До того, как стало поздно

Жан медленно поднялся из-за стола, словно все еще сомневался, стоит ли вообще показывать Нилу то, что нашел. Несколько секунд он просто стоял, глядя куда-то перед собой, а потом все-таки сделал шаг к лестнице. Нил поднялся следом. — Мы ненадолго. Кевин сразу поднял голову. — Куда? — Наверх. — Зачем? — Жан хочет кое-что показать. Ответ прозвучал настолько спокойно и буднично, что спорить с ним было почти невозможно. Почти. — Сейчас? — нахмурился Кевин. — Сейчас. Нил уже направился к лестнице. Жан молча пошел следом. Еще несколько секунд в доме были слышны их шаги, затем наверху хлопнула дверь, и снова стало тихо. Ники проводил их взглядом. — Иногда мне кажется, что вы все разговариваете какими-то секретными загадками. — Иногда? — спросил Аарон. — Ладно. Почти всегда. Эндрю, будто вовсе не слушал разговор, поднялся из-за стола, открыл морозильную камеру и достал ведерко мороженого. Он вернулся на свое место, снял крышку и спокойно зачерпнул первую ложку. Кевин наблюдал за ним с явным неодобрением. — Ты только что завтракал. — Да. — И теперь ешь мороженое. — Да. — С утра. Эндрю поднял на него взгляд. — Наблюдательно. Кевин тяжело потер переносицу. — Это вредно. — Продолжишь — станет вредно тебе. Ники тихо прыснул. — Кевин, это был твой шанс промолчать. — Я просто сказал очевидную вещь. — Вот именно, — спокойно заметил Аарон. Эндрю свободной рукой чуть сдвинул повязку на предплечье, вытащил нож и без всякого выражения лица положил его рядом с ведерком мороженого. будто это была такая же обычная вещь, как ложка. Кевин несколько секунд молча смотрел сначала на нож, потом на Эндрю. — Иногда мне кажется, что ты псих. — Иногда? — искренне удивился Ники. — Странное слово для очевидного факта, — невозмутимо сказал Аарон. Кейтлин тихо рассмеялась. Эндрю едва заметно дернул уголком губ и продолжил есть мороженое, словно разговор уже закончился. Чтобы отвлечь Кевина от мыслей о том, что происходило наверху, Кейтлин поставила кружку на стол. — Можно спросить? Кевин сразу повернулся к ней. — Конечно. — Если оба нападающих одинаково хорошо читают игру, как они понимают, кто именно должен идти вперед? Вопрос оказался удачным. Кевин мгновенно переключился: подтянул к себе салфетку, нашел ручку и начал быстро рисовать схему площадки. — Все зависит от того, кто первым увидит свободную зону. Иногда решение принимается еще до передачи... Пока он объяснял, Ники уже успел достать телефон и безуспешно пытался заинтересовать Аарона очередным видео. — Там кот. — Нет. — Ты даже не посмотрел. — И не собираюсь. — Он падает. Аарон тяжело вздохнул. — Ладно. Именно в этот момент телефон Эндрю коротко завибрировал на столе. Он не потянулся к нему сразу. Спокойно доел ложку мороженого и только после этого разблокировал экран. Сообщение было от Рене. Несколько коротких строк. Эндрю прочитал их один раз, затем быстро набрал ответ большим пальцем, отправил сообщение и убрал телефон в карман. Никакой другой реакции не последовало. Разговор за столом продолжался так же спокойно. Кевин успел нарисовать вторую схему и уже объяснял, как два нападающих могут поменяться ролями буквально за секунду. Ники несколько раз перебил его вопросами, почти не имеющими отношения к экси, за что получил одинаково раздраженные взгляды и от Кевина, и от Аарона. Кейтлин настолько увлеклась объяснениями, что почти забыла о сообщении, которое получил Эндрю. Он тоже больше не доставал телефон. Спокойно доел мороженое, закрыл ведерко и еще несколько минут просто сидел, слушая вполуха разговор за столом. Только минут через пять Эндрю поднялся. — Сделаю кофе. — После мороженого? — машинально спросил Кевин. Эндрю лишь посмотрел на него. Этого оказалось достаточно, чтобы Кевин решил больше не развивать тему. Эндрю неторопливо подошел к кухонным шкафам. Достал кружку и поставил ее на столешницу чуть громче обычного. Затем открыл другой шкаф, зашуршал упаковкой кофе, включил кофемашину. Она негромко загудела, а через несколько секунд к этому звуку добавился звон ложки о керамику и стук закрывающихся дверец. — Ты кофе делаешь или решил перебрать всю кухню? — поинтересовался Ники. — Не мешай. Кейтлин сначала не придала этому значения, но постепенно поняла, что Эндрю двигается слишком размеренно и вместе с тем слишком шумно. Каждый звук был немного громче, чем требовалось. Кофемашина зашипела. Ложка снова звякнула о кружку. Открылась еще одна дверца. И именно в этот момент где-то наверху едва слышно скрипнула ступенька. Кейтлин не подняла головы. Продолжала смотреть на схему, которую рисовал Кевин, хотя теперь уже прекрасно понимала, что происходит. Эндрю создавал шум не случайно. Он закрывал им весь дом. Через несколько секунд почти неслышно хлопнула входная дверь, но шипение кофемашины проглотило этот звук. А затем со двора донеслось знакомое рычание мотоцикла. Ники поднял голову первым. — Это что... Нил уезжает? Кевин оборвался на полуслове и резко повернулся к двери, а через мгновение уже был на ногах. — Жан. Ники удивленно посмотрел на него. — Что? — Жан был с ним. Он уже шел к выходу. — Подожди... Кевин почти бегом пересек кухню, распахнул входную дверь и выскочил на крыльцо. Остальные невольно посмотрели ему вслед. Мотоцикл был уже далеко. Черный силуэт быстро исчезал за деревьями, а через несколько секунд затих и звук двигателя. Кевин еще какое-то время продолжал смотреть на пустую дорогу. Потом медленно обернулся. На лице читалось искреннее непонимание. — Они... уехали? Эндрю спокойно налил кофе в кружку. — Да. — На мотоцикле? — Да. Кевин несколько секунд молча смотрел на него, будто ждал, что сейчас последует объяснение. Не последовало. — Куда? Эндрю сделал первый глоток кофе. — Кататься. Кевин даже не сразу понял смысл услышанного. — Кататься? — Да. — Сейчас? — Да. — Жан? — Да. Каждый следующий ответ раздражал Кевина все сильнее. — Зачем? Эндрю пожал плечами. — Так надо. Повисла тишина. Ники осторожно выглянул на улицу, словно надеялся, что мотоцикл каким-то чудом все еще стоит возле дома. Пусто. Он закрыл дверь и медленно повернулся. — Может... кто-нибудь объяснит, что происходит? Эндрю молча пил кофе. Кевин сделал шаг к нему. — Эндрю. Никакой реакции. — Это Жан. — Да. — Он никогда не ездил на мотоцикле. — Теперь ездил. — Это опасно. — Возможно. Кевин неверяще покачал головой. — Возможно? Он развел руками. — Ладно Нил. Он псих. Эндрю никак не отреагировал. — Но Жан! Кевин будто искал поддержки у остальных. — Жан вообще согласился? Ответил снова Эндрю. — Да. — Сам? — Да. — Ты уверен? — Да. Кевин устало закрыл глаза. — Ничего не понимаю. — Это не новость, — заметил Ники. — Ники. — Молчу. На этот раз действительно замолчал. Кейтлин спокойно поставила кружку на стол. — Кевин. Он сразу посмотрел на нее. — Что? — Если бы Эндрю считал, что с ними может что-то случиться... Она ненадолго замолчала. — Как думаешь, он бы сейчас спокойно пил кофе? Кевин машинально перевел взгляд на Эндрю. Тот действительно выглядел совершенно спокойным. Никакого напряжения. Никакой спешки. Будто происходящее полностью укладывалось в его представление о нормальном. Кевин снова посмотрел на Кейтлин. — Нет. Она едва заметно улыбнулась. — Значит, просто доверься. — Кому? — Нилу. Кевин невесело усмехнулся. — Вот это как раз и пугает. Ники задумчиво кивнул. — Справедливо. — Спасибо. — Но... Ники пожал плечами. — Если Эндрю не паникует, я тоже не буду. Аарон поставил пустую кружку в раковину. — Он прав. Кевин посмотрел сначала на одного, потом на другого. — Вы все ведете себя так, будто это совершенно нормально. — Нет, — спокойно сказал Эндрю. Все повернулись к нему. Он сделал еще один глоток кофе. — Просто так было нужно. И снова замолчал. Кевин открыл рот, собираясь спросить что-то еще, но в этот момент телефон Ники громко проиграл начало какого-то видео. — Ой. — Ники, — одновременно сказали Кевин и Аарон. — Что? Я случайно. Он поспешно убавил звук. На кухне снова стало тихо. Кевин тяжело выдохнул и опустился обратно на стул. Он все еще ничего не понимал, но понимал другое. Эндрю что-то знает. И не скажет. Поэтому оставалось только ждать. Постепенно разговор окончательно распался. Кевин еще какое-то время пытался объяснить Кейтлин несколько игровых ситуаций, но сам все чаще сбивался. Он рисовал новые стрелки на салфетке, начинал предложение, останавливался на середине и невольно поглядывал в сторону входной двери. Было очевидно, что мыслями он уже давно не на площадке. Ники, наоборот, довольно быстро потерял интерес к разговору об экси. Он снова достал телефон, нашел очередное видео и безуспешно пытался вовлечь в происходящее Аарона. — Смотри. — Нет. — Ты даже не знаешь, что там. — И не хочу. — Там собака украла бургер. Аарон тяжело вздохнул. — И? — И она очень счастливая. — Поздравляю собаку. — Ты невозможный человек. — Знаю. Кейтлин тихо улыбнулась. Эндрю по-прежнему сидел за столом с кружкой кофе. Он почти не участвовал в разговоре, лишь изредка переводил взгляд с одного человека на другого. Со стороны могло показаться, что ему совершенно безразлично происходящее, но Кейтлин уже начала замечать разницу между настоящим безразличием и тем спокойствием, которое Эндрю намеренно показывал окружающим. Кевин снова посмотрел на часы. Потом еще раз — на дверь. Прошло уже достаточно времени, чтобы беспокойство окончательно победило здравый смысл. — Вообще-то... Он нарушил затянувшееся молчание. — Мы ведь собирались за вещами. Ники сразу поднял голову. — Точно. — Потом отвезти их домой, — продолжил Кевин. — И поехать на тренировку. Он недовольно посмотрел в окно. — Если будем сидеть здесь дальше, то половина дня просто пропадет. — Может, они скоро вернутся? — предположил Ники. Кевин покачал головой. — Уже почти двадцать минут прошло. Он повернулся к Эндрю. — Может, позвонишь Нилу? Эндрю сделал спокойный глоток кофе. — Нет. — Почему? — Не хочу. Кевин раздраженно выдохнул. — Я не прошу рассказать, куда они поехали. Кевин устало посмотрел на него. — Просто скажи, нам ждать или ехать без них? — Ждать. — Сколько? Эндрю пожал плечами. — Пока не вернутся. — Очень полезный ответ. Ники тихо хмыкнул. — Вообще-то да. Кевин бросил на него такой взгляд, что Ники предусмотрительно снова уткнулся в телефон. На кухне ненадолго стало тихо. Было слышно только, как негромко работает холодильник да изредка звякает ложка о стенку кружки, когда Эндрю размешивал уже почти остывший кофе. Кейтлин поймала себя на мысли, что тоже начинает прислушиваться к каждому звуку с улицы. Наверное, Кевин был прав. Двадцать минут — не так уж мало. Хотя Эндрю выглядел так, словно совершенно не переживал. И именно это почему-то успокаивало сильнее любых слов. Будто если он молчит, значит, действительно знает больше остальных. Внезапно телефон Эндрю коротко завибрировал, нарушив тишину. Он поставил кружку на стол и достал телефон без особого интереса. Номер был незнакомый. Но первые цифры он узнал сразу. +44. Великобритания. Лондон. Эндрю несколько секунд смотрел на экран, потом открыл сообщение. *Стюарт.* Одно слово. Без фамилии, без пояснений, без попытки представиться вежливо. Эндрю едва заметно усмехнулся. Конечно. Нил не давал Стюарту его номер. В этом можно было не сомневаться. Но, видимо, для главы британской мафии чужой номер телефона был не препятствием, а мелкой формальностью. — Что? — тут же спросил Ники. Эндрю даже не поднял головы. — Ничего. — Ты усмехнулся. — Нет. — Я видел. — Нет. Ники повернулся к Аарону. — Он усмехнулся. Аарон даже не посмотрел на них. — И что? — Ну... это странно. — Нет. Странно, что ты все еще пытаешься добиться признания. Ники обиженно нахмурился, но Эндрю уже снова смотрел в телефон. Он открыл информацию о номере, пару секунд смотрел на пустую строку имени и без колебаний набрал: Бриташка Сохранил контакт. Только после этого вернулся в переписку и ответил. Эндрю: Догадывался. Ответ пришел почти сразу. Бриташка: Не сомневался. Эндрю чуть прищурился. Эндрю: Главе британской мафии так просто узнать чужой номер? Не думаю, что Нил его дал. На этот раз пауза длилась дольше. Потом экран снова загорелся. Бриташка: Нил и не давал. Следующее сообщение пришло почти сразу. Бриташка: Я глава британской мафии, Эндрю. Я могу многое. И еще одно: Бриташка: Например, положить подарок в твой шкаф. Как тебе? Эндрю задержал взгляд на экране. Перед глазами сразу возник тайник. Ножи. Кастеты. Слишком точный подарок, чтобы быть случайностью. Он набрал коротко: Эндрю: Сойдет. Ответ пришел почти мгновенно. Бриташка: У Нила это обычно означает «понравилось». Предположу, у тебя тоже. На этот раз Эндрю не стал усмехаться. Почти. Кейтлин все равно заметила. Она ничего не спросила, только снова перевела взгляд к Кевину, который в очередной раз посмотрел на дверь. Эндрю продолжил переписку. Эндрю: Что еще ты можешь? Ответ пришел не сразу. Бриташка: Смотря что понадобится. Эндрю смотрел на эту фразу чуть дольше, чем на остальные. Она не звучала как угроза. Не звучала как хвастовство. Просто констатация факта. И именно это раздражало сильнее всего. Он набрал следующий вопрос: Эндрю: Где Нил и Жан? Бриташка: В магазине мотоэкипировки. Через секунду пришло следующее сообщение. Бриташка: Им нужен еще примерно час. Не ждите их. Эндрю медленно перевел взгляд на Кевина. Тот как раз снова начал говорить о потерянном времени, тренировке и вещах у Эбби. Телефон завибрировал еще раз. Бриташка: Нил рассказал мне о ваших планах. Заберите вещи у Эбби сейчас. В аэропорт ехать не нужно, багаж уже заберут мои люди. Еще одно сообщение: Бриташка: Я напишу Кейтлин. Она соберет остальных. От тебя нужно только довезти их до Эбби. Эндрю заблокировал телефон. Несколько секунд он молчал, глядя на погасший экран. Потом убрал его в карман. — Мы едем к Эбби, — сказал он. Кевин сразу поднял голову. — Сейчас? — Да. — А Нил и Жан? — Не сейчас. — Что это значит? Эндрю встал из-за стола. — То, что они вернутся позже. Кевин нахмурился. — Откуда ты знаешь? — Знаю. Это был единственный ответ, который он собирался дать. Ники посмотрел сначала на Эндрю, потом на Кейтлин. — А мы точно не должны ждать? Телефон Кейтлин как раз коротко звякнул. Она прочитала сообщение от отца, и ее лицо стало спокойнее. Не расслабленным, но собранным. — Нет, — сказала она. — Не должны. Кевин повернулся к ней. — И ты тоже знаешь? — Теперь да. Она убрала телефон. — Нил сказал Стюарту про планы. Если мы сейчас съездим к Эбби за вещами, то сэкономим время. Потом быстрее поедем на тренировку. Это сработало лучше любых объяснений. Кевин замолчал. Ники тихо присвистнул. — Манипуляция через экси. Красиво. — Это не манипуляция, — возразил Кевин. Аарон поднялся из-за стола. — Это именно она. Кейтлин улыбнулась. — Но полезная. Эндрю уже шел к выходу. — Собирайтесь. Кевин еще несколько секунд сидел неподвижно, словно мысленно перебирая все возможные варианты. Потом шумно выдохнул, поднялся из-за стола и без особого энтузиазма направился к выходу. — Если из-за этого мы опоздаем на тренировку... — Не опоздаем, — спокойно сказала Кейтлин, тоже вставая. Кевин вопросительно посмотрел на нее. Она улыбнулась почти виновато. — Правда. Наоборот, так даже быстрее. Ники поднялся следом. — Мне уже нравится, что человек умеет успокаивать Кевина. — Это временно, — буркнул Кевин. — Конечно-конечно. Аарон молча поставил кружку в раковину и пошел за курткой. Через несколько минут все собрались в прихожей. Ники первым потянулся к входной двери. — Я вперед! — Нет, — одновременно сказали Эндрю и Аарон. Ники удивленно замер. — Почему? Аарон пожал плечами. — Потому что ты включишь музыку. — Это обвинение. — Это факт. — Один раз всего было. — Семнадцать. — Ты считал? — Да. Ники обиженно посмотрел сначала на одного брата, потом на другого. — Вы оба ужасные люди. Эндрю молча протянул руку мимо него и открыл дверь. Свежий утренний воздух сразу ворвался в дом. Все направились к машине. Ники уже привычно сделал шаг к передней пассажирской двери, но Эндрю коротко сказал: — Кейтлин. Она вопросительно посмотрела на него. — Вперед. На секунду повисла тишина. Даже Ники удивленно моргнул. — Ого... Он, конечно, ничего не сказал вслух, но выражение его лица говорило само за себя. Переднее пассажирское место в машине Эндрю давно перестало быть просто местом. Обычно там сидел Жан. Не потому, что Эндрю кого-то выделял. Просто Жан был самым высоким, и впереди ему действительно было удобнее. Даже Аарон давно перестал пытаться занимать его. Кейтлин на мгновение встретилась взглядом с Эндрю. Он ничего не объяснил. И не собирался. Она тоже ничего не спросила. Только едва заметно улыбнулась. Она догадалась. Не обо всем. Но достаточно. Эндрю оценил то, как спокойно она отвлекала Кевина, не задавала лишних вопросов и позволила Нилу с Жаном уехать незаметно. Это не было благодарностью. Скорее молчаливым признанием того, что сегодня она сделала именно то, что было нужно. Кейтлин открыла переднюю дверь и села в машину. Прежде чем закрыть ее, она еще раз посмотрела на Эндрю. Он поймал ее взгляд. На долю секунды уголок его губ едва заметно дрогнул. Совсем немного. Этого оказалось достаточно. Кейтлин окончательно убедилась, что поняла правильно. Она ничего не сказала. Только спокойно пристегнулась. Аарон остановился возле задней двери. Несколько секунд смотрел сначала на Кейтлин, потом на Эндрю. Что-то не сходилось. За все время, что он себя помнил, переднее сиденье рядом с Эндрю почти всегда оставалось неприкосновенным. Даже ему самому Эндрю никогда не предлагал сесть вперед. Если впереди оказывался кто-то, то обычно Жан — просто потому, что с его ростом это было логичнее. С точки зрения обычной логики вперед должен был сесть именно Кевин. Но Эндрю выбрал Кейтлин. Аарон никак не мог понять почему. Мысль пришла неожиданно. И совершенно ему не понравилась. Он слишком хорошо помнил, как Эндрю встречал почти каждую девушку, которая начинала нравиться ему. Их разговоры редко были дружелюбными. Скорее наоборот. Предупреждения. Проверки. Иногда откровенные угрозы. Аарон невольно посмотрел на Кейтлин. Она спокойно сидела на переднем сиденье, будто ничего необычного не произошло. Не выглядела испуганной. Наоборот. Спокойной. Это немного успокаивало. И все же неприятная мысль не отпускала. «Только не начинай с ней так же...» Он сам не успел понять, когда это желание стало настолько сильным. Наверное, еще тогда, когда поймал себя на том, что ищет Кейтлин взглядом чаще, чем собирался. Эндрю уже сел за руль. Закрыл дверь. Спокойно посмотрел вперед. — Сели. Ники с тяжелым вздохом полез назад. — Меня в этой семье вообще никто не ценит. — Это не семья, — заметил Аарон, устраиваясь рядом. — Вот поэтому и не ценит. Кевин молча занял последнее свободное место у окна. Эндрю завел двигатель. Машина плавно выехала со двора, а дом медленно исчез за поворотом, оставшись позади вместе с утренней тишиной. Дорога до дома Эбби заняла совсем немного времени. Утреннее движение еще не успело стать плотным, поэтому Эндрю спокойно вел машину почти по пустым улицам. В салоне стояла непривычная тишина. После утренней суеты, разговоров и внезапного отъезда Нила с Жаном каждому будто требовалось несколько минут, чтобы остаться наедине со своими мыслями. Ники, как обычно, продержался дольше всех. Минуты три он честно пытался молчать, потом тяжело вздохнул и покачал головой. — Нет. Я так не могу. Кевин, не отрывая взгляда от окна, устало спросил: — Что теперь? — Мы слишком долго едем молча. — И? — Это странно. — Для тебя, — спокойно заметил Аарон. — Для всех. — Нет. Только для тебя. Ники обреченно посмотрел сначала на Аарона, потом на Эндрю. — Иногда мне кажется, что вы специально такие. — Какие? — спросил Эндрю, не отрывая взгляда от дороги. — Спокойные. — Нет. — Очень разговорчивый ответ. Кейтлин тихо рассмеялась. Ники довольно улыбнулся. — Вот. Хотя бы один человек меня понимает. — Не обольщайся, — сказал Аарон. — Поздно. Разговор закончился так же быстро, как начался. Никто не чувствовал необходимости поддерживать его дальше. Кевин снова замолчал, машинально следя взглядом за проплывающими за окном улицами. Кейтлин украдкой посмотрела на него и подумала, что он, наверное, уже в сотый раз возвращается мыслями к Жану. Он пытался не показывать своего беспокойства, но получалось у него заметно хуже, чем у Эндрю. Телефон Кейтлин негромко завибрировал. Она опустила взгляд на экран. Сообщение было от отца. Получилось собрать всех? Кейтлин быстро напечатала ответ. Да. Уже едем к Эбби. Несколько секунд спустя пришло новое сообщение. Хорошо. Когда приедете, напиши. Она невольно улыбнулась и убрала телефон. Короткое движение не осталось незамеченным. Эндрю всего на мгновение перевел взгляд на экран, успев увидеть имя отправителя, после чего снова посмотрел на дорогу. Никаких вопросов он не задал. Ему было достаточно понять, что пишет Стюарт и что все идет именно так, как тот планировал. Через несколько минут впереди показался знакомый дом. Эндрю плавно сбросил скорость, свернул к обочине и остановил машину напротив калитки. Двигатель негромко затих. — Приехали. Ники первым расстегнул ремень. — Наконец-то. Кевин уже открывал дверь, явно собираясь как можно быстрее забрать вещи и закончить с этим. Аарон молча выбрался следом. Кейтлин тоже вышла из машины, но, прежде чем закрыть дверь, вопросительно посмотрела на Эндрю. — Ты идешь? — Нет. Ответ прозвучал спокойно и совершенно буднично. — Покурю. Она кивнула. Ники уже успел дойти до калитки и теперь нетерпеливо придерживал ее для остальных. — Ну вы идете? — Идем, — отозвалась Кейтлин. Они втроем направились к дому, а Эндрю остался возле машины. Он дождался, пока за Кейтлин, Кевином, Ники и Аароном закроется калитка, после чего медленно достал из кармана сигареты. Закуривать он не спешил. Несколько секунд просто стоял, облокотившись на капот, рассеянно глядя куда-то поверх крыши дома Эбби. Собирать вещи без него вполне могли остальные. Ему же сейчас было спокойнее остаться снаружи. Эндрю успел сделать всего пару затяжек, когда телефон в кармане завибрировал снова. Он не спешил отвечать. Сначала спокойно стряхнул пепел на асфальт, проводил взглядом, как дым растворяется в прохладном утреннем воздухе, и только потом достал телефон. На экране высветилось уже сохраненное имя. Бриташка Эндрю несколько секунд смотрел