Выживание

Сегодня Гермиона встала с кровати два раза, всё, на что хватило сил — заплести косу, заварить чёрный кофе и скурить две сигареты. Последние полгода она зависима от никотина и кофеина в любом виде. Это состояние у неё началось через месяц после конца войны, но иногда слишком сильно накрывает, как сейчас. Сегодня она отменила встречу с Гарри и Джинни, сказав, что приболела. Друзья не знают, что происходит с Грейнджер. И, если честно, она тоже без понятия, что это, и, главное, что с этим делать. Проблема в том, что они живут в одной съёмной квартире и очень часто пересекаются. Это сильно усложняет задачу. Утром пришло письмо от Макгонагалл и весь день мысли крутятся вокруг написанного. Через неделю вернуться в Хогвартс на восьмой курс — это хороший шанс закончить учёбу и начать нормально работать. Но как найти в себе силы? Ведь Гермионы хватает лишь на то, чтобы поддерживать лицо и не показывать своё состояние окружающим. А ведь если она поедет, то возможно кто-то заметит. Внутренности сжимаются при этой мысли. Из глубин сознания её вырывает стук в дверь. — Входи, — чуть повышая голос, говорит Грейнджер. — Привет, как ты себя чувствуешь? Я принёс тебе чая с лимоном. — Гарри открывает дверь свободной рукой. — Как живой труп, — честно отвечает подруга. — Миона, твои шутки неуместны, — нахмурился мальчик-который-выжил, явно о чём-то задумываясь. В ответ девушка лишь усмехнулась. Откуда же ему знать о том, что это правда. — Что ты думаешь насчёт письма? — Поттер поставил чай на тумбочку около кровати и принюхался. — Когда ты уже бросишь курить? Ты даже не открывала окно? — Нет, не открывала и в ближайшее время точно не брошу, — разговор непривычно отнимал слишком много сил. — А насчёт письма? — так легко его отвлечь не получилось. — Я пока думаю, — отмахнулась Гермиона. — Я и Джинни едем, — Гарри присел на край кровати. — А Рон? — Девушка давно призналась себе, что он её бесит и былые чувства угасли навсегда. — Едет, к сожалению, - Поттер разделял её чувства - Когда же мы хоть немного отдохнём от него? После войны младший Уизли изменился. Начал ревновать девушку к Гарри, постоянно отпускать уничижительные шутки, стал очень агрессивным и ещё много дерьма творилось за закрытыми дверьми общей спальни Рона и Гермионы. По началу, золотое трио с Джинни продолжали гулять и проводить время вместе, но Рон был невыносим. В основном его осаждала сестра. Вскоре парень отделился от их компании. И все, кроме него, были этому рады. — Вы уже отправили ответ Макгонагалл? — Отвлечённо спросила Грейнджер, находясь в раздумьях. — Да, отправили в обед, — улыбнулся парень. Вспомнив о своей девушке — Ладно, меня уже ждут. Отлёживайся пока. — Гарри ушёл, напоследок поцеловав Гермиону в макушку. — Постараюсь, — прозвучало в ответ. Гарри — единственный из друзей, который хотя бы немного догадывался об её состоянии. Так уж вышло, что тот стал довольно проницательным, но, увы, за этот ценный навык, пришлось заплатить отсутствием детства и огромным количеством испытаний. Спустя два часа девушка резко поднялась с кровати, из-за чего в глазах потемнело, и каштановая коса соскользнула с плеча. Решение было принято. Прошло три дня после отправления ответа в Хогвартс. В окно спальни ранним утром постучала сова. Пришло очередное письмо от Макгонагалл. Прочитав его Грейнджер нахмурилась. — Сука, серьёзно? — Обречённо прозвучало в тишине комнаты ругательство. Её сделали старостой девочек. Это была бы прекрасная новость для Гермионы год назад, но не сейчас. А ведь ей даже не написали о напарнике. С кем ей придётся работать весь год? Об отказе нельзя было думать — вызовет большие подозрения. Как же так Гермиона Грейнджер, «золотая девочка», и отказала в должности старосты? Немыслимо. А на то, что эта девочка едва не сдохла на войне, всем похуй. Девушка