Горная мелодия любви

Через три дня. На улице царила удивительная морозная погода, и яркое зимнее солнце освещало белоснежные сугробы, создавая волшебную атмосферу. Несмотря на пронизывающий холод, в помещении, куда вошёл Намджун, не ощущалось ни ветра, ни прохлады. Он шагал по широкому коридору, где пол был выложен изысканным мрамором, сверкающим на свету, словно отражая каждую искорку зимнего солнца. Стены были обиты роскошными шёлковыми обоями, которые придавали помещению особую теплоту и уют. По обеим сторонам коридора располагались великолепные произведения искусства: картины известных мастеров, чьи мазки и цветовые композиции рассказывали свои истории, и величественные скульптуры античных богов, неподвижно наблюдающие за происходящим. Каждое произведение было словно окном в другое время, приглашая зрителя прикоснуться к вечности. Намджун медленно продвигался вперёд, внимательно рассматривая каждый элемент интерьера. Он восхищался тончайшими вышивками на тканях и каждым штрихом на холстах, словно искал в них скрытые смыслы и эмоции. В его руках щёлкали затворы камеры — он делал множество фотографий, запечатлевая не только красоту вокруг, но и свои ощущения. Эти снимки стали бы не только памятными мгновениями, но и возможностью поделиться своим восхищением с миром в будущем. Он поистине наслаждался каждым взглядом на древности, позволяя своему воображению унести себя в прошлое, где каждое произведение искусства было свидетелем историй, полных жизни и страсти. В этот момент Намджун чувствовал себя частью чего-то большего — вечного потока времени, соединяющего его с великими умами прошлого. — Эта картина просто прекрасна, — вздохнул Намджун, погружаясь в мир своих мыслей и восхищения, произнося слова тихим голосом на корейском. Он стоял перед полотном, которое словно дышало жизнью, его яркие цвета и нежные мазки захватывали дух и переносили в другой мир. — Полностью согласен, — неожиданно раздался голос позади него. Намджун резко обернулся, удивленный тем, что кто-то смог его услышать. Более того, он не ожидал, что ответит ему на корейском. Повернувшись, он столкнулся с парнем, который был ему знаком — это был Ким Сокджин. Мысли Намджуна замерли на мгновение, когда он осознал, что уже встречал этого человека дважды: один раз на подъёмнике, а второй — в детском магазине. Лица их оказались так близко друг к другу, что расстояние между губами не превышало десяти сантиметров. Намджун ощутил, как тепло приливающей крови заливает его щеки, смущение охватило его, как волна. Он не мог отвести взгляд от Сокджина, который тоже покраснел. Румянец на его лице был настолько ярким, что казалось, будто он только что вышел из солнечного света. Сокджин быстро отвернулся, его глаза расширились от смущения, а губы слегка приоткрылись в попытке скрыть свою неловкость.В воздухе повисла тишина, наполненная напряжением и невыразимыми эмоциями, которые словно обвили их обоих невидимой нитью. Намджун ощутил, как его сердце забилось быстрее, ритм становился все более хаотичным. В голове закружились мысли, как искры в темноте. Он попытался проанализировать это странное состояние — первая мысль, которая пришла ему в голову, была довольно банальной: старость. Он резко повернулся, и давление в груди возросло; сердце забилось с такой силой, будто напоминало ему о том, что время неумолимо движется вперед, и он уже не так молод. Но вторая причина, которую он пытался вытеснить из сознания, была гораздо более тревожной. Неужели он мог влюбиться в этого парня, с которым виделся всего несколько раз? Мысль о том, что его сердце может быть привязано к кому-то другому, была одновременно пугающей и манящей. Намджун стиснул зубы, стараясь подавить эту бурю чувств. Он был слишком взрослым для таких легкомысленных увлечений; у него есть сын, и на мимолетные романы у него просто не оставалось времени. Он снова посмотрел на Сокджина, который все еще стоял к нему спиной. Намджун почувствовал, как внутри него борются противоречивые чувства: желание понять этого человека и страх перед тем, что это может значить. Он глубоко вздохнул, стараясь вернуть себе спокойствие и уверенность, которые всегда были его опорой. Намджун сделал шаг назад, пытаясь восстановить дистанцию и собраться с мыслями. Его внутренний голос шептал о том, что эта встреча может стать началом чего-то удивительного, но разум который всегда занимал главенствующую позицию, категорично отвергал эти легкомысленные мысли. — А-ээ… — попытался начать разговор Намджун, но его голос прозвучал неловко, как будто он только что проснулся от долгого сна. Он уставился на картину, пытаясь собраться с мыслями. — Я рад, что кто-то считает так же, как и я. Приятно найти единомышленника на другом конце света. — Да-да, это довольно приятно, — ответил Сокджин, но так и стоял к нему спиной. Намджун, собравшись с мыслями, почувствовал, как внутри него зреет решение. Хотя он и не искал романтических отношений, понимание того, что дружба — это тоже важная связь, согревало его сердце. Он взглянул на Сокджина и произнес с легкой улыбкой: — Вы же… мм… Ким Сокджин, не так ли? Парень резко развернулся, его большие тёмные глаза расширились от удивления, а на лбу появились небольшие морщинки от поднятых бровей. Розоватые щёчки всё ещё выдавали его смущение, а длинные пряди волос игриво прикрывали один глаз, придавая ему вид загадочности. — О… откуда вы меня знаете? — спросил Сокджин с глубочайшим непониманием в голосе, словно не веря своим ушам. — Мы с вами встречались ранее, — уточнил Намджун с лёгкой усмешкой, стараясь сделать разговор менее напряжённым. Лицо Сокджина вновь изменилось: удивление уступило место задумчивости. Его брови опустились, но почти сразу же встретились друг с другом в выражении интереса. Теперь его большие глаза не казались такими вопросительными; они излучали любопытство и пытливость. Розовые щёчки немного