на входящий звонок. Потом все-таки ответил. — Чего? С той стороны почти сразу раздался спокойный мужской голос: — Доброе утро, Эндрю. — Уже не очень. Стюарт негромко усмехнулся. — Это обнадеживает. Значит, чувство юмора у тебя все-таки есть. — Ошибаешься. — Возможно. Несколько секунд оба молчали. Стюарт не торопил разговор и не пытался заполнить паузу, и именно это неожиданно раздражало Эндрю меньше, чем могло бы. Обычно взрослые начинали говорить первыми: спрашивать, объяснять, лезть. Этот спокойно ждал, будто действительно оставлял выбор — продолжать разговор или нет. — Если позвонил ради молчания, — наконец сказал Эндрю, — мог написать. — Мог. — Тогда почему позвонил? — Потому что разговор получится быстрее. Эндрю ничего не ответил. — Спасибо, — спокойно сказал Стюарт. — За что? — За Нила. Эндрю нахмурился. — Не понимаю. — Понимаешь. Стюарт говорил ровно, без нажима. — Сегодня ты позволил ему уехать. — Это было его решение. — Именно. И ты не стал мешать. Эндрю усмехнулся. — Мне казалось, ты как раз должен был попросить присмотреть за ним. — Нет. Стюарт ответил без малейшего колебания. — Я не собираюсь запрещать Нилу жить только потому, что за него страшно. Эндрю невольно замолчал. Он ожидал совершенно другого: очередного взрослого, который будет рассказывать, как правильно заботиться о Ниле. Вместо этого услышал человека, который говорил почти как Ваймак. Помочь, если потребуется. Не мешать, если не требуется. Стюарт будто почувствовал эту паузу. — Ты удивлен. — Немного. — Почему? — Обычно взрослые любят контролировать. — Контроль и забота — разные вещи. Эндрю ничего не сказал. Стюарт продолжил уже тише: — Я слишком поздно появился в жизни Нила, чтобы теперь решать за него. Могу подсказать, могу помочь, могу забрать удар на себя, если понадобится. Но жить вместо него — нет. Эндрю поймал себя на мысли, что впервые за разговор перестал воспринимать Стюарта как очередного взрослого, который считает себя умнее остальных. Тот не приказывал, не проверял, не пытался заслужить доверие. Просто говорил. И почему-то это работало. — Ладно, — произнес Эндрю после недолгой паузы. — Тогда зачем звонишь? — Потому что скоро у вас начнутся проблемы. Эндрю сразу стал серьезнее. — С Воронами? — Да. — Догадывался. — Знаю. Стюарт ненадолго замолчал. — Нил узнает сегодня. — От тебя? — Нет. В голосе Стюарта появилась едва заметная усмешка. — От трех человек. Эндрю почти сразу понял. — Алиса, Саймон и Мейсон. — Верно. Стюарт даже не удивился. — После этого Нил, скорее всего, придет к тебе. — Почему? — Потому что он доверяет тебе. Эндрю тихо фыркнул. — Он доверяет многим. — Нет, — ответил Стюарт неожиданно серьезно. — Не многим. Эндрю промолчал. — Он придет к тебе не за приказом и не за утешением. Он придет, потому что знает: если начнутся проблемы, ты будешь защищать Ники и Аарона без лишних объяснений. Эндрю молчал. — Жана и Кевина Нил сразу заберет под свою ответственность, потому что считает, что обязан это сделать. Но он также знает, что ты можешь помочь ему и с ними. Эндрю кивнул раньше, чем понял, что собеседник этого не видит. Да. Может. И поможет. — Для Нила это важно, — спокойно продолжил Стюарт. — Он будет защищать всех вас. Тебя тоже. Даже если сам этого пока не осознает. Эндрю медленно затушил сигарету. — А себя? На другом конце линии несколько секунд было тихо. — Себя, — наконец ответил Стюарт, — он, как обычно, поставит последним. И именно это беспокоит меня больше всего. Эндрю несколько секунд молчал. — Это не новость. — Для тебя — нет, — согласился Стюарт. — Для него — возможно. — Нил знает, что у него проблемы с самосохранением. — Знать и понимать — разные вещи. Эндрю хмыкнул. — Теперь ты философ. — Нет. Просто слишком хорошо знаю своего племянника. Это прозвучало спокойно, но без самоуверенности. Не так, будто Стюарт считал себя единственным человеком, способным понять Нила. Скорее так, будто он слишком долго наблюдал за тем, как Нил выживает, и теперь не собирался делать вид, что не видит очевидного. — Он будет переживать за Жана, за Кевина, за тебя, за Ники с Аароном, — спокойно сказал Стюарт, и на короткое мгновение замолчал. — И за Кейтлин. Эндрю нахмурился, медленно переводя взгляд на дом Эбби. — Она здесь при чем? — У Кейтлин через несколько дней отбор в команду поддержки. Эндрю ничего не ответил. Стюарт продолжил тем же ровным голосом: — И, зная ее уровень, я сильно удивлюсь, если она туда не попадет. На этот раз Эндрю понял почти сразу. Кейтлин не играла в экси. Не выходила на площадку с клюшкой и не носила форму Лисов. Но если она попадет в Лисички, то окажется слишком близко к команде, чтобы оставаться вне происходящего. Игры, тренировки, стадион, выезды, автобусы, коридоры, чужие взгляды. Не Лиса, но рядом. Достаточно рядом, чтобы Вороны заметили. — Понял, — негромко сказал он. — Нил тоже поймет, — ответил Стюарт. — Быстро. Может сделать вид, что это только про Жана и Кевина, но Кейтлин он посчитает раньше, чем себя. Эндрю слишком хорошо представлял, как это будет выглядеть. Нил услышит про Воронов, сложит все за несколько секунд и тут же начнет делить людей на тех, кого надо защищать. Жан и Кевин окажутся первыми. Потом Кейтлин. Потом Ники и Аарон. Потом все остальные. А сам Нил, как обычно, где-то в конце списка. — Он снова попытается сделать все сам, — сказал Эндрю. — Да. — Не получится. — Конечно, не получится, — спокойно согласился Стюарт. — Но это не помешает ему попробовать. Несколько секунд оба молчали. Эндрю докурил сигарету, бросил окурок в стоявшую рядом урну и проводил взглядом последние струйки дыма. Разговор неожиданно стал слишком серьезным для обычного телефонного звонка, и теперь казалось странным просто повесить трубку. Первым тишину нарушил Стюарт. — Собственно, ради этого я и позвонил. Эндрю вопросительно хмыкнул. — Не только затем, чтобы предупредить. — А еще зачем? — Чтобы у тебя было время подготовиться. Я знаю, что после сегодняшнего разговора Нил сам все поймет. Ты тоже. Но предпочитаю, чтобы вы встретили эти новости не вслепую. Эндрю кивнул, хотя Стюарт этого не видел. Это было разумно. Не похоже на попытку вмешаться. Скорее на человека, который видел опасность немного раньше остальных и решил дать тем, кому доверял Нил, несколько часов форы. Стюарт, будто почувствовав, что первая часть разговора закончилась, неожиданно сменил тему. — А теперь мне действительно нужна твоя помощь. Эндрю усмехнулся. — Вот теперь похоже на настоящую причину звонка. — Нет. Настоящая причина была первой. Эта — приятное дополнение. — Слушаю. — Нужно выбрать машину для Нила. Эндрю на мгновение замолчал. — Серьезно? — Более чем. В голосе Стюарта снова появилась привычная спокойная уверенность. — Прошлую машину ему выбирал я. Тогда она подходила. Сейчас — нет. Эндрю невольно посмотрел на свою машину. — Почему я? — Потому что ты разбираешься в автомобилях. — С чего ты взял? Стюарт тихо усмехнулся. — Эндрю, человек, который не разбирается в машинах, не смог бы так подстроить аварию. Эндрю медленно прищурился. — Ты слишком много знаешь. — Работа такая. — Не нравится мне твоя работа. — Иногда мне тоже. Стюарт выдержал короткую паузу. — Кроме того, ты знаешь самого Нила. Не того, каким он был год назад. Не того, каким его вижу я. А того, каким он стал сейчас. Ты лучше понимаешь, что ему действительно подойдет. Эндрю ничего не ответил. Это звучало логично. И, что раздражало больше всего, Стюарт опять оказался прав. — Есть требования? — наконец спросил он. — Несколько. Стюарт говорил уже почти деловым тоном. — Машина должна быть новой. — Обязательно? — Да. — Почему? — Потому что впервые в жизни Нил может позволить себе не выбирать между «достаточно хорошей» и «той, что просто не развалится по дороге». Я не собираюсь экономить на нем сейчас. Эндрю молча слушал. — Но при этом, — продолжил Стюарт, — она не должна быть кричащей. Мне не нужна машина, которая будет орать окружающим, сколько она стоит. Эндрю едва заметно усмехнулся. — Значит, в этом мы согласны. — Есть предложения? Эндрю ответил не сразу. Он мысленно перебрал несколько моделей, отбрасывая одну за другой. Слишком маленькая. Слишком броская. Слишком жесткая. Слишком дорогая на вид. Потом решение пришло само собой. — Toyota Avalon TRD. На другом конце линии повисла короткая пауза. — Интересно, — задумчиво произнес Стюарт. — Ездил бы на такой сам? Эндрю даже не задумался. — Да. И именно этот ответ, кажется, убедил Стюарта больше любых технических характеристик. — Хорошо. Тогда Avalon TRD. — Новая, — напомнил Эндрю. — Сам сказал. — Я уточняю, чтобы ты не начал искать что-нибудь коллекционное, редкое и бессмысленно дорогое. Стюарт тихо усмехнулся. — Ты очень высокого мнения о моем желании тратить деньги. — Нет. Просто знаю таких взрослых. — Я не покупаю машину себе. Это прозвучало спокойно, но достаточно твердо, чтобы Эндрю понял: в этом спорить бессмысленно. — Тогда не покупай черную. — Почему? — Слишком в лоб. Стюарт не ответил сразу. — Черная выглядела бы хорошо. — Черная выглядела бы так, будто ты выбирал машину для себя, а не для Нила. На этот раз пауза затянулась чуть дольше. Эндрю сделал новую затяжку и продолжил: — Ему сейчас не нужен еще один способ выглядеть опаснее, чем он есть. Нил и так умеет производить неправильное впечатление, когда молчит. Черная TRD только усилит это. — А что тогда? — Blueprint. — Темно-синий? — Да. Стюарт задумчиво хмыкнул. — Объясни. — Не кричит. Не выглядит дешево. На солнце заметный, в тени почти спокойный. Достаточно темный, чтобы Нилу понравилось, но не такой очевидный, как черный. Эндрю посмотрел на дом Эбби, где за окном мелькнула тень Ники с какой-то коробкой в руках. — И нынешнему Нилу подходит больше. — Нынешнему? — Да. — Чем? Эндрю не ответил сразу. Потому что это было сложнее сформулировать, чем просто назвать цвет. — Он больше не прячется так, как раньше, — наконец сказал он. — Но еще не готов быть слишком заметным. На другом конце линии стало тихо. Потом Стюарт негромко произнес: — Blueprint. — Да. — Согласен. Эндрю хмыкнул. — Быстро. — Аргумент был хороший. — Не привыкай. — Поздно. Эндрю закатил глаза и снова посмотрел на улицу. — Салон не бери светлый. — Почему? — Потому что Нил, Жан и Кевин будут таскать туда форму, сумки, клюшки, иногда кровь и грязь. — Иногда? — Оптимистично. Стюарт коротко рассмеялся. — Темный салон. Понял. — И не бери ничего, что будет выглядеть так, будто в машине нельзя дышать без разрешения. — Это уже не про салон. — Это про тебя. — Справедливо. Эндрю почти усмехнулся. Странно было обсуждать с главой британской мафии цвет машины для Нила, стоя возле дома Эбби и наблюдая, как Ники, Кевин и Аарон таскают чужие вещи к выходу. Еще страннее было то, что разговор получался почти нормальным. — Еще что? — спросил Стюарт. — Заднее сиденье. — Из-за Жана и Кевина. — Да. — Они поместятся? — В Avalon — нормально. Если не заставлять Жана сидеть сзади все время. — Если Нил за рулем, Жан, скорее всего, будет спереди. — Да. — Но если за рулем будешь ты, — спокойно продолжил Стюарт, — тогда Нил сядет вперед, а Жан и Кевин окажутся сзади. Например, на ночные тренировки. Эндрю медленно прищурился. — Ты уже планируешь, кто куда сядет? — Я планирую машину, в которой никто не будет чувствовать себя запертым в коробке. Эндрю не стал спорить. Потому что это тоже было разумно. — Avalon подойдет. — Значит, решено. — Почти. — Что еще? — Не ставь ничего лишнего. — Лишнего? — Никакого показного тюнинга. Никаких идиотских деталей. Никаких вещей, из-за которых Нил решит, что машина не его, а твоя игрушка. Стюарт молчал несколько секунд. — Ты хорошо его понимаешь. — Это не комплимент. — А звучало как он. Эндрю не ответил. — Хорошо, — сказал Стюарт. — Toyota Avalon TRD. Новая. Blueprint. Темный салон. Без лишнего показного тюнинга. — И не покупай черную. — Ты уже говорил. — Повторяю, чтобы дошло. — Дошло. Эндрю затушил сигарету. — Вот теперь можешь идти тратить деньги. — Спасибо за разрешение. — Не благодари. — Поздно. Эндрю посмотрел на дом Эбби. Внутри снова мелькнул Ники. На этот раз он что-то говорил Кевину, размахивая свободной рукой, а Кевин выглядел так, будто пытался не уронить коробку и одновременно не убить Ники взглядом. Стюарт на другом конце линии тоже замолчал, но не повесил трубку. Эндрю понял, что разговор еще не закончен. — Что? — Еще один вопрос. — Конечно. — Рене. Эндрю застыл едва заметно. — Что с ней? — Жан ей доверяет. — Да. — Она часто была рядом с ним. Помогала ему. — Да. — И Нил, судя по всему, уже начал ей доверять тоже. Эндрю молчал. Не потому, что не согласен. Потому что не любил, когда Стюарт слишком точно раскладывал людей по местам. — Ты хочешь, чтобы я ее предупредил? — спросил он. — Я спрашиваю, стоит ли мне предупредить ее сегодня. Эндрю долго смотрел на пустую улицу. Стюарт не торопил. — Ты знаешь о ней, — наконец сказал Эндрю. Это не было вопросом. — Достаточно. — Слишком много? — Я знаю о ее прошлом, — спокойно ответил Стюарт. — Знаю, что вы периодически спаррингуете. Знаю, что ты забрал ее ножи и носишь их с собой каждый день. Пальцы Эндрю чуть крепче сжали телефон. — Осторожнее, Бриташка. — Я осторожен. Именно поэтому и спрашиваю, а не действую за спиной. Эндрю промолчал. Это был правильный ответ. И Стюарт, судя по всему, знал это. — Я бы предупредил ее, — сказал Эндрю после паузы. — Сегодня? — Да. — Почему? — Потому что Жан может пойти к ней раньше, чем кто-то успеет подумать. — Согласен. — И потому что Нил уже счел ее безопасной. — Тоже согласен. Эндрю раздраженно выдохнул. — Тогда зачем спрашиваешь? — Потому что она не моя. Она ваша. Эндрю замолчал. Этот ответ неожиданно не хотелось отбрасывать. Стюарт снова не полез дальше. Не начал говорить о доверии. Не стал объяснять, что уважает границы. Просто сказал достаточно. — Предупреди, — наконец произнес Эндрю. — Но аккуратно. — Разумеется. — И без фокусов. — Эндрю. — Что? — Я глава британской мафии. Моя жизнь состоит из фокусов. — Тогда без идиотских. Стюарт тихо рассмеялся. — Постараюсь. — Плохо. — Хорошо. Без идиотских. Эндрю уже собирался закончить разговор, когда Стюарт добавил: — И еще. — Ты сказал один вопрос. — Я солгал. — Семейное? — К сожалению. Эндрю почти улыбнулся. Почти. — Ножи Рене, — сказал Стюарт. Вся легкость сразу исчезла. — Что с ними? — На этот год отдай их ей. Эндрю не ответил. — Те, что я оставил тебе в тайнике, подойдут лучше. Они сделаны под тебя. Вес, баланс, хват. Ножи Рене — ее. И, возможно, скоро ей будет спокойнее, если они снова окажутся у нее. Эндрю смотрел на дом Эбби, но почти не видел его. Мысль была неприятной. Не потому, что Стюарт был неправ. А потому что снова был прав. — Не указывай мне, что делать. — Я советую. — Не советуй. — Тогда считай это наблюдением. — Тебе нравится это слово. — Оно меньше раздражает тебя, чем «совет». — Ненамного. — Но меньше. Эндрю молчал долго. Потом сказал: — Подумаю. — Для тебя это обычно означает «скорее всего, сделаю, но не признаюсь». — Повесь трубку. Стюарт усмехнулся. — Хорошего дня, Эндрю. — Он уже испорчен. — Тогда постарайся не испортить его окончательно. — Поздно. — Не сомневаюсь. Связь оборвалась. Эндрю еще несколько секунд держал телефон у уха, потом опустил руку и посмотрел на экран. Бриташка. Имя все еще выглядело глупо. И все еще подходило. Пока Эндрю остался возле машины, остальные неторопливо направились к дому. Ники первым открыл калитку и, придерживая ее для остальных, бодро зашагал по дорожке. — Надеюсь, Эбби дома. — Дома, — спокойно ответил Кевин. — Мы же сами собирались к ней. — Логично. — Спасибо. — Не привыкай. Аарон только едва заметно покачал головой. За последние несколько минут Кевин снова начал поглядывать на часы, мысленно возвращаясь к тренировке, Ники привычно пытался разговаривать со всеми сразу, а Кейтлин с интересом рассматривала небольшой уютный дом. Совсем не похожий на особняк Стюарта, он казался удивительно теплым еще до того, как они подошли к крыльцу. Они не успели постучать. Дверь открылась сама. На пороге появилась Эбби. Она явно услышала, как хлопнула калитка, и вышла встретить гостей. Увидев Кевина, Ники и Аарона, она сразу улыбнулась, но уже в следующее мгновение ее внимание привлекла незнакомая девушка, стоявшая чуть позади. Рыжие волосы. Голубые глаза. Эбби невольно задержала на ней взгляд. Вчера Дэвид, вернувшись после встречи с Нилом, между делом сказал всего одну странную вещь: «Он на самом деле рыжий.» Тогда она не придала этим словам особого значения. Теперь же перед ней стояла девушка с точно такой внешностью, какой Ваймак описал Нила. На секунду Эбби даже мелькнула нелепая мысль, что, возможно, она неправильно поняла вчерашний разговор и перед ней вовсе не кузина, а сестра Нила. Кейтлин, заметив ее замешательство, улыбнулась первой. — Здравствуйте. Я Кейтлин. Эбби словно очнулась. — Значит, кузина Нила? — Да. Она протянула руку. — Очень приятно познакомиться. — Взаимно. Рукопожатие получилось коротким, но теплым. Эбби еще раз внимательно посмотрела на Кейтлин и невольно улыбнулась. — Теперь понимаю, почему Дэвид сказал, что Нил оказался рыжим. Кейтлин тихо рассмеялась. — Нас часто принимают за брата и сестру. — Честно говоря, я почти так и подумала. На лице Кейтлин появилась мягкая улыбка. — На самом деле мы двоюродные. Наши родители были братом и сестрой. Эбби кивнула. Это многое объясняло. По крайней мере, ей так показалось. Она отступила в сторону, освобождая проход. — Проходите. Когда все вошли в прихожую, Эбби закрыла дверь и только тогда перевела взгляд с одного гостя на другого. Что-то явно не сходилось. Все четверо выглядели так, словно приехали с вполне определенной целью. Кевин уже успел осмотреться, Ники привычно стянул кроссовки, Аарон молча стоял рядом с ним, а Кейтлин держалась удивительно спокойно, будто заранее знала, какие вопросы сейчас прозвучат. Эбби улыбнулась. — Так... что случилось? Ники уже открыл рот, но Кейтлин едва заметно качнула головой, прося позволить ответить ей. — Ничего плохого. Она говорила спокойно, без спешки, словно не хотела еще сильнее запутать собеседницу. — Мы приехали забрать вещи ребят. Эбби удивленно моргнула. — Вещи? — Да. — Но... зачем? Кейтлин ненадолго замолчала, подбирая слова. — Вчера мы с Нилом были у Дэвида. — Знаю. — Тогда мы рассказали только о квартирах. Потому что сами думали, что на этом все и закончится. Эбби понимающе кивнула. Именно это ей вчера пересказал Ваймак. Нил и Кейтлин получили по квартире. На этом история, как ей казалось, заканчивалась. — Но вечером планы изменились, — продолжила Кейтлин. — Поэтому сегодня мы приехали забрать вещи всех. Эбби снова посмотрела сначала на Кейтлин, потом на Кевина, словно пытаясь понять, не шутит ли кто-нибудь из них. — Всех? — Да. Кейтлин улыбнулась уже чуть виноватее. — Мы с Нилом теперь живем в большом доме. И решили, что ребятам будет проще жить всем вместе. На несколько секунд в прихожей повисла тишина. Эбби медленно перевела взгляд на Кевина. Тот спокойно кивнул, подтверждая каждое слово. Потом на Ники. Тот улыбнулся и развел руками. — Мы сами до сих пор немного в шоке. Эбби тихо рассмеялась. — Кажется... я действительно пропустила гораздо больше, чем думала. — Наверное, — с легкой улыбкой согласилась Кейтлин. — Но мы все объясним. Просто сначала хотели предупредить, почему приехали такой компанией. Эбби еще несколько секунд смотрела на Кейтлин, потом тихо покачала головой и улыбнулась. — Кажется, я действительно пропустила гораздо больше, чем думала. — Вчера мы сами думали, что все ограничится квартирами, — призналась Кейтлин. — Поэтому ничего не сказали ни вам, ни Дэвиду. А вечером все изменилось настолько быстро, что мы сами не сразу успели это осознать. Эбби внимательно посмотрела на девушку. Она говорила спокойно, без суеты и желания произвести впечатление. Просто объясняла происходящее, словно давно привыкла разбирать сложные ситуации по порядку. — Тогда рассказывайте, — мягко сказала Эбби. — Потому что сейчас я понимаю только одно: вы приехали большой компанией, а Нила с Жаном почему-то нет. Кейтлин едва заметно улыбнулась. — Они скоро вернутся. Просто ненадолго отъехали по делам. Эбби кивнула. По тону Кейтлин было понятно, что расспрашивать дальше не стоит. Если бы это было что-то опасное, девушка не выглядела бы настолько спокойной. — Хорошо. Тогда хотя бы скажите, чем я могу помочь. — Вообще-то, — немного виновато произнесла Кейтлин, — мы приехали именно за этим. Она обвела взглядом прихожую. — Хотели забрать вещи ребят, если вы не против. — Конечно, не против. Эбби перевела взгляд на Кевина. — Ваши комнаты наверху. Вы сами лучше знаете, что брать. — Спасибо, — коротко ответил Кевин. Ники уже успел поставить руки на перила. — Значит, разбираемся по комнатам? — Да, — ответила Эбби. — Только не пытайтесь вынести сразу весь дом. — Я? Никогда. Аарон посмотрел на него. — Именно ты и попытаешься. — Не клевещи. — Это не клевета. Это опыт. Ники возмущенно фыркнул, но спорить не стал и первым побежал наверх. — Осторожнее на лестнице! — крикнула ему вслед Эбби. — Я всегда осторожен! Сверху почти сразу послышался глухой удар. — Это была коробка! — донеслось со второго этажа. Аарон только тяжело вздохнул. — Разумеется. Кевин уже исчез за поворотом лестницы, а Аарон спокойно пошел следом. Через несколько секунд наверху послышались приглушенные голоса, скрип открывающихся шкафов и характерный шорох картонных коробок. В доме сразу стало заметно оживленнее. Эбби проводила их взглядом, потом повернулась к Кейтлин. — Похоже, ближайшие полчаса здесь будет очень шумно. Кейтлин тихо рассмеялась. — Думаю, да. — Тогда пойдем на кухню. Эбби кивнула в сторону двери. — Они прекрасно справятся и без нас. Кейтлин на мгновение оглянулась в сторону лестницы, откуда уже доносился голос Ники, спорившего с Кевином о том, сколько коробок можно унести за один раз. Потом снова посмотрела на Эбби. — С удовольствием. Они вместе прошли на кухню. Эбби привычным движением поставила чайник и открыла шкаф с кружками. — Кофе? Кейтлин улыбнулась. — Если можно. — Какой? Кейтлин задумалась всего на секунду. — Черный... хотя... Она виновато улыбнулась. — Если у вас есть карамельный сироп, я не откажусь. Эбби замерла с кружкой в руках и невольно улыбнулась. — Знаешь... это сейчас прозвучало очень знакомо. Кейтлин