Static error

— Нет, невозможно!       Её голова заметалась по подушке. Грудь вздымалась чаще, пальцы мяли одеяло. — Неправда…       Чарли снова заворочалась, нахмурилась сквозь сон. Она перевернулась на бок, не ощущая, как волосы прилипли к щеке. Пуговица пижамной рубашки, поспешно застёгнутая ею перед сном под самое горло, обманчиво душила. Чарли казалось, она задыхается. — Неправда!       Её пальцы схватились за что-то твёрдое, отдающее холодом как металл её трезубца. Она впилась в него, подтягивая к груди, чтобы быть готовой к бою с Адамом. Покойный и обезображенный ранами он снова собирался напасть на её отель и на этот раз убил кого-то ещё. Убил также, как сэра Пентиуса, ныне реабилитированного в Раю.       Она крепче сжимает (трезубец, кажется) и, наконец, распахивает застекленелые глаза. Взгляд дрожит, устремлённый к потолку, но в течение мучительно долгой минуты он обретает осознанность. Дыхание рваное, прерывистое. Реальность настигает девушку отнюдь не сразу — «Это сон… просто сон».       И тот факт, что вместо трезубца — Вокс, которого она крепко стискивала и прижимала к груди, заставил её в шоке распахнуть глаза, резко сесть на кровати.       Она в ужасе положила его рядом с собой, боясь, что уже скоро последует новая перепалка с оверлордом, однако облегчение накрыло её прежде, чем она в полной мере осознала, что он… — Спит… — Она выдохнула, упала на подушки.       Но едва пробормотала единственное слово, как экран Вокса незамедлительно включился, и её снова встретило его лицо. Глупо делать вид, что она собиралась его игнорировать, поэтому она вежливо сказала: — Доброе утро, Вокс. Как спалось? — Как, по твоему, может спаться в постели с врагом? — Вокс одарил принцессу равнодушным взглядом. Казалось, у него не совсем было подходящее настроение ругаться с ней, поэтому он отвечал крайне лениво. — И твой будильник достал.       Словно по волшебному веянию, телефон зашёлся в звонах какой-то весёлой мелодии, под которую невольно представляется магазин сладостей с тошнотворно радужного цвета полками. Чарли схватилась за телефон, чтобы отключить пятый по счёту будильник, тихо вздыхая.       «Вэгги права, мне нужно выделить день на отдых. Я перестаю слышать будильники».       Чарли посмотрела на Вокса в лёгкой задумчивости. Она вспомнила, что сегодня доставят его тело, поэтому подключилась к сети, чтобы проверить наличие сообщений от Вельветт. И там кое-что было.       Вельветт: Тело доставят вечером, примерно в семь-восемь часов, так что подготовь всё и отвлеки своих фриковатых друзей.       Вельветт: В общем, это не моя проблема — развлекайся, девочка.       Вельветт: И отпишись, когда появится прогресс. Чмоки.       Чарли состроила кислую мину. Почему-то эти смс ощущались, как плевок в лицо, что как раз таки и было в стиле Вельветт. Она не заморачивалась, что думают остальные на её счёт и оставалась максимально непринуждённой в общении. И честной. Что, кстати, совсем неплохо.       Чарли Морнингстар: Ок.       «Как только определю место Вокса в отеле — отдохну, как, чёрт возьми, заслуживаю».       Решено.       Завтра — выходной, свободный от дел и головной загруженности день.       Губы вздёрнулись в улыбке: Чарли вдруг подумала, как прекрасно было бы увидеть Вэгги в симпатичном платье и пойти в бар. Напиться, нацеловаться и потанцевать до онемения в конечностях. — Итак, как насчёт завтрака? Ты вообще голоден, м? — Чарли подхватила экран Вокса, попутно спуская ноги с кровати. Она собиралась расположить его к себе, понять, что заставит его чувствовать комфорт. — У меня нет тела для такой потребности, так что нет. Я не чувствую голода. — На удивление, ответ медиа-оверлорда не сочился ядом, что лишь укрепило подозрение принцессы о том, что он будет мил с ней ради того, чтобы она не передумала возвращать ему тело.       