побледнели, но это не сделало их менее милыми. Волосы продолжали обрамлять его идеальное лицо, словно создавая ауру невидимой притягательности. — Это вы были тем дядюшкой на подъёмнике? — произнёс он с лёгким намёком на недоумение. «Дядюшка? Это я, дядюшка?! Я ведь не такой уж и старый… вроде,» — подумал Намджун, внутренне причитая. — Да, наверное, это был я… — ответил он с лёгкой улыбкой. — Ой, простите, что не узнал вас сразу, вы выглядите иначе, нежели тогда, — произнёс Сокджин, его голос стал мягче, а выражение лица приняло дружелюбный оттенок. — Ничего страшного, — ответил Намджун с лёгкой улыбкой. — Все мы выглядим по-другому, когда на нас три слоя одежды, а лицо скрыто под балаклавой. Сокджин кивнул, его щёки слегка покраснели от смущения. Он прикоснулся к ним, словно проверяя на жар, и с удовлетворением опустил руки, чувствуя себя немного более расслабленным в этой непринуждённой беседе. — Картины в этом музее действительно красивы, особенно эта, — сказал Намджун, указывая на полотно, висящее перед ними. Его голос наполнился восхищением, когда он начал описывать картину известного художника. Он говорил о ней так, словно был искусствоведом или экскурсоводом: знал всё о художнике, технике исполнения и истории создания этого конкретного произведения. — Ого, вы так много знаете! — удивился Сокджин, его глаза блестели от восхищения. — Похоже, вы действительно разбираетесь в искусстве, раз нашли время посетить галерею в столь ранний час. Это говорит о том, что вы истинный ценитель, — с легкой улыбкой произнес Намджун, глядя на часы, которые показывали 11:00 во вторник. В его голосе звучала нотка восхищения, как будто он приветствовал старого друга. — Ох, не стоит так говорить! Я всего лишь изредка наведываюсь именно в эту галерею, — смутился Сокджин, его щеки слегка покраснели от неожиданного комплимента. — По сравнению с вами я всего лишь любитель. Хотя должен признать, что эта картина не является моей любимой работой Альберта Бюссера. На мой взгляд, его ранние произведения гораздо более изысканные, и его первоначальная техника придавала им особую атмосферу. — Удивительно слышать такое мнение! Обычно все предпочитают его поздние работы, — с искренним интересом откликнулся Намджун, его глаза блестели от любопытства. — А вам тоже нравятся его поздние картины? — спросил Сокджин, прищурив глаза, словно пытаясь разгадать тайны мыслей своего собеседника. В этот момент ему показалось, что между ними возникло нечто большее, чем просто разговор о живописи. — Не могу сказать так однозначно. Мне нравятся все его работы, каждая из них уникальна по-своему. Но если говорить откровенно, мне ближе импрессионизм. Реализм хорош, конечно, но вещи с неясным смыслом, которые невозможно понять с первого взгляда, вызывают у меня неподдельный интерес. Они заставляют задуматься и погрузиться в мир эмоций и ощущений. — Я вас понимаю, — кивнул Сокджин, его голос стал более серьезным. — Люди со временем действительно перенасыщаются реализмом и начинают тянуться к тому, что сложно уловить на первый взгляд или имеет множество значений. Но я пока не пришел к этому… В моем сердце все еще живет любовь к четким формам и ясным линиям. — Даа это приходит с возрастом, вот начнёте стареть и полюбите новые направления в искусстве, так как старые уже к тому времени наскучат. — Возможно… Сокджин задумался над словами Намджуна, и в этот миг они оба оказались в волшебном мире искусства и красоты. Их разговор превратился в нечто большее, чем просто обмен мнениями — это был настоящий обмен душами, где две искры вдохновения встретились в одном пространстве, создавая атмосферу глубокого понимания и взаимного уважения. Они медленно двигались от одной картины к другой, от одного экспоната к третьему. Хотя физически они шли рядом, каждый из них погружался в свои мысли. Намджун уверенно шагал впереди, его ум был полон идей и размышлений, а Сокджин следовал за ним, лишь изредка отвечая на комментарии старшего и задавая ему вопросы, которые возникали в его голове. Время пролетело незаметно, и вскоре они закончили осматривать основную композицию выставки. — Спасибо вам за приятную компанию, — произнес Сокджин, искренне улыбаясь. — И вам тоже спасибо, — ответил Намджун с теплотой в голосе. Они попрощались, и Сокджин направился к турникетам для выхода из здания, чувствуя легкость на душе. Намджун же продолжил свой путь к временным экспозициям, увлеченно погружаясь в мир искусства, который продолжал его вдохновлять. Через полтора часа, когда время неумолимо приближалось к обеду, Намджун, наконец, покинул здание музея. Выйдя на улицу, он ощутил, как морозный воздух, который еще недавно щипал его щеки, уступил место теплу. Утром, когда он отвозил Джу в детский сад, температура опускалась до -10 градусов, и северный ветер не оставлял шансов на комфорт. Но теперь, когда часы показывали половину первого, табло, висящее у выхода из музея, светилось -4 градуса. Яркое солнце, словно весенний лучик надежды, освещало заснеженные улочки Цюриха и заставляло Намджуна улыбнуться. Он прищурился от солнечного света и понял, что пришло время обзавестись солнцезащитными очками. Решив не терять времени, он быстро открыл навигатор на своем телефоне и нашел ближайший магазин. С легкостью пробираясь по узким улочкам, он наслаждался зимним пейзажем: крыши домов были покрыты снежными шапками, а деревья в парке выглядели как сказочные создания, одетые в белоснежные наряды. На каждом шагу его окружали звуки города: смех детей, играющих на улице, и тихие разговоры прохожих. Намджун чувствовал себя частью этого волшебного зимнего дня. Он останавливался, чтобы полюбоваться красотой старинной архитектуры и сделать несколько снимков на память. Каждое мгновение казалось наполненным особым смыслом — от простого взгляда на заснеженные тротуары до ярких витрин магазинов, которые манили его своими огнями и