"Лучшая" семья

Она никогда не хотела брата.

Она знала что будет плохой сестрой.

***

      Верена была чудесным ребёнком. Не доставляля проблем, слушалась родителей, впитывала знания как губка, её любили соседи. Она прекрасный ребёнок. Но каким бы хорошим ребёнком она не была, любви от родителей она никогда не получит.

Но как объяснить это маленькому ребёнку? Никак.

      Она бы спросила "почему?", но ни нянька, ни воспитательница с детского сада, ни добрые соседи. Никто не мог сказать, такие болючие слова, глядя в зелёные, наивные, детские глаза.

"Ты не желанный ребёнок."

      Эти слова ранят как лезвие ножа даже взрослых, а как их сказать малютке, увы никто не знал.       Верена росла прилежной девочкой с мечтой услышать похвалу от родителей, или хотя-бы чтобы они не смотрели на неё так. Как жаль, что она не смогла тогда понять, какой это был взгляд. Может, она бы меньше мучилась.       Но вскоре она поймёт.       Сквозь не принятие, разочарование, боль, слезы. Она поймёт.       Но это не значит, что она не будет ненавидеть существо которое дало ей понять, что она лишняя.

***

      Некоторое время назад, Верена заметила что мама стала более счастливой, а её живот раздулся, но почему-то она стала больше раздражаться на доч. Верена не придала этому значения, ведь теперь она могла видеть как мама улыбается, хоть и не ей.       Когда она рассказала об этом не многочисленным подругам в школе, они ей сказали что после такого у них появлялись кричащии малютки под названием "младший брат", хотя некоторые из них сказали что есть и "младшая сестра". Каждая из них отзывалась о них со злостью и раздражением, но почему-то, они ещё и мягко улыбались когда говорили что их маленький братишка или сестричка, что-то делали для них. Верена так и не поняла, это плохо или хорошо. Она хотела спросить у мамы, но увидела что она улыбается и гладит свой живот, а папа смотрел на это и копировал выражение лица жены.       На этот раз Верена не обрадовалась улыбке родителей.       В груди что-то неприятно кольнуло. Она ушла в свою комнату.       Нужно расспросить друзей по подробнее.

***

      Верена получила ответы.       Но это не радовало.       Она ничего не могла зделать.       Прийдя домой, поев, после показав дневник папе, который отругал за очередную четвёрку и пообещав что испавит, не заикаясь что это самая высокая оценка в классе, Верена пошла в свою комнату.       Она села в угол. Думала. Это привело только к слезам. – "Пер", - в памяти всплыл диалог с подругой, в школе. – "М? Что такое?" - девочка девяти лет подняла на Верену персиковые глаза, которые чуть прикрыты длинной, светрой чёлкой. Почему-то Верене всегда казалось, что их при сильном желании можно съесть и на вкус они будут как настоящие персики. – "Помнишь, я тебе говорила что у мамы раздулся живот?" - от чего-то говорить было трудно, да и смотреть в глаза подруги которая разляглась на парте, тоже было не просто. – "Ага, ты ещё так смешно скорчилась, когда я сказала что у тебя будет ещё один сожитель!" - девочка захихикала. Верена не хотела чтобы она смеялась. – "Какая реакция у взрослых на них?" - Верену тошнило, но она не могла объяснить иза чего. Тошнота вообще стала для девочки вечным спутником, она постоянно появлялись когда разговаривала с кем-то кроме взрослых. Даже от себя её иногда тошнило. – "А? Ну, обычно это радость", - не понимающе ответила подруга.       Радость... кажется Верена никогда не видела маму и папу радостными, по крайней мере, в её присутствии.       Это должно было обрадовалась девочку. Но это значило, что родители её не любят не хотят показывают своих чувств девочке, чтобы у той была мотивация учиться и добиваться одобрения, по крайней мере так говорила нянька. Но в голове Верены это не укладывается. Ведь этот ребёнок который должен был родиться в скором времени, просто бы стал бездарем. Его и так уже радовали тем, что ему улыбались, а он ещё даже не родился! Из него ничего не вырастит! Или неужели она что-то не знает? Она ведь прочитала столько книг, но не в одной из них, не было написано что же ей делать.       Не знание – это плохо.       Глупой её не полюбят.       Слезы сами полились. Она ничего не может зделать. Она не знает. Она ходячие разочарование.

***

      Посреди ночи Верена проснулась от женского крика. Сперва она даже не поняла что это крик мамы.       Верена вскочила с кровати и осторожно пошла на звуки. Заглянув в щель двери родительской сральни, её глаз неприятно кольнул яркий свет. Она увидела маму которая держалась за живот и кричала, она увидела папу который суитился и кому-то звонил. Венера хотела войти, спросить что такое, чем-то помочь, но ноги буд-то приросли к холоднуму полу.       Всё было как в тумане. Она услышала вой, только спустя пару секунд она поняла что это скорая помочь. Венера рванула к входной двери, чтобы добрые дяди и тёти помогли маме. Потом маму забрали и папу тоже, или он сам поехал? Верена не помнит. Ей только сказали что завтра она идёт в школу сама, то что еда в холодильнике и что няньки, пока что не будеть. Она даже не успела сказать что и так сама греет себе еду и идёт в школу, а Мисс Номи увилилась ещё на прошлой неделе. Но кажется папа совсем про это забыл от стресса. Верена понимала.       Оставшиюся ноч она не могла уснуть от переживаний за маму и не понимания что произошло. Поэтому она сидела на кровати и пыталась понять что делать и чем она может быть полезна? В этих раздумьях она провела половину ночи и вырубилась, так и не найдя ответов.