Ви не сделали этого в течение всего месяца, а принцесса согласилась уже на четвёртый день. Возможно, Вокс и прав, считая её глупой, но так или иначе она верила в него всем сердцем, несмотря на совершённые гадости. Что-то ей также подсказывало, что это толчок к прогрессу; ей думается, что хорошее отношение к Воксу понесёт такое же в ответ. Господи, хоть бы она не ошиблась… — Завтракаем мы в любом случае вместе, а потом я уйду работать. — Предупредила Чарли. Она смотрела в его экран, сжимая края пальцами, и захотела сказать ещё кое-что: — Вечером доставят тело, и я не отказываюсь от того, чтобы помочь тебе, но я также хочу, чтобы ты не был засранцем. Имею в виду, хотя бы по отношению ко мне, потому что если ты доставишь мне неприятности, то я в лепёшку расшибусь, но найду способ снести тебе голову с плеч ещё раз, упаковать её в старый ящик и отправить почтой к подножию твоего дома. — Мы же договорились, нет? — его губы сложились в нахальную ухмылку, вызывающую крайне сильное недоверие. — Откуда столько опасений? Ты так переживаешь, потому что я запер твоего отца в капсуле и чуть не запустил в воздух весь Пентаграм-Сити? — Вокс сдерживался, но в конечном итоге рассмеялся. — Принцесса, это раздражает. Я хоть и злодей в твоей истории, но с понятием порядка проблем не имею. Скажешь об этом ещё раз — я отгрызу весь палец, чем просто укушу. — Сомнительно. — Ну почему? Неужели я не знал о ещё одной твоей особенности регенерировать, как ящер? — Мать твою, какой ты!.. — вспыхнула она и тут же осеклась, выдыхая. Чарли улыбнулась. — О, ладно, должно быть мы на этапе твоей маленькой реабилитации. Прости, что сразу не поняла. — Извини? — Вокс вопросительно выгнул бровь. — Сейчас твои огрызания походят на глупые шуточки, нежели на оскорбления, так что мне не стоит обижаться или обращать внимание на такие мелочи.       Вокс закатил глаза. Сказать, что он разочарован — преуменьшение. С тех пор, как оружие Кармиллы обезвредили, а его рейтинг и общественное восприятие обратились против него, его считали изгоем, предавшим свой народ. Было смешно заявить при всех, что он — Король Ада, в присутствии истинного короля, а затем послать всё к чёрту ради того, чтобы Аластор погиб. Чарли пока не давила на его совесть, но её бессмысленные попытки легко пресечь.       Внутренний голос, когда Вокс вспоминал о Ви, порой говорил ему, что он заслужил быть таким униженным, как сейчас, однако он также не забыл и о своей важности в Аду. Людьми всегда было легко манипулировать (да и если они не поддавались его очарованию — их всегда можно загипнотизировать), поэтому он, потеряв всё, в течение месяца думал лишь о том, как всё вернуть; как постепенно, неспешно, начать тянуть за ниточки к центру.       Пускай не ради того, чтобы править Адом или целиться на Рай, так хотя бы вернуть то, что было у него на протяжении семидесяти лет. Влияние в СМИ, управление мелкими незначительными пешками, вроде Итана, которому выпала честь доставить сегодня тело, и тех, кто потворствовал ему после того, как Аластор махнул на Вокса рукой и высмеял за желание стать партнёрами. Хотя сам радио-демон тут бы поспорил. Вокс хотел не столько партнёрства, сколько… Аластора, наверное. Это было больное влечение — оба понимали — так что Аластор вовремя провёл между ними грань. Как раз представился подходящий случай.       И вот он у принцессы — ростка, пробивающегося сквозь свежезакатанный асфальт. Её стремление пробиться со дна вверх — при иных обстоятельствах и много лет назад — возможно и могло его вдохновить. Он вспоминал первую жизнь, в которой был сумасшедшим карьеристом, готовым на самые отбитые безумства. Подставлять, убивать, убеждать. Он даже создал секту, которую хотел утащить за собой в Ад, чтобы продолжать творить дерьмо, но вместо этого умер сам — по такой нелепой случайности. Он видел в Чарли ту же стойкость, видел её стремление задолго до их главного противостояния. Может, видел в ней себя?       Она была доброй. Ванильно-сахарной девчонкой с синдромом спасателя, у которой никогда не было желаний для себя. Именно для себя — не для кого-то, кто при жизни занюхивался наркотой, убивал людей и говорил дерьмо о Боге. Она больна на голову, раз захотела реабилитировать убийц и вдобавок гордиться этим. Но вот как считал Вокс: убийца, знающий цену своего греха, никогда не пересечёт порог этого сраного отеля.       Вокс столкнулся с холодным отношением Ви к себе вполне обоснованно. Их отношения разрушены. И если с Вельветт надломились по большей части рабочие отношения (иначе как объяснить, что она пыталась реабилитировать его через принцессу?), то с Валом всё намного хуже. Процессоры Вокса грозились перегрузиться, сгореть — он выслушал много нытья, главным героем в которых и был он, перед тем как попасть сюда.       «Он поливал меня грязью каждый день. Чёртова истеричка».       …       Чарли поставила Вокса на стол. Сама принялась магией заправлять постель, наводить порядок. Принцесса материализовала завтрак прямо перед оверлордом, и он опустил взгляд, чтобы оценить, что она собиралась съесть. Там появился классический английский завтрак и стакан с апельсиновым соком.       Вокс равнодушно повёл бровью — ничего особенного. Он и сам завтракал как попадёт. Помощники приносили еду по расписанию, а он же никогда не хлопотал у плиты, ведь это занимало много времени. Однако он отметил, что с магией всё было бы быстрее. — Когда ты обретёшь чувство голода — я приобщу тебя к совместному деловому завтраку. — Она наколола яичницу на вилку и положила кусочек в рот. — Ты же завтракал с коллегами, да? — Нет. Предпочитаю завтракать, обедать и ужинать только в своём кабинете. — А мы с Аластором раньше завтракали вместе. — Чарли недовольно нахмурилась, вспомнив их короткий разговор в коридоре. — Ну, до того, как он заявил, что больше не собирается быть управляющим. Мы выпивали по чашке кофе и съедали по круассану с солёной начинкой. — И что? Чтобы быть партнёрами, нам нужно заглядывать друг другу в рот? Хотя о чём я, принцесса? Ты сунула туда пальцы. — Я пыталась его заткнуть. — Суть не меняется. — Тебе так сложно выслушать предложение? Я же не вынуждаю тебя делать сумасшедшие вещи, это всего лишь совместный завтрак! Который будет в… моей комнате, наверное. — Чарли отпила немного сока. — Я не могу гарантировать, что однажды приведу тебя на кухню, где каждый посчитает своим долгом спросить, что ты здесь делаешь. Мне нужно подготовить их к такой новости, если пойму, что нам не избежать раскрытия. — Мне несложно выслушать, но упоминания Аластора я не потерплю. Этот кусок дерьма всё испортил. — О, избавь меня от гейской драмы.       Маленькая месть — вот что это было. Чарли довольно улыбнулась, увидев выражение на экране Вокса — эти распахнувшиеся глаза, кривящиеся от злости губы. Она подтрунивала над ним (несерьёзно, конечно же), но он этого не понял. — Единственная гейская драма в моей жизни — драма с Валентино. А Аластор — выскочка, которого нужно держать в узде, что я, кстати, и делал, пока он не заставил тебя выказать мне поддержку. — Ага, я помню, как мне пришлось признать тебя «сильнейшим грешником» в Аду. — Скучающе ответила девушка. Она вспомнила, как руку покрыло вуду-рунами, как закололо и зазудело в кончиках пальцев, вынуждая повиноваться сделке. — А теперь ты тут со мной.       Вокс фыркнул. — И теперь я тут с тобой…       Чарли посмотрела на часы, принялась есть быстрее. Доев она поднялась, открыла шкаф и, скрывшись за его дверцей, стала переодеваться. Стол находился у той же стены, что и шкаф — под таким ракурсом Вокс при всём желании не смог бы что-то увидеть. И не то чтобы ему прям интересно видеть обнажённое женское тело, но мысль о многочисленных компроматах на Чарли проскакивала слишком часто.       А ещё его посетило странное чувство — он не хотел снова провести весь день в одиночестве, даже если уже вечером при нём будет тело. Даже если та, кто составит компанию — самая последняя душа, с которой он пожелал бы остаться наедине.       С нескрываемым раздражением он следил за её сборами. Она остановилась напротив зеркала у того самого стола — косметического, что Вокс замечает лишь сейчас — и спешно заплетает волосы в повседневную причёску. — Ты можешь побыть в моей комнате, сюда точно никто не войдёт без разрешения. Разве что Ниффти иногда прибирается тут, но она всегда интересуется, в какое время может начать. — Сказала Чарли. — Потерпи, эм… — Она снова бросила взгляд на часы. — Часов… девять? Так как я решила взять выходной на завтра — мы сможем поработать над твоим поведением вечером и немного ночью. Если ты не набросишься на меня, едва я окажу тебе милость.       Последняя фраза прозвучала враждебной колкостью, Чарли не смогла сдержаться.       Вокс улыбнулся каким-то своим мыслям. — Всенепременно, принцесса.