цветами. Наконец он добрался до магазина. Войдя внутрь, Намджун почувствовал теплый воздух и запах свежей кожи — здесь продавались не только очки, но и множество других аксессуаров. Он быстро выбрал пару стильных солнцезащитных очков и, посмотрев в зеркало, с удовлетворением отметил, как они подчеркивают его черты. Сделав покупку, он вышел на улицу с новым аксессуаром на носу и почувствовал себя обновленным. Солнце светило ярче, а мир вокруг казался еще более красивым. Намджун снова направился по улицам Цюриха, готовый наслаждаться каждым мгновением этого зимнего дня. Как только Намджун вышел на улицу, его обдало свежим воздухом, наполненным аппетитными ароматами, доносящимися из соседнего кафе. Нежные ноты жареного мяса и пряных овощей заставили его остановиться и вдохнуть глубже. Он взглянул на вход в заведение и увидел длинную очередь, извивающуюся вдоль тротуара. «Если здесь такая толпа, значит, еда действительно вкусная», — подумал Намджун, решив присоединиться к ожиданию. Пока он стоял в очереди, чтобы скрасить время, решил позвонить Джексону. Задумчиво проведя пальцем по экрану телефона, он нажал на его номер. — Алло? — сонным голосом ответил Джексон, словно только что проснулся. — Ты на работе? — поинтересовался Намджун, усмехнувшись. — Конечно, нет, сейчас же уже вечер, — отозвался Джексон, зевнув. — Ой, я и забыл про разницу во времени. — Везет тебе — отдыхаешь там в горах! — А что мешает тебе взять отпуск? — с легкой насмешкой спросил Намджун. — Я и так недавно брал три дня, когда к тебе и Джу прилетал. Ты же знаешь, как только получится, так сразу и поеду куда-нибудь. — Занят подготовкой альбома? — Ты же всё знаешь, вот зачем напоминать мне на ночь глядя? — с сарказмом произнес Джексон. — Подожди, сейчас же только 21 по корейскому времени, не рановато ли спать? — удивился Намджун. — Завтра съемка утром, поэтому мне разрешили лечь пораньше, чтобы не выглядеть опухшим. — Выторговал себе сон? — засмеялся Ким. — А как же! — ответил Джексон и тоже засмеялся. — Что за съемка? — Да так, в целом ничего важного. Иду на радио. — Интервью будет или что-то типа того? — уточнил Нам. — Ага… Ой, я забыл, ты же у нас никогда в таком не участвовал! — снова рассмеялся Джексон. Намджун только что-то промычал в ответ на шутку друга. — Ой ладно тебе… Вот недавно, буквально вчера, звонила тетушка Ким, — сменил тему Джексон. — И что сказала моя мама? — Ничего необычного, так про дела насущные. А закончила она причитаниями о том, что пора бы ей уже погулять на свадьбе. А уж на чей ей совершенно не важно. — Я не удивлён. Я бы тоже не отказался от того, чтобы погулять на чьей-нибудь свадьбе. — Я тоже. — А может, тебе пора жениться? У тебя и любимый уже имеется, осталось только его охомутать! — произнес Намджун с легким вызовом в голосе. — На словах это легко, но ты же знаешь, что Хосок так просто не сдастся. Он знаешь какой гордый! — Да… выбрал же себе не самого простого парня. — Ну что же делать, люблю я его такого! — Люби-то люби, а делать что-то поспеши! — Вот завтра пойду на радио… — Не переусердствуй, а то отпугнёшь его! — Да я ничего такого говорить и не собирался. Я просто хочу убрать тему отношений из табуированных… но с условием не жестить. — Да, для начала хорошо… — Ладно, а ты чего звонишь-то? — ответил Джексон, вспомнив о том, что позвонил то Намджун. — Звонил, чтобы сказать, что я нашёл для тебя идеальную мелодию! — О! Это потрясающая новость! Когда сможешь выслать? — Она не у меня, она в архивах студии. — Тогда мне лучше в студию позвонить? — Да позвони, там сейчас за главного директор Джан. — Окей. Ладно, я пойду. Мне спать пора, режим есть режим. — Не перетруждайся, чтобы не травмироваться! — Постараюсь. Ладно, пока! Место для одного человека освободилось, и в этот момент Намджун, единственный в очереди без пары, почувствовал, как удача улыбнулась ему. Он шагнул вперед, с легким волнением следуя за хостес, которая вела его вглубь заведения. Когда он вошел внутрь, его захватило зрелище: кафе было переполнено людьми, которые весело переговаривались, смеялись и наслаждались атмосферой. Теплый свет ламп создавал уютную обстановку, а аромат свежеприготовленной еды наполнял воздух, вызывая у него аппетит. Хостес проводила его к барной стойке, где свободное место оказалось не самым удобным — оно находилось посередине зала, а соседи сидели довольно близко. Намджун уселся на стул, стараясь не обращать внимания на шум вокруг, и с любопытством взглянул на меню, которое ему тут же подали. Страницы меню были наполнены разнообразными блюдами, каждое из которых звучало как маленькое кулинарное произведение искусства. Он задумался над выбором, когда к нему подошел официант — молодой человек с дружелюбной улыбкой и блокнотом в руках. — Здравствуйте! Что бы вы хотели заказать? — спросил он, готовый помочь. Намджун поднял взгляд и увидел в глазах официанта искренний интерес. Это добавило уверенности. Он немного колебался, но затем вспомнил о своих предпочтениях и начал рассказывать о том, что хотел бы попробовать. — Наверное, я возьму какой-нибудь суп… Ммм… Уху из судака и апфельштрудель с чаем. — Какой чай? — уточнил официант. — Наверное, вот этот ягодный. Один чайничек, пожалуйста, — ответил Намджун, с интересом рассматривая картинки на странице меню. Он с нетерпением ждал, когда официант принесет его заказ, погружаясь в атмосферу уютного ресторана, где мягкий свет создавал теплую атмосферу. Вокруг него раздавались разговоры и смех, а аромат свежеприготовленной еды наполнял воздух, вызывая у него предвкушение. Когда перед ним наконец поставили тарелку с ухой, он не смог сдержать улыбку. На поверхности супа плавали крупные кусочки красной рыбы, картофеля и ярко-зеленого брокколи, а нежный сливочный бульон источал пряный аромат, который моментально окутал его. Намджун взял ложку и осторожно отведал первый глоток. Вкус был просто потрясающим: сливочная текстура сочеталась с легкой пряностью, создавая гармонию, которая приятно удивила его. Каждый кусочек рыбы таял во рту, а картошка и брокколи добавляли свежести и легкости. Этот суп идеально соответствовал всем его предпочтениям — он был одновременно сытным и изысканным, словно каждый ингредиент был выбран с особой тщательностью. Когда официант вернулся с десертом, Намджун не мог сдержать восхищенного взгляда. На его столе появился аппетитный апфельштрудель, аккуратно посыпанный сахарной пудрой, и чашка горячего ягодного чая, парящий над которой поднимался в воздухе, создавая волшебный аромат. Струящиеся слои теста, обрамляющие сочные яблоки, щедро приправленные корицей и изюмом, выглядели так, будто их только что вынули из печи. Намджун с нетерпением отломил кусочек, и, когда он отправил его в рот, его вкусовые рецепторы были взорваны фейерверком ощущений. Сладость яблок гармонично сочеталась с хрустящей корочкой, а легкая нотка корицы добавляла теплоты и уюта. Он сделал глоток ягодного чая, и его удивление возросло. Кисловатый вкус ягод прекрасно контрастировал с нежным сладким вкусом штруделя, создавая удивительное сочетание, которое заставляло его забыть о том, что он не особо любил сладкое. Чай был насыщен яркими оттенками малины и смородины, а его легкая терпкость идеально дополняла десерт, словно два лучших друга, которые нашли друг друга в этом кулинарном путешествии. Каждый кусочек апфельштрудля был словно маленький праздник для его души. Намджун наслаждался тем мгновением, когда простые радости жизни наполняли его сердце истинным наслаждением. Этот десерт стал для него не просто сладким завершением ужина, а настоящим откровением — моментом, когда он осознал, что даже то, что он обычно не предпочитал, может принести невероятное удовольствие. — Как будете оплачивать? — вежливо спросил официант, его голос звучал мягко и дружелюбно, как мелодия, наполняющая уютный ресторан. — По карте, — ответил Намджун, с легкой улыбкой на лице. Он чувствовал себя довольным после того, как насладился изысканным ужином и восхитительным десертом, который оставил в его душе ощущение тепла и радости. Официант кивнул, и, с легкостью движений, удалился в сторону, чтобы принести терминал для оплаты. Намджун же, оставшись один за столиком, почувствовал, как его мысли начинают блуждать. Он задумался о том, как приятно провести вечер в этом месте, окруженном мягким светом и тихими разговорами других гостей. Намджун начал рыться в сумке, перебирая вещи с растущим беспокойством. Он достал книгу, которую читал на днях, затем несколько мелочей — ключи, блокнот с заметками, но кошелька не оказалось. Его сердце забилось быстрее. — Господин, что-то случилось? — с легкой озабоченностью в голосе спросил официант, его добрые глаза внимательно изучали выражение лица Намджуна. — Д… да, кажется, я потерял кошелек, — произнес Намджун, чувствуя, как его сердце заколотилось от тревоги. Выражение на лице официанта мгновенно изменилось на недоверчивое. Он чуть приподнял брови и, не теряя времени, произнес: — Я сейчас позову администратора. Вам нужно будет разобраться с ним. Вокруг начали оборачиваться люди, любопытно смотря на Намджуна, чье смущение становилось все более заметным. Он вздохнул, стараясь собраться с мыслями и понять, как ему быть в этой неловкой ситуации. — Что у вас случилось? — подошел другой парень, одетый более официально, с серьезным выражением лица. — Я потерял кошелек, — повторил Намджун, чувствуя, как его голос дрогнул. — Ну, вы же понимаете, что я не могу вас отпустить, пока не будет произведена оплата? — сказал парень с ноткой строгости. — Понимаю, — тихо ответил Намджун, осознавая всю безвыходность своего положения. — Тогда я позвоню сейчас руководству, и они решат, что делать, — произнес он и достал телефон, готовясь набрать номер. Но в этот момент на его плече появилась изящная ладонь, которая начала настойчиво хлопать его по плечу. Администратор удивленно обернулся, и его строгое выражение сменилось на улыбку. — Бэн, просто запиши на мой счет, — произнес только что подошедший человек. Намджун не видел его лица, так как его полностью закрывали спины официанта и администратора. — Вы уверены? — спросил администратор, все еще немного недоумевая. — Да, это мой друг, — уверенно ответил незнакомец. — Хорошо, — согласился администратор и вместе с официантом удалился прочь. Намджун наконец смог поднять взгляд. Перед ним стоял прекрасный парень, которого он сразу узнал — это был Сокджин. Его волосы светились под мягким светом ламп, создавая ощущение нимба над головой. Намджун на мгновение замер, подумав, что это всего лишь игра света или его воображение. Но затем он встряхнул головой и понял: это не было иллюзией. Сокджин действительно здесь, как настоящий ангел-хранитель в этот сложный момент. — Мы опять встретились с вами, — начал разговор Сокджин, его улыбка была такой теплой и искренней, что Намджун почувствовал, как тревога немного отступила. — Да, спасибо вам огромное за помощь, — ответил Намджун, стараясь скрыть смущение. Он не мог не заметить, как Сокджин выглядел прекрасно, словно луч света в этом непростом дне. — Как вас угораздило потерять кошелек? Вроде бы вы уже не ребенок, — с легким поддразниванием произнес Сокджин, его глаза весело блестели. — Мда… Это моя постоянная проблема. Вы даже не представляете, сколько всего я терял за свою жизнь. Но в этот раз, по крайней мере, я примерно понимаю, где искать, — признался Намджун, вздыхая. Он чувствовал себя как-то неловко, но в то же время было приятно делиться с кем-то своим опытом. — Так пойдемте же искать! — с энтузиазмом предложил Сокджин, и его уверенность придавала Намджуну сил. — Что вы, не стоит утруждаться — попытался возразить Намджун, но Сокджин лишь покачал головой с легкой усмешкой. — Ой, да перестаньте! — с игривым тоном сказал Сокджин. Его энергия была