, что они сильнее, чем думают, но это не касается самого Тэхена.       Обняв себя за плечи, брюнет попытался успокоиться. Когда дрожь прошла, он поднялся с кровати и направился в ванную комнату, чтобы умыться. Отражение было не настолько ужасным, как Ким представлял, но в чем он был точно уверен, так это в том, что утром его лицо будет похоже на пельмешек.

***

jk: Доброе утро)) Как спалось?

th:

Я вообще не выспался. Такое чувство, что вообще не спал

Тебе как?

jk: Ну такое Как себя чувствуешь?

th:

Лучше, чем вчера

*Видеосообщение. Показывает, что едет в машине*

jk: Устал?

th:

Да, и спать хочется

      Это был один из самых ужасных дней в жизни Ким Тэхена. Такое чувство, что сегодня вся семья ополчилась против него. С утра мама не разговаривала с ним, но перед приездом бабушки и дедушки она прошла мимо комнаты со словами: "Тэхен, ты завтракал?" А когда все дела в Паджу были закончены, они вернулись обратно в Сеул.       Тэхен спокойно переписывался с подругой и пил сладкое молоко через трубочку.       — Отдохни уже от своего телефона. Делал бы хоть что-то одно, а то пьет и в телефоне сидит, — было такое ощущение, что бабушке заняться нечем. Ей лишь бы отругать.       — Так у него там, наверное, своя жизнь, — усмехается мама. Брюнет посмотрел на нее как на врага народа. Отложив телефон, младший смотрели шпередачу, что шла по телевизору, но сам витал где-то в своих мыслях.       — Теперь совсем присосался к этой трубочке, — замечает бабушка.       «Да чего вы пристали ко мне? Заняться больше нечем?» — думает Ким сдерживая новый поток слез.

***

      Каждый вечер главные герои созванивались, переписывались и очень друг по другу скучали. Днями напролет Тэхен пытался занять себя чем-то. Работал над проектом в художественную школу. Весь день без перерыва на отдых отдавал всего себя, а преподавателю по-прежнему что-то не нравилось. Это раздражало. Наконец-то появилось время на прочтение книги, которая лежала уже полгода, если не больше.       Время тянулось бесконечно. Последнюю неделю парень ничем не занимался. Проект отложил на неопределенное время — словил выгорание. Хотелось спрятаться ото всех. Стать маленьким зайчиком, который не имеет ничего общего с его жизнью. Зайчиком, который будет спокойно играться на лужайке в цветах и не будет никому и ничем обязан.       Порой в своей семье он чувствовал себя белой вороной. Чуть что — виноват только омега. Лишнее движение или слово — наказан. Слова «нет» не существует, когда семья о чем-то просит. Тэ почти не имеет права выбора и права на что-то. Особенно по отношению к брату. Когда тот взял его кофту без разрешения, Ким, конечно же, начал "бомбить". Младший брат и так стаскал все его вещи, косметикой пользуется, хотя еще маленький. Он не имеет ничего против, но ведь этот ребенок даже не спрашивает, можно ли взять тот или иной предмет. Все делается без спросу. Одежда для Тэхена — это святое. В итоге досталось самому Киму, потому что он не хотел отдавать свою кофту. Извините, он не трогает чужие вещи, не присваивает их себе. За что ему получать? Пускай мелкому это говорят, с его-то характером. Он вьет веревки из всей семьи. А отыгрываются почему-то на Тэхене.