поморщилась, она ненавидела это «звание». Его повторяли в «Пророке» по десять раз на дню, даже спустя несколько месяцев после войны. Безумно раздражающе. Оно как - будто обязывало её быть послушной и полностью соответствовать стандартам. А последние месяцы она являлась ни чем иным как воплощением противоположного понятия. Но когда такие трудности пугали? Сейчас пугают, если жить в комнате с тремя девушками было более приемлемо, то жить в соседних комнатах с потенциально опасным мужчиной-напарником, выше её сил. — Хах, да пошли вы, не дождётесь, — упрямства ведьме было не занимать. И слава Мерлину, ей стало чуть лучше. И она хотя-бы, больше не овощ в кровати, неспособный двигаться. Правда теперь тревога бьёт ключом и чувствуется приближение панической атаки от мыслей о Хогвартсе. Постоянная толпа, мало точек обзора, обязанности, которые она не сможет выполнять, когда опять накатит это грёбанное состояние. Одним словом ад, но дальше как-то надо жить, а то из-за этой ничтожной слабой психики вся жизнь пойдёт по пизде. Найдя чернильницу и перо на нижней полке в шкафу, около дальней стены, Гермиона написала положительный ответ. — Игра началась. — ухмыльнулась в окно Грейнджер, вдыхая дым со вкусом вишни, который отсрочил приближение панички, но ничего, накроет позже. 8:05 Тут ужасно воняет говном. Неужели волшебники так и не научились пользоваться магией, когда это нужно? Или они с помощью неё могут только сражаться, пытать, насиловать и убивать друг друга? Холодная вода не помогает. Только лицо теперь мокрое, как и воротник водолазки. Мысли не успокаиваются, а с каждой минутой всё страшнее выходить. Паника пришла ещё задолго до выхода из дома, но неимоверно усилилась при выходе на улицу. Давай. Вдох, выдох. Вдох, выдох. Дыхательные практики всегда помогали ей успокоиться. Но сейчас она не может вдохнуть. Ощущение, будто кислород не достаёт до лёгких. Руки дрожат. Ноги подкашиваются, и девушка со всей силы сжимает края раковины. Вдох, выдох. Вдох, выдох. Мысли набатом стучат в голове, но в один момент проскальзывают сразу несколько. Я сейчас умру! Мне надо попрощаться с Гарри. Я не могу умереть на грязном вонючем полу, не для этого я сражалась. Вдруг появилось навязчивое ощущение, что сзади кто-то стоит. Она резко обернулась, но никого не было. Всё, пора брать себя в руки и садиться на поезд. Хогвартс-экресс на удивление был на половину полон. Гарри с Джинни уже успели встретить несколько знакомых с разных факультетов, ещё на платформе, пока Гермиона отходила в туалет. Сейчас они втроём сидят в купе и смотрят в окно. Уизли расположилась около окна, а её парень рядом. - Герм, ты какая-то уставшая, – два обеспокоенных взгляда уставились на девушку. Сколько раз Гермиона просила не называть её так, но нет. Они продолжают. - Я просто не выспалась, – пожала плечами Грейнджер и опустила взгляд. – Вы же знаете, что я не могу вставать рано. В детстве ведьма была жаворонком, но после семнадцати что-то изменилось и утренние подъёмы стали адом. Раньше все удивлялись, но скоро привыкли к новообретённой проблеме. - Да, да, – кивнул своим мыслям Поттер – Кстати, Джин, я очень удивлён, что он вернулся в Хогвартс. - О, да, я тоже. Интересно как он поживает после всего произошедшего, – глаза рыжей засветились любопытством, а накрашенные блеском губы изогнулись в усмешке. Удивительно, как младшая Уизли вернулась к своей привычной рутине. Но возможно ей так было проще справиться с последствиями войны. В отличие от бесхарактерных некоторых, она могла жить дальше. - Вы про кого? – В разговор подключилась Гермиона. На самом деле ей не было интересно, но вся информация пригодится, особенно когда она может стоить жизни. - Про Малфоя, мы его на платформе видели, – ответил Гарри. - Я, пожалуй, пройдусь, посмотрю, кто ещё приехал. – Ведьма выскользнула из купе со скоростью света. - Блять, блять, блять.