заразительной, и Намджун почувствовал, как его настроение стало улучшаться. Они вышли из заведения и направились по тому маршруту, по которому шел Намджун. Ноги сами несли его вперед, а рядом был Сокджин — это придавало уверенности. Они шли по улицам, обсуждая мелочи и смеясь над забавными моментами из жизни, пока не подошли к магазину, где Намджун покупал свои очки. Войдя внутрь, их встретила продавец с доброй улыбкой. Она сразу узнала Намджуна и подошла к нему с вопросом: — О, это вы, молодой человек! Это ваше? — спросила она, протягивая ему его потерянный кошелек. Намджун не мог поверить своим глазам. Он радостно распахнул руки и воскликнул: — Ой, да спасибо вам огромное! — искренне поблагодарил он продавца. Его сердце наполнилось облегчением и радостью. Он быстро достал несколько купюр и протянул их продавцу. — Нет-нет, это не нужно! Я просто рада помочь! — ответила она с улыбкой, но Намджун настаивал. — Пожалуйста, примите это. — настаивал он, и продавец в конце концов приняла деньги с благодарностью. Сокджин стоял на тротуаре, его лицо озаряла теплая улыбка, когда он наблюдал за сценой, развернувшейся внутри магазина. Свет мягко падал на Намджуна, который, словно герой из фильма, шагал к выходу, полон решимости и радости. В его руках блестели несколько купюр, отражая солнечные лучи, как символ его щедрости. — Вот это вам, — произнес Намджун, протягивая деньги с искренним намерением. — Что вы, не стоит! — с доброй улыбкой ответил он, его голос звучал спокойно и уверенно. — Считайте, что я помог вам за приятную беседу в музее. Намджун, однако, не собирался сдаваться так легко. — Ну нет, я так не могу! — настойчиво произнес он, вновь протягивая купюры. Его голос был полон решимости, но в то же время в нем слышалась нотка беспокойства. — Нет, я не приму! — с легким удивлением отступил на два шага Сокджин. — Ладно, — наконец сдался Намджун, убирая купюры обратно в кошелек с легким вздохом. — Мне пора. Больше ничего не теряйте. До свидания! — произнес Сокджин. — До свидания, — ответил Намджун с грустью непонятной ему самому. В его голосе звучала мелодия сожаления, словно он осознавал, что что-то важное уходит из их жизни. Сокджин развернулся и направился вверх по улице, его шаги были легкими и уверенными. А Намджун остался стоять на месте, глядя вдаль по дорожке, ведущей к озеру. Озеро манило его своей спокойной гладью и обещанием уединения. Намджун начал двигаться вниз по дорожке, погружаясь в свои мысли. Ветер нежно шевелил листья деревьев вокруг него, а солнечные лучи играли на поверхности воды, создавая волшебную атмосферу. Каждый шаг приближал его к тихому месту размышлений, где он мог бы оставить позади все сомнения и просто насладиться моментом. И вот он наконец дошел до прекрасного городского озера покрытого льдом, катающихся на коньках видно не было видимо из-за довольно теплой погоды лед еще не доконца застыл.Намджун устроился на одной из уютных лавочек в парке, нежно освещённой золотыми лучами закатного солнца. Он только что купил стильные очки, которые придавали ему уверенности, и теперь, надел их, запрокинул голову назад, позволяя тёплым лучам касаться своего лица. Вокруг него царила атмосфера спокойствия, но в его душе бушевали эмоции. Он погрузился в размышления о событиях прошедшего дня, который оказался полон неожиданных встреч и переживаний. Однако, несмотря на все эти яркие моменты, Намджун не мог прийти к какому-либо определённому выводу. В конце концов, решив, что ему нужна поддержка, он набрал знакомый номер. — Привет, хен. По делу звонишь? — раздался в трубке холодный и чёткий голос Юнги, как всегда лишённый лишних слов. — Нет, это не по работе, — ответил Намджун, чувствуя, как напряжение немного спадает. — Тогда позвони Джексону. Чего ты мне-то звонишь? — Потому что у тебя единственного есть омега… — произнёс он с лёгкой ноткой растерянности. — Ого, неужели нужен совет? — с легкой насмешкой произнёс Юнги. — Думал, не доживу до момента, когда ты будешь спрашивать у меня советы в любовных делах. А ведь когда-то именно ты первым женился и раздавал советы всем подряд. — Не вспоминай это уже в прошлом, — прервал его Намджун, стараясь скрыть неловкость. — Надеюсь, ты не спрашиваешь потому, что снова сошелся с Со Лихёном? — с лёгким сарказмом произнёс Юнги. — Ты за кого меня принимаешь? У меня тоже есть гордость! — с возмущением ответил Намджун. Юнги лишь хмыкнул в ответ, вспомнив о том, как пять лет назад Намджун простил Со Лихёна за предательство и сделал ему предложение. А потом родился их сын Джувон, и Лихён сбежал через месяц после свадьбы, подав заявление на развод. Воспоминания об этом были болезненными и тяжёлыми. — Так какой совет тебе нужен? — наконец спросил Юнги, возвращаясь к разговору. — Я тут встретил парня… и кажется, он мне понравился, — произнёс Намджун с некоторой неуверенностью. — Так кажется или понравился? — уточнил Юнги с легкой долей иронии. — Юнги, я не знаю! Поэтому и звоню тебе! — воскликнул Намджун, чувствуя, как его терпение начинает иссякать. — Ладно, для начала ты уверен, что он вообще омега? Вдруг он бета или альфа? — спросил Юнги с неподдельным интересом. Намджун замер в недоумении. Он действительно не знал, кем был Сокджин. Мысли о нём кружили в его голове, но ответ так и не приходил. — Значит, не знаешь? — не дождавшись ответа, переспросил Юнги. — Угу… — Так с этого и стоит начать. Надо как-нибудь разузнать. — И как же это сделать? — спросил Намджун с отчаянием в голосе. — А я что, по-твоему, знаю? Ты мне даже толком не рассказал, кто он такой. Как я могу тебе помочь? — с лёгкой насмешкой произнёс Юнги. В этот момент Намджун начал рассказывать обо всём с самого начала: о первой встрече на подъемнике — той случайной улыбке одними глазами, которая зажгла интерес в его сердце; о мимолетной встрече в магазине; о той замечательной прогулке по музею, где они обсуждали искусство