Опора нежных плеч

— Ну, ты ответишь или нет? — устало спросила Ульяна, не сводя глаз с Марии. ​— Это не касается работы, — сухо отрезала та, тщетно пытаясь скрыть нарастающую панику. Получалось у неё плохо. ​— Ой, да ладно тебе. Что ты как не родная, блин? Выкладывай, Сидорова, что стряслось, — настаивала Ульяна, буквально выпыпывая ответ. ​— Я повторюсь: это не касается работы. Я не собираюсь обсуждать личные проблемы в офисе, — Мария держалась из последних сил, не поддаваясь на уговоры. ​— Всё та же зануда, — с легким упреком бросила Ульяна. — А не на рабочем месте? Я вообще-то свободна вечером. ​Мария отложила телефон и устало посмотрела на коллегу. — Ты ведь не отстанешь? ​— Сама знаешь — нет. ​С этими словами Ульяна наконец вернулась к своим делам, уже мысленно планируя покупку хорошего коньяка к вечеру. Рабочий день прошел без происшествий, и сразу после смены Ульяна заскочила в любимый бар, прежде чем отправиться в гости. ​Мария как раз договаривалась о встрече с Володей, когда в дверь её квартиры постучали. Догадавшись, кто там, она открыла, даже не спросив «кто?». Ульяна поздоровалась, привычно скинула обувь и прошла внутрь. Она не впервые была в этой чистой, опрятной квартире со старым ремонтом, но каждый раз поражалась тому, как Мария умудряется тянуть на себе все обязанности и при этом никогда не жаловаться на жизнь. ​«Железная женщина», — тихо пробормотала Ульяна, водружая бутылку коньяка на стол. Мария тем временем вошла на кухню. ​— В третий раз спрашиваю: что у тебя случилось? ​— Да горе у меня! Я уже планировала, как внуков нянчить буду, как мой Димочка с девушкой гулять пойдет, а он!.. — жалобно затараторила Мария, больше не в силах сдерживать эмоции. ​— А он? — переспросила Ульяна, мягко усаживая подругу на стул, всё еще не понимая причины такого отчаяния. ​— Он... с парнем... — Мария не смогла выговорить «встречается», но Ульяна поняла всё и без уточнений. ​— И чем это мешает внукам? В крайнем случае, можно усыновить, — пугающе спокойно отозвалась Ульяна. Для неё ориентация «Димочки» проблемой не выглядела. ​— Да это ужас! Что люди скажут? Это же такой позор! — Маша металась по кухне, искренне веря, что сына еще можно как-то «излечить». ​— Люди скажут: «А это кто вообще?». Маш, никому нет дела до твоего Димы, поверь мне. Не паникуй, — уверенно произнесла Ульяна, разливая коньяк по стопкам.