удивленно посмотрела на нее. — Правда? — Да. Эбби достала бутылку сиропа и поставила ее на стол. — Эндрю всегда делает вид, что ему все равно, но кофе без сладкого сиропа почему-то не признает. Кейтлин тихо рассмеялась. — Значит, вкус у нас совпадает. — Похоже на то. Эбби поставила перед Кейтлин кружку и только теперь по-настоящему внимательно посмотрела на девушку. Спокойная. Вежливая. Совсем молодая, но при этом удивительно собранная. Не суетилась, не пыталась заполнить тишину разговорами и не выглядела растерянной, хотя оказалась в доме совершенно незнакомого человека. Эбби вдруг поймала себя на мысли, что ей искренне хочется узнать Кейтлин поближе. Наверху что-то глухо стукнуло. — Ники! — почти сразу донесся голос Кевина. — Это не я! — Тогда почему я опять слышу твой голос? — Потому что теперь уже точно я! Эбби тихо рассмеялась. — Кажется, они неплохо справляются. — Думаю, через несколько минут коробки окажутся внизу. Кейтлин осторожно сделала первый глоток кофе и довольно улыбнулась. — Очень вкусно. — Спасибо. На кухне ненадолго стало тихо. Эбби не любила торопить людей вопросами. За годы работы медиком она привыкла, что самые хорошие разговоры начинаются сами собой. Она сделала еще один глоток кофе и, немного помедлив, спросила: — Можно задать тебе вопрос? — Конечно. — Я ведь еще совсем не знаю Нила. Кейтлин подняла взгляд. — Вчера Дэвид рассказал мне только, что вы познакомились. — Да. Эбби кивнула. — И что Нил на самом деле рыжий. Она улыбнулась. — После этого я открываю дверь и вижу тебя. Кейтлин негромко рассмеялась. — И решили, что мы не кузены? — Почти. Эбби тоже улыбнулась. — Честно говоря, первую секунду подумала, что вы брат и сестра. — Нам это часто говорят. Она поставила кружку на стол. — Хотя с точки зрения генетики ничего удивительного в этом нет. Эбби заинтересованно наклонила голову. — Мой отец и мама Нила были братом и сестрой. Оба светло-русые, с зелеными глазами. А отец Нила был рыжим и голубоглазым. Моя мама внешне была очень на него похожа. Она пожала плечами. — В итоге мы с Нилом унаследовали почти одинаковое сочетание признаков. Поэтому внешне действительно очень похожи. — Теперь понятно. Эбби еще раз посмотрела на Кейтлин. Действительно, сходство было поразительным. Не настолько, чтобы их можно было перепутать, если поставить рядом, но достаточно, чтобы при первой встрече возникла именно такая мысль. Она улыбнулась. — Значит, Дэвид ничего не преувеличил. — Нет. Кейтлин улыбнулась в ответ. — Просто Нил красил волосы. Эбби задумчиво покрутила кружку в руках. — Знаешь... получается забавная ситуация. Кейтлин вопросительно посмотрела на нее. — Мне кажется, я уже несколько месяцев слышу имя Нила. Она ненадолго задумалась. — Сначала Дэвид рассказывал, что нашел очень талантливого игрока. Потом Кевин несколько раз упоминал его. Немного, но каждый раз становилось понятно, что он очень хотел видеть Нила в Лисах. Кейтлин понимающе кивнула. — Это очень похоже на Кевина. — А вчера Дэвид вернулся домой и первым делом сказал, что Нил, оказывается, вовсе не темноволосый. Эбби тихо рассмеялась. — И на этом мои знания о нем заканчиваются. Она с улыбкой развела руками. — Хороший игрок. Рыжий. И у него есть кузина, которая перевелась в университет Пальметто. Кейтлин тоже улыбнулась. — Если честно, звучит довольно забавно. — Вот именно. Эбби посмотрела на девушку уже с нескрываемым любопытством. — Поэтому мне просто интересно... какой он? Кейтлин не ответила сразу. Она несколько секунд молча смотрела в кружку, словно перебирая в памяти десятки мелочей, из которых и складывался настоящий Нил. Потом тихо улыбнулась. — Очень спокойный. Эбби внимательно слушала. — Не потому, что мало говорит. Просто ему действительно нравится тишина. Если вокруг все хорошо, он не станет заполнять паузы разговором только потому, что так принято. Она сделала небольшой глоток кофе. — Еще он очень упрямый. Если решил, что должен что-то сделать, переубедить его почти невозможно. Наверху снова послышался голос Ники. — Кевин! Здесь еще одна коробка! — Я вижу! — Она тяжелая! — Поэтому сначала поставь ту, которую уже держишь! Кейтлин невольно улыбнулась. — И... он очень заботится о людях. Эбби подняла взгляд. — Правда? — Да. Кейтлин кивнула. — Иногда даже слишком. Если рядом кому-то нужна помощь, Нил почти всегда первым начинает думать, что можно сделать. Для него это совершенно естественно. Когда человеку тяжело, он не станет искать красивые слова. Просто останется рядом столько, сколько потребуется. Эбби медленно кивнула. Потом улыбнулась и покачала головой. — Забавно. Кейтлин вопросительно подняла взгляд. — Мы уже минут пять говорим о Ниле. Она тихо рассмеялась. — А я ведь почти ничего не знаю о тебе. Давай исправим это. Кейтлин кивнула. — Хорошо. — Начнем с самого простого. Эбби чуть наклонилась вперед, опираясь локтями о стол. — Дэвид говорил, что ты перевелась в университет Пальметто. — Да. — На какой факультет? — Медицинский. Эбби заметно оживилась. — Правда? — Да. Кейтлин улыбнулась. — Я закончила второй курс в Англии и перевелась сюда. — Значит, хочешь стать врачом? Кейтлин ненадолго задумалась. — Пока да. Она легко пожала плечами. — Мне всегда нравилась медицина. Наверное, потому что она понятная. Если достаточно долго учиться, можно действительно помочь человеку. Эбби невольно улыбнулась. Ответ показался ей удивительно искренним. — Какая специализация? — Пока не решила. — Это нормально. Эбби сделала небольшой глоток кофе. — Большинство студентов меняют мнение несколько раз. Кейтлин тихо рассмеялась. — Мне уже говорили. — И будут говорить еще. Обе улыбнулись. Наверху снова раздался голос Ники. — Кевин, здесь еще пакет! — Возьми пакет. — Но у меня уже две коробки! Аарон что-то негромко сказал, и наверху на несколько секунд стало тише. Эбби покачала головой. — Иногда мне кажется, что без Ники этот дом был бы слишком спокойным. — Думаю, он считает это своей обязанностью. — Не сомневаюсь. Она снова посмотрела на Кейтлин. — А как тебе Пальметто? — Пока сложно сказать. Кейтлин честно улыбнулась. — Я здесь совсем недавно. Она немного подумала. — Но мне уже нравится, что здесь Нилу спокойно. Эбби уловила эту фразу сразу. Не «мне нравится университет». Не «нравится город». И даже не «нравится дом». Сначала — Нил. Потом все остальное. — Вы очень близки, да? Кейтлин ответила не сразу. Она немного покрутила кружку в ладонях. — Мы росли в разных странах и не виделись много лет. Эбби удивленно подняла брови. — Правда? — Да. — Но когда встретились... Кейтлин улыбнулась. — Оказалось, что родными можно стать очень быстро. Она тихо рассмеялась. — Особенно если оба этого очень хотят. Эбби почувствовала, как невольно улыбается в ответ. Эта девушка нравилась ей все больше. Без громких слов. Без желания произвести впечатление. Она говорила просто, спокойно и очень тепло о людях, которые были ей дороги. И почему-то Эбби поймала себя на мысли, что совсем не удивится, если через несколько месяцев будет воспринимать Кейтлин так же естественно, как остальных Лисов. Несколько секунд на кухне было тихо. Эбби не торопилась продолжать разговор. За годы работы она научилась не заполнять каждую паузу словами. Иногда человеку нужно всего лишь немного времени, чтобы почувствовать себя спокойно. Наверху снова послышались шаги. Похоже, Кевин наконец убедил Ники сначала спустить уже собранные коробки, а потом возвращаться за следующими. Эбби улыбнулась. — Должна признаться, я немного переживала. Кейтлин вопросительно посмотрела на нее. — Из-за чего? — Из-за тебя. Кейтлин удивленно моргнула. — Из-за меня? — Немного. Эбби сделала небольшой глоток кофе. — Когда Дэвид сказал, что ты переводишься в Пальметто, я подумала, что тебе будет непросто. Она чуть улыбнулась. — Новая страна, новый университет, новые люди. Кейтлин кивнула. — Так и есть. — Но сейчас я смотрю на тебя и понимаю, что ошиблась. — Почему? — Ты выглядишь так, будто уже давно всех знаешь. Кейтлин тихо рассмеялась. — Не всех. — Но многих. — Да. Она ненадолго задумалась. — Ники, Эндрю и Аарона я знаю уже почти год. Эбби удивленно подняла брови. — Почти год? — Да. — Тогда получается, вы познакомились еще до перевода? — Да. Кейтлин улыбнулась. — Когда Нил оказался в Англии, мы начали постепенно знакомиться с людьми, которые были для него важны. Эбби внимательно слушала. — Ники оказался самым простым. Она тихо рассмеялась. — По-моему, он способен познакомиться с человеком быстрее, чем тот успеет назвать свое имя. Эбби не смогла сдержать улыбки. — Очень похоже на Ники. — С ним невозможно долго чувствовать себя чужой. Она ненадолго замолчала. — Потом был Эндрю. Эбби посмотрела на нее с интересом. — И как прошло знакомство? Кейтлин невольно улыбнулась. — Не так страшно, как меня пытались убедить. Эбби негромко рассмеялась. — Это неожиданно. — Просто Эндрю... очень честный. Она немного поискала подходящее слово. — Если ты ему не нравишься, он этого не скрывает. Но если относится к тебе спокойно, то тоже не станет делать вид, что происходит что-то другое. Эбби медленно кивнула. Это действительно было похоже на Эндрю. — А Аарон? На этот раз Кейтлин ответила не сразу. Она машинально опустила взгляд в кружку, и на ее щеках появился едва заметный румянец. Совсем легкий. Но Эбби этого оказалось достаточно. Она не стала улыбаться слишком явно, чтобы не смутить девушку еще сильнее. Только мягко спросила: — Что? Кейтлин тихо выдохнула и все-таки подняла взгляд. — Мы... начали общаться. — Просто общаться? Уголки губ Кейтлин дрогнули. — Сначала — да. Эбби понимающе кивнула. — А потом? Кейтлин негромко рассмеялась. — Потом оказалось, что разговаривать с ним мне нравится гораздо больше, чем я ожидала. Она снова немного покраснела. — Сейчас мы... пытаемся понять, что из этого получится. Эбби тепло улыбнулась. — Теперь многое становится понятнее. — Что именно? — То, как ты смотришь на Аарона. Кейтлин смущенно прикрыла лицо ладонью. — Неужели настолько заметно? — Только если знать, куда смотреть. Она сказала это с такой доброй улыбкой, что Кейтлин тоже невольно рассмеялась. — Не переживай. Эбби успокаивающе коснулась ее руки. — Я никому ничего не скажу. — Спасибо. — Хотя, если честно... Эбби лукаво улыбнулась. — Подозреваю, Ники уже давно обо всем догадался. Кейтлин обреченно закрыла глаза. — Даже не сомневаюсь. Наверху словно в подтверждение этих слов раздался громкий голос Ники: — Аарон! Ты опять несешь самую тяжелую коробку! Дай я помогу! — Не надо. — Но я же добрый! — Именно поэтому не надо. Кейтлин тихо рассмеялась. — Вот видите. Эбби покачала головой. — Кажется, в этом доме никогда не бывает по-настоящему тихо. — И, если честно... Кейтлин улыбнулась, прислушиваясь к доносившимся сверху голосам. — Мне кажется, это даже хорошо. Эбби посмотрела на девушку, потом перевела взгляд в сторону лестницы, откуда снова донесся смех Ники, спокойный голос Аарона и усталое замечание Кевина. Она неожиданно поймала себя на мысли, что этот шум кажется удивительно правильным. Будто именно так и должен звучать дом, в котором живут люди, постепенно становящиеся семьей. Их разговор прервал тяжелый стук на лестнице. Потом еще один. Следом послышался голос Ники: — Я же говорил, что унесу две коробки! — Ники, — устало отозвался Кевин, — если ты сейчас уронишь хоть одну... — Не уроню. В следующую секунду что-то глухо ударилось о стену. Наступила короткая тишина. — Это была не коробка, — невозмутимо сообщил Ники. Кейтлин тихо рассмеялась. Эбби только покачала головой. — Иногда мне кажется, что он способен разговаривать даже с мебелью. — Скорее мебель однажды ответит ему. Эбби уже собиралась что-то сказать, когда в прихожей послышались шаги. Первым появился Кевин. Он аккуратно нес большую картонную коробку, поставил ее возле входной двери и, даже не останавливаясь, сразу направился обратно к лестнице. Следом спустился Аарон с двумя спортивными сумками через плечо и еще одной коробкой в руках. Он молча поставил вещи рядом с коробкой Кевина и тоже развернулся обратно. Последним показался Ники. Вопреки собственным обещаниям, он действительно пытался одновременно удержать две коробки и огромный пакет, который постоянно норовил соскользнуть вниз. — Я справился! — с гордостью объявил он, переступая последнюю ступеньку. Пакет тут же съехал ему на локоть. Ники чудом успел его подхватить. Аарон молча забрал пакет из его рук. — Спасибо, — совершенно серьезно сказал Ники. — Не за что. — Я почти донес. — Почти. Кевин уже снова спускался по лестнице. — Это все? — Почти, — ответил Аарон. — Остались мелочи. — Тогда забираем сразу. Через несколько минут прихожая заметно изменилась. У стены выстроились коробки, рядом легли спортивные сумки, несколько рюкзаков и длинный чехол с клюшками. Эбби обвела взглядом аккуратно сложенные вещи и неожиданно почувствовала странное ощущение. Еще утром все это казалось частью дома. Теперь же каждая коробка словно понемногу стирала следы присутствия ребят. Дом постепенно пустел. Кевин первым взял две коробки. — Начнем. Аарон молча подхватил сумки. Ники, не желая оставаться без дела, тут же потянулся за самым большим пакетом. — Этот мой. — Только донеси его до машины, — спокойно сказал Кевин. — Конечно. — Целиком. — Кевин! — На всякий случай. Ники возмущенно фыркнул, но все же крепче перехватил пакет. Один за другим они вышли во двор. Через открывшуюся дверь в дом ворвался теплый летний воздух. Снаружи, прислонившись к капоту машины, по-прежнему стоял Эндрю. Телефон он уже убрал в карман. Увидев первую коробку в руках Кевина, он молча оттолкнулся от машины, открыл багажник и без единого слова принялся укладывать вещи. Ники остановился рядом. — Знаешь... Эндрю вопросительно посмотрел на него. — Мне кажется, коробки каким-то образом становятся тяжелее по дороге. — Нет. — Ты даже не подумал. — Не о чем. — Ты ужасный человек. — Знаю. Ники тяжело вздохнул и все-таки поставил пакет в багажник. Кевин тем временем уже возвращался к дому за следующей партией вещей. Аарон шел следом. Работа быстро приобрела размеренный ритм. Кто-то выносил коробки. Кто-то укладывал их в машину. Никто больше не спорил. Даже Ники неожиданно притих, сосредоточившись на том, чтобы аккуратно разместить очередную сумку. Эбби остановилась в дверях, наблюдая за ними. Дом постепенно становился тише. А двор, наоборот, наполнялся движением. Она вдруг поняла, что становится свидетелем чего-то гораздо большего, чем обычный переезд. Они работали молча. Не потому, что говорить было не о чем. Просто каждый быстро нашел себе занятие, и вскоре появился тот спокойный ритм, который возникает сам собой, когда несколько человек делают одно дело. Кевин выносил самые тяжелые коробки. Аарон без лишних слов забирал то, что оставалось, словно заранее просчитывая, как быстрее освободить комнаты. Ники сначала честно пытался помогать, но уже через несколько минут начал одновременно носить вещи и разговаривать. — Как вообще можно накопить столько книг? — Это мои, — коротко ответил Кевин. — Все? — Почти. Ники с сомнением посмотрел на очередную коробку. — Ты их хотя бы читаешь? — Да. — Все? — Да. — Страшный человек. Кевин даже не поднял головы. — Мне это уже говорили. Эндрю стоял у открытого багажника и молча укладывал вещи. Он почти сразу понял, что обычным способом все не поместится, поэтому начал перекладывать коробки, оставляя минимум пустого пространства. Несколько сумок отправились в салон, длинный чехол с клюшками лег вдоль спинок сидений, а самые тяжелые коробки заняли место у самой перегородки багажника. Кейтлин и Эбби остались стоять в дверях. Кейтлин уже несколько раз порывалась помочь, но Кевин всякий раз спокойно говорил одно и то же: — Мы справимся. И она не спорила. Эбби наблюдала за происходящим с легкой улыбкой. — Они неплохо работают вместе. Кейтлин кивнула. — Да. Она проводила взглядом Аарона, который как раз забрал у Ники очередную коробку. Ники что-то возмущенно сказал ему вслед. Аарон даже не обернулся. — Спасибо! — крикнул Ники. — Не за что. — Ты очень заботливый. — Нет. — Вот именно поэтому и заботливый. Кейтлин тихо рассмеялась. Эбби перевела на нее взгляд. — Знаешь... Она немного помолчала. — Кажется, Дэвид будет очень удивлен. — Из-за дома? — Из-за всего. Эбби улыбнулась. — Вчера он был уверен, что самое неожиданное за эту неделю — это рыжий Нил. Кейтлин рассмеялась уже громче. — Думаю, сегодня его мнение изменится. — Даже не сомневаюсь. Во дворе тем временем оставалось все меньше вещей. Кевин вынес последнюю коробку и остановился на крыльце, оглядывая прихожую. — Вроде все. Аарон еще раз прошелся взглядом по комнате. — Почти. Он молча подошел к небольшой спортивной сумке, стоявшей у стены, поднял ее и направился к выходу. Кевин кивнул. — Теперь все. Ники облегченно выдохнул. — Наконец-то. Он посмотрел на полностью загруженную машину. — А знаешь... Эндрю поднял взгляд. — Что? — Мне кажется, сюда больше ничего не влезет. Эндрю окинул багажник спокойным взглядом. — Влезет. — Нет. — Да. Ники прищурился. — Ты сейчас просто из принципа сказал? — Нет. Эндрю подошел к машине, немного сдвинул две коробки, переставил одну сумку вертикально, убрал рюкзак в образовавшееся пространство и спокойно закрыл багажник. Он даже не хлопнул им. Просто нажал ладонью. Замок тихо защелкнулся. Ники несколько секунд молча смотрел на машину. Потом перевел взгляд на Эндрю. — Это было... впечатляюще. — Нет. — Да. Аарон открыл заднюю дверь. — Поехали. Кевин уже собирался сесть в машину, когда Эбби вышла на крыльцо. Она посмотрела сначала на ребят, потом на Кейтлин и негромко сказала: — Передай Нилу, что я буду рада познакомиться с ним. Кейтлин тепло улыбнулась. — Обязательно. Эбби немного помедлила. — И... Она перевела взгляд на всех сразу. — Когда разберетесь с переездом, приезжайте ко мне на ужин. Кейтлин покачала головой. — Лучше наоборот. Эбби удивленно посмотрела на нее. — Приезжайте вы с Дэвидом к нам. Она улыбнулась. — Заодно проверите, что мы действительно никого не потеряли по дороге и все нормально устроились. Эбби невольно рассмеялась. — Звучит как приглашение, от которого трудно отказаться. — Таким оно и было. — Тогда... думаю, мы приедем. — Будем очень рады. Эбби еще раз посмотрела на ребят, уже рассаживавшихся по местам, и неожиданно поймала себя на мысли, что впервые за долгое время ей действительно захотелось увидеть, каким стал их новый дом. Не из любопытства. А потому, что там, кажется, уже начинала складываться настоящая семья. Она проводила машину взглядом, пока та не скрылась за поворотом, и только потом тихо закрыла входную дверь. Обратная дорога прошла неожиданно спокойно. Кевин сидел впереди рядом с Эндрю, задумчиво глядя в окно. Ники с Кейтлин устроились сзади, прижавшись к коробкам и спортивным сумкам, а Аарон молча наблюдал за дорогой. Машина размеренно гудела, шины мягко шуршали по асфальту, и никто особенно не стремился нарушать тишину. Даже Ники, обычно не выдерживавший молчания дольше нескольких минут, теперь лишь лениво комментировал редкие мелочи. — Знаете... — протянул он, посмотрев в окно. — Мне кажется, мы уже столько сегодня успели, будто день длится часов тридцать. — Еще не вечер, — сухо заметил Аарон. — Вот именно это меня и пугает. Кевин едва заметно усмехнулся. Эндрю промолчал. После разговора со Стюартом мысли то и дело возвращались к сказанному. Вороны. Кейтлин. Жан. Кевин. Нил. Он уже понимал, что сегодняшний день еще не закончился. Машина свернула на знакомую улицу. Дом показался между деревьями почти сразу. Ники первым посмотрел вперед. — Кажется, они уже вернулись. Кейтлин тоже подняла взгляд и сразу заметила знакомый мотоцикл. Черный, с тонкими оранжевыми полосами, он стоял возле дома там же, где Нил обычно его оставлял, но теперь на сиденье лежали два новых шлема. Первый был черным, матовым. Тонкие оранжевые линии тянулись по бокам, продолжая рисунок самого мотоцикла, а чуть ниже визора притаилась маленькая геометрическая лиса. Она почти не бросалась в глаза, если специально не присматриваться, но именно эта небольшая деталь делала шлем законченным. Второй выглядел совсем иначе. Матовый графитовый. Не черный. Не серый. По бокам шли тонкие бордовые полосы. Не рисунок, не узор — всего несколько спокойных линий, уходящих назад. Сдержанный. Лаконичный. Совсем не похожий на первый. Кейтлин невольно улыбнулась. — Все-таки успел. — Что? — не понял Ники. Она кивнула в сторону мотоцикла. — Шлемы. Ники присмотрелся. — Новые? — Да. — Красивые, — одобрительно сказал он. — Очень, — согласилась Кейтлин. Но внимание Эндрю задержалось на мотоцикле всего на мгновение. Почти сразу его взгляд сместился чуть дальше. К темному седану, стоявшему у самого гаража. Машина была незнакома всем остальным. Но не ему. Эндрю узнал ее сразу. И дело было даже не в марке. Не в цвете. А в том, как она стояла. Аккуратно. Носом к выезду. Словно водитель заранее подумал о том, что, возможно, уезжать придется быстро. Эндрю почти незаметно прищурился. Уже приехали. — Кто-то в гости? — спросил Ники, только теперь заметив чужую машину. — Может быть, — пожал плечами Кевин. Кейтлин перевела взгляд на Эндрю. Он смотрел на седан слишком спокойно. Так смотрят люди, которые уже знают ответ, но Эндрю лишь выключил двигатель, забрал ключи и открыл дверь машины. — Пошли. Больше он не сказал ни слова, но улыбка постепенно исчезла с лица Нила. Стоило ему поднять взгляд на дом, как ощущение спокойствия испарилось само собой. Подъездная дорожка была почти пустой. Машины Эндрю еще не было, значит, остальные не успели вернуться от Эбби. Эта мысль промелькнула почти сразу и тут же уступила место другой. Чуть дальше, у гаража, стоял темный седан. Нил остановился. Машина была незнакомой. Не просто чужой — она выглядела так, словно человек, приехавший на ней, не собирался уезжать в ближайшие несколько минут. — Что случилось? — негромко спросил Жан. Нил не ответил. Еще раз медленно обвел взглядом двор, отмечая каждую деталь, после чего спокойно снял перчатки и привычным движением достал нож. Жану не понадобилось никаких объяснений. Он лишь молча шагнул ближе. Дом выглядел совершенно обычным. Закрытая дверь, целые окна, никаких следов взлома или борьбы. Именно эта правильность и казалась неправильной. Нил осторожно нажал на ручку. Дверь открылась почти бесшумно. Изнутри