и делились своими мыслями. Он также упомянул о том, как Сокджин помог ему в кафе, когда он растерял кошелек и не знал, что делать. — Ты уверен, что ты влюбился, а не просто испытываешь благодарность? — с легкой насмешкой в голосе спросил Юнги, его тон выдавал скептицизм. — Точно нет! — воскликнул Намджун, чувствуя, как его сердце трепещет от воспоминаний о Сокджине. — Моё сердце так трепетало, что это просто… не может быть простое любопытство! — Ой, боже, избавь меня от этих рассказов о чувствах! — Юнги закатил глаза, явно не желая углубляться в романтические переживания друга. — Лучше подумай о том, как узнать его вторичный пол. — Может, напрямую спросить? — предложил Намджун, хотя сам понимал, что это может быть не самым удачным решением. — Ты что, придурок? — Юнги чуть не рассмеялся от удивления. — Если бы ты был рядом, я бы стукнул тебя, честное слово! Ты не понимаешь, что если спросишь напрямую, то только отпугнёшь его и потеряешь возможность ухаживать за ним? Намджун замер в раздумьях, его мысли метались между желанием узнать больше о Сокджине и страхом сделать что-то не так. — Тогда что предлагаешь? — наконец спросил он. — У тебя есть его Instagram или ещё что-нибудь? — поинтересовался Юнги, надеясь на удачу. — Нет, — признался Намджун с сожалением. — Боже! И как ты собирался ухаживать за ним, если у тебя нет буквально ничего? — Юнги вздохнул, словно у него отняли все силы. — Есть номер телефона… — вымолвил Намджун, чувствуя себя немного лучше. — Ну хоть что-то! И то не густо… Ладно, попрошу кого-нибудь найти его страничку. — А какой смысл от его странички в Instagram? — с недоумением спросил Намджун. — Боже, я конечно понимал, что ты в социальных сетях ничего не смыслишь, но не настолько же? Все люди, за исключением тебя, много публикуют в своих аккаунтах! Эти самые посты или близкие друзья могут многое сказать о самом человеке. Намджун замялся. Он действительно не задумывался о том, как много можно узнать о человеке через социальные сети. — Понятно… Я действительно ничего в этом не смыслю. Надо будет побольше в этом разобраться. — Для начала скажи мне его имя и фамилию и возраст. — Ким Сокджин. На счёт возраста не знаю, около двадцати, — ответил Намджун с легкой неловкостью. — Ты даже возраст не спросил? Действительно? — Да… Ты же знаешь, я очень плох в разговорах. Юнги вздохнул с сожалением, но в то же время с пониманием. Он знал, как сложно Намджуну было общаться с людьми, особенно когда дело касалось чувств. — Ладно, пойду поищу чего-нибудь. Как разузнаю и напишу тебе. — Уверенно произнёс Юнги и отключился. Намджун сидел на лавочке в парке, наслаждаясь тёплыми лучами солнца, которые мягко касались его лица. Вокруг царила тишина, лишь изредка доносился звук щебетания птиц и шёпот листвы. Он закрыл глаза и позволил себе на мгновение забыть о заботах и переживаниях, погружаясь в атмосферу спокойствия. Время словно остановилось, и он чувствовал, как каждое мгновение наполняется радостью. Но вскоре, внезапно ощутив прилив энергии, Намджун резко поднялся с места. Он направился к выходу из парковой зоны, его шаги были уверенными и быстрыми. Как только он вышел на улицу, он остановился и достал телефон, чтобы вызвать такси. Сердце его всё ещё трепетало от воспоминаний о Сокджине, но сейчас он был полон решимости вернуться к своим обязанностям. Через три часа он уже оказался в Церматте — живописном городке, окружённом величественными горами. Здесь располагалось их уютное шалле, где каждый уголок хранил воспоминания о семейных моментах. Намджун быстро добрался до детского сада, где и находился его сын Джу. Когда Намджун вошёл в группу, его сразу же встретил радостный крик: — Паааапа! Маленькая фурия в ярком комбинезоне мчалась к нему с распростёртыми руками. Намджун с улыбкой подхватил Джу на руки, чувствуя, как его сердце наполняется теплом. — Да, мой малыш! Как дела? — спросил он, прижимая сына к себе. — Всё хорошо, пап! Сегодня на обед был такой вкусный суп с клёцками! — с восторгом ответил Джу, его глаза сияли от счастья. — Ладно-ладно, расскажешь по дороге домой. А сейчас давай переоденемся, — сказал Намджун, опуская сына на землю. Пока Джу, с присущей ему медлительностью, надевал куртку и шапку, Намджун заботливо одевал ему мягкие угги и завязывал шарф. Он любовался тем, как Джу старательно пытался справиться с одеждой, и не мог не улыбнуться от умиления. Когда они наконец вышли из детского сада, холодный воздух окутал их, но теплоту их отношений ничто не могло затмить. Намджун взял сына за руку, и они направились домой, обсуждая всё на свете — от клёцек до планов на выходные. Когда они наконец вернулись домой и переоделись в уютные пижамы, Джувон уже уютно устроился на диване, укрывшись большим пушистым пледом. Он с нетерпением ожидал своего отца, который в это время находился в спальне. — Отец, ты скоро? — раздался его голос, полный ожидания. — Да-да, иду! — ответил Намджун, с усилием откладывая телефон, на экране которого только что появилось сообщение от Юнги. Его любопытство зашкаливало, и он не мог сдержать желание прочитать его прямо сейчас. Намджун вышел из спальни и направился на кухню, где начал готовить ароматное какао. Словно чувствуя, что его отец занят чем-то важным, Джувон не мог удержаться от восклицаний. — Паап, ты что там делаешь? Иди сюда! — позвал он, стараясь привлечь внимание. — Подожди пять минут, я варю нам какао, — ответил Намджун, погружаясь в процесс. — О, это замечательно! Тогда я достану маршмеллоу, которые мы купили недавно. Помнишь? — с энтузиазмом произнес Джувон. — Конечно помню, доставай их, — улыбнулся Намджун, радуясь сыновнему азарту. Джу тут же подскочил с дивана и с быстрыми шагами направился к шкафчикам на кухне. Он начал открывать их один за другим, с каждым разом всё больше возбуждаясь от предвкушения. Намджун, стоя рядом и наблюдая за ним сверху вниз, не мог сдержать