***

      Чарли обняла Вэгги на стойке регистрации. Она подкралась к ней максимально тихо и незаметно, в последствии сжимая руками талию и грудью прижимаясь к её спине. Она вдохнула аромат стянутых в хвост платиновых волос, прикрывая глаза в наслаждении. Вэгги пахла потрясающе — клубничным шампунем, купленным в кругу Похоти. — Привет, милая. Как ты? — Скучала по тебе всю ночь, а ты не пришла. — Расстроенно пробормотала Вэгги. Она ворочалась и переваливалась с бока на бок, чувствуя необходимость в тёплых объятиях принцессы. — Ты много работаешь, и я постоянно волнуюсь за тебя. Но, кажется, всё в порядке? — она слабо улыбнулась.       Чарли обошла её, встала рядом, упираясь в стойку рукой. — У меня остались кое-какие задачи, требующие особого разрешения, но-о-о… — Она приставила ребро ладони перед ухом Вэгги и зашептала: — Завтра мы идём в бар, я беру выходной. — Правда? — зрячий глаз девушки засиял неудержимой радостью. Она порывисто бросилась в объятия Чарли, чуть не свалив ту с ног. — О, это отличная новость. Я ужасно скучаю по тебе, детка. — Но есть небольшая просьба. Сделаешь кое-что для меня? — Что угодно.       Ей нужно было как-то отвлечь всех друзей после окончания рабочего дня, поэтому она собиралась попросить девушку организовать поздний ужин на кухне, к которому сама Чарли присоединиться немного позже. К счастью, Вэгги не стала расспрашивать её, почему она вдруг решила перенести ужин, да ещё и на кухню, вместо фойе, где всегда проходила трапеза, но нахмурилась, что-то обдумывая. Она медленно кивнула. — Ты самая лучшая! — Чарли схватила её за лицо, поцеловала быстро и благодарно. — Я занесу сегодняшние психоаналитические заметки о постояльцах и планы на будущие терапии с предложениями остальных в свою комнату и сразу же присоединюсь к вам, хорошо? Хочу на ужин морепродуктовую пасту.       Вэгги одарила её улыбкой. — Я приготовлю. — Обожаю тебя!