***

      Утром не найдя родителей и поняв что это был не сон, Верену окутала липкая тревога, но это не повод прогуливать школу. Здерживая рвоту, Верена кое как съела пару ложек каши.       Отвратительно...       Она собралась и по пути в школу за ней увязалась Персия. – Вери! - радостный голос подруги вырвал Верену из мыслей, - ой... Выглядишь плохо. Что случилось? - Персия наровила обнять подругу, но та лишь отстранилась чувствуя как утреняя тошнота снова подкатывает к горлу. Но справедливости ради Верена и вправду выглябила ужасно, даже ребёнок поймёт что, что-то не так. Распухшые глаза, мешки под ними, бледное лицо, пустой взгляд. – Маму забрали на скорой помощи... - совсем тихо прошептала девочка. – А! Я поняла! - от громкого голоса Персии кружилась голова, а тошноту уже было невыносимо игнорировать. – Пер. Потише, - попросила Верена прекрасно понимая что подруга забудет об просьбе, при первом голубе на проводах. – Ой! Прости... - она криво улыбнулась, но зделала голос на тон тише, - но ты это, не переживай слишком сильно. Всё норм будет, - снова яркая улыбка, снова тошнота. – Наверное ты права, - слова не хотели выходить из рта, но их разве кто-то спрашивал? – Ну вот и я об этом! - слишком громко выкрикнула Персия. – Пер... – Ой!

***

      В школе вроде было нормально, только пару не безразличных учителей обеспокойно поглядывали на неё, но только один спросил что случилось. Он не то что помог, просто сказал что всё с мамой будет хорошо и чтобы Верена не переживала так сильно.       К доске её почти не вызывали.       Даже когда она сама тянула руку.       Прийдется снова оправдываться почему не получила пять пятёрок.

***

      Лучше бы она оправдывалась.       Родители уже были дома когда Верена пришла. Она обрадовалась, но быстро заметила, что на руках мамы было что-то, что она убаюкивалас улыбкой на губах, а папа стоял рядом и также улыбался. – Мам? Пап? - тихо подала голос зачарованная девочка, не смея оторвать зелёных глаз от лиц счастливых родителей. Это что-то новое. Тёплое, - что это?       Первой отреагировала мама. Мягкая улыбка пропала с её лица, но она пыталась не показать отвращение к собственной дочери какую-то эмоцию, которую Верена точно уже видела. – Это не что-то, а кто-то, Верена, - с лёгким укором пояснила мама, иза этого доч хотела сразу потупить взгляд и извиниться, - это твой милый, маленький братик, - девочке показалось, или голос мамы сразу смягчился, когда она заговорила про новоприобретеным Вереном "братике"? От слова братик ещё начало тошнить, но она не подала виду, она не хотела испортить настроение маме. – Ты должна его любить как своих подруг, и даже больше, - подал голос папа. Девочка хотела сказать что не любит своих подруг, но не решила перечить отцу. – Я поняла, - Верена робко и аккуратно подошла к маме поближе, чтобы разглядеть брата. Но мама спрятала его от неё, - мам? – Он ещё слишком маленький, ты его напугаешь, - Верена хотела спросить почему она его испугает? Почему они его не пугает? И почему мама скрывала лицо когда Верена подошла?       Но Верена не сможет задать эти вопросы. – Иди в свою комнату, - холодный голос папы перебил всё её вопросы. Как обычно.       Верена больше не могла говорить, поэтому подчинилась и ушла, но когда закрывала дверь услышала противный детский плачь и встревоженые голоса родителей.       Странно. Верена тоже плакала. Но вокруг её бегала только обеспокоеная Мисс Номи.

***

      Верена начала замечать странности.       Родители стали холодными, но счастливыми одновременно. Они не обращали внимания на Верену. А её "братик", которого назвали Вервен и очаровательнны ребёнком, у которого голубые глаза матери и чёрные волосы отца. Мог делать всё что хотел и родители только улыбались как идиоты. Нет, Верена не должна так думать о родителей.       Верена пыталась наладить контакт с братом, но он только плакал и писался в кроватку, вызывая у старшей сестры отвращение. Но она пыталась проводить с ним время чтобы родители видели, что она хорошая старшая сестра. Но они только злилась, потому что Вервен постоянно ревел. Это раздражало Верену, но растраимало родителей. Буд-то не ребёнок заплакал, а семейная реликвия разбилась.       Родители срывадись на Верене. Она терпела. Но вот не задача.       Что-то липкое, гадкое, дало расток в теле восьмилетней девочки. Что-то что заставляло её мечтать, чтобы Веревен не проснулся.