- Тихо, но отчаянно шептала девушка. Целый год терпеть присутствие человека, всем своим видом напоминающего Люциуса она не сможет. Паника начала с каждым ударом сердца, распространяться по телу. Погрузившись в свои мысли, и ничего не замечая вокруг, Грейнджер брела по поезду. Вдруг, она в кого-то врезалась. Плечо обожгло даже от прикосновения к одежде. Её сейчас стошнит. Она не заметила человека. Не заметила человека. Её могли убить в эту же секунду. - Извините, – отвлечённо сказала девушка и встала спиной к окну, что бы у этого человека было больше пространства и её снова не коснулись. Судя по ботинкам - это был мужчина. Взгляд сосредоточился на корпусе, если её попытаются ударить, она сразу заметит и успеет увернуться. - И с каких пор ты ко мне обращаешься на вы? - Прозвучал сверху знакомый до боли голос. Какой же подходящий момент. Колени подкосились, но в следующую секунду всё тело напряглось, готовое к защите и атаке. - О, Мерлин, – с наигранным стоном девушка подняла голову и посмотрела в глаза Драко Малфою. Его только не хватало. Парень сразу заметил синяки под глазами и сильно похудевшее лицо, всё остальное тело было скрыто за объёмной одеждой. Она выглядела плохо, но после финальной битвы прошёл уже год, все понемногу восстанавливались, значит, с ней случилось что-то ещё. Из-за войны он был в таком же состоянии, но приучился использовать чары гламура, потому что смотреть в зеркало даже ему самому было противно. Но он всё равно по старой «дружбе» не поленился упомянуть про состояние: - Вот это да, – он прикрыл рукой рот в притворном удивлении – Неужели героиню войны так подкосило расставание с недопарнем? Гермиона могла вытерпеть многое, но раньше, сейчас слова сами слетели с языка, а рука легла на палочку: - Захлопнись, Малфой, – прошипела она не хуже змеи – иди, куда шёл. Чего доебался? – На последних словах она вскинула подбородок. Былого огня в глазах не было, они стали пугающе пустыми. Это подействовало на блондина отрезвляюще, и он в шоке остался стоять на месте, провожая взглядом удаляющуюся напряжённую спину девушки. Значит на ней остался такой же след. Эти мёртвые глаза были слишком знакомы ему по отражению. Хогвартс-экспресс уже приближался к школе. Она была полностью восстановлена, но всё равно навевала воспоминания. И для Грейнджер реальность уплыла куда-то далеко, а тело действовало на автомате. Остановка. Избегать людей. Платформа. Уклоняться от прикосновений. Голоса Гарри и Джинни. Дрожь по всему телу. Дорога. Слишком агрессивные шаги сзади. Надо оглянуться. Коридор, знакомый с детства. Большой зал. Глоток воды. Нехватка воздуха. Звон в ушах. И вдруг, всё прекратилось. Темнота. В голове проскользнула мысль, что это смерть, девушка уже смогла выдохнуть с облегчением. В следующий миг её щёку обожгло, и она почувствовала резкий запах медикаментов. Если это ад, то он странный, тут даже не жарко. Подскочив на диване в панике, ведьма отползла к спинке и с усилием сосредоточила взгляд, судорожно метающийся по комнате в попытке проанализировать опасность, там был Гарри. - Сука. Всё-таки живая. – На выдохе произнесла она и, не без труда, приняла для видимости более расслабленную позу. Секундой позже заметила две пары удивлённых глаз, одни родные зелёные, другие же цвета грозового неба, угрожающие её безопасности. – Я это вслух сказала? – О, любимое занятие, притворяться нормальной. - Определённо да, – ответил ей блондин, на его губах была привычная едкая усмешка, но глаза смотрели изучающе. У него не было в руках палочки, но она могла лежать в кармане или кобуре, опасность есть. -Герм, да что с тобой такое? – стал повышать голос Гарри, сидевший на краю того же дивана. - То ты лежишь несколько дней, не в состоянии даже встать, то, как будто уходишь в себя на несколько минут с