***

      Аластор действовал на нервы не хуже Вокса. И всё бы ничего, если бы он, к примеру, делал то, что он делает где-то подальше от неё, но когда это напрямую затрагивало Чарли — она клялась себе, что скоро взорвётся от злости. С момента возвращения не было ни дня, как он не пытался соперничать с Люцифером во всём. Они то улучшали отель, споря, кто сделал это лучше, то устраивали бойню на кухне, где в последствии страдала посуда. Стекла под ногами было так много, что даже Ниффти утомилась, прибираясь за их беспорядком.       И вот сегодня снова очередное соперничество. За её внимание. Люцифер и Аластор возомнили себя её реальными гостями, словно хотели искупления, но на деле это было чистой воды издевательство. Дети ведут себя куда лучше, чем эти люди, прожившие долгие годы, и Чарли не раз пыталась их пристыдить.       До того как всё началось Чарли считала, что у неё безграничное, как океан, терпение, однако она не могла отделаться от ощущения, что она сидит на бомбе. И что в следующую секунду её откинет взрывом.       Театр абсурда и живой цирк — всё в одном. Чарли провела ладонями по лицу, глядя на Аластора и Люцифера. — Я просто хотел сказать, что этот антикварный патефон в углу только собирает пыль и портит вид! — Люцифер взмахнул тростью, и в воздухе материализовался рояль, едва не раздавивший несчастный столик. — Настоящая музыка должна литься из инструмента, а не из консервной банки с рупором! — Прискорбно слышать, что твой вкус так же ограничен, как и рост. — Произнести это ещё раз, олень. — Чарли, дорогая, скажи ему, что…       Нить терпения натянулась. Принцесса поднялась со стула, оборачиваясь на две очевидные проблемы в лице её отца и бывшего коллеги. В глазах на мгновение мелькнуло пламя, пробуждая демоническую сущность. — Хватит!       Грешники, следующие правилам её терапии, нервно переглянулись между собой.       Люцифер незамедлительно поднял руки в притворной капитуляции. Внезапно нахлынувшие воспоминания вернули его в день, когда Чарли сорвалась и обозлилась на него за то, что он осадил Вокса. Точнее, пытался осадить. И он не собирался возвращаться к таким взаимоотношениям. Когда Чарли зла — он превращается в трусливого кролика. Вот, что стоило признать. — Вам серьёзно нечего делать? — её взгляд метнулся к Люциферу. — Пап, я могу понять приколы Аластора, но ты! Успокойте друг друга, я не могу работать. Пожалуйста!       «Один компостирует мне мозг в комнате, двое других — пытаются добить». — Устало думает принцесса. Кожу неприятно укололо, стоило ей задуматься о том, всё ли будет в порядке в отеле завтра, когда она наконец пойдёт отдохнуть со своей девушкой. Обычно в отсутствие Чарли за всем следила Вэгги, но ближе к вечеру они обе уйдут, и что тогда? — «Кого оставлять за главного?»       Она потёрла переносицу, следом сорвался тяжёлый вздох. Чарли посмотрела на Аластора и Люцифера, прекративших спор и тупо ожидающих, что ещё она захочет сказать. — Я жду, что вы будете примером дисциплины для гостей, — она указала на сидящих по кругу грешников, — так что будьте им, не устраивайте балаган. Завтра, пока я в отгуле, за главного будет… — Её взгляд зацепился за бар. Там демон-кот допивал бокал скотча, посмеиваясь, глядя на что-то, что его позабавило, в экране телефона. — …Хаск. Хаск будет за главного, и не дай Сатана хоть кто-то наведёт беспорядок. Клянусь, я буду злая, и вам это не понравится.       Аластор только прыснул, но не посмел рассмеяться ей в лицо. Хотя соблазн был слишком велик, особенно тогда, когда Люцифер стиснул зубы и готов был выжечь на его лице несколько дыр. Где-то недалеко от них закашлялся и Хаск. Он долгое время ничего не мог сказать сквозь хриплые вдохи, но когда смог, то выдал лишь короткое «Пиздец, спасибо, Принцесса». — Итак. Продолжим? — она дружелюбно улыбнулась грешникам.       Им было крайне неловко, но они согласно кивнули, взялись за руки, чтобы продолжить терапию «признаний». Суть заключалась в том, чтобы взять друг друга за руки по кругу и признаться в том, что те когда-либо совершили. Неважно, в Аду или при жизни. Чарли считала, что это сплотит грешников друг с другом и поможет им быть откровеннее в будущем.       Спустя полчаса, когда терапия подошла к концу, и наступило обеденное время, Чарли почувствовала лёгкую вибрацию в кармане пиджака. Она потянулась за телефоном, чтобы проверить наличие смс.       Неизвестный: Мисс Морнингстар, это Итан. Докладываю вам, что буду с доставкой ровно в восемь.       Она быстро записала парня в контакты и напечатала ответ.       Чарли Морнингстар: Привет. Спасибо большое :)       Чарли Морнингстар: Набери меня, пожалуйста, когда будешь в нескольких минутах до отеля, чтобы я спустилась заранее.       Итан: Без проблем ;)