пахло свежесваренным кофе, деревом и картонными коробками. Где-то глубже, за поворотом коридора, послышались размеренные шаги — спокойные, уверенные, совсем не похожие на шаги человека, который оказался здесь случайно. Нил вошел первым, Жан держался рядом, внимательно следя за каждым его движением. Едва из-за угла показалась человеческая фигура, Нил сорвался с места. Расстояние исчезло в одно мгновение. Подсечка, короткий толчок плечом — и незнакомец уже оказался на полу. Еще через секунду его рука была надежно зафиксирована, а кончик ножа замер у самого горла. Только после этого Нил поднял взгляд и встретился с хорошо знакомыми серыми глазами. Человек под ним шумно выдохнул и с совершенно невозмутимым видом произнес: — Ну привет, рыжий. Нож замер у самого горла. На долю секунды Нил просто смотрел на серые глаза под собой, на знакомое лицо, на эту слишком спокойную ухмылку человека, который прекрасно знал, чем рискует, и все равно решил сделать по-своему. Потом его пальцы чуть ослабили хватку. — Саймон, — сказал он. — Узнал, — выдохнул тот. — Отлично. Я уже начал думать, что Алиса выиграет спор. Нил не убрал нож. — Ты в моем доме. — В доме твоем и Кейтлин, — осторожно поправил Саймон. — И да, понимаю, что это не улучшает ситуацию. — Саймон, — раздался из кухни женский голос, сухой и раздраженный. — Я сказала тебе встретить их на улице. Саймон поморщился. — Я почти встретил. — Ты был в коридоре. — Коридор ближе к улице, чем кухня. — Саймон. Из кухни вышла Алиса. В руках у нее была кружка кофе, лицо оставалось спокойным, но взгляд скользнул по ножу у горла Саймона с таким выражением, будто она уже мысленно записала это в список вещей, о которых будет спорить позже. Следом за ней из гостиной показался Мейсон. Он посмотрел на Саймона на полу, потом на Нила с ножом, потом снова на Саймона. — Я говорил. — Никто не любит людей, которые говорят "я говорил", — пробормотал Саймон. — Я говорил, что тебя встретят лицом в пол. — Технически лицом вверх. Нил медленно убрал нож от горла, но не отпустил Саймона сразу. Он еще несколько секунд смотрел на него, проверяя дыхание, плечи, пальцы, привычные мелочи, по которым тело выдавало намерение раньше слов. Саймон не сопротивлялся. Наконец Нил поднялся и отступил на шаг. — Объясняй. Саймон сел на полу, потирая запястье. — Мы привезли вещи. Нил замер. — Какие вещи? — Твои и Кейтлин, — сказала Алиса. — Из аэропорта. Тишина в коридоре стала тоньше. Жан едва заметно повернул голову к Нилу. Нил смотрел на Алису. Вещи. Аэропорт. Стюарт. Час назад Стюарт сказал, что пошлет кого-то забрать багаж. Час назад. Нельзя было за час прилететь из Лондона в Пальметто, забрать вещи и оказаться в доме раньше Нила и Жана. Нельзя было приземлиться, пройти контроль, дождаться багажа, доехать до дома и уже стоять здесь с кофе на кухне. Нельзя. Только если Саймон, Алиса и Мейсон уже были в Пальметто. И если они уже были в Пальметто, значит, вещи были не причиной. Они были оправданием. Нил медленно посмотрел на Алису. — Когда вы прилетели? Она не ответила сразу. И вот это было первым плохим знаком. — Когда? — повторил Нил. — Утром, — сказал Мейсон. Жан изменился почти незаметно. Только плечи стали чуть ровнее, а взгляд холоднее. Нил не сводил глаз с Мейсона. — Значит, Стюарт соврал. — Он не сказал всей правды, — сказала Алиса. — Это называется ложь. Саймон поднялся на ноги медленнее обычного. Без резких движений. Без шуток. Это было вторым плохим знаком. — Мы прилетели не из-за вещей, — сказал он. — Я понял. — Вещи были поводом. — Я понял и это. Алиса поставила кружку на ближайшую тумбу. — Нил... — Нет. Она замолчала. — Не начинай с моего имени, — сказал он. — Не делай так, будто собираешься меня успокоить. Просто говори. Алиса посмотрела на Саймона. Саймон посмотрел на Мейсона. Мейсон отвел взгляд. Вот оно. Третий плохой знак. Они не приехали просто помочь. Не приехали просто привезти сумки. Они приехали с новостью. С такой новостью, ради которой Стюарт отправил не случайного человека из аэропорта, а троих людей, которых Нил знал. — Что случилось? — спросил Нил. За окном послышался звук машины. Все замерли. Жан первым повернул голову к двери. Нил услышал фары еще до того, как свет скользнул по стене коридора. Машина остановилась на подъездной дорожке. Потом хлопнула дверца. Еще одна. Голоса снаружи. Ники, слишком громкий даже через дверь. Кейтлин. Аарон. Кевин. И тишина Эндрю, которая всегда ощущалась громче всех. Нил медленно посмотрел на Саймона. — Ты знал, что они едут. Саймон не ответил. Нил перевел взгляд на Алису. Она тоже молчала. Потом на Мейсона. Мейсон смотрел прямо на него. — Вы не собирались говорить до их приезда, — понял Нил. — Собирались, — сказал Саймон. — Просто... — Просто что? Ключ повернулся в замке. Алиса тихо сказала: — Нил, подожди. Он даже не посмотрел на нее. — Я сказал, говорите. — Чуть позже, — произнес Мейсон. По-русски. Нил замер. Не резко. Не театрально. Просто остановился так внезапно, будто тело отказалось принимать следующую команду. Медленно, очень медленно он повернул голову к Мейсону. Мейсон не отвел взгляда. Слова были простыми. Всего два. Ничего угрожающего, ничего особенного. Но Мейсон сказал их на русском. Чисто. Спокойно. Без акцента, который Нил ожидал бы услышать от человека, случайно выучившего пару фраз. Так, будто язык был не трюком, а инструментом, который он просто никогда не доставал при Ниле. — Что? — спросил Нил. Саймон тихо выругался. Алиса закрыла глаза на секунду, будто именно этого хотела избежать. Мейсон повторять не стал. Нил смотрел на него и чувствовал, как одна старая полка в голове, которую он считал давно закрытой, внезапно распахнулась. Мейсон знал русский. Мейсон, который учил его ножам. Мейсон, рядом с которым Нил в свое время мог позволить себе молчать, потому что думал, что хотя бы часть мыслей остается только его. Мейсон, который слышал случайные слова. Обрывки. Проклятия. Иногда - имена, сказанные слишком тихо. Все это время он понимал. — Ты знал, — сказал Нил. Это не было вопросом. Мейсон ответил так же тихо, уже по-английски: — Не все. — Но достаточно. — Да. Дверь открылась. Первым вошел Эндрю. Он остановился на пороге, оглядел коридор, Нила, Жана, Саймона, Алису и Мейсона. Его взгляд задержался на Саймоне всего на долю секунды. Без удивления. Без вопроса. Без угрозы. Нил заметил. Конечно, заметил. Эндрю знал. Следом вошла Кейтлин. Она остановилась почти сразу, заметив Алису у входа в кухню, Мейсона рядом со стеной и Саймона, который все еще потирал запястье. — Что происходит? — спросила она. Аарон вошел за ней и резко окинул взглядом коридор. — Почему здесь люди? Кевин замер на пороге, нахмурившись. — Кто это? Ники, появившийся последним, сначала выглянул из-за плеча Кевина, потом распахнул глаза. — Саймон? Саймон успел только повернуть голову. — О, нет. — Саймон! Ники влетел в коридор так, будто никакого напряжения в доме не существовало, и буквально повис у Саймона на шее. Саймон качнулся назад, поймал его за локти и сдавленно выдохнул. — Привет, Ники. — Ты должен был написать! — возмутился Ники, не отпуская. — Или позвонить. Или хотя бы прислать сообщение, состоящее из одного слова: "жив". Это же не так сложно. Саймон посмотрел поверх его плеча на Нила. — В мою защиту, сегодня это популярная претензия. — У тебя нет защиты, — сказал Нил. Ники наконец заметил его лицо. И замолчал. Руки все еще лежали на плечах Саймона, но улыбка исчезла, взгляд метнулся от Нила к Эндрю, потом к Алисе и Мейсону. — О, — сказал он уже тише. — Плохая версия сюрприза. Кевин шагнул внутрь, закрывая за собой дверь. — Кто они? — повторил он. Кейтлин, не сводя взгляда с Алисы, ответила: — Алиса учила Нила стрелять. Саймон - рукопашному бою. Мейсон - ножам. Кевин медленно повернулся к Нилу. — Ты знаком с ними? — Да. — И они здесь почему? — Хороший вопрос. Алиса едва заметно поморщилась. Саймон наконец аккуратно снял с себя Ники, но тот остался рядом, все еще слишком близко, будто присутствие знакомого человека могло сделать ситуацию менее странной. Не могло. Эндрю смотрел на Нила. Он видел слишком много. Не только злость. Не только холод. Не только недоверие, которое Нил привычно собирал вокруг себя, когда почва уходила из-под ног. Он видел, что что-то случилось до их прихода. Что-то, чего он не ожидал. Эндрю чуть повернул голову и заговорил тише: — Что случилось? По-русски. Нил перестал дышать. На секунду все в доме стало неподвижным. Не потому что остальные поняли. Большинство не поняло. Кевин нахмурился еще сильнее, Ники растерянно посмотрел на Аарона, Кейтлин медленно перевела взгляд с Эндрю на Нилa. Но Нил понял. Понял каждое слово. И именно это ударило сильнее, чем должно было. Сначала Мейсон. Теперь Эндрю. Два человека за последние несколько минут вытащили из воздуха язык, который Нил слишком долго считал последним закрытым карманом в собственной голове. Не безопасным полностью. Ничто не было безопасным полностью. Но своим. Личным. Местом, куда можно было спрятать реакцию прежде, чем она станет видимой. — Ты, — сказал Нил по-английски, потому что русский застрял где-то в горле, — знаешь русский. Эндрю не отвел взгляд. — Да. — Ты знаешь русский. — Ты уже сказал. — Как давно? — Достаточно. Нил коротко усмехнулся. Звук вышел неправильным. — Все сегодня знают достаточно. Мейсон, до этого молчавший, чуть склонил голову и произнес по-русски: — Не ожидал, что ты тоже знаешь. Нил резко повернул к нему голову. Слишком много. Это становилось слишком большим клубком молчания, чужих решений и языков, которые люди вокруг него знали, но не называли. Эндрю смотрел спокойно. — У меня был год, чтобы выучить, — ответил он на русском. Нил почувствовал, как Кейтлин рядом напряглась, хотя слов не поняла. Она поняла другое: тон. Паузы. Выражение лица Нила. Аарон тоже понял достаточно, чтобы стать еще злее. — Кто-нибудь собирается объяснить это на языке, которым владеют все присутствующие? — спросил он. — Нет, — сказал Эндрю, не глядя на него. — Потрясающе. Кевин сделал шаг к Кейтлин. — Что он сказал? — Не знаю, — тихо ответила она. — Но это личное. Ники поднял руку. — Я просто уточню: мы все еще переезжаем или уже перешли к международному кризису? — И то и другое, — сказал Саймон. Нил посмотрел на него. Саймон снова поднял руки. — Молчу. Мейсон перевел взгляд с Нила на Эндрю, потом на дверь, за которой на подъездной дорожке все еще стояли машины, полные вещей. — Может, остальные продолжат переезд, — сказал он по-русски. — Вытащат вещи из машины. А мы втроем поговорим. Нил смотрел на него. Эндрю тоже. В этот раз Мейсон не выглядел так, будто просит разрешения. Скорее предлагал единственный способ не превратить коридор в место, где каждый следующий ответ заденет еще кого-нибудь. И, что хуже, это была хорошая идея. Плохие новости не становились лучше от свидетелей. А если Мейсон перешел на русский, значит, какая-то часть разговора действительно предназначалась не для всех. Пока. Нил ненавидел это слово. Кейтлин посмотрела на Нила. Не на Эндрю. Не на Мейсона. На него. И Нил понял, что она поняла достаточно. Не содержание. Не слова. Но направление удара. Она медленно выдохнула, потом повернулась к остальным с таким спокойствием, которое было почти насилием над самой собой. — Так, — сказала Кейтлин. — Машины сами себя не разгрузят. Аарон резко посмотрел на нее. — Кейтлин. — Нет, — мягко сказала она. — Если они хотят говорить втроем, пусть говорят. А мы за это время внесем коробки, пока Ники не решил, что лучшая стратегия - стоять в коридоре и паниковать вслух. — Я не паникую, — возмутился Ники. Пауза. — Ладно, паникую, но тихо. — Ты никогда ничего не делаешь тихо, — сказал Аарон. — Это клевета. Кейтлин подхватила этот тон, как веревку, за которую можно было вытащить всех из коридора. — Кевин, проверь, что из коробок куда идет. Ники, бери легкое, а не героическое. Аарон, пожалуйста, не спорь с каждой подписью на каждой коробке. — Если коробка подписана неправильно, я имею право спорить. — Имеешь. Молча. Ники тихо присвистнул. — Жестко. Кейтлин посмотрела на Алису. — Поможете? Алиса кивнула сразу. — Да. — Саймон? — Я, видимо, уже назначен грузчиком. — Ты назначен человеком, который мешает меньше всего, когда занят, — сказала Кейтлин. Саймон приложил руку к груди. — Я ранен. — Переживешь. И вот так, почти невозможным усилием, коридор снова начал двигаться. Не становиться нормальным. До нормального было далеко. Но люди получили задачи. Коробки. Машина. Двери. Простые действия, за которые можно было держаться, пока под домом собирался разговор, ради которого Саймон, Алиса и Мейсон на самом деле прилетели в Пальметто. Жан остался у двери. Нил посмотрел на него. Жан едва заметно кивнул. — Я прослежу. Это было лучше, чем вопрос. Нил кивнул в ответ. Когда остальные вышли к машинам, а Алиса и Саймон вместе с ними ушли на подъездную дорожку, в коридоре остались только Нил, Эндрю и Мейсон. Сверху дом звучал иначе: шаги, голоса, стук багажника, Никино возмущенное "я сказал легкое, почему это весит как труп", короткий ответ Аарона, смех Кейтлин - короткий, натянутый, но настоящий. Мейсон посмотрел на Нила. — В подвал? — спросил он по-русски. Нил не ответил сразу. Потом развернулся и пошел к двери внизу лестницы. Подвал был не просто подвалом. А спортивным залом, похожим на тот, что был в поместье Стюарта. Эндрю спустился последним и закрыл дверь. Звуки сверху стали глуше. Дом не исчез, но отдалился. Коробки, голоса, переезд, Кейтлин, которая держала всех в движении, пока сама ждала объяснений, - все осталось над ними, за деревянными перекрытиями. Внизу пахло резиной и металом. Мейсон остановился у края матов. Эндрю встал у стены, откуда видел дверь, лестницу и обоих сразу. Нил остался между ними. Несколько секунд никто не говорил. — Говори, — сказал Нил. Слово прозвучало жестче, чем он ожидал. Мейсон посмотрел на Эндрю. — Не на него, — сказал Нил. — На меня. Мейсон кивнул. — Хорошо. Эндрю молчал. Нил повернул к нему голову. — А ты? — Я знал, что они приехали, — сказал Эндрю по-русски. — Не знал зачем. — Но знал, что мне не сказали. — Да. — И решил тоже не говорить. — Да. Нил коротко рассмеялся. Смех вышел сухим и злым. — Великолепно. Эндрю выдержал его взгляд. — Злись после. — Я умею делать несколько вещей одновременно. — Я знаю. Мейсон медленно вдохнул. И только тогда Нил увидел, что ему тоже не хочется говорить. Мейсон, который мог спокойно объяснить, куда входит нож между ребрами. Мейсон, который никогда не украшал неприятные факты мягкими словами. Мейсон, который однажды сказал Нилу, что дрожащая рука - это не страх, а отсутствие решения. Сейчас он выбирал слова. Значит, новость действительно была плохой. — Младшая ветвь Морияма приняла решение, — сказал Мейсон. Нил не двинулся. Эндрю тоже. Но воздух в спортзале изменился. Стал плотнее. Тяжелее. Как перед ударом. — Какое решение? — спросил Нил. Мейсон смотрел прямо на него. — Вороны переходят в один округ к Лисам. Слова упали на маты без звука. И все равно Нил услышал их так, будто кто-то выстрелил в бетонную стену. Вороны. Один округ. Лисы. Нет. Этого не могло быть. Не потому что это было невозможно. Нил слишком хорошо знал, что невозможное обычно просто означало "кто-то достаточно сильный уже решил иначе". Не могло - потому что всего несколько часов назад Жан держал в руках письмо Стюарта. Письмо, которое говорило, что он свободен. Нил видел его лицо после этого. Видел, как Жан прочитал строки слишком много раз, будто буквы могли исчезнуть, если отвести взгляд. Видел, как тот не знал, что делать с руками, с дыханием, с пространством вокруг себя, потому что свобода была слишком большим словом для человека, которого слишком долго учили быть вещью. И именно поэтому Нил увез его кататься на мотоцикле. Не ради дороги. Не ради скорости. Ради ветра, который забивал мысли обратно в грудь. Ради шума мотора, который был громче Эвермора. Ради того, чтобы Жан хотя бы на несколько минут перестал стоять один на один с письмом, которое меняло всю его жизнь и при этом не объясняло, как жить дальше. А теперь Мейсон стоял в их подвале и говорил, что Вороны переходят ближе. К Жану. К Кевину. К ним. — Нет, — сказал Нил. Мейсон не спорил. — Решение принято. — Кем? — Младшей ветвью. — Зачем? — Деньги, — ответил Мейсон. — Контроль. Публичность. — Рико, — сказал Нил. Мейсон помолчал. — Да. Имя ударило по спортзалу так же резко, как до этого слово *Вороны*. — Он хочет Кевина и Жана. — Он считает, что они все еще принадлежат ему. Нил почувствовал, как пальцы сжались в кулаки. Собственность. Это слово не должно было существовать рядом с Кевином. Не должно было существовать рядом с Жаном. Не после всего. Не после того, как Кевин выбрал Лисов, а Жан сегодня впервые получил доказательство, что Морияма больше не держат его официально. Сегодня. Жан только сегодня узнал, что свободен. А Рико уже не принимал этого. — Кевин еще не выходил на поле за Лисов, — сказал Нил. — Но скоро выйдет, — ответил Мейсон. — Правой рукой. Эндрю не двинулся. Нил услышал его молчание как отдельный звук. Кевин, который заново учился держать клюшку. Кевин, который делал вид, что страх - это раздражение, а раздражение - контроль. Кевин, который еще не успел вернуться на поле по-настоящему, а Рико уже тянулся к нему через округ, расписание, камеры и деньги. — Он не готов, — сказал Нил. — Рико это знает. Нил поднял взгляд. Мейсон произнес это ровно. Без украшений. Без жалости. И именно поэтому слова попали точно. Рико знал. Конечно, знал. Рико всегда умел находить место, которое еще не зажило, и давить туда так, будто это его право. — Он хочет вернуть их, — сказал Нил. — Или уничтожить, если не получится. Внутри Нила что-то сорвалось. Не наружу. Пока нет. Глубже. Туда, где злость переставала быть шумом и становилась точкой. Тишина стала тяжелой. Наверху что-то глухо стукнуло. Ники вскрикнул: — Я жив! Аарон ответил: — К сожалению. Кейтлин сказала что-то, и ее голос был достаточно ровным, чтобы Нил понял: она все еще держит всех в движении. А Жан был там. С письмом Стюарта в памяти. С дорогой и мотоциклом еще в теле. С иллюзией короткой передышки, которую Нил пытался ему подарить. И теперь эта передышка закончилась. — Он не тронет их, — сказал Нил. Эндрю посмотрел на него. — Нил. — Нет. — Нил. — Нет, — повторил Нил, уже громче. — Рико не получит Кевина. Не получит Жана. Не через игры, не через округ, не через камеры, не через деньги Морияма. Мейсон не перебивал. Это было разумно. Нил развернулся к груше. Первый удар пришелся ниже центра. Груша тяжело дернулась на цепях, принимая силу, которую Нил не мог направить ни на кого другого. Следующий удар вышел выше, третий - точнее, и уже через несколько секунд подвал наполнился глухим ритмом кожи, натянутой набивкой, скрипом металла и его сбившимся дыханием. Он бил без перчаток и без бинтов. Костяшки почти сразу отозвались болью, но боль была простой, честной, понятной. Она не требовала объяснений. Не лгала. Не притворялась решением младшей ветви, не пряталась за словами Стюарта, не превращала чужие травмы в деньги. Рико. Еще удар. Кевин, который еще даже не вышел на поле за Лисов, но уже снова становился частью чужой кампании, чужого спектакля, чужой игры против него самого. Еще удар. Правая рука, которая должна была быть возвращением, а не мишенью. Еще удар. Жан, который только сегодня узнал, что свободен. Жан, которого Нил увез кататься на мотоцикле не ради дороги и не ради скорости, а ради ветра, мотора и нескольких минут, в которых письмо Стюарта не стояло перед ним единственным смыслом мира. Еще удар. Рико, который все еще считал их своей собственностью. Груша качалась все сильнее. Цепь под потолком скрипела с каждым возвращением, и Нил встречал ее снова, будто мог выбить из набивки не воздух, а само имя Рико. Его движения оставались точными. Слишком точными. В этом не было слепой паники, не было срыва, который можно было остановить одним резким словом. Тело работало так, как его учили: вес, поворот корпуса, плечо, бедро, дыхание. Только дыхание уже начинало ломаться. — Нил, — сказал Эндрю. Нил ударил снова. Эндрю не подошел. Не схватил его за плечо, не попытался встать между ним и грушей, хотя мог бы. Он стоял у стены, откуда видел дверь, лестницу, Мейсона и Нила одновременно, и его взгляд становился тяжелее с каждым ударом. Мейсон видел то же самое. И, в отличие от Эндрю, видел это уже не впервые. Пару раз прежде Нил доходил до этой точки. Не до крика, не до истерики, не до хаотичной ярости, которую можно переждать. Это было хуже: он становился слишком собранным. Злость не рассыпала его, а собирала в одну линию, в один удар, в одну цель, которой здесь не было. В такие моменты груша не помогала. Она не сопротивлялась по-настоящему, не меняла вес, не заставляла Нила возвращаться в комнату. Она только принимала удар за ударом, позволяя злости разгоняться, пока остановиться становилось труднее. Мейсон знал, чем это заканчивалось. Саймон тоже. Именно поэтому Мейсон достал телефон почти автоматически, не сводя взгляда с Нила. Эндрю заметил движение. — Кого ты зовешь? — Того, кто знает, что делать, — ответил Мейсон. Он написал коротко: В подвал. Сейчас. Ответ пришел почти сразу. Понял. Саймон не спросил, что случилось. Не спросил, насколько все плохо. Не уточнил, почему именно сейчас. Он уже знал новость, с которой они прилетели: Вороны переходят в один округ к Лисам, Рико хочет вернуть Кевина и Жана или уничтожить их, если вернуть не получится, а младшая ветвь Морияма слишком хорошо понимает, сколько денег можно сделать на этом противостоянии. Саймон знал и другое: если Мейсон пишет *сейчас*, значит, груша уже не справляется. Наверху хлопнула дверь, затем послышались шаги. Быстрые, но не бег. Саймон спускался так, как спускаются не выяснять, а делать то, что уже приходилось делать раньше. Дверь открылась. — Я оставил Ники с коробкой, которую он назвал морально тяжелой, так что надеюсь, это действи... Он замолчал, едва увидев Нила. Груша ушла в сторону от очередного удара, вернулась, и Нил встретил ее снова. Костяшки уже покраснели, дыхание сбилось, но движения не распадались. От этого было только хуже. Это была не потеря контроля. Это был контроль, направленный не туда. Саймон медленно выдохнул. — Да, — сказал он