улыбки. Когда какао было аккуратно разлито по кружкам, а на деревянном подносе уютно расположились кружки и миска с печеньем, посыпанным шоколадной крошкой, в воздухе уже витал сладкий аромат. Джувон, стоя рядом с открытой пачкой маленьких белых облачков маршмеллоу, с восторгом засовывал себе в рот по паре-тройке угощений, его лицо светилось от счастья. — Погнали? — произнес Намджун, с улыбкой наблюдая за сыном. — Угу, — проговорил Джу с набитым ртом, его голос звучал как будто издалека. Намджун, весело покачивая головой, забрал из его цепких ручек пачку маршмеллоу и направился в гостиную. Джувон, хотя и немножко нахмурившись от неожиданного лишения своих сладостей, быстро последовал за отцом, не желая упустить ни мгновения их совместного вечера. — Так чем займемся? — спросил Намджун, когда они оба уселись на диван и он поставил поднос на столик. Аромат какао наполнил комнату, создавая атмосферу уюта и тепла. — Начнем собирать то огромное лего? — скорее утвердительно произнес малыш, его глаза блестели от восторга. На слове «ОГРОООМНОЕ» он специально растянул гласный звук и развел руки в стороны, словно показывая размеры этого самого лего. Намджун поперхнулся печеньем, не ожидая, что сын выберет именно это занятие. Он думал, что Джувон предложит посмотреть какой-нибудь фильм или, в крайнем случае, музыкальную премию. — Уверен? — осторожно спросил он, пытаясь уловить уверенность в голосе сына. — Да! — четко и ясно ответил Джу, его тон не оставлял места для сомнений. — Ладно, — согласился Намджун, улыбнувшись. — Тащи свое лего. С этими словами Джувон вскочил с дивана и помчался в свою комнату, оставляя за собой след радости и нетерпения. Джу вернулся на первый этаж, еле таща огромную коробку с лего из серии «Юрский период». Коробка была такой громоздкой, что он едва мог разглядеть, куда идет, но его глаза светились восторгом. Внутри находился внушительный домик, окруженный зелеными деревьями, и четыре довольно больших динозавра различных пород, готовых к приключениям. С трудом дотащив коробку до гостиной, он с радостью распахнул ее, словно открывая сундук с сокровищами. Яркие детали разлетелись по полу, и вскоре вокруг них развернулась настоящая строительная площадка. Они с Намджуном уселись на мягкий ковер, который стал их временным рабочим местом, и начали собирать кубик за кубиком. Процесс оказался долгим и порой утомительным, но каждый новый элемент добавлял в их творение жизнь. Постройка росла в размерах, и вскоре перед ними вырисовался величественный дом с террасой и стеклянными окнами. Динозавры оживали в их руках: Тираннозавр с гордым видом восседал на вершине холма, а Велосираптор, словно охотник, поджидал свою жертву. Тем временем аромат какао с маршмеллоу наполнял комнату, а кружки постепенно опустошались. Миска с печеньем тоже не осталась в стороне — она давно опустела, оставив лишь крошки как напоминание о своем присутствии. Когда часы пробили 20:00, Намджун наконец поднялся с пола, где они сидели до этого. Его спина немного затекла от длительного сидения, но радость от совместного творчества перекрывала все неудобства. — Налить тебе ещё какао? — спросил он, потянувшись к пустой кружке сына. — Даа, — усталым голосом проговорил Джу, его глаза уже начинали смыкаться от усталости. — Ладно, по последней кружке, — сказал Намджун с легкой улыбкой, намекая на то, что он наливал какао уже трижды за вечер. Джувон лишь кивнул в ответ, его внимание все еще было приковано к строящемуся миру из лего. Намджун отправился на кухню и вновь наполнил кружки горячим какао. Он не положил печенья — уже слишком поздно для сладостей. Вернувшись в уютную гостиную с двумя полными кружками горячего какао, Намджун остановился в дверном проеме, наслаждаясь сценой, развернувшейся перед ним. Джувон, погруженный в свои мысли, сидел на мягком ковре и внимательно рассматривал свои творения из лего — яркие детали, словно маленькие кусочки волшебства, складывались в целый мир. — Вроде неплохо получается? — с теплотой в голосе произнес Намджун, ставя кружки на стол. Их ароматный пар поднимался к потолку, создавая атмосферу уюта и спокойствия. — Угу, — промычал Джу, не отрывая взгляда от своей чашки. Он был полностью поглощен процессом ловли зефирок, которые весело плавали на поверхности горячего какао. Каждый раз, когда он пытался поймать их с помощью ложки, его лицо светилось восторгом. Намджун тоже сделал глоток своего какао и, почувствовав его сладкий вкус, сел рядом с сыном. Он продолжил сборку конструкции, аккуратно соединяя детали и добавляя новые элементы к их общему творению. Время летело незаметно, и вскоре полчаса пролетели как одно мгновение. Однако Джувон, утомленный долгими часами творчества, начал дремать. Его веки постепенно опускались, и в какой-то момент он совсем уснул, облокотившись на диван. Намджун, заметив это, почувствовал нежное тепло в сердце. Он не хотел будить сына, поэтому тихонько поднял его на руки. Джувон удобно устроился у него на груди, а Намджун бережно отнес его наверх. В спальне он положил Джувона в его уютную постель, укрыв одеялом до подбородка. Затем он поцеловал его в лоб и прошептал на ночь: — Спокойных снов, мой маленький исследователь. Свет в комнате мягко приглушился, и Намджун вышел обратно на первый этаж. Он убрал кружки и миски, сначала тщательно помыв их под струей теплой воды. Затем он собрал разбросанные по полу кубики в одну аккуратную кучу, наслаждаясь моментами тишины и покоя после бурного вечера. После того как порядок был восстановлен, Намджун направился в ванную комнату. Он быстро принял душ, чувствуя, как усталость уходит с каждым каплей воды. Ощущение свежести окутало его, и вскоре он уже спустился вниз. Наконец, уютно устроившись на кровати, Намджун с удовольствием потянулся к своему телефону, который тихо вибрировал на ночном столике. Он взглянул на экран и заметил, что у него уже не