***

      Вечером Чарли лежала на диване в фойе, накрыв глаза рукой. Ещё один день прошёл в суматохе. Голова гудела, шум в ушах не утихал около часа. Хотела бы она сбежать куда-нибудь даже не на свидание, а в земную тайгу в поисках тишины и личного умиротворения.       Сегодняшний случай между Аластором и Люцифером указал ей на то, что она становится агрессивной в виду собственной усталости. Неужели это первый звоночек к тому, что вскоре она возьмёт за привычку срываться на близких и друзей?       Чарли хотела спать. Прямо сейчас. Она держалась, чтобы не сорваться, не заснуть, пока все собирались на кухне за совместным ужином. Она слышала бормотание и смех из кухни, Вэгги предварительно приглашала её пойти со всеми, но Чарли отказалась. Она считала чёртовы минуты до того, как Итан отпишется ей. И уповала, что работники Вокса — пускай и бывшие работники — были пунктуальными.       Вызывать какие-то подозрения она не собиралась, так что будет действовать оперативно.       Телефон, покоящийся на её животе, издал короткое жужжание. Чарли резко села, поморщившись на усилившуюся головную боль, и открыла сообщение от Итана.       Итан: Подъезжаю. Буду через пять минут.       Чарли не ответила ему. Она сразу же бросилась к главному выходу, распахивая дверь и сразу же выходя на улицу. Она рассчитывала встретить Итана там, не допуская его попадания в стены отеля, и сама поднимет коробку на этаж.       Итан подъехал к отелю минута в минуту. Чарли торопливо поприветствовала его, сжав и потряся мужскую руку двумя своими. Итан поправил скатившиеся к носу очки, приказал грузчикам спустить короб с телом. Он был больше, чем принцесса могла себе представить.       Итан предложил помощь — поднять, распаковать, но Чарли махнула на него рукой, убедив, что она достаточно сильная, чтобы справиться самостоятельно. На самом деле, ей толком не нужна физическая сила — она подхватила короб магией и преобразовала его до размера игрального кубика.       Итан растерянно моргнул, но никак не прокомментировал это. Он попрощался, приказав работникам вернуться обратно в грузовик, и спустя минуту Чарли снова осталась наедине с собой. Она сжала в ладони короб и понеслась вверх по лестнице, надеясь остаться незамеченной. Дверь на кухню была открыла, оттуда пробивалась полоска света, которую Чарли пересекла в долю секунды, пробегая мимо. Сердце стучало нервно и быстро, она чувствовала себя обманщицей, коей, по факту, и была.       Но всё это ради того, чтобы Энджел вернулся в отель, не так ли?       …       Чарли забежала в комнату. По привычке прижалась спиной к двери, давая себе время на то, чтобы успокоиться. Адреналин кипел не только из страха быть пойманной за передачей тела, но и из-за пугающего предвкушения вернуть само тело Воксу. Насколько бы доброта не пересиливала все прочие чувства в ней — чувства страха и недоверия всё равно душили её, затягивали на шее невидимую петлю.       Она прошла в комнату, стягивая и бросая пиджак, будто он придавал куда больше веса, чем кажется, и тянул её к полу. Она заметила, что Вокс следил за ней. Его пронзающий взгляд цеплялся за каждый её шаг.       Чарли посмотрела на него в ответ, наклоняясь к полу и оставляя там нечто крошечное. Вокс, с умением видеть в отличном разрешении, заинтересованно наблюдал. — По-моему, тебе должны были привезти моё тело, а не игральный кубик.       Чарли шикнула на него. — Пожалуйста, имей терпение!       Принцесса выставила вперёд руки, возвращая коробу его первоначальный размер. Затем материализовала канцелярский нож, перерезая места скрепления коробки, чтобы её было легче открыть.       Когда картонные стенки разошлись в стороны, обнажив внутренний защитный слой из плотной синтетики, комната наполнилась едва уловимым мужским одеколоном.       