тише. — Понял. Эндрю посмотрел на него. — Ты знаешь. — Новость? — Саймон стянул куртку и бросил ее на скамью. — Да. — И? Саймон не стал шутить, и это само по себе сказало достаточно. — И если бы мне сказали, что Рико снова пытается дотянуться до Кевина и Жана в день, когда Жан впервые узнал, что свободен, я бы тоже хотел кого-нибудь убить. Нил ударил грушу сильнее. Цепь скрипнула так резко, будто собиралась сорваться. Саймон шагнул на маты. — Нил. Ответа не было. — Рыжий. На этот раз Нил повернул голову. Взгляд был ясным, холодным и слишком сосредоточенным. Саймон видел его таким раньше и знал: именно поэтому сейчас нельзя было отступать. — Уйди, — сказал Нил. Саймон размял плечи. — Нет. — Саймон. — Спаринг. Эндрю сразу поднял взгляд. — Нет. — Да, — сказал Саймон, не глядя на него. — Он тебя сломает. — Возможно. — Это не аргумент. — Это опыт. Нил смотрел на него без выражения. — Я сказал уйди. — А я сказал спаринг. Мы оба умеем повторять очевидное. — Я не в настроении. — Именно поэтому я здесь. Мейсон уже подошел к углу и взял бинты с перчатками. Движения были привычными, почти отработанными. Он бросил одну пару Саймону, вторую оставил для Нила. — Правила те же, — сказал он. Саймон поймал перчатки одной рукой. — Без ножей. Без горла. Без глаз. Остановка по команде. Нил усмехнулся холодно. — Ты думаешь, команда поможет? — Нет, — спокойно сказал Саймон. — Я думаю, я помогу. Эти слова повисли между ними не как обещание и не как утешение, а как факт. Такое уже случалось. Не здесь, не в этом доме и не после этой новости, но достаточно похоже, чтобы Саймон знал: Нила нельзя выдернуть приказом, нельзя пристыдить, нельзя попросить успокоиться. Ему нужно сопротивление. Живой человек, который умеет держать удар, умеет падать, умеет возвращаться и не боится того, что видит в его глазах. Нил снова посмотрел на грушу. Саймон сказал: — Она не Рико. Воздух в подвале стал опасно неподвижным. Мейсон резко посмотрел на Саймона. Эндрю тоже. Саймон не отвел взгляда от Нила. — И я не Рико, — добавил он. — Но я здесь. Он нет. Нил медленно повернулся к нему. — Не говори его имя. — Тогда выбей его из головы. Саймон сделал еще шаг ближе, но остановился до того, как это стало вызовом, на который Нил бросился бы вслепую. — На меня, — сказал он тише. — Не на них. Наверху, сквозь потолок, донесся голос Ники: — Почему коробка с полотенцами весит как человек?! Аарон ответил что-то резкое. Кейтлин сказала спокойнее, направляя их дальше, удерживая дом в движении. Нил услышал их. Жана. Кевина. Кейтлин. Всех наверху. Саймон тоже услышал. — Вот именно, — сказал он. — Не на них. Это попало. Нил опустил взгляд на свои руки. Кожа на костяшках уже была содрана, красная и горячая под пульсом. Эндрю взял бинты у Мейсона и подошел ближе. — Руки. Нил не двинулся. — Сейчас, — сказал Эндрю. Нил посмотрел на него. Взгляд был острый, злой, почти чужой, но через секунду он протянул руки. Эндрю обмотал костяшки быстро и ровно, без лекции, без утешения, без попытки назвать происходящее чем-то мягче. Если Нил собирался бить, он должен был бить так, чтобы потом все еще мог держать клюшку, нож, себя. Саймон натянул перчатки и проверил ремешок. — В следующий раз, когда я соглашусь быть эмоциональной грушей, напомните мне отказаться. — Ты сам спустился, — сказал Мейсон. — Потому что ты написал так, будто дом горит. — Он почти горит. Саймон посмотрел на Нила. — Да. Вижу. Эндрю закончил бинтовать и отпустил его руки. — Никаких переломов, — сказал он. Нил перевел взгляд на Саймона. — Не обещаю. — Знаю, — сказал Саймон. — Поэтому я и надел перчатки. Мейсон отошел к стене, но не расслабился. Эндрю остался ближе к двери, откуда мог вмешаться в любой момент. Сверху доносились приглушенные голоса, стук коробок, шаги. Дом продолжал переезжать, пока в подвале двое мужчин вставали друг напротив друга на матах. Саймон чуть поднял руки. — Начинай. Нил начал без разгона. Он не предупредил, не проверил дистанцию, не дал Саймону первых легких секунд. Просто сорвался с места и оказался слишком близко. Первый удар Саймон заблокировал, но сила прошла через предплечье в плечо. Второй он отвел, третий принял корпусом и выдохнул сквозь зубы. — Хорошо, — выдавил он. — Значит, сегодня без разминки. Нил ударил снова. Саймон ушел в сторону и попытался подсечь, но Нил прочитал движение раньше, чем оно стало опасным. Колено врезалось Саймону в бедро, локоть прошел рядом с ребрами, и Саймон успел только развернуться, поймать запястье и потянуть Нила на себя. На секунду это почти сработало. Потом Нил ударил плечом. Саймон рухнул на мат, но перекатился сразу, уходя от следующего удара. Перчатка Нила ударила туда, где мгновение назад была его голова. — Черт, — выдохнул Саймон. — Это было грубо. — Вставай. — Уже скучаю по твоей вежливости. Он поднялся, и Нил не дал ему времени. Следующая связка была быстрее и жестче. Не спортивная. Слишком много улицы, слишком много ножевой дистанции даже без ножа. Саймон узнавал собственные уроки, и от этого становилось почти смешно, если бы не боль. Нил бил так, как Саймон когда-то учил его бить человека, который не должен подняться. Разница была только в том, что Саймон должен был подняться. Снова и снова. Удар в корпус. Блок. Разворот. Колено. Захват. Бросок. Саймон оказался на матах второй раз, воздух вылетел из легких с неприятным звуком. Мейсон шагнул вперед, но остановился, потому что Саймон уже поднимал руки, уже защищался, уже заставлял себя двигаться. Эндрю не двигался. Его взгляд был прикован к Нилу. — Дыши, — сказал Саймон с пола. Нил стоял над ним. — Что? — Я сказал, дыши. Ты злишься не хуже, когда в мозг поступает кислород. Нил дернулся. Саймон успел перекатиться, но не полностью. Нил поймал его за плечо, дернул вверх и ударил в бок. Не полной силой, но достаточно, чтобы Саймон согнулся. — Нил, — сказал Эндрю. Нил замер всего на долю секунды. Этого Саймону хватило. Он ударил Нила в грудь основанием ладони, оттесняя, и сразу пошел в клинч. Нил встретил его жестко, почти зло, но Саймон не пытался победить. Победа была невозможна и не нужна. Ему нужно было держаться. Быть весом, сопротивлением, живым телом, которое не исчезает после удара, как груша, а возвращает Нила в комнату. — Вот так, — выдохнул Саймон рядом с его ухом. — На меня. Не на них. Нил врезал ему локтем в ребра. Саймон задохнулся, но не отпустил. — Отлично, — прохрипел он. — Очень терапевтично. Нил дернул его вниз, и они оба упали на маты. Саймон первым ударился плечом, боль вспыхнула белым, но он тут же зацепил ногу Нила своей, не давая ему подняться слишком быстро. Нил ударил его в корпус. Раз. Второй. Третий. Саймон блокировал, сколько мог. Потом пропустил. Воздух вышел из него коротким хрипом. — Хватит, — сказал Мейсон. Нил не услышал. Или услышал, но не принял. Эндрю сделал шаг. — Нил. Голос был тихим, но в нем было достаточно, чтобы прорезать шум в голове. Нил застыл с поднятой рукой. Саймон лежал под ним, тяжело дыша. На губе была кровь, щека уже начинала темнеть, один глаз прищурился от удара, ребра ходили неровно, но руки все еще были подняты. Он все еще защищался. Все еще держался. Нил смотрел на него и наконец видел. Не Рико. Не Воронов. Саймона. Саймона, который спустился, потому что Мейсон позвал. Саймона, который знал, что будет больно, и все равно встал напротив. Саймона, который страдал, но держался, потому что когда-то научил Нила выживать и, видимо, не собирался останавливаться сейчас. Нил медленно опустил руку. Саймон выдохнул. — Вот, — сказал он хрипло. — Уже лучше. Нил слез с него и сел рядом на матах. Дыхание рвалось из груди. Руки дрожали не от страха и не от слабости, а от силы, которой некуда было деваться. Саймон перевернулся на бок, потом на спину и уставился в потолок. — В следующий раз, — сказал он, — предлагаю шахматы. Мейсон подошел ближе и опустился рядом, оценивая его ребра, губу, плечо. — Ты идиот. — Да, но полезный. — Возможно, треснуло ребро. — Неполезный, но самоотверженный. Эндрю присел перед Нилом, не касаясь, просто оказываясь в поле зрения. — Здесь? — спросил он по-русски. Нил закрыл глаза. Вопрос был коротким, но он понял. *Ты здесь?* Не в Эверморе. Не в голове Рико. Не на будущем поле, которого еще не было. Не рядом с Жаном в момент, когда тот снова услышит слово *Вороны*. Здесь. В подвале. На матах. Рядом с Эндрю. Рядом с Саймоном, который тяжело дышал на полу и пытался не показывать, как сильно ему больно. Рядом с Мейсоном, который смотрел так, будто уже считал каждую ошибку и собирался позже разобрать их все по пунктам. Нил медленно вдохнул. Резина. Металл. Пот. Кровь на губе Саймона. Пыльный воздух подвала. Скрип цепей над грушей, которая наконец почти остановилась. — Здесь, — ответил он по-русски. Эндрю кивнул. Саймон повернул голову к ним. — Я не понял, но по тону надеюсь, что меня хвалят. — Нет, — сказал Эндрю. — Жаль. Я заслужил. Нил посмотрел на него. Саймон попытался улыбнуться, но поморщился. — Ладно. Не сейчас. Несколько секунд Нил молчал, потом тихо сказал: — Прости. Саймон моргнул. Мейсон тоже поднял взгляд. Эндрю не изменился, но его внимание стало острее. — За что? — спросил Саймон. Нил посмотрел на его разбитую губу. — За это. — Это был спаринг. — Нет. Саймон помолчал, потом кивнул. — Ладно. Не совсем. Нил сжал пальцы в перчатках. — Я видел не тебя. — Знаю. — Это не оправдание. — Нет, — согласился Саймон. — Но это причина. Он осторожно сел, придерживая ребра. Дыхание у него все еще было неровным, на скуле проступало темное пятно, губа кровила, но глаза оставались ясными. — Зато теперь ты видишь меня, — сказал Саймон. — Это уже прогресс. Нил не стал спорить. Он видел. Слишком четко. Саймона на матах. Эндрю перед собой. Мейсона у стены. Грушу, качающуюся все медленнее. Белую полоску бинта на своей руке. Свет над головой, слишком резкий, немного мигающий на краю зрения. Звуки сверху - голоса, коробки, шаги - больше не сливались в шум. Они снова были отдельными. Ники что-то возмущенно сказал про полотенца. Аарон ответил резко. Кейтлин засмеялась. Коротко, натянуто, но по-настоящему. Жан был наверху. Кевин был наверху. Рико не было здесь. Нил выдохнул. На этот раз до конца. Мейсон заметил это первым. Он всегда замечал именно такие вещи. Не громкие. Не очевидные. Не слова, а то, как плечи опускаются на долю дюйма, как взгляд перестает цепляться за одну точку, как дыхание перестает быть оружием и снова становится просто дыханием. — Лучше, — сказал Мейсон. Нил повернул к нему голову. — Не начинай. — Я не хвалю. — Звучало похоже. — Я констатирую. Саймон фыркнул и тут же пожалел об этом. — Не смешите меня. Мне больно. — Тебя никто не смешит, — сказал Мейсон. — Это спорно. Ты существуешь. Мейсон проигнорировал его и посмотрел на Нила. — Вставай. Эндрю медленно поднял взгляд. — Зачем? — Закрепить. Нил нахмурился. — Что? Мейсон прошел к шкафу у дальней стены. В нем хранилось все, что Кейтлин предпочитала не обсуждать при гостях: аптечка, запасные бинты, защитные накладки, старые тренировочные ножи. Но Мейсон не взял тренировочные. Он открыл нижний ящик. Эндрю сразу изменился. Не двинулся, не сказал ничего, но воздух вокруг него стал острее. Мейсон достал два настоящих ножа. Нил посмотрел на них. Саймон перестал улыбаться. — Мейсон. — Нет, — сказал Эндрю. Мейсон даже не повернул головы. — Да. — Ты хочешь дать ему настоящий нож сейчас. — Я хочу, чтобы он думал. — Тогда дай ему задачу по математике. — Математика не заставит его оставаться в теле. Эндрю сделал шаг ближе. — Настоящий нож заставит его истекать кровью. Мейсон наконец посмотрел на него. — Если он уйдет в голову - да. Тишина в подвале стала тяжелой. Нил понял, что Мейсон делает, раньше, чем решил, согласен ли. Тренировочный нож требовал контроля, но не требовал страха. Не настоящего. Ошибка могла оставить синяк, максимум боль. Настоящий нож был другим. Он менял воздух. Менял расстояние. Делал каждое движение решением, а не жестом. С ним нельзя было просто бить. Нельзя было исчезнуть в ярости и надеяться, что набивка примет удар. Если Нил провалится, он порежется. Если забудет, кто перед ним, порежет Мейсона. Риск должен был удержать его здесь. Это была хорошая мысль. Саймон, сидевший на матах, медленно сказал: — Мы так уже делали. Эндрю резко посмотрел на него. — Что? — Не здесь. Не после такой новости. Но делали. — И ты считаешь это аргументом? — Я считаю это причиной, почему Мейсон знает, что предлагает. Эндрю перевел взгляд на Нила. — Да или нет? Нил смотрел на нож в руке Мейсона. Вес. Блеск. Рукоять. Реальность. Потом на Эндрю. Вопрос был не о Мейсоне. Не о ножах. О выборе. — Да, — сказал Нил. Эндрю не отвел взгляда. — Никакой крови. Мейсон покачал головой. — Я не буду лгать. — Тогда никакого спарринга. — Эндрю, — сказал Саймон. — Молчи. Саймон поморщился, но не замолчал. — Это не про кровь. Это про контроль. Он сейчас вернулся, но еще не закрепился. Кулаки вытащили его наружу. Ножи удержат. — Ты только что был почти избит до треснувшего ребра. — Поэтому, возможно, я разбираюсь в ситуации. — Или получил сотрясение. — Тоже вариант. Нил протянул руку. Мейсон бросил ему нож рукоятью вперед. Эндрю поймал его раньше. Движение было таким быстрым, что Нил не успел даже шагнуть. Эндрю держал нож в руке и смотрел на Нила. — Еще раз, — сказал он. — Да или нет? Нил встретил его взгляд. В груди все еще стояла злость. Но она больше не была черной стеной. Она была углем, который можно было держать, если не сжимать ладонь слишком сильно. — Да, — повторил Нил. — Я здесь. Эндрю задержал взгляд на нем еще на секунду, потом перевернул нож и протянул рукоятью вперед. Нил взял его. Металл лег в ладонь не как обещание и не как угроза. Как вопрос. Мейсон вышел на середину матов. — До касания, — сказал он. — Нет, — ответил Нил. Мейсон чуть приподнял бровь. — Нет? — До трех. Медленно. Контроль важнее скорости. Саймон тихо хмыкнул. — Узнаю ученика. Мейсон почти улыбнулся. — Хорошо. Они встали напротив друг друга. Сначала это действительно работало. Ножи изменили воздух в подвале. Не так, как кулаки. Кулаки позволяли злости идти вперед, искать сопротивление, разбиваться о него и возвращаться обратно уже менее острой. Ножи требовали другого. Они заставляли видеть. Дистанцию. Вес. Плечи. Пальцы. Дыхание. Слишком близкий шаг мог закончиться порезом. Слишком резкий ответ - чужой кровью. С настоящим лезвием нельзя было позволить себе роскошь исчезнуть в голове. Оно не прощало отсутствия. Нил знал это. Мейсон тоже. И первые минуты все держалось именно на этом знании. Мейсон атаковал не быстро, но точно, проверяя не реакцию, а присутствие. Нил уходил с линии, встречал лезвие лезвием, менял угол и отступал, когда мог бы шагнуть вперед. Металл коротко звенел, подошвы шуршали по матам, дыхание выравнивалось. Нил видел Мейсона. Видел маты под ногами, стену с грушами, Эндрю у двери, Саймона на полу у края матов, бледного и злого от боли в ребрах. Он был здесь. Почти. Мейсон сделал выпад к предплечью. Нил отвел нож, развернулся и обозначил касание у плеча, не доводя до пореза. — Один, — сказал Мейсон. Голос был спокойным. Нил вдохнул. Резина. Пот. Металл. Пыль. Здесь. Мейсон пошел снова, уже быстрее. Сталь скользнула по стали, звук резанул подвал острее, чем должен был. Нил ушел назад, но чуть позже, чем надо. Лезвие Мейсона едва коснулось его ребер, не прорезая глубоко, только оставляя тонкую горячую линию под тканью. Эндрю выпрямился. — Это кровь. — Царапина, — сказал Мейсон, не отводя взгляда от Нила. Нил тоже не посмотрел вниз. Он почувствовал запах раньше, чем боль стала настоящей. Кровь. Слабый металлический запах смешался с резиной и потом, и что-то в нем дрогнуло. Не рухнуло сразу. Просто треснуло. Как тонкий лед под ногой: еще держит, но уже сообщает, что держать долго не будет. Мейсон увидел это. Он должен был остановиться. Позже Саймон скажет, что Мейсон всегда видел такие моменты лучше всех. Что именно поэтому он и предложил ножи: потому что умел ловить Нила на границе, не давая ему упасть дальше. Раньше это работало. Но в этот раз Мейсон тоже почувствовал запах крови. И для него подвал тоже изменился. На секунду перед ним был не Нил в доме, который принадлежал ему и Кейтлин. Не взрослый человек, стоящий напротив с ножом, злой, раненый, но живой. Перед ним был другой мальчишка. Другое помещение. Другой свет. Рука, слишком маленькая для рукояти, и взгляд, слишком старый для лица. Кровь на полу, которую нельзя было назвать тренировкой, потому что тренировки не должны пахнуть страхом. Собственный голос, говорящий, что нужно держать нож крепче, потому что иначе он не переживет следующую встречу. Мейсон моргнул. Подвал вернулся. Почти. Нил атаковал. Слишком быстро, слишком низко. Мейсон отбил первый удар и отступил, но Нил уже был внутри дистанции. Его лезвие прошло по боку Мейсона, разрезая ткань и кожу. Не глубоко. Но достаточно, чтобы запах крови стал сильнее. Саймон резко поднял голову. — Стоп. Нил не услышал. Мейсон услышал. Но слово не удержалось в нем. Кровь на боку была не болью. Боль пришла позже. Сначала пришло узнавание. Слишком знакомое тепло под рубашкой. Слишком знакомая мысль: если тебя уже достали, значит, следующего удара ждать нельзя. Мейсон ответил. Не как тренер. Не как человек, который удерживает другого на поверхности. Как человек, которого самого дернуло вниз. Нож прошел по руке Нила. Бинт раскрылся красным, и Нил дернулся не от боли, а от прикосновения прошлого. Запах крови стал плотнее, ближе, настоящей стены между ним и подвалом больше не осталось. Эндрю увидел, как взгляд Нила пустеет. — Нил. Никакой реакции. Нил уже был не здесь. Он был в месте, где нож в чужой руке означал не тренировку, а угрозу. Где каждый человек напротив мог быть человеком отца. Где Мэри говорила двигаться быстрее, потому что медленные умирают. Где страх не назывался страхом, а превращался в решение ударить первым. Эндрю сделал шаг вперед. Саймон, тяжело дыша, поймал его за запястье. — Не лезь. Эндрю даже не посмотрел на его руку. — Нил не здесь. — Я вижу. — Тогда отпусти. — Мейсон справится. Эндрю повернул голову к нему. Саймон держался за эту уверенность упрямо, почти зло. Он тоже видел это раньше. Видел, как Мейсон вытаскивал Нила через ножи, через риск, через необходимость думать. Видел, как Нил возвращался по дыханию, по счету, по боли от неглубокого пореза, потому что Мейсон знал, где остановиться. — Он справится, — повторил Саймон. Эндрю перевел взгляд обратно на маты. На первый взгляд Саймон был прав. Мейсон еще выглядел собранным. Его движения оставались точными, взгляд - направленным, плечи - ровными. Он не бросался вперед. Он отводил Нила по кругу, держал дистанцию, заставлял следить за собой. — Смотри на меня, — сказал Мейсон. — Здесь. Нил, здесь. Нил ответил ударом. Мейсон заблокировал, развернул его запястье и почти смог увести нож вниз. Почти. Нил вывернулся, лезвие мелькнуло снизу вверх, и новая линия крови раскрылась на ключице Мейсона. На этот раз Мейсон отшатнулся. Не от боли. От места, куда боль его вернула. В его прошлом кровь у ключицы была не предупреждением. Это был отсчет. Слишком близко к горлу. Слишком близко к смерти. И если противник уже там, значит, никакой тренировки не существует. Лицо Мейсона стало пустым. Эндрю увидел это. И понял. Не только Нил. Мейсон тоже провалился. — Саймон, — сказал Эндрю. Саймон уже смотрел на Мейсона, и вся уверенность сошла с его лица. — Черт. Дальше все сломалось окончательно. Нил шагнул вперед, Мейсон встретил его не блоком, а ударом. Нож Мейсона прошел по ребрам Нила, глубже, чем первая царапина. Нил не остановился. Его собственное лезвие полоснуло Мейсону по шее, слишком высоко, слишком близко к тому месту, где один неверный миллиметр означал бы конец. Кровь выступила тонкой красной линией. На этот раз даже Саймон перестал дышать. Почти одновременно Мейсон сделал выпад. Не резанул. Вонзил. Нож вошел в плечо Нила. Нил дернулся назад, но не закричал. Только воздух вышел из него коротким, сорванным звуком, и этого звука оказалось достаточно, чтобы Эндрю сорвался с места. — Хватит. Он вошел между ними резко и точно, разрывая дистанцию до того, как кто-то из них успел сделать следующий шаг. Его рука ударила по запястью Мейсона, выкручивая нож вниз, другая врезалась Нилу в грудь и оттолкнула его назад. Нил попытался вернуться. Эндрю встал перед ним. — Нил. Голос был низким. Жестким. Настоящим. Нил не сразу услышал. Эндрю сделал еще шаг ближе. — Натаниэль. Это ударило сильнее боли. Нил резко вдохнул, и подвал начал собираться обратно кусками. Свет. Маты. Кровь. Эндрю перед ним. Нож в плече. Не отец. Не люди отца. Не Мэри за спиной. Не та комната. Эндрю. — Эндрю, — сказал Нил, и голос прозвучал чужим. Позади Саймон, забыв о собственных ребрах, повалил Мейсона на маты. Они упали тяжело, Саймон зашипел от боли, но удержал его, прижимая запястье к полу. — Мейсон! — рявкнул он. — Назови меня. Мейсон дышал часто. Глаза были открыты, но смотрели не совсем сюда. — Назови меня, — повторил Саймон. — Сейчас. Мейсон моргнул. Раз. Другой. Взгляд сфокусировался на лице Саймона. — Саймон, — сказал он хрипло. — Где ты? Пауза. — В подвале. — Чьем? Мейсон закрыл глаза. — Нила и Кейтлин. — Что у тебя на шее? Мейсон вдохнул, и только тогда будто почувствовал кровь. — Порез. — Насколько плохо? — Не вена. — Спасибо за оптимизм, чертов идиот. Эндрю не смотрел на них. Он смотрел только на Нила. На нож в его плече. На кровь у ребер. На разрезанную руку. На взгляд, который все еще цеплялся за настоящее не полностью, а пальцами по краю. — Да или нет? — спросил Эндрю. Нил моргнул. Вопрос оказался якорем. Не боль. Не кровь. Не страх. Выбор. Всегда выбор. — Да, — сказал Нил. Эндрю подошел ближе. Сначала забрал нож из его руки - медленно, пальцы к пальцам, без рывка, пока Нил не разжал хватку. Потом отбросил его в сторону, далеко за пределы матов. — Не трогай, — сказал он, увидев, как взгляд Нила опустился к рукояти ножа в плече. — Я знаю. — Повтори. — Не трогать. Эндрю коротко кивнул. Саймон, все еще удерживая Мейсона на матах, повернул голову. — Аптечка в шкафу. — Я знаю, — сказал Эндрю. — Алису звать? Эндрю посмотрел на Нила. Потом на Мейсона: шея, ключица, бок. Потом снова на Нила: плечо, ребра, рука. — Да. Саймон выругался. — Ники услышит. — Пусть. Наверху, будто