Старых знакомых не забывают

      После того как Билли Руссо потерял своё смазливое лицо и попал под арест, пускай он и находится в тюремной больнице в состоянии комы, с Фрэнком Дэвид не общался. После расправы над теми, кто был причастен в бойне в Центральном парке, Касла ничего не удерживало в Большом Яблоке и он уехал бороздить бескрайние просторы их государства. Он даже напоследок перед отъездом не остался на ужин. Каким бы Фрэнк не был заносчивым и жестоким по отношению к любым мудакам, имеющим связи в криминальном мире, он никогда не тронет простых гражданских, в особенности детей. И благодаря ему никто, кто участвовал в злополучной операции «Цербер» и наживался на этом святотатстве, не будет угрожать его семье. Случись всё иначе, Дэвиду пришлось бы долгие годы скрываться в бункере и наблюдать через скрытые камеры за взрослением Лео и Зака и как Сара будет угасать без него. В другой жизни он с радостью захотел бы познакомить свою семью с Марией, Лизой и Фрэнком-младшим. Тогда бы через свои связи в АНБ он бы предупредил Касла о готовящейся облаве на наркосделку. Интересно, тяжело ли Фрэнку жить мирной жизнью после того, через что он прошёл в Ираке и Афганистане, а также недавних событий? Кто его знает, ведь сам Либерман не знает, какого это — ощущать войну внутри себя.       После завтрака в десять он потратил четыре часа, ища какой-то фриланс в Интернете, но, к сожалению, пока что ничего его не заинтересовало. Встав из-за стола в своём кабинете, Дэвид направился на кухню, дабы сделать себе чай. Залив воду в чайник и поставив его на включённую конфорку, Либерман стал дожидаться, когда он закипит. К тому же скоро Лео и Зак должны вернуться из школы. Сара вернётся с работы ближе к вечеру. В холодильнике ещё осталась лазанья, так что детям будет что перекусить по прибытии. Прошло пять минут и чайник закипел, и он залил кипяток в заранее приготовленную чашку. Опустив в воду пакетик чёрного чая и насыпав две чайные ложки сахара, мужчина оставил напиток настаиваться. Вдруг открылась входная дверь в дом. Обернувшись, он увидел обеспокоенных сына и дочь, оставивших свои портфели на пороге. Забыв про чай, он подошёл к ним и наклонился, чтобы обнять.       — Привет, мои дорогие! Что случилось? — озадаченно спросил он.       — Пап, по пути домой к нам пристала одна странная тётка, — испуганно пробормотала себе под нос Лео.       — Какая-то чудачка, утверждающая, что она Пэтси, — добавил Зак.       Это очень напрягло Дэвида, ведь последнее, что он слышал о Триш Уокер, так это скандальное закрытие её популярного шоу на радио «Беседы с Триш» и неудачных пробах засветиться на телевидении. Он также знал, что у бывшей радиоведущей ранее были проблемы с наркотиками. Так что это очень напугало его, ведь вдруг она пристала к его детям в состоянии наркотического опьянения? Подать на неё в суд он сразу не может, ведь о её связи с Джери Хогарт многие знают. Эта акула из мира адвокатов раздавит его, недавно помилованного после обвинения в измене бывшего аналитика АНБ.       — Она угрожала вам?       — Нет, — заявили хором оба его ребёнка.       — Что она спрашивала у вас?       — Она хотела узнать, где находится Фрэнк. Говорила, что хочет взять у него какое-то интервью, но я не поверила этому из-за её нервного взгляда, — сказала Лео.       Твою мать. Зачем Триш Уокер встречаться с Каслом? Это точно не закончится добром. Надо будет позвонить Фрэнку.       — Надеюсь, вы оба ничего не рассказали ей о том, как он помог нам воссоединиться?       — Нет.       Дэвид спокойно выдохнул.       — Всё, идите переодевайтесь. Вы, наверное, проголодались? — заботливо спросил он.       — Да, я от этих нервов очень хочу есть, — задорно проговорила Лео и устремилась в свою спальню.       — Ну а ты, Зак?       — Нет, я не голоден, пап.       Насыпав в тарелку немного лазаньи и поставив её в микроволновку, Либерман вынул из кармана своих спортивных штанов телефон и найдя номер Фрэнка набрал его. Подождав пару секунд, пока перестали слышаться гудки и Касл ему не ответил, он услышал:       — Алло, Либерман, что случилось?       — Привет, Пит, к Лео и Заку сегодня приставали по пути домой.       — Кто это был? — озабоченно-агрессивным тоном спросил он.       — Триш Уокер, которая была под наркотиками или того хуже.        — Твою мать, чего эта бывшая радиоведущая под кайфом полезла к твоим детям?       — Она ищет тебя. Как она откопала, что они знают тебя, понятия не имею. Я предполагаю, что в следующий раз она уже может попытаться похитить их, не церемонясь.       — Иисус Христос, — нервно бросил Касл. — Я выезжаю из Бостона, буду через четыре часа в Нью-Йорке.       — Хорошо, как только будешь в городе, набери и назови место встречи, — и Либерман бросил трубку.