Чарли сделала шаг назад, вытирая вспотевшие ладони о брюки, а затем подняла глаза. Перед ней на обычном стуле со спинкой восседало тело Вокса. В его привычной повседневной одежде, надушенной одеколоном. И это, к слову, не та самая одежда, что была на нём, когда Валентино оторвал экран. — Вельветт поколдовала. — Объяснил Вокс. — Я бы поразился, если бы она привезла тело в испачканной кровью одежде. — Очень мило с её стороны. — Прокомментировала она и подошла к столу.       Наверняка сейчас Вокс как никогда жаждал, чтобы она подняла его, и она это сделала. Взялась за края экрана, рвано выдыхая сквозь чуть приоткрытые губы.       Чарли чувствовала, как дрожат её пальцы. Экран был тёплым, вибрирующим от статического напряжения, и это ощущение передавалось её ладоням. Она подошла к коробке, к обезглавленному телу, и прищурилась. В пустом воротнике пиджака, там, где должен был быть шейный сустав, поблёскивали пучки оптоволокна и контакты. — Просто поднеси меня. Ничего сложного, принцесса.       Она задержалась, нервно кусая губы. Возможно, она совершает самую большую ошибку, о которой позже пожалеет, или, может, и вовсе поймает себя на том, как уже пытается остановить грядущий хаос в будущем. Вэгги часто твердила, что Воксу нельзя доверять, но…       «Последний раз я поверю». — Решается она. — «Ошибусь — так пусть снова стану сраным посмешищем в Аду».       Чарли поднесла экран Вокса к оптоволокнам и контактам, и они волшебным образом потянулись навстречу. Зрелище немного пугающее, но длится совсем недолго. Провода соединяются и закрепляют экран на шее так, как и должно быть — они змеями метнулись вверх, втягиваясь в пазы на нижней панели монитора. Короткий и трещащий звук статики звучит всего мгновение, наконец соединяя экран с шеей.       Вокс открыл глаза, в то время как Чарли сделала шаг назад. Оверлорд пошевелил пальцами, проверяя всё ли в порядке с телом и общей синхронизацией. Подвигал ногами, по-прежнему восседая на стуле, покачал экраном.       Затем его глаза встретились взглядом с принцессой, и то, как он смотрел на неё теперь, из своего настоящего тела, заставило Чарли поёжиться.       Атмосфера изменилась за считанные секунды.       Не успела Чарли осознать угрозу, как он резко вскочил со стула, пугая её до мозга костей. Она тихо выругалась под нос и развернулась, чтобы бежать. Она услышала шаги за спиной, свет его экрана светил на неё, отражая тени на полу. Но убежать далеко не получилось: нога запнулась о валяющийся на полу пиджак, и девушка с глухим стуком повалилась на пол. — Блять!..       Чарли тотчас перевернулась на спину, ровно в ту же секунду, как Вокс напрыгнул на неё, отрезая пути отступления выставленными по обе стороны от её головы руками. Металлические когти царапнули линолеум, издав неприятный звук.       Чарли замерла, испугавшись электрических разрядов, обрамлявших его руки и часть экрана, но несмотря на вновь вскипевший в крови адреналин, она ошалело смотрела в пару голубых глаз. Они жадно изучали её, словно не Вокс в течение четырёх дней был рядом с ней каждый вечер.       Секунду в комнате стояла мёртвая, звенящая тишина. Чарли уже была готова защищаться, её собственные рога начали прорываться сквозь волосы на голове, как вдруг…       …       …тишина сменилась глубоким, заливистым смехом.       Вокс откинул экран назад, и звук его хохота, полный помех, зазвенел в её ушах. — О, видела бы ты своё лицо, принцесса! — выдавил он сквозь смех, всё ещё удерживая её в ловушке своих рук. — Ты, как всегда, выглядела так тупо с этими своими выпученными глазами! Ей богу, уморительно!       Вокс легко оттолкнулся от пола и поднялся на ноги, поправляя лацканы пиджака, как будто ничего не произошло. — Расслабься. Я лишь хотел увидеть, как ты поведёшь себя, если я вдруг предам наше «партнёрство». — В конце предложения он не смог сдержать новую волну смеха.       …       Чарли осталась лежать на полу, тяжело дыша и чувствуя, как адреналин медленно сменяется обжигающим гневом.       Она поняла одну вещь: завтрашний день, когда этот самовлюбленный придурок останется в её комнате один, а она уйдёт со своей девушкой на всю ночь в бар, будет самым лучшим в её жизни.