одно, не два, а целых три сообщения от Юнги. Это было чем-то необычным; Намджун никогда не получал так много сообщений от него одновременно. Юнги не был тем, кто бездумно отправляет сообщения — будь то текстовые, голосовые или видео. Все их можно было пересчитать по пальцам одной руки. И это при том, что Намджун был вторым контактом в его телефоне, а первым, разумеется, был Чимин. Первое сообщение гласило: «Боже мой, я всегда знал, что ты придурок, но ты блин всегда умеешь меня заинтересовать… Я давно так до поздна не занимался всякой херней, не касающейся музыки». Намджун улыбнулся, представляя, как Юнги хмурит брови, произнося эти слова. Он всегда умел подметить детали и выражать свои мысли с таким характерным сарказмом. Во втором сообщении Юнги продолжал: «Ладно, сразу все скажу, а то время-то позднее. Меня уже Чими ждет, а я тут с тобой ерундой занимаюсь. Вот ссылка на его аккаунт @jin.» Намджун почувствовал легкое волнение — он знал, что за этим сообщением скрывается что-то интересное. Третье сообщение завершало этот поток мыслей: «У тебя теперь долг, я запомню». Намджун не мог сдержать улыбку — Юнги всегда умел в шутливой форме напомнить о своих требованиях. Прежде чем перейти по ссылке, Намджун быстро набрал ответ: «Спасибо, мой лучший бро. Проси что хочешь, я сделаю». Он знал, что между ними всегда была особая связь — понимание и поддержка, которые не требовали лишних слов. После того как Намджун закончил просматривать сообщения, он с любопытством кликнул на ссылку, которую прислал Юнги. На экране развернулся великолепный профиль, который сразу привлек его внимание своей эстетикой. Каждое изображение было тщательно подобрано, создавая гармоничную картину из ярких и насыщенных цветов. Посты были наполнены разнообразными блюдами, аппетитными закусками и изысканными напитками, которые словно приглашали его в мир гастрономических удовольствий. Но среди всего этого изобилия Намджун также заметил множество фотографий самого Сокджина, каждая из которых отражала его уникальный стиль и неповторимую харизму. Первая фотография, которая попалась ему на глаза, вызвала у него особые чувства. На ней был запечатлен момент, который навсегда остался в его памяти, на ней Сокджин был именно в той одежде, что и при первой встрече. Вспомнив о том дне, Намджун погрузился в сладкие воспоминания: свежий воздух, легкий ветерок и ощущение волнения, когда они впервые встретились взглядом. Этот момент стал для него символом начала чего-то важного и незабываемого. Теперь, просматривая профиль Сокджина, он вновь ощутил ту теплоту и радость, которые испытывал тогда, и его сердце наполнилось нежностью и ностальгией. Закончив просмотр его аккаунта, Намджун ощутил, как его сердце забилось быстрее. Каждый пост, каждая фотография словно погружали его в атмосферу, полную света и радости. Он уже собирался нажать кнопку подписки, но в последний момент остановился, погружаясь в размышления. С одной стороны, подписка с официального аккаунта была бы слишком рискованной. Фанаты, известные своей проницательностью, немедленно заподозрили бы что-то неладное. Их любопытство могло привести к нежелательному вниманию, и это, безусловно, сказалось бы на их отношениях — на той хрупкой связи, которая только начинала формироваться между ними. С другой стороны, даже подписка с его приватного аккаунта казалась неуместной. Там были только близкие друзья и семья, и он знал, что они сразу же начнут задавать вопросы: «Почему ты подписался на него?» или «Как вы познакомились?» Намджун не хотел делиться этой частью своей жизни с окружающими, по крайней мере, не сейчас. Вдохновленный этими размышлениями, он принял серьезное решение. Намджун решил создать новый аккаунт — чистый лист, где он мог бы свободно следить за жизнью Джина, не опасаясь лишних вопросов и сплетен. Этот аккаунт станет его маленьким тайным миром, в котором он сможет наслаждаться каждым моментом без давления извне. С легким трепетом он начал процесс создания нового профиля. Выбирая имя пользователя, он задумался о том, каким образом этот новый аккаунт будет отражать его истинное «я». Закончив с созданием нового аккаунта, Намджун с волнением нажал кнопку подписки на профиль Сокджина. В этот момент он почувствовал, как его сердце наполнилось теплом — словно он открыл дверь в новый, неизведанный мир, полный возможностей и надежд. С легким трепетом он выключил светильник, оставив в комнате лишь мягкое свечение экрана телефона, которое постепенно угасало. Лежа в темноте, Намджун закрыл глаза и позволил своим мыслям унестись далеко от повседневной суеты. Он вновь и вновь прокручивал события прошедшего дня: их случайную встречу, смех, который они разделили, и ту искреннюю беседу, которая оставила в его душе светлый след. Образы Сокджина возникали в его воображении — его улыбка, искренние глаза, полные заботы и доброты. Каждое мгновение, проведенное рядом с ним, казалось волшебным. Намджун думал о том, как легко им было общаться, как будто они знали друг друга всю жизнь. Мысли о Сокджине заполняли его сознание, создавая ощущение легкости и радости. Он размышлял о том, что их связь могла бы стать чем-то большим, чем просто дружба. Но в то же время страх перед неизвестностью сковывал его. Что если это всего лишь мимолетное увлечение? Что если он ошибается? С каждым новым дыханием Намджун погружался глубже в свои размышления. Он представлял, как они вместе смеются, обсуждают музыку и делятся мечтами. В его сердце зарождалась надежда — надежда на то, что это только начало их истории. Он понимал, что не хочет терять эту связь и готов идти на риск ради того, чтобы узнать Сокджина лучше. Постепенно его мысли начали утихать, и Намджун позволил себе погрузиться в сон, все еще думая о том, как одна простая встреча могла изменить его жизнь. В темноте комнаты он улыбнулся, зная, что впереди их ждет множество удивительных моментов.