остекленевшими глазами, то падаешь в обморок на глазах у всех и расстраиваешься, что жива. Он резко подскочил с дивана, окончательно распаляясь. Девушка д ёрнулась от резкого движения, но этого никто не заметил. - Знаешь, мне это надоело. Я понимаю, что всем нам после войны плохо, но я не понимаю, почему ты не можешь просто объяснить. Я за тебя беспокоюсь, Джинни тоже, но мы не можем даже попытаться помочь тебе, ибо ты только отдаляешься от нас. - Подай мою сумку, – лишь попросила обесцвеченным голосом Гермиона, полностью проигнорировав его тираду. Даже если она хотела что-нибудь сказать, раскрывать информацию при втором человеке, присутствующем в этой комнате, она бы не стала в отличие от некоторых. Друг не сразу понял, что от него требуется, но потянулся вниз и вытащил её рюкзак. Как только Поттер передал его, Грейнджер расстегнула молнию и, пошарившись внутри рукой, вынула зажигалку и пачку сигарет. Не прошло и минуты, как дым наполнил лёгкие. Стало лучше. - Так- то лучше. Теперь, мой дорогой, я, пожалуй, полежу, отдохну, – с этими словами она откинулась на подушки, проследив за тем, чтобы спина была закрыта, и продолжив контролировать ситуацию вокруг. - Да, блять, объясни, наконец, что с тобой стало? – Глаза мальчика-который-выжил вспыхнули яростью. - А что объяснять? Всё просто – она усмехнулась - я заебалась, – равнодушно сказала шатенка – а теперь прости меня, но я хочу покурить и напиться желательно без лишних тел в окружении. - Иди нахер, - Парень вылетел из гостиной. Пока разговаривали, Поттер, напрочь забыл о невольном слушателе их маленькой ссоры. Драко в свою очередь пребывал в полном ахуе от происходящего. Мало того как выглядит «золотая девочка» и обвинений Поттера, она ещё и ведёт себя не по-гриффиндорски. Что за хрень творится вокруг? Он настолько задумался, что даже забыл о ненависти и отчаянье, сжигавших его полчаса назад, когда он узнал кто его напарница. На лице девушки отразилось недоумение с оттенком паники, она затянулась в последний раз. Где я? Пока оглядывалась, она избегала Малфоя, но следила периферийным зрением, чтобы успеть среагировать. Это была гостиная, камин ещё не горел, лестница вела на второй этаж, пустой письменный стол и книжный шкаф около окна. Главный вопрос был, что тут забыла копия её главного кошмара. — Это башня старост, – очнулся слизеринец, заметив вздрогнувшую Гермиону, поспешно добавил – я староста мальчиков. -Блять, – лишь выплюнула она. Её придётся научиться терпеть его лицо. - А ты изменилась, – Малфой наклонил голову набок, не показывая полного с ней согласия. - Правда? А я не заметила, – съязвила в ответ ведьма, но поняла, что с этим человеком ей жить ещё год, и решила сбавить обороты. – Ну, ты тоже не очень-то похож на заносчивого мальчишку с комплексом бога. – Зато очень похож на человека, который убьёт её при первой же возможности или ещё чего хуже. Чувствую, этот год будет весёлым и полным панических атак. Парень лишь поднял бровь. - Кстати, ты выразила желание выпить, – получив в ответ кивок, Малфой продолжил – у меня есть. В голове него были только два вопроса - что за хуйня происходит и что я вообще делаю? Полчаса назад. Гермиона начала заваливаться назад сидя на скамейке и упала на пол. Рон показательно отвернулся, сидя на другом конце стола. К ней сразу подбежал Гарри, а Джинни встала с лавки. Оба склонились над ней. -Герм, Герм, что с тобой? Она потеряла сознание. Первокурсники, ждавшие распределения, в страхе отступили назад. Вдруг появилась Макгонагалл, она дала указания перенести девушку в гостиную старост. Так как больничное крыло начинало работать с завтрашнего дня. Поттер взял её на руки, и они вчетвером вышли из Большого зала. - Белая лилия, – назвала пароль профессор. Портрет Полной Дамы отъехал в сторону. На них смотрел недоумевающий Драко. Сзади подбежала