в ответ, что-то стихло. Слишком резко. Голоса оборвались один за другим. Эндрю не отвел взгляда от Нила. — Здесь? Нил закрыл глаза. Запах крови все еще был слишком сильным. Резина, металл, пот и пыль смешались с ним так плотно, что подвал на секунду снова попытался сдвинуться куда-то назад, в другое время. Но перед ним был голос Эндрю. Рука Эндрю. Его вопрос. Здесь. Подвал. Дом. Нож в плече. Саймон на матах. Мейсон с рукой у шеи. Не Рико. Не прошлое. — Здесь, — сказал Нил по-русски. Эндрю кивнул. — Хорошо. — Не хорошо, — прошептал Нил. — Нет, — сказал Эндрю. — Но здесь. Сверху послышались быстрые шаги. Кейтлин спускалась первой. За ней, судя по голосам, уже шли остальные. Нил открыл глаза и посмотрел на Мейсона. Тот лежал на матах, уже полностью вернувшийся, слишком бледный, с рукой, прижатой к шее. Кровь темнела у ключицы и на боку. Саймон сидел рядом, одной рукой удерживая его плечо, другой - собственные ребра. Мейсон встретил взгляд Нила. — Прости, — сказал он. Нил посмотрел на нож в своем плече. Потом на красную линию у горла Мейсона. Потом на кровь на матах между ними. — Потом, — сказал он. Мейсон закрыл глаза. — Да. Дверь наверху распахнулась. Первой на лестнице появилась Кейтлин, а следом почти сразу показались Кевин, Жан, Ники, Аарон и Алиса. Им хватило одного взгляда, чтобы разговоры оборвались. Нил сидел на матах, тяжело прислонившись к стене. Из плеча торчал нож, футболка пропиталась кровью у ребер, по предплечью медленно стекали алые капли. Напротив, почти в такой же позе, находился Мейсон. Одной рукой он зажимал шею, кровь уже успела пропитать ворот футболки и расползалась по плечу. Еще одно темное пятно виднелось на боку. Саймон сидел рядом с ним, придерживая его за плечо. Дышал он заметно тяжелее обычного. Несколько секунд никто не произнес ни слова. Первым опомнился Кевин. Он резко повернулся к Эндрю. — Что ты сделал? Эндрю даже не посмотрел на него. Все его внимание по-прежнему оставалось приковано к Нилу. — Не сейчас. — Не сейчас? — Кевин шагнул вперед. — Ты их обоих порезал? — Кевин. Жан перебил его прежде, чем тот успел договорить. — Ты не видел... — Нет. Жан покачал головой. Он смотрел только на Нила. Если бы Эндрю действительно напал на него, Нил сейчас выглядел бы иначе. Слишком иначе. Кевин снова перевел взгляд на кровь, потом на нож в плече Нила, потом на спокойное лицо Эндрю. И от этого становилось только страшнее. Все это время Аарон молча осматривал зал. Его взгляд быстро скользнул по ножу в плече Нила, по руке, прижатой Мейсоном к шее, по окровавленным матам и двум ножам, лежавшим далеко друг от друга. Никаких вопросов он не задал. Только резко развернулся к лестнице. — Ты куда? — растерянно спросил Ники. — За аптечкой. Он уже поднимался наверх. Поднимаясь через две ступеньки, Аарон вспомнил записку Стюарта. «Если однажды понадобится медицинский комплект, не трать время на поиски по дому.» Тогда это показалось ему очередной странной предусмотрительностью. Теперь — нет. Через несколько секунд наверху хлопнула дверь его комнаты. Только после этого вперед вышла Алиса. Она внимательно посмотрела сначала на Саймона. Тот едва заметно берег правый бок. Значит, первое уже произошло. Нил выпустил злость. Потом она перевела взгляд на Мейсона. И внутри все неприятно сжалось. Нет. Только не это. Мейсон не проваливался уже очень давно. Гораздо дольше, чем Нил. Если сегодня это случилось даже с ним... Алиса медленно посмотрела на Нила. И почти сразу все поняла. Новость. Та самая, которую Стюарт поручил им передать. Та самая, из-за которой они вообще прилетели в Пальметто. Ей не нужно было произносить вслух слово «Вороны». Она и без того понимала, что именно эта новость вывела Нила из равновесия настолько, что сначала Саймону пришлось принять на себя всю силу его ярости, а затем Мейсон, пытаясь вернуть Нила обратно, сам переступил ту грань, которую оба не пересекали уже давно. Алиса тихо выдохнула. — Черт... Она подошла ближе и, не глядя ни на Кевина, ни на Жана, тихо спросила по-немецки: — War es die Nachricht? (Это из-за новости?) Нил лишь прикрыл глаза. Ответил Эндрю. — Ja. (Да.) Алиса медленно кивнула. Большего ей не требовалось. — Darüber sprechen wir später. Nicht vor ihnen. (Об этом поговорим позже. Не при них.) Эндрю коротко кивнул. Он понимал, почему она не стала говорить больше. Жану и Кевину пока хватало того, что они уже увидели. Если сейчас назвать настоящую причину, оба немедленно решат, что кровь на матах — их вина. Несколько минут в подвале никто не говорил громче необходимого. Кейтлин и Аарон молча разбирали аптечку, быстро распределяя между собой, кто займется Нилом, а кто Мейсоном. Алиса помогала обоим, успевая подать все раньше, чем кто-либо успевал попросить. Ники нервно ходил из стороны в сторону. Он то подходил ближе, то снова отступал, явно не понимая, куда себя деть. — Может, кто-нибудь наконец объяснит, что произошло? — почти взмолился он. — Вы же просто спустились поговорить. Как вы за полчаса превратили подвал в фильм ужасов? Саймон устало усмехнулся. — Поверь, мы сами предпочли бы другой сценарий. — Это не ответ! — Знаю. Ники беспомощно посмотрел на Алису. Та спокойно покачала головой. — Не сейчас. — Да почему не сейчас? — Потому что сначала мы убедимся, что все живы и будут в порядке. — Они уже не выглядят «в порядке»! — Выглядят гораздо лучше, чем могли бы. Эти слова заставили Ники окончательно замолчать. Кевин до этого момента не сводил взгляда с руки Нила. Потом посмотрел на плечо. На кровь. И вдруг резко выпрямился. — Черт. Все посмотрели на него. — Ты же теперь не сможешь играть. Нил непонимающе нахмурился. — Смогу. — Нет, не сможешь! В голосе Кевина прозвучала настоящая паника. — У тебя плечо повреждено, рука рассечена, ребра... Ты даже клюшку нормально держать не сможешь! — Смогу. — Нил! — Кевин... — Нет! Кевин сделал еще шаг вперед. — До начала сезона осталось совсем немного! Ты вообще понимаешь, что... — Понимаю. — Нет, не понимаешь! — Кевин. На этот раз вмешалась Кейтлин. Она подняла голову и спокойно посмотрела на него. — Он не будет тренироваться. Нил сразу покачал головой. — Буду. — Нет. — Через пару дней... — Нет. — Максимум через неделю. — Нет. Она даже не повысила голос. Просто каждый раз отвечала одинаково спокойно. Аарон, продолжая заниматься Мейсоном, коротко произнес: — Согласен. Нил перевел взгляд на него. — Серьезно? — Да. — Предатель. — Медик. Нил повернулся к Алисе. — Хоть ты скажи им. Она едва заметно улыбнулась. — Я тоже на их стороне. — Отлично. Он обреченно посмотрел на потолок. — Заговор. — Разумный, — невозмутимо ответила Алиса. Нил перевел взгляд на Эндрю, который до сих пор молча стоял рядом. — А ты? Эндрю даже не задумался. — Я на стороне медиков. Нил несколько секунд молча смотрел на него. — Серьезно? — Да. — Даже сейчас? — Особенно сейчас. Нил устало выдохнул. — Замечательно. Он медленно обвел взглядом Кейтлин, Аарона, Алису и Эндрю. — Четверо против одного. — Пятеро, — спокойно поправил Саймон, не меняя положения. — Я тоже за то, чтобы ты сидел спокойно. — Шестеро, — негромко добавил Мейсон. — Хотя бы потому, что не хочу снова получать трещину в ребре из-за твоего упрямства, — буркнул Саймон. Даже Ники невольно кивнул. — Вообще-то... я тоже. Жан посмотрел на Нила и тихо сказал: — И я. Кевин тяжело опустился прямо на край мата и провел ладонями по лицу. — Вот видишь? Даже спорить бессмысленно. Нил оглядел всех присутствующих. Потом совершенно серьезно произнес: — Предатели. — Нет, — спокойно ответил Эндрю. Нил вопросительно посмотрел на него. — Просто сегодня ты никого не убедишь. Несколько секунд Нил молчал. Потом тяжело вздохнул. — Ладно. Он протянул здоровую руку к раскрытой аптечке. — Тогда хотя бы дайте мне иглу. Кейтлин тут же закрыла крышку металлического контейнера с инструментами. — Нет. — Я сам зашью руку. — Нет. — Я умею. — Мы знаем. — Тогда в чем проблема? Ответ прозвучал почти одновременно. — Нет. Нил медленно перевел взгляд с Кейтлин на Аарона, потом на Алису и наконец на Эндрю. — Это уже не заговор. Эндрю едва заметно приподнял уголок губ. — Это единогласное решение. Даже Мейсон тихо усмехнулся. — Впервые вижу, чтобы ты проиграл голосованием. Нил обреченно покачал головой. — Худший день за последние несколько месяцев. Пока Кейтлин продолжала возиться с его рукой, Нил молчал, глядя куда-то в пол. Потом медленно поднял голову и посмотрел на Алису. Заговорил он по-немецки. — Wir hatten nach dem Umzug einen Plan. (У нас после переезда был план.) Алиса внимательно посмотрела на него. — Welcher? (Какой?) — Zum Court fahren. Trainieren. (Поехать на корт. Потренироваться.) Она едва заметно нахмурилась, не понимая, к чему он ведет. Нил ненадолго замолчал. Потом тихо добавил: — Noch eine Person muss davon erfahren. (Еще один человек должен узнать.) Алиса сразу перестала смотреть на Нила. Она перевела взгляд на Эндрю. Тот понял раньше, чем она успела что-либо спросить. Имена никто не произносил. Не было смысла. Они звучали одинаково на любом языке. Эндрю спокойно ответил на том же немецком: — Du hast recht. Je früher, desto besser. (Ты прав. Чем раньше, тем лучше.) Алиса несколько секунд молчала. Потом медленно кивнула. Она уже поняла, о ком идет речь. О человеке, который должен узнать новость раньше, чем услышит ее случайно от кого-то другого. И который наверняка захочет сам решить, что делать дальше. Она посмотрела сначала на Нила, потом на Жана и Кевина, после чего негромко сказала: — Dann versammeln wir alle auf dem Platz. (Тогда соберем всех на корте.) Нил вопросительно посмотрел на нее. Алиса пожала плечами. — Sagen wir es einmal. Für alle auf einmal (Скажем один раз. Для всех сразу.) Она выдержала короткую паузу. — Dann muss man nicht immer wieder auf dieses Thema zurückkommen. (Тогда не придется возвращаться к этому разговору снова и снова.) Эндрю коротко кивнул. — Ein kollektiver Schock verfliegt schneller. (Коллективный шок проходит быстрее.) Нил невольно усмехнулся. Даже сейчас эта фраза прозвучала удивительно в стиле Эндрю. Алиса тихо фыркнула. — Grausam. (Жестоко.) Эндрю пожал плечами. — Dafür ist es aber effektiv. (Зато эффективно.) Нил опустил взгляд на собственную перевязанную руку. — Heute wird dieser Satz von niemandem gewürdigt. (Сегодня эту фразу никто не оценит.) — Nein, — спокойно согласилась Алиса. — Dafür muss morgen niemand dieses Gespräch ein zweites Mal durchstehen (Нет. Зато завтра никому не придется переживать этот разговор во второй раз.) Кейтлин закончила перевязку руки Нила и еще раз внимательно осмотрела плечо. — Пока сойдет. — Очень обнадеживает, — пробормотал Нил. — Это был комплимент. Нил только тихо хмыкнул. Пока Аарон переходил к Саймону, осторожно ощупывая его ребра, Алиса снова посмотрела на Нила. Потом перевела взгляд на Эндрю и заговорила по-немецки: — Die beiden hatten übrigens auch Pläne für heute. (У этих двоих, между прочим, тоже были планы на сегодня.) Она едва заметно кивнула в сторону Саймона и Мейсона. Нил нахмурился. — Welche Pläne? (Какие планы?) Эндрю ответил почти сразу. — Überraschung (Сюрприз) Нил нахмурился. Алиса достала телефон. — Dann werde ich zunächst den Chef darüber informieren, dass sich der heutige Plan ändert. (Тогда сначала предупрежу главного, что сегодняшний план меняется.) Пальцы быстро забегали по экрану. Несколько секунд Алиса молча набирала сообщение. Новость вывела Нила из равновесия. Саймон принял на себя рукопашный спарринг. Во время ножевого спарринга Нил и Мейсон одновременно провалились. Эндрю остановил бой. Все живы. У Нила ножевое ранение в плечо и несколько порезов. У Мейсона порезы. У Саймона, похоже, трещина ребра. Кейтлин и Аарон уже занимаются всеми. Сегодняшний план придется изменить. Она еще раз быстро перечитала текст. Никаких эмоций. Только факты. Именно так Стюарт предпочитал получать подобные отчеты. Алиса нажала «отправить» и убрала телефон обратно в карман. — Теперь он знает. Эндрю коротко кивнул. — Значит, звонок будет меньше чем через минуту. — Скорее всего. Все это время Жан, Кевин и Кейтлин молча наблюдали за разговором, не понимая ни слова. Первым не выдержал Кевин. — Может, кто-нибудь наконец объяснит, о чем вы вообще говорите? — Поддерживаю, — тихо сказал Жан. Кейтлин тоже вопросительно посмотрела на Алису. — Вы уже несколько минут разговариваете по-немецки. Ники неожиданно поднял руку. — Между прочим... Все повернулись к нему. — Я немецкий знаю. Наступила короткая пауза. — И от этого только хуже. Алиса вопросительно приподняла бровь. — Почему? Ники беспомощно развел руками. — Потому что слова я понимаю. Он ткнул пальцем сначала в Нила, потом в Эндрю и Алису. — Корт... главный... кто-то еще должен узнать... планы... Он тяжело вздохнул. — Каждое предложение отдельно имеет смысл. Но вместе... Он покрутил пальцем у виска. — У меня вообще ничего не складывается. Эндрю едва заметно усмехнулся. — Значит, все идет по плану. — Это был не ответ! — Знаю. Ники только обреченно закатил глаза. В этот момент телефон Мейсона, лежавший рядом на матах, коротко завибрировал. Все невольно посмотрели в его сторону. Мейсон поднял телефон. На экране высветилось одно слово. Стюарт. Он встретился взглядом с Алисой. Та молча кивнула. Мейсон провел пальцем по экрану и поднес телефон к уху. — Да. Стюарт не поздоровался. — Все живы? — Да. — В сознании? — Да. — Кейтлин там? Мейсон перевел взгляд на нее. — Да. — Дай ей телефон. Кейтлин молча взяла трубку. — Привет, пап. Голос Стюарта стал тише, но не мягче. — Докладывай. Кейтлин коротко перечислила повреждения: Нил, Мейсон, Саймон. Без лишних подробностей, только то, что действительно имело значение. — Больница? — спросил Стюарт. Кейтлин посмотрела сначала на Аарона, потом на Алису. Оба отрицательно качнули головой. — Пока нет. — Хорошо. Дай Мейсона. Кейтлин протянула телефон обратно. Мейсон взял его. — Да. На другом конце несколько секунд молчали. Потом Стюарт сказал очень спокойно: — Я отправлял тебя успокоить Нила. Мейсон опустил взгляд. — Да. — Не травмировать его. — Знаю. — Судя по сообщению Алисы, это знание тебе не очень помогло. В голосе Стюарта не было крика, но именно поэтому фраза прозвучала тяжелее. Мейсон не стал оправдываться. — Я провалился. — Я понял. — Виноват. Стюарт помолчал. — Да. Виноват. Но не только ты. Нил резко поднял голову. — Дай сюда. Мейсон посмотрел на него. — Нил... — Дай. Мейсон передал телефон. Нил прижал его к уху здоровой рукой. — Ты тоже виноват. На другом конце линии стало тихо. Потом Стюарт хмыкнул. — Приятно, что ты жив и уже злишься. — Я не шучу. — Я тоже. — Ты мог предупредить, что они приедут. Нил бросил взгляд на Саймона, Алису и Мейсона. — Мы с Жаном зашли в дом, я увидел чужую машину и чуть не прирезал Саймона. Саймон поднял руку. — Почти прирезал. — Не помогай. — Молчу. Стюарт выдохнул. — Саймон должен был ждать на улице. Нил замолчал. Саймон виновато поморщился. — Технически... да. Алиса скрестила руки на груди. — Я говорила ему ждать снаружи. Мейсон сухо добавил: — Все говорили. Нил снова прижал телефон к уху. — Все равно ты мог предупредить. — Мог, — согласился Стюарт. — Но тогда ты начал бы задавать вопросы раньше времени. — И? — И я хотел, чтобы новость тебе передал человек, который будет стоять рядом, а не голос в телефоне. Нил сжал губы. На это возразить было сложнее. Стюарт продолжил: — Но Саймон действительно должен был ждать снаружи. За это я разберусь с ним отдельно. — Не надо. Саймон удивленно поднял брови. Нил посмотрел на Мейсона. — И с Мейсоном тоже не надо. — Нил. — Нет. Голос Нила стал жестче. — Мейсон пытался меня вытащить. Он не хотел, чтобы все так закончилось. Это... само так случилось. В подвале стало тише. Мейсон смотрел в пол. Алиса отвела взгляд. Саймон перестал улыбаться. Стюарт долго молчал. — Само так не случается, — наконец сказал он. — Но я понял, что ты хочешь сказать. Нил выдохнул. — Он не враг. — Я знаю. — Тогда не говори с ним так, будто он специально воткнул мне нож в плечо. — Я говорю с ним так, потому что доверил ему тебя. Нил замолчал. Стюарт добавил уже тише: — И потому что он сам понимает, насколько близко все подошло к плохому концу. Нил посмотрел на Мейсона. Тот не спорил. Нил устало прикрыл глаза. — Ладно. — Ладно, — повторил Стюарт. — Теперь слушай. Раз все живы, план меняется, но не отменяется. Стюарт снова стал серьезным. — Сейчас важнее другое. Новость должен узнать еще один человек. И лучше не тянуть. Несколько секунд в подвале было тихо. А потом Нил вдруг рассмеялся. Не громко. Скорее устало. Стюарт замолчал. — Что? Нил покачал головой, продолжая улыбаться. — Ничего. Он посмотрел сначала на Эндрю. Потом на Алису. — Мы буквально минуту назад обсуждали то же самое. Эндрю едва заметно кивнул. — Один в один. Алиса тихо усмехнулась. — Нил сам сказал, что эту новость должен узнать еще один человек. Потом мы решили собрать всех на корте и рассказать всем сразу. На другом конце линии послышался негромкий смешок. — Значит, мыслите в правильную сторону. — Или слишком долго живем рядом с тобой, — пробормотал Нил. — Одно другому не мешает. Нил снова покачал головой. — Знаешь, что раздражает больше всего? — Что? — Мы уже все решили. Потом ты звонишь и предлагаешь абсолютно тот же план. Эндрю спокойно добавил: — Причем слово в слово. Стюарт тихо рассмеялся. — Это даже приятно. — Что именно? — Что мне больше не приходится думать за вас. Нил закатил глаза. — Не привыкай. — Уже поздно. На несколько секунд воцарилась тишина. Потом Стюарт заговорил уже деловым тоном: — Тогда действуйте по своему плану. — Хорошо. — Но есть небольшое изменение. Нил насторожился. — Какое? — Саймон остается дома. Саймон открыл рот. — Что? — У тебя трещина ребра. Сегодня твоя главная задача — как можно меньше двигаться. — Но... — Это не обсуждается. Саймон тяжело вздохнул. — Есть. Стюарт продолжил: — И Мейсон тоже остается. Мейсон вопросительно нахмурился. — Мне нужно дождаться подарка? На мгновение в подвале стало тихо. Нил непонимающе посмотрел на телефон. — Какого подарка? Стюарт только хмыкнул. — Потом узнаешь. Нил обреченно прикрыл глаза. — Опять. Стоявший рядом Эндрю едва заметно приподнял уголок губ. Он ничего не сказал. Она коротко посмотрела на него. Эндрю едва заметно качнул головой. Потом. Стюарт продолжил, словно ничего не произошло: — Алиса, поедешь со всеми. — Поняла. — Мейсон, останешься здесь. Когда все привезут, примешь подарок. — Хорошо. — Саймон. — Да? — Лежи. Саймон тяжело вздохнул. — Очень содержательный приказ. — Зато понятный. Даже Нил невольно усмехнулся. Стюарт выдержал короткую паузу. — И последнее. Он снова обратился к Нилу. — Сегодня ты не тренируешься. Нил сразу нахмурился. — Смогу. — Нет. — Но... — Нет. Кейтлин, Аарон, Алиса и Эндрю одновременно кивнули. Стюарт спокойно продолжил: — Остальные могут. Нил — нет. Ники сразу поднял руку. — Вот! Это уже звучит гораздо лучше. Кевин облегченно выдохнул. — Хотя бы команда сегодня потренируется. — Именно, — подтвердил Стюарт. — Мир не остановится, если один нападающий один день не выйдет на корт. — Это спорное утверждение, — буркнул Нил. — Для тебя — да. Для всех остальных — нет. Подвал ненадолго погрузился в молчание. Потом Стюарт добавил уже спокойнее: — Позвони мне после разговора на корте. — Позвоню. — Береги плечо. Нил тихо фыркнул. — Постараюсь. — Вот это уже правильный ответ. Связь оборвалась. Мейсон молча забрал телефон. Ники оглядел всех присутствующих. — Так... теперь можно спросить, что за подарок? Эндрю спокойно ответил раньше остальных: — Нельзя. Ники обреченно застонал. — Когда-нибудь вы все-таки сведете меня с ума. Собираться пришлось медленнее, чем Нилу хотелось. Кейтлин не позволила ему подняться, пока еще раз не проверила перевязку на плече и руке. Аарон, закончив с Саймоном, коротко сказал ему сидеть и дышать неглубоко, на что Саймон ответил таким страдальческим взглядом, будто его приговорили к смертной скуке. — Не драматизируй, — сказала Алиса. — У меня треснуто ребро. — Именно поэтому ты остаешься здесь. — Я могу морально поддерживать. — Морально поддерживай диван. Мейсон, уже с перевязанной шеей и боком, молча поднялся, но Кейтлин посмотрела на него так, что он сразу остановился. — Ты тоже никуда не едешь. — Я помню. — Хорошо. — Я дождусь подарка. Нил нахмурился. — Какого подарка? Мейсон посмотрел на него с совершенно пустым лицом. — Не знаю. — Врешь. — Возможно. Эндрю, стоявший у двери, промолчал, но уголок его рта едва заметно дернулся. Он понял, о чем говорил Стюарт, еще в подвале, но не собирался лишать Нила очередного повода злиться на сюрпризы. Когда все наконец поднялись наверх, дом выглядел странно обычным. Коробки стояли у стен, сумки лежали у лестницы, в воздухе все еще пахло кофе и картоном. Будто несколько минут назад внизу не было крови, ножей и разговора, после которого их всех снова тянуло на корт. Эндрю остановился у входной двери и достал телефон. Нил заметил это сразу. — Кому? — Тренеру. — Что пишешь? — Чтобы приехал на корт. Нил коротко кивнул. Эндрю набрал сообщение быстро, без лишних объяснений. Нужно поговорить. Приезжайте на корт. Сегодня. Через несколько секунд телефон завибрировал. Эндрю посмотрел на экран. Какого черта опять? Он показал сообщение Нилу. Тот устало усмехнулся. — Очень точно. Эндрю ответил: На корте объясним. Больше он ничего не добавил. Они вышли из дома двумя группами. В первую машину сели Эндрю, Нил, Кевин и Жан. Во вторую — Алиса, Кейтлин, Аарон и Ники. Саймон остался в гостиной с приказом не вставать без необходимости, а Мейсон — у окна, с телефоном в руке и видом человека, который уже смирился с тем, что остаток дня проведет под наблюдением чужого подарка. Дорога до корта прошла почти без разговоров. Нил сидел рядом с Эндрю и смотрел в окно, стараясь не двигать плечом. Кевин несколько раз бросал на него короткие раздраженные взгляды, будто пытался силой заставить его осознать, что тренироваться ему сегодня действительно нельзя. — Я не выйду на поле, — наконец сказал Нил. — Ты сказал это так, будто хочешь, чтобы тебе поверили, — сухо ответил Кевин. — Я понял запрет. — Нет. Ты услышал запрет. Это разные вещи. Жан тихо фыркнул. Нил посмотрел на него. — Не начинай. — Я ничего не сказал. — Громко подумал. — Возможно. Эндрю молча вел машину. Когда они добрались до Лисьей