Как в кино

Бар "Сircus" 23:45 Вообще-то мне нравятся карты — конечно, игра вульгарна и к тому же откровенно скучна для двоих, — но в ней есть некоторый элемент случайности, он-то меня и привлекает (с. Донна Тартт)

Первый этаж бара напоминал обычное унылое заведение, коих было тысячи по всёму городу, за исключением одного единственного отличия, о котором знали только избранные представители мафиозных группировок. Можно сказать, что это место было некоторым тайным логовом, таящим в себе многочисленные секреты постоянных посетителей. Довольно часто здесь происходили перестрелки на почве несостоявшейся сделки, если судить по некоторым участкам стены, перекрашенной новенькой чёрной краской, да и сами отверстия от пуль говорили лучше любых слов. Конечно, помещение выглядело роскошно и дорого с учётом того, кто инвестировал во всё это, и все эти нюансы казались сущим пустяком для тех, кто пришёл сюда по каким-то своим делам. Каждодневные убийства никого не удивляли, наоборот, подначивали разозлить оппонента ещё больше и увести в дальние комнаты с хорошей звукоизоляцией. Всё продумано до мелочей. Только благодаря главе этого бара было решено ввести идентификацию по тату на запястьях, чтобы в случае проникновения чужого устранить проблему без лишних глаз. Символ клана нельзя было подделать из-за кода, вбивавшегося в районе ключицы. Проходя контроль, многие члены мафии беспрекословно выполняли просьбу пройти сканер, на котором и высвечивался номер. В обычной жизни его не было видно, чему Ламаи была несказанно рада. В такие моменты она вспоминала, как все представители клана ходили словно чипированные псы, чьё местонахождение можно было отследить по щелчку пальца. Довольно тошнотворное ощущение. Ламаи претило всё, что находилось рядом. Дышать было очень сложно, но дышала от чего-то. Неужели она хотела жить? Под гнётом боли, унижения и страха. Возможно, ей было нечего терять. Также Ламаи обещала самой себе никогда не показывать татуировку другим, тем самым хотя бы на время забывая о своём вымершем клане. Ни к чему кому-то знать о том, что она каким-то чудом смогла выжить после той кровопролитной войны. Многие в этом месте прекрасно знали о том, какую опасность мог представлять один из представителей "Кобр", вот только никто не решался сказать об этом в лицо, узнавая в Ламаи бывшего киллера мафии. Трудно забыть эти лисьи глаза, ставшие личным кошмаром каждого, кто имел хоть что-то общее с этим кланом. Возможно. сейчас кто-нибудь из этих взрослых мужчин прятал за пазухой хорошо заточенный нож, готовясь к тому, чтобы атаковать, но в последнюю секунду отходил назад, видя надменную улыбку девушки. Она была очень расчётливой и могла с точностью просчитать амплитуду удара и прочие показатели того или иного соперника, да и знание психологии во многом помогали ей понять, что за эмоции в данный момент испытывает человек. Страх. Довольно обыденное состояние у тех, кто желал её смерти, но не мог ничего сделать. Ламаи на эти мысли только усмехнулась и продолжила дальше искать взглядом главную цель этого вечера, изредка бросая взгляд в сторону охраны. В какой-то степени именно эта ненависть натолкнула её на то спонтанное решение, о котором она до сих пор так и не пожалела. Жить в постоянном страхе за свою собственную шкуру довольно утомительное занятие, больше похожее на жалкое существование.

Карточная масть - Пики. Король. Ламаи.

Как и предполагала Ламаи, Кванг спокойно сидел в другом конце помещения, в окружение нескольких вульгарных особ, и без остановки пил одно из самых дорогих вин, которое можно было здесь отыскать. То и дело раздавался приглушённый звон бокалов, сопровождающийся в каких-то местах и вовсе бессвязной речью. Жалкое зрелище с учётом того, какие компании находились за плечами этого человека. Ламаи знала о его слабости к женщинам и подобным утехам, ведь за тенью алкоголя и карточных игр всегда можно было скрыть свои истинные чувства. Забыться и потерять бдительность, подпуская к себя одну из самых смертоносных рептилий. Ламаи хватило несколько секунд, чтобы оказаться возле мужчины, взглядом прося девушек оставить их наедине. Практически сразу всё его внимание переключилось на Ламаи, чья аура завлекала даже самых отстранённых слушателей. Опасная аура, способная затуманить взгляд и запутать человека так, что тот даже и не заметит, оказавшись в ловушке возле пасти кобры. Заметив символ её клана, Кванг заметно оживился и пододвинул лежавшие на столе карты ближе к девушке. Зоркий глаз мужчины всегда очень точно определял стоимость того или иного драгоценного камня, находящегося перед ним, и такой экземпляр, в виде столь прекрасной девушки в их сугубо мужской коллективе, не мог оставить его равнодушным. Да и вообще он был хорошо наслышан об этом клане. — Никогда не думал, что среди всей этой змеиной грязи скрывалось такое сокровище. И что же привело вас в эту обитель? — Ламаи не могла не подметить, как изменилось выражение лица мужчины, когда она присела рядом с ним, в опасной близости для них обоих. Нельзя сказать, что