мадам Помфри. - Кладите её на диван. Гермионе влили какое-то зелье и уверили, что она скоро очнётся. - Что с ней? – Обеспокоенный парень сел на край дивана. - У неё сильное эмоциональное и физическое недомогание. Всё будет хорошо. И преподаватель с миссис Помфри удалились. Гарри решил, что привести её в сознание сможет боль. Он похлопал подругу по щекам и оказался прав. - Сука. Всё-таки живая. - Кстати, ты выразила желание выпить, – получив в ответ кивок, Малфой продолжил – у меня есть. - Этот год точно не будет скучным, – Гермиона постаралась улыбнуться, но вышло не очень. Когда она в последний раз делала это искренне? – но я откажусь, – пить вместе с малознакомым человеком, не имея возможности самой вскрыть упаковку, да ещё и после обморока – увольте. Ответом была толи усмешка, толи фырканье блондина. Драко повернул от дивана вправо и поднялся по лестнице, которая вела на возвышение с двумя дверьми, похоже это спальни. Он зашёл в правую комнату и оказался прав. Его багаж лежал около кровати. Пока на Гермиону не был направлен ничей взгляд, она медленно встала, покачнулась от непривычно сильного головокружения, но смогла подняться по лестнице и уйти в свою комнату. Наложив примерно пять защитных заклинаний на дверь, чтобы в комнату нельзя было войти, чтобы было слышно звуки, раздающиеся снаружи, но другим не было бы слышно, девушка, смогла забраться на кровать и, обложившись различным оружием, прислониться спиной к стене, подтянув к груди коленки. Теперь можно всё обдумать, но, как назло, в голове было только горящая красным надпись «Опасность!!!!». Грейнджер не смогла бы ответить сколько времени прошло, час, может два или три, но после того, как она детально продумала минимум 5 способов быстро сбежать, её вырубило в той же позе, с палочкой в правой руке и ножом в левой. Темнота, нет возможности разглядеть даже себя, но отчётливо чувствуются обжигающе-горячие ладони на прохладной коже, их больше дюжины и они не обрамлены сочувствием. Девушка бесконечно отталкивает эти руки, но их количество только увеличивается. Из груди вырывается лишь шёпот, на помощь не придут, только руки прибавятся. Они разрывают одежду и лапают, оставляя мокрые отпечатки. Темнота рассеивается, ладони исчезают. Перед ней стоит зеркало, в котором отражается голая, растрёпанная, истерзанная девушка вся покрытая отпечатками из её же крови. Гермиона резко просыпается в холодном поту, по пищеводу поднимается тошнота, ощущение липкой грязи не исчезает после пробуждения. Она решает осмотреться, дверь в стене по направлению к комнате Малфоя вызывает подозрения. Приоткрыв её, девушка едва сдерживает истерический смех, общая ванная комната, да они издеваются. Наложив несколько защитных заклинаний на дверь в комнату слизеринца, Грейнджер снимает одежду и встаёт под огненные струи воды, руки и ноги моментально краснеют. Через время гриффиндорка понимает, что даже вода, близкая по температуре к пятидесяти градусам и мочалка не помогают избавится от этого ощущения на коже. Она оседает на пол и просто смотрит в стену, не в силах пошевелиться. Кошмары приходили почти каждую ночь и часто повторялись, но этот был один из самых страшных. После него она всегда дольше всего приходила в себя. Раздался яростный стук в дверь и крик – Грейнджер, мать твою, я из-за тебя опоздаю на собрание, на котором тебе тоже надо быть. Гермиона подскакивает и непонятным образом оказывается в полотенце с палочкой наготове. Постепенно до неё доходит произошедшее, и она медленно пятится к своей двери попутно начиная снимать заклинания. Она успевает скрыться в комнате, когда в ванну врывается парень. Девушка пытается восстановить дыхание и прислоняется к стене. – Всё нормально, всё нормально, он не войдёт, ты можешь его убить в мгновенье ока – шёпот на грани слышимости – он не прикоснётся ко мне.