норы, Ваймака еще не было. Парковка перед стадионом казалась слишком пустой после всего, что произошло в доме. Нил вышел из машины осторожнее обычного, но все равно почувствовал, как плечо неприятно дернуло болью. Кевин заметил. — Вот именно поэтому ты не играешь. — Я просто вышел из машины. — И уже выглядишь так, будто сейчас упадешь. — Я не упаду. — Не проверяй. Алиса остановилась рядом с Кейтлин и внимательно оглядела здание. — Значит, это он. — Лисья нора, — сказал Кевин с таким видом, словно представлял святыню. Ники закатил глаза. — О нет. Сейчас начнется экскурсия. — Молчи, — отрезал Кевин. — Нил еще не видел корт. — Правда. Кевин посмотрел на него почти оскорбленно. — Тогда идем. Он повел их внутрь так уверенно, будто стадион принадлежал лично ему. Нил, Алиса и Кейтлин шли рядом, пока Жан, Аарон и Ники переглядывались за их спинами. Корт открылся перед ними огромным, ярко освещенным пространством. Белые стены. Оранжевая полоса. Следы лисьих лап. Пустые трибуны, уходящие вверх рядами. Нил остановился у входа и на несколько секунд забыл обо всем. О плече. О новостях. О крови на матах. Перед ним был корт. Настоящий. И впервые за долгое время это место не выглядело как угроза. Кевин, заметив его выражение, едва заметно смягчился. — Здесь тренируются Лисы. Нил медленно обвел взглядом площадку. — Неплохо. — Неплохо? — возмутился Кевин. Кейтлин тихо рассмеялась. Алиса рассматривала корт иначе — не как игрок. Она отмечала выходы, обзор, высоту ограждений, расстояния и пустые проходы. — Большой. — Шестьдесят пять тысяч мест, — автоматически сказал Кевин. — Конечно, ты знаешь точное число, — пробормотал Ники. Кевин проигнорировал. Он показал Нилу раздевалки, выход на поле, тренерскую зону и коридор к служебным помещениям. Кейтлин слушала с интересом, Алиса — внимательно, а Нил молчаливее обычного, но не отстраненно. Когда экскурсия закончилась, Кевин словно вспомнил, что у него есть еще одна задача. — Все. Теперь тренировка. Нил даже не успел открыть рот. Кевин сразу указал на него пальцем. — Не ты. — Я ничего не сказал. — Твое лицо сказало. — Мое лицо молчало. — Твое лицо всегда пытается нарушить медицинские запреты. Аарон усмехнулся. — В этот раз Кевин прав. Нил посмотрел на него с предательством во взгляде. — Ты сегодня слишком часто на его стороне. — Потому что ты сегодня слишком часто ранен. Кевин уже переключился на остальных. — Ники, Аарон, Жан. На поле. Ники моргнул. — Что? Почему я? — Потому что ты стоишь. — Это не причина! — Для Кевина — причина, — спокойно сказал Жан и уже пошел за клюшкой. Аарон тяжело вздохнул, но тоже последовал за ними. Кевин остановился перед Эндрю. — Ты тоже. Эндрю посмотрел на него пустым взглядом. — Нет. — Эндрю. — Нет. — Нам нужен вратарь. — Мне все равно. — Это тренировка. — Для вас. Кевин сжал челюсть. — Ты просто будешь стоять в воротах. — Нет. — Пять минут. — Нет. — Эндрю. — Если скажешь мое имя еще раз, я уйду на парковку. Кевин замолчал. Ники, уже тащивший клюшку, тихо сказал: — Я бы на твоем месте поверил. Жан взял шлем и посмотрел на Кевина. — Он не пойдет. — Я сам вижу. — Тогда зачем продолжаешь? Кевин раздраженно выдохнул. — Потому что однажды он должен начать слушать нормальные просьбы. Эндрю спокойно достал сигарету, но не зажег ее в помещении. — Начни с нормальных людей. Нил тихо фыркнул. Кевин бросил на него взгляд. — И ты не играешь. — Я уже понял. — Просто напоминаю. — Очень заботливо. — Не испытывай мое терпение. — У тебя его почти нет. Жан окончательно не выдержал и улыбнулся. Кевин, поняв, что спор проигран, резко развернулся к полю. — Все. Работаем. Ники уныло пошел следом. Аарон — молча. Жан — спокойно, но с легким напряжением в плечах. Эндрю остался рядом с Нилом у борта. Алиса и Кейтлин тоже не пошли на поле. Некоторое время они молча смотрели, как Кевин начинает раздавать указания так, будто от этой тренировки зависела судьба сезона. Нил оперся здоровым плечом о стену. — Он всегда такой? Эндрю посмотрел на Кевина. — Нет. Нил удивленно поднял бровь. — Бывает хуже. Первые несколько минут Нил действительно просто стоял у борта. Он смотрел на поле молча. Кевин уже успел разбить остальных на упражнения. Ники возмущался почти после каждого замечания, Аарон отвечал только тогда, когда это было действительно необходимо, а Жан работал спокойно, будто старался не думать ни о чем, кроме мяча. Нил следил за каждым движением. За тем, как мяч меняет направление. Как Жан открывается. Как Кевин исправляет положение клюшки. Как Ники снова забывает вовремя закрыть зону. Пальцы здоровой руки сами собой начали сжиматься. Потом разжиматься. Через несколько секунд Нил уже едва заметно переступал с ноги на ногу. Плечо тянуло. Тело помнило о ранении, но все остальное отчаянно хотело оказаться там. На поле. С клюшкой в руках. Он почти не заметил, что сделал шаг вперед. Совсем небольшой. Будто расстояние до площадки можно было сократить незаметно. Эндрю заметил сразу. Он несколько секунд молча наблюдал за Нилом. Потом спокойно сказал: — Нет. Нил даже не посмотрел на него. — Я просто смотрю. — Врешь. — Не вру. — Ты уже играешь. Нил нахмурился. — Что? — Только в голове. Нил снова перевел взгляд на поле. Эндрю оказался прав. Он уже мысленно был там. Просчитывал передачи. Исправлял ошибки Ники. Двигался вместе с Жаном. Спорил с Кевином. Каждую секунду. Эндрю тихо вздохнул. — Пошли. — Куда? — В комнату отдыха. — Зачем? — Чтобы ты перестал мучить себя. Нил недовольно посмотрел на него. — Я не мучаю. Эндрю молча кивнул в сторону поля. В этот самый момент Нил машинально сделал еще полшага вперед. Он сам этого даже не заметил. Эндрю поднял бровь. Нил посмотрел сначала на собственные ноги, потом снова на Эндрю. — Это случайно. — Конечно. — Правда. — Именно поэтому ты уже второй раз идешь на поле. Нил раздраженно выдохнул. — Это нечестно. — Зато эффективно. Эндрю развернулся и, не дожидаясь ответа, направился к комнате отдыха. Через несколько секунд за спиной послышались шаги. — Ненавижу тебя. — Знаю. Комната отдыха оказалась неожиданно тихой. Поля отсюда видно не было. Толстые стены скрывали площадку, и только приглушенные голоса время от времени доносились из-за двери. Нил сел на диван и несколько секунд действительно сидел спокойно. Потом снаружи послышался свисток. Следом — голос Кевина. Даже сквозь закрытую дверь было понятно, что он снова чем-то недоволен. Нил невольно повернул голову в сторону выхода. Потом еще раз. Через минуту он уже прислушивался к каждому звуку. — Ники! Нет! Я сказал — вправо! — Да сколько у тебя этих «вправо»?! — Два! Нил едва заметно улыбнулся. Эндрю наблюдал за ним молча. Он видел, как меняется выражение лица Нила каждый раз, когда за дверью слышался удар мяча, скрип кроссовок или очередной окрик Кевина. Нил даже не осознавал этого. Его пальцы сами собой начали отбивать ритм по колену. Плечи напряглись. Он уже не сидел расслабленно. Слушал. Будто пытался по одним звукам представить все, что происходит на площадке. — Не получится, — спокойно сказал Эндрю. Нил перевел на него взгляд. — Что? — Перестать играть. Несколько секунд Нил молчал. Потом тихо выдохнул. — Ненавижу сидеть без дела. — Знаю. За дверью снова раздался голос Кевина. На этот раз еще громче. — Жан! Не отпускай мяч так рано! Почти сразу послышался спокойный ответ Жана, которого они уже не разобрали. Затем — смех Ники. И новый окрик Кевина. Нил машинально подался вперед, будто собирался встать. Эндрю даже головы не повернул. — Нет. Нил снова откинулся на спинку дивана. — Я просто хотел... — Выйти. — Посмотреть. — Нет. — Эндрю... — Нет. Нил недовольно потер лицо здоровой рукой. За дверью снова раздался голос Кевина. На этот раз его почти сразу перебила Алиса. Даже через толстую дверь ее было слышно удивительно хорошо. — Кевин! Несколько секунд тишины. Потом снова Алиса: — Это тренировка! Не надо срывать злость на остальных! На этот раз Кевин ответил уже значительно тише, и слов было не разобрать. Нил невольно усмехнулся. — Получил. Эндрю коротко кивнул. — Заслуженно. Через несколько секунд Алиса снова повысила голос: — Жан здесь ни при чем! И Аарон тоже! Если хочешь злиться на кого-то — злись на Нила, когда он поправится! За дверью наступила тишина. Потом неожиданно послышался громкий голос Ники: — Вот! Полностью поддерживаю! Нил тихо рассмеялся. — Хоть кому-то там весело. Эндрю ничего не ответил. Он смотрел не на дверь. На Нила. И видел, что тот по-прежнему напряжен. Каждый звук с площадки только сильнее напоминал ему, где он сейчас должен был быть. В этот момент где-то со стороны главного входа послышался характерный звук тяжелой двери. Она открылась, затем почти сразу захлопнулась. Нил мгновенно поднял голову. Эндрю сделал то же самое. Они переглянулись. — Приехал, — одновременно сказали оба. Несколько секунд спустя в коридоре послышались уверенные шаги. Тяжелые. Быстрые. Без колебаний. Нил усмехнулся. — Судя по шагам, настроение у него отличное. Эндрю поднялся с дивана. — Сейчас проверим. Шаги остановились прямо за дверью комнаты отдыха. Через мгновение ручка медленно опустилась вниз. Дверь открылась. Ваймак вошел в комнату отдыха быстрым шагом и сразу остановился. Первым делом он посмотрел на Нила: на перевязанное плечо, на бинт, скрывавший предплечье, на усталое лицо. Потом перевел взгляд на Эндрю. — Что случилось? Нил ответил не сразу. За стеной раздался свисток. Следом — раздраженный голос Кевина: — Ники! Еще раз! Ваймак машинально повернул голову к двери. Тренировка продолжалась. Значит, если Эндрю сидит здесь, а Нил не выходит на площадку, дело действительно серьезное. Он снова посмотрел на перевязки. — Это кровь? — Уже нет, — спокойно ответил Нил. — Не шути. — Не пытаюсь. Несколько секунд они молчали. Потом Ваймак кивнул на плечо. — Кто перевязал? — Кейтлин и Аарон. Ваймак перевел взгляд на Эндрю. — И насколько все плохо? Эндрю едва заметно пожал плечом. — Не уверен. Ваймак нахмурился. — В каком смысле? Эндрю посмотрел на него с привычным спокойствием. — У Нила в плече был нож. На несколько секунд в комнате стало совсем тихо. Ваймак медленно повернул голову к Нилу. — Что? Нил выдержал его взгляд. — Сейчас уже нет. Ваймак коротко прикрыл глаза и шумно выдохнул, будто именно этого ответа и ждал, но все равно оказался к нему не готов. — Ладно, — сказал он наконец, и в голосе уже отчетливо проступило раздражение. — Что еще? Нил едва заметно повел плечом. — Ничего критичного. Эндрю тут же посмотрел на него. — Он порезал другому шею рядом с артерией. Нил устало потер лоб. — Не артерию. — Рядом с ней, — так же ровно уточнил Эндрю. — И сломал ребро еще одному. Нил поморщился. — Там всего трещина. Ваймак уставился на него так, будто всерьез пытался понять, издевается тот или нет. — То есть нож в плече и шея рядом с артерией тебя не смущают, а ребро ты решил уточнить? Нил промолчал. Ваймак несколько секунд просто смотрел на него, потом резко отвернулся и провел ладонью по лицу. — Господи, Нил. За стеной снова раздался удар мяча. Почти сразу следом донесся голос Кевина, потом чей-то смех. Будто по ту сторону двери продолжался самый обычный день. Ваймак обернулся обратно. — Поэтому ты сидишь здесь, а не на площадке? Эндрю коротко кивнул. — Он бы стоял у борта и мучил себя. Нил недовольно посмотрел на него. — Я просто хотел посмотреть тренировку. — Именно, — отозвался Эндрю. За стеной снова раздался голос Кевина. Почти сразу его перебил женский голос - громкий, уверенный: — Кевин! Это тренировка! Не надо срывать злость на остальных! Ваймак нахмурился и несколько секунд прислушивался. Женский голос снова донесся через дверь: — Жан здесь ни при чем! И Ники тоже! Если хочешь злиться - найди другую причину! Ваймак вопросительно посмотрел на Нила. — Кто это? Нил невольно улыбнулся. — Алиса. — Алиса? — Моя подруга. Ваймак нахмурился еще сильнее. Имя ничего ему не говорило. — Она приехала с тобой? — Да. — И сейчас командует Кевином? Нил тихо усмехнулся. — Похоже на то. За дверью послышался возмущенный голос Ники: — Спасибо! Хоть кто-то это сказал! Даже Эндрю едва заметно приподнял уголок губ. Ваймак перевел взгляд с него на Нила. — Кроме Алисы есть еще кто-то? — Да. — Кто? — Саймон и Мейсон. — Тоже друзья? Нил кивнул. — Да. — Они сейчас здесь? — Нет. Остались дома. Ваймак медленно кивнул. Имена он запомнил, но пока они ничего для него не значили. За дверью снова стало шумно. На этот раз Алиса что-то сказала уже значительно тише, и Кевин почти сразу перестал повышать голос. Ваймак невольно усмехнулся. — Кажется, она уже лучше справляется с Кевином, чем я. — Возможно, — согласился Нил. Ваймак снова посмотрел на него. — Ладно. Он сел в кресло напротив. — Теперь рассказывай. Что случилось настолько серьезное, что ты сначала оказался с ножевым ранением, а потом тебя пришлось прятать от собственного желания выйти на поле? Нил несколько секунд молчал. За стеной снова послышался удар мяча. Следом - голос Кевина. Потом смех Ники. Будто за дверью продолжался самый обычный тренировочный день. Нил медленно поднял голову и посмотрел Ваймаку прямо в глаза. — Вороны переходят в наш округ. Ваймак не сразу понял смысл сказанного. Несколько секунд он просто смотрел на Нила, потом нахмурился. — Что? — Со следующего сезона. Тишина. Короткая, почти хрупкая, но ее хватило, чтобы Нил увидел момент, когда до Ваймака наконец дошел смысл этих слов. — Нет. Это прозвучало резко. Почти автоматически. — Нет. Нил ничего не ответил. Ваймак резко поднялся с кресла. — Это шутка? — Нет. — Нил. — Я не шучу. Ваймак несколько секунд просто смотрел на него, потом нервно провел ладонью по лицу. — Нет... подожди. Он сделал несколько шагов по комнате, остановился и снова посмотрел на Нила. — Ты сейчас говоришь о... Эверморе? — Да. — О Рико? — Да. — О том, что мы будем играть с ними в одном округе? — Да. Ваймак тихо выругался. Очень тихо, но настолько искренне, что даже Эндрю поднял на него взгляд. — Какого черта... Он снова начал ходить по комнате. — Это невозможно. Нил промолчал. — Кто вообще мог принять настолько идиотское решение? Ответа не последовало. Ваймак и сам понял, что спрашивает не того человека. Он резко остановился. — Насколько это точно? — Сто процентов. — Черт... Он ударил ладонью по бедру, потом еще раз потер лицо. — Когда ты узнал? — Сегодня. — И поэтому... Ваймак посмотрел на перевязанное плечо, на руку, на усталое лицо. Все наконец сложилось. Он медленно выдохнул. — Поэтому ты сорвался. Нил кивнул. — Да. Несколько секунд Ваймак молчал. Потом спросил уже тише: — Кроме нас кто-нибудь знает? — Да. — Кто? — Эндрю. Алиса, Саймон и Мейсон. — Все? — Все. Ваймак снова опустился в кресло. Локти легли на колени. Несколько секунд он просто сидел, опустив голову. За дверью раздался очередной окрик Кевина. Потом что-то ответил Ники. Обычная тренировка. Обычный день. Только теперь Ваймак понимал, что обычным он уже не будет. Он поднял голову. Посмотрел сначала на Нила, потом на Эндрю. — Кевин еще не знает? — Нет. — Жан тоже? — Нет. Ваймак медленно кивнул. — Господи... Он тяжело выдохнул. — И когда мне собирались это сообщить? После того как я сам увижу расписание? Нил выдержал короткую паузу. — Скоро. Ваймак невесело усмехнулся. — Как мило. Нил смотрел на него спокойно. — Тебе бы все равно сообщили до начала сезона. Скорее всего сообщат совсем скоро. Ваймак ничего не сказал. — Но с этим уже ничего не сделать, — тихо закончил Нил. Эти слова повисли в комнате тяжелее всего остального. Ваймак опустил взгляд в пол, потом медленно кивнул - не потому, что смирился, а потому, что понимал: Нил прав. — Вот поэтому ты и попросил приехать сюда, — сказал он наконец. Нил спокойно кивнул. — Да. — Чтобы сказать всем сразу. — Да. Ваймак невесело усмехнулся. — Ненавижу такие собрания. Эндрю сухо произнес: — Мы тоже. Несколько секунд никто не говорил. Потом Ваймак медленно поднялся. — Ладно. Он посмотрел в сторону двери, за которой продолжалась тренировка. — Значит, пойдем ломать еще несколько жизней за один вечер. Ваймак первым вышел из комнаты отдыха. Нил и Эндрю молча пошли следом. Едва они появились у выхода к площадке, Алиса первой заметила тренера. Она посмотрела сначала на Ваймака, потом на Нила и сразу поняла: разговор уже состоялся. Не говоря ни слова, она громко хлопнула в ладоши. — Все. Заканчиваем. Кевин резко обернулся. — Нет. Алиса даже не посмотрела на него. — Да. — Мы только начали. — Кевин. Он раздраженно снял шлем. — Что? Алиса спокойно скрестила руки на груди. — Если ты продолжишь гонять их в таком темпе еще хотя бы десять минут, Лисам придется искать двух новых защитников. Кевин непонимающе нахмурился. — Почему? Она кивнула в сторону Ники и Аарона. Оба тяжело дышали; Ники и вовсе уже опирался клюшкой о пол. — Потому что эти двое тебя не переживут. Ники поднял руку. — Спасибо. Аарон только молча кивнул. Даже он выглядел заметно уставшим. Кевин открыл рот, собираясь возразить, но тут посмотрел на Ваймака. Тот стоял у борта, сложив руки на груди. Лицо у него было слишком серьезным. Кевин сразу перестал спорить. Что-то случилось. Все постепенно начали снимать шлемы и подходить ближе. Даже Ники перестал шутить. Когда все собрались, несколько секунд никто не говорил. Ваймак обвел взглядом каждого, потом спокойно произнес: — Есть новость. Она не понравится никому. Ники нервно усмехнулся. — После такого начала обычно хочется убежать. — Не поможет. Ваймак выдержал короткую паузу. — Со следующего сезона Вороны переходят в наш округ. Казалось, даже воздух стал тяжелее. Первой отреагировала Кейтлин. Она удивленно посмотрела сначала на Нила, потом на Эндрю, а потом снова на Ваймака. — Что?.. Ники моргнул. — Подождите. Что значит - в наш округ? Он нервно рассмеялся. — Нет. Нет-нет. Так не бывает. Аарон молчал дольше остальных. Потом тихо выругался. Одного слова оказалось достаточно. Кевин побледнел буквально на глазах. — Нет... Он сделал шаг назад. Потом еще один. — Нет. Теперь он смотрел уже не на Ваймака, а на Нила, будто надеялся, что тот сейчас скажет, что все это ошибка. — Нил. Скажи, что это неправда. Нил молчал. И именно это оказалось самым страшным ответом. Кевин резко отвернулся, провел ладонями по лицу и начал ходить кругами. — Нет... Они не могут... Не имеют права... Это невозможно... Жан все это время стоял неподвижно. Только пальцы все сильнее сжимали клюшку. Потом он вдруг резко вдохнул. Слишком резко, будто воздуха перестало хватать. Нил сразу сделал шаг вперед, но Алиса оказалась рядом быстрее. Она осторожно забрала клюшку из рук Жана и негромко сказала: — Жан. Посмотри на меня. Он не сразу поднял голову. Дышал часто, слишком часто. — Жан. Она дождалась, пока он наконец сфокусирует взгляд. — Ты здесь. Слышишь меня? Он едва заметно кивнул. — Хорошо. Только дыши. Медленно. Тем временем Кевин окончательно перестал слышать происходящее вокруг. — Рико... Он найдет способ... Он... Нет... Нет... Алиса тяжело вздохнула. — Ники. — Что? — Лови. Она достала из кармана небольшую металлическую фляжку и бросила ему. Ники машинально поймал ее, посмотрел сначала на фляжку, потом на Алису. — Это... — Водка. Передай Кевину. Ники без лишних вопросов подошел к Кевину и сунул фляжку ему в руку. Кевин автоматически открутил крышку, сделал большой глоток, закашлялся, потом сделал еще один - и только после этого впервые за последние минуты перестал метаться. — Спасибо... — хрипло выдохнул он. — Не благодари, — спокойно сказала Алиса. — Еще пригодится. Ники посмотрел на нее с искренним восхищением. — Ты носишь с собой фляжку? Алиса пожала плечами. — Я слишком долго знаю некоторых людей. Она выразительно посмотрела сначала на Нила, потом на Кевина. — Привычка оказалась полезной. Нил невольно фыркнул. Несмотря на тяжесть новости, напряжение на несколько секунд стало чуть слабее - ровно настолько, чтобы все снова смогли нормально дышать. Тишину нарушил Ваймак. Он неожиданно посмотрел на Алису не мельком, а внимательно - будто только сейчас позволил себе оценить все, что происходило последние полчаса. Сначала она остановила Кевина, когда тот едва не загнал Ники, Аарона и Жана на тренировке. Потом первой оказалась рядом с Жаном. А потом успокоила Кевина настолько, что тот хотя бы перестал метаться по площадке. И все это - спокойно, без крика и без паники. — Сколько тебе лет? — неожиданно спросил он. Все повернулись к Алисе. Та даже немного удивилась вопросу. — Двадцать девять. Ваймак медленно кивнул. — Чем занимаешься? Алиса на секунду задумалась. — Работаю на Стюарта. Ответ был честным, но максимально расплывчатым. Ваймак усмехнулся. — Уже понял, что подробнее не будет. Алиса лишь едва заметно улыбнулась. — Не будет. Ваймак засунул руки в карманы. — Жаль. Она вопросительно посмотрела на него. — Почему? — Потому что я бы предложил тебе работу. На площадке снова стало тихо. Даже Ники перестал смотреть на Кевина. — Мне? — переспросила Алиса. — Тебе. Ваймак пожал плечами. — За последние полчаса ты сделала две вещи, которые удаются далеко не каждому. Он кивнул в сторону Кевина. — Сначала сумела заткнуть его, когда он начал срываться на остальных. Кевин недовольно посмотрел на тренера. — Я не... Ваймак даже не взглянул на него. — Потом не дала Жану окончательно провалиться. Он выдержал короткую паузу. — И успокоила Кевина быстрее, чем это, скорее всего, получилось бы у меня. Ники согласно закивал. — Это правда. Кевин закатил глаза. — Спасибо, Ники. — Всегда пожалуйста. Ваймак снова посмотрел на Алису. — Так что если когда-нибудь надоест работать на Стюарта... Он слегка развел руками. — Лисам всегда нужны люди, умеющие держать голову холодной, когда остальные уже начинают ее терять. Алиса тихо рассмеялась. — Спасибо. Это очень приятное предложение. Она на секунду перевела взгляд на Нила, потом снова посмотрела на Ваймака. — Но боюсь, мой нынешний начальник обидится. — Подозреваю, сильно. — Очень. Даже Нил улыбнулся. — Особенно если узнает, что его сотрудников пытаются переманить. Ваймак невозмутимо пожал плечами. — Попытаться никто не запрещал. — Попытаться - нет, — согласилась Алиса. — Но результат вас, скорее всего, разочарует. — Проверять не буду, — усмехнулся он. — Но предложение остается в силе. — Учту. Ники тихо наклонился к Аарону. — Мне кажется, это первый раз, когда тренер пытается нанять человека через пятнадцать минут после знакомства. Аарон спокойно ответил: — И, кажется, не ошибается. Алиса лишь покачала головой, не переставая улыбаться. — Это, пожалуй, самый необычный способ получить предложение о работе. — Просто ты очень вовремя оказалась рядом, — сказал Ваймак. — Иногда этого достаточно. Нил молча слушал их разговор, потом неожиданно посмотрел на Алису. — Спроси. Она вопросительно приподняла бровь. — Что именно? — Примет ли он предложение. Несколько секунд Алиса просто смотрела на него, потом тихо усмехнулась. — Ты сейчас о чем? — О работе. Нил пожал плечами. — Этот год будет тяжелым. Он перевел взгляд на Кевина и Жана, потом снова посмотрел на Ваймака. — Очень тяжелым. И, зная Стюарта... Он ненадолго замолчал. — Думаю, он все равно оставит вас в Пальметто. Алиса нахмурилась. — С чего ты так уверен? Нил перевел взгляд на нее. — Потому что Стюарт вряд ли отправил вас сюда только для того, чтобы сообщить новость. Она несколько секунд молчала. Будто сама только сейчас по-настоящему задумалась об этом. — Он ничего такого не говорил, — тихо сказала она. — Именно, — отозвался Нил. Он говорил спокойно, но слишком уверенно, чтобы это можно было принять за попытку себя успокоить. — Это на него не похоже. Если бы он хотел просто передать новости, сделал бы это иначе. По телефону. Через тебя. Через кого угодно. Алиса смотрела на него все внимательнее. Нил чуть пожал плечами. — Но он отправил вас сюда лично. Значит, дело не только в этом. Ники нахмурился. — То есть он уже что-то решил? — Скорее всего, — сказал Нил. Он ненадолго замолчал, потом продолжил уже ровнее: — Саймон сейчас с треснувшим ребром, Мейсон — с несколькими швами, а ты уже здесь. Слишком много сил уже вложено, чтобы теперь просто развернуть всех обратно в Лондон. Алиса медленно кивнула. — Я даже не думала об этом варианте. — Потому что он тебе этого не сказал, — спокойно ответил Нил. Она коротко усмехнулась. — Справедливо. Нил посмотрел на Ваймака. — Если Стюарт поймет, что от этого будет польза и для нас, и для команды, он найдет способ оформить все так, будто сам давно собирался это сделать. Алиса тихо рассмеялась. — Узнаю начальника. Она достала телефон. — Тогда спрошу. Ники с интересом вытянул шею. — Что именно ты собираешься написать? Алиса быстро набрала несколько строк. — "Тренер попытался переманить меня на работу." Ники прыснул. — И все? — Нет. Она продолжила печатать. — "Я пока отказалась. Нил считает, что в этом году мы все равно останемся в Пальметто. Если тренер не передумает, стоит ли обсудить это серьезно?" Она перечитала сообщение и подняла взгляд на Нила. — Так? Нил коротко кивнул. — Так. — Смело. — Он все равно уже принял решение. Алиса удивленно посмотрела на него. — Думаешь? Нил едва заметно улыбнулся. — Я слишком долго знаю Стюарта. Если он уже отправил вас сюда, несмотря на то что официально вы должны были остаться в Лондоне, значит, он давно просчитывает варианты. Это сообщение ничего не изменит. Оно только подтвердит то, о чем он уже подумал. Алиса нажала кнопку отправки. Телефон тихо завибрировал в ее ладони. — Ну что ж... Она убрала его в карман. — Посмотрим, насколько хорошо ты знаешь собственного дядю. Нил спокойно ответил: — Сейчас узнаем. Ответ пришел быстрее, чем кто-либо ожидал. Телефон Алисы коротко завибрировал почти сразу после того, как она убрала его в карман. Она достала его обратно, посмотрела на экран и на секунду замерла. Нил заметил это первым. — Что он написал? Алиса медленно подняла глаза. — Ничего. Ники нахмурился. — Как это - ничего? — Он звонит. Нил устало прикрыл глаза. — Конечно. Алиса приняла вызов и поднесла телефон к уху. — Да. Голос Стюарта был спокойным, но достаточно сухим, чтобы даже те, кто стоял рядом, поняли: сообщение он прочитал внимательно. — Передай тренеру, что я ценю его вкус. Алиса моргнула, потом тихо рассмеялась. — Передам. Ваймак вопросительно посмотрел на нее. Алиса включила громкую связь. — Вы на громкой. — Отлично, — сказал Стюарт. — Тренер, я так понимаю, вы решили украсть моего человека. Ваймак хмыкнул. — Попытался. — Смело. — Полезно. — Спорно. — Судя по тому, что я видел, очень полезно. На другом конце линии на секунду стало тихо. Потом Стюарт заговорил уже чуть мягче: — В этом вы правы. Алиса скрестила руки на груди. — Мне начинать обижаться, что меня обсуждают как вещь? — Нет, — одновременно сказали Стюарт и Ваймак. Ники тихо прыснул. Кевин все еще выглядел слишком бледным, но даже он поднял голову. Стюарт продолжил: — Нил прав. Нил едва заметно улыбнулся, будто другого ответа и не ждал. — Я уже собирался оставить Алису, Саймона и Мейсона в Пальметто на сезон. Ваймак медленно перевел взгляд на Нила, потом на Алису. — Значит, это уже было решено. — Почти, — ответил Стюарт. — Сегодняшний день просто убрал слово «почти». Нил тихо выдохнул. — Я так и думал. — Разумеется, ты так и думал, — в голосе Стюарта мелькнула тень усмешки. — Ты слишком хорошо меня знаешь. — К сожалению. — Взаимно. Алиса посмотрела на Ваймака. — Тогда, кажется, предложение можно обсудить. — Можно, — согласился Стюарт. — Но с условиями. Ваймак чуть приподнял бровь. — Какими? — Алиса не студентка, не игрок и не часть вашей команды в спортивном смысле. — Это я понимаю. — Она может помогать с дисциплиной, безопасностью и общей организацией, если это не противоречит правилам университета. Ваймак кивнул. — С этим можно работать. — Отлично. Он помолчал и добавил уже спокойнее: — И нет, я действительно вряд ли отправил бы их сюда только ради того, чтобы сообщить новости. Алиса едва заметно повернула голову в сторону телефона. — Ты мне этого не говорил. — Потому что не видел смысла говорить раньше времени, — так же ровно ответил Стюарт. — Но Нил прав: это было бы нелогично даже по моим меркам. Нил слабо усмехнулся. — Я именно это и сказал. Алиса покачала головой, будто все еще не до конца верила, что не заметила настолько очевидную вещь. — Я об этом даже не подумала. — Потому что у тебя была другая задача, — отозвался Стюарт. — И, судя по тому, что я слышу, ты с ней справилась. На этот раз Алиса ничего не сказала, только едва заметно выдохнула. Ваймак снова заговорил: — Но официально? — Официально — решите сами, — сказал Стюарт. — Консультант. Помощник. Человек, который умеет вовремя остановить Кевина Дэя, пока он не убил половину команды тренировкой. Ники поднял руку. — Я голосую за эту должность. — Твое мнение принято, — сухо сказал Эндрю. — Спасибо, очень ценю. Кевин нахмурился. — Я никого не убивал. — Сегодня — нет, — спокойно сказала Алиса. Кейтлин тихо улыбнулась - кажется, впервые за последние несколько минут. Ваймак посмотрел на Алису уже серьезнее. — Ты правда готова остаться? Алиса не ответила сразу. Она посмотрела на Нила, потом на Жана, потом на Кевина, который все еще держал фляжку так крепко, будто это был единственный якорь, не дававший ему окончательно сорваться. — Да, — сказала она наконец. — Готова. Стюарт в трубке тихо хмыкнул. — Тогда детали обсудите позже. Сейчас у вас другая задача. Ваймак кивнул, хотя Стюарт не мог этого видеть. — Вернуть команду в рабочее состояние. — Именно. На секунду воцарилась пауза. — И Нил? — Что? — Не вздумай решить, что раз Алиса остается, тебе теперь можно рисковать больше обычного. Нил поморщился. — Я ничего не говорил. — Я знаю, как ты думаешь. — Ненавижу, когда ты это делаешь. — Я тоже не в восторге, но привычка оказалась полезной. Алиса усмехнулась. — Это вообще-то моя фраза. — Тогда считай, что я ее одолжил. Ваймак посмотрел на собравшихся и неожиданно понял, что разговор со Стюартом сделал то, чего он сам пока не успел. Он немного вернул происходящее в рамки реальности. Если Стюарт оставляет людей в Пальметто, значит, кто-то уже думает о последствиях. Если Алиса остается, значит, рядом будет еще один человек, способный удерживать хаос за горло. А значит, они не просто ждут удара. Они начинают готовиться. Словно почувствовав это, Стюарт сказал: — Все. Разбирайтесь с командой. После — отчет. — Будет, — ответила Алиса. — И Нил. — Да? — Плечо береги. — Уже слышал. — Услышать и выполнить — разные вещи. Эндрю спокойно произнес: — Прослежу. На другом конце линии стало подозрительно тихо. Потом Стюарт сказал: — Вот поэтому ты мне нравишься. Нил повернулся к Эндрю. — Меня пугает, когда он это говорит. — Смирись, — ответил тот. Стюарт негромко рассмеялся. — До связи. Алиса отключила вызов. Несколько секунд все молчали. Потом Ники медленно поднял руку. — Так... у нас теперь есть официальный человек, который будет кричать на Кевина? Алиса посмотрела на него. — Если понадобится. Ники с явным облегчением выдохнул. — Лучшие новости за сегодня. Кевин недовольно нахмурился. — Я стою прямо здесь. — Именно поэтому я сказал это громко. Аарон тихо фыркнул. Жан, все еще бледный, но уже заметно спокойнее, посмотрел на Алису. — Спасибо. Она улыбнулась мягче. — Пока рано благодарить. Он покачал головой. — Нет. Она поняла. Не за работу. Не за разговор. За то, что она осталась. Алиса чуть кивнула. — Тогда пожалуйста. Ваймак хлопнул в ладоши один раз. Негромко, но достаточно, чтобы все снова посмотрели на него. — Ладно. Паника официально откладывается. Ники поднял брови. — Откладывается? — Да. На неопределенный срок. — А если она сама вернется? — Тогда снова будем ее откладывать. Нил едва заметно усмехнулся. Разговор закончился сам собой. Никто больше не пытался что-то доказать или подобрать правильные слова. Все, что можно было сказать, уже прозвучало. Ваймак первым нарушил молчание. — На сегодня все. Он посмотрел на игроков. — Тренировка закончена. Кевин открыл рот, будто хотел возразить, но тут же закрыл его. Впервые за долгое время ему самому было не до экси. — В душ, — спокойно продолжил Ваймак. — Потом по домам. Ники облегченно выдохнул. — Наконец-то хорошие новости. — Не обольщайся, — сказал Аарон. — Почему? — Завтра снова тренировка. Ники тихо застонал. Жан молча поднял с пола шлем. Кевин сделал то же самое. Оба выглядели уставшими гораздо сильнее, чем после обычной тренировки. Они направились к раздевалкам. Ники пошел следом, по дороге продолжая что-то тихо бурчать себе под нос. Аарон только покачал головой и тоже исчез за дверью. Алиса приняла вызов и поднесла телефон к уху. — Да. Голос Стюарта был спокойным, но достаточно сухим, чтобы даже те, кто стоял рядом, поняли: сообщение он прочитал внимательно. — Передай тренеру, что я ценю его вкус. Алиса моргнула, потом тихо рассмеялась. — Передам. Ваймак вопросительно посмотрел на нее. Алиса включила громкую связь. — Вы на громкой. — Отлично, — сказал Стюарт. — Тренер, я так понимаю, вы решили украсть моего человека. Ваймак хмыкнул. — Попытался. — Смело. — Полезно. — Спорно. — Судя по тому, что я видел, очень полезно. На другом конце линии на секунду стало тихо. Потом Стюарт заговорил уже чуть мягче: — В этом вы правы. Алиса скрестила руки на груди. — Мне начинать обижаться, что меня обсуждают как вещь? — Нет, — одновременно сказали Стюарт и Ваймак. Ники тихо прыснул. Кевин все еще выглядел слишком бледным, но даже он поднял голову. Стюарт продолжил: — Нил прав. Нил едва заметно улыбнулся, будто другого ответа и не ждал. — Я уже собирался оставить Алису, Саймона и Мейсона в Пальметто на сезон. Ваймак медленно перевел взгляд на Нила, потом на Алису. — Значит, это уже было решено. — Почти, — ответил Стюарт. — Сегодняшний день просто убрал слово «почти». Нил тихо выдохнул. — Я так и думал. — Разумеется, ты так и думал, — в голосе Стюарта мелькнула тень усмешки. — Ты слишком хорошо меня знаешь. — К сожалению. — Взаимно. Алиса посмотрела на Ваймака. — Тогда, кажется, предложение можно обсудить. — Можно, — согласился Стюарт. — Но с условиями. Ваймак чуть приподнял бровь. — Какими? — Алиса не студентка, не игрок и не часть вашей команды в спортивном смысле. — Это я понимаю. — Она может помогать с дисциплиной, безопасностью и общей организацией, если это не противоречит правилам университета. Ваймак кивнул. — С этим можно работать. — Отлично. Он помолчал и добавил уже спокойнее: — И нет, я действительно вряд ли отправил бы их сюда только ради того, чтобы сообщить новости. Алиса едва заметно повернула голову в сторону телефона. — Ты мне этого не говорил. — Потому что не видел смысла говорить раньше времени, — так же ровно ответил Стюарт. — Но Нил прав: это было бы нелогично даже по моим меркам. Нил слабо усмехнулся. — Я именно это и сказал. Алиса покачала головой, будто все еще не до конца верила, что не заметила настолько очевидную вещь. — Я об этом даже не подумала. — Потому что у тебя была другая задача, — отозвался Стюарт. — И, судя по тому, что я слышу, ты с ней справилась. На этот раз Алиса ничего не сказала, только едва заметно выдохнула. Ваймак снова заговорил: — Но официально? — Официально — решите сами, — сказал Стюарт. — Консультант. Помощник. Человек, который умеет вовремя остановить Кевина Дэя, пока он не убил половину команды тренировкой. Ники поднял руку. — Я голосую за эту должность. — Твое мнение принято, — сухо сказал Эндрю. — Спасибо, очень ценю. Кевин нахмурился. — Я никого не убивал. — Сегодня — нет, — спокойно сказала Алиса. Кейтлин тихо улыбнулась - кажется, впервые за последние несколько минут. Ваймак посмотрел на Алису уже серьезнее. — Ты правда готова остаться? Алиса не ответила сразу. Она посмотрела на Нила, потом на Жана, потом на Кевина, который все еще держал фляжку так крепко, будто это был единственный якорь, не дававший ему окончательно сорваться. — Да, — сказала она наконец. — Готова. Стюарт в трубке тихо хмыкнул. — Тогда детали обсудите позже. Сейчас у вас другая задача. Ваймак кивнул, хотя Стюарт не мог этого видеть. — Вернуть команду в рабочее состояние. — Именно. На секунду воцарилась пауза. — И Нил? — Что? — Не вздумай решить, что раз Алиса остается, тебе теперь можно рисковать больше обычного. Нил поморщился. — Я ничего не говорил. — Я знаю, как ты думаешь. — Ненавижу, когда ты это делаешь. — Я тоже не в восторге, но привычка оказалась полезной. Алиса усмехнулась. — Это вообще-то моя фраза. — Тогда считай, что я ее одолжил. Ваймак посмотрел на собравшихся и неожиданно понял, что разговор со Стюартом сделал то, чего он сам пока не успел. Он немного вернул происходящее в рамки реальности. Если Стюарт оставляет людей в Пальметто, значит, кто-то уже думает о последствиях. Если Алиса остается, значит, рядом будет еще один человек, способный удерживать хаос за горло. А значит, они не просто ждут удара. Они начинают готовиться. Словно почувствовав это, Стюарт сказал: — Все. Разбирайтесь с командой. После — отчет. — Будет, — ответила Алиса. — И Нил. — Да? — Плечо береги. — Уже слышал. — Услышать и выполнить — разные вещи. Эндрю спокойно произнес: — Прослежу. На другом конце линии стало подозрительно тихо. Потом Стюарт сказал: — Вот поэтому ты мне нравишься. Нил повернулся к Эндрю. — Меня пугает, когда он это говорит. — Смирись, — ответил тот. Стюарт негромко рассмеялся. — До связи. Алиса отключила вызов. Несколько секунд все молчали. Потом Ники медленно поднял руку. — Так... у нас теперь есть официальный человек, который будет кричать на Кевина? Алиса посмотрела на него. — Если понадобится. Ники с явным облегчением выдохнул. — Лучшие новости за сегодня. Кевин недовольно нахмурился. — Я стою прямо здесь. — Именно поэтому я сказал это громко. Аарон тихо фыркнул. Жан, все еще бледный, но уже заметно спокойнее, посмотрел на Алису. — Спасибо. Она улыбнулась мягче. — Пока рано благодарить. Он покачал головой. — Нет. Она поняла. Не за работу. Не за разговор. За то, что она осталась. Алиса чуть кивнула. — Тогда пожалуйста. Ваймак хлопнул в ладоши один раз. Негромко, но достаточно, чтобы все снова посмотрели на него. — Ладно. Паника официально откладывается. Ники поднял брови. — Откладывается? — Да. На неопределенный срок. — А если она сама вернется? — Тогда снова будем ее откладывать. Нил едва заметно усмехнулся. Разговор закончился сам собой. Никто больше не пытался что-то доказать или подобрать правильные слова. Все, что можно было сказать, уже прозвучало. Ваймак первым нарушил молчание. — На сегодня все. Он посмотрел на игроков. — Тренировка закончена. Кевин открыл рот, будто хотел возразить, но тут же закрыл его. Впервые за долгое время ему самому было не до экси. — В душ, — спокойно продолжил Ваймак. — Потом по домам. Ники облегченно выдохнул. — Наконец-то хорошие новости. — Не обольщайся, — сказал Аарон. — Почему? — Завтра снова тренировка. Ники тихо застонал. Жан молча поднял с пола шлем. Кевин сделал то же самое. Оба выглядели уставшими гораздо сильнее, чем после обычной тренировки. Они направились к раздевалкам. Ники пошел следом, по дороге продолжая что-то тихо бурчать себе под нос. Аарон только покачал головой и тоже исчез за дверью. Остались только Ваймак, Алиса, Нил, Эндрю и Кейтлин. Ваймак повернулся к Алисе. — Насчет предложения. Она вопросительно посмотрела на него. — Я не передумал. — Я тоже. Он коротко кивнул. — Тогда завтра созвонимся. Посмотрим, как это можно оформить без лишних вопросов. Алиса кивнула. — Хорошо. Ваймак на секунду задумался, потом добавил: — И еще. Спасибо. Она удивленно посмотрела на него. — За что? — За Кевина. Он бросил взгляд в сторону раздевалок. — И за Жана. Сегодня ты оказалась рядом именно тогда, когда это было нужно. Алиса спокойно улыбнулась. — Иногда достаточно просто вовремя оказаться рядом. — Иногда именно этого и не хватает, — ответил Ваймак. На несколько секунд повисло молчание. Потом он перевел взгляд на Нила. — Отдыхай. Это приказ. Нил едва заметно усмехнулся. — Уже второй за сегодня. — И не последний. — Я понял. — Очень надеюсь. Нил только коротко кивнул. Через несколько минут из раздевалок начали выходить остальные - переодетые, уставшие, заметно тише обычного. Ники уже снова пытался шутить, хотя получалось куда слабее, чем обычно. Кевин молчал. Жан тоже. Но оба, по крайней мере, выглядели собраннее, чем полчаса назад. Ваймак обвел всех взглядом. — До завтра. — До завтра, — почти одновременно ответили несколько голосов. Он направился к своей машине. Ники проводил его взглядом и тяжело вздохнул. — Ну и денек... — Это только начало, — тихо сказал Жан. Кевин ничего не ответил. Только крепче сжал ремень спортивной сумки. Эндрю молча достал ключи. — Поехали. Никто не стал спорить. Они спокойно вышли со стадиона и разошлись по машинам. На парковке уже почти стемнело. Прежде чем сесть в машину, Нил еще раз посмотрел на пустой корт через стеклянный фасад арены. Совсем недавно ему казалось, что главной проблемой этого дня станет невозможность выйти на площадку. Теперь это выглядело почти смешно. Он тихо выдохнул, сел в машину, и вскоре обе машины одна за другой выехали со стоянки, направляясь домой - в дом, который всего за один день успел стать для них местом, куда действительно хотелось возвращаться. Дом встретил их вечерней тишиной и светом в окнах. Эндрю первым свернул на подъездную дорожку, и Нил уже собирался потянуться к ремню безопасности, когда вдруг замер. Перед домом стояла незнакомая машина. Темно-синяя Toyota Avalon TRD. В полумраке цвет казался почти черным, но под светом фонарей по кузову скользил холодный синий отблеск. Машина выглядела сдержанно, дорого и чуть агрессивно из-за обвеса - не так бросалась в глаза, как красная, но все равно заставляла посмотреть на нее еще раз. Нил молчал несколько секунд. Потом медленно повернул голову к Эндрю. — Ты знал. Эндрю даже не сделал вид, что не понимает. — Да. — Сегодня? — Сегодня. Нил прищурился. — Когда? — Пока вы с Жаном катались. Ники, уже выбравшийся из второй машины, сразу оживился. — Подождите. Что значит "знал"? Эндрю спокойно вышел из машины. — Стюарт звонил. Нил тоже выбрался наружу, осторожно придерживая плечо. — Тебе. — Да. — Пока меня не было дома. — Да. — И ты помогал ему выбирать машину. — Да. Нил несколько секунд смотрел на него. — Этот чертов Бриташка. Эндрю едва заметно приподнял уголок губ. — Именно так он у меня и записан. Ники резко обернулся. — Что? — Бриташка, — повторил Эндрю. — Ты записал Стюарта как "Бриташка"? — Да. Кейтлин, услышав это, неожиданно рассмеялась. — Папе понравится. — Не сомневаюсь, — сказал Нил. Он снова посмотрел на машину. Жан подошел ближе и остановился рядом. — Это твоя? — Похоже. — Хороший подарок. Нил тихо фыркнул. — Для Стюарта это, скорее, способ сказать, что я слишком долго обходился без нормальной машины. Кевин обошел Avalon кругом. — TRD. Ники присвистнул. — Выглядит как машина человека, который говорит: "Мне ничего не нужно", а потом получает вот это. Аарон посмотрел на Нила. — В целом подходит. — Спасибо за поддержку. — Это было описание. Алиса улыбнулась. — Цвет выбрал не Стюарт. Нил сразу посмотрел на Эндрю. Тот пожал плечами. — Он предлагал черный. — Конечно. — Я сказал, что темно-синий лучше. Нил снова перевел взгляд на машину: на глубокий цвет, на строгие линии, на темные диски. Потом посмотрел на Эндрю. — Почему? — Потому что черный слишком очевидный. Несколько секунд Нил молчал, потом едва заметно усмехнулся. — Логично. Кейтлин уже обошла машину и заглянула внутрь через стекло. — Она очень красивая. Ники кивнул так энергично, будто машину подарили ему. — Очень. Жан мягко улыбнулся. — Тебе нравится. Нил посмотрел на него. — Я этого не говорил. — Но это видно. — Предатель. Жан улыбнулся чуть заметнее. — Сегодня это слово уже звучало слишком часто. Нил достал телефон, открыл переписку со Стюартом и несколько секунд смотрел на пустую строку. Потом напечатал: Сойдет. Отправил. Ники заглянул ему через плечо и возмущенно ахнул. — Сойдет?! Нил убрал телефон в карман. — Он поймет. Телефон почти сразу завибрировал. Нил снова достал его. На экране было короткое сообщение: Высшая похвала. Рад, что угодил. Нил тихо рассмеялся. Эндрю посмотрел на него. — Что? Нил показал экран. Эндрю прочитал и коротко хмыкнул. — Бриташка доволен. — К сожалению. Ники покачал головой. — У вас всех очень странный способ говорить спасибо. Нил снова посмотрел на темно-синюю Avalon. День был слишком длинным. Слишком тяжелым. Но теперь перед домом стояла машина, выбранная Стюартом и Эндрю, потому что кто-то решил: Нилу нужна не только защита, не только план и не только оружие на случай беды. Ему нужна обычная машина. Для обычной жизни. И почему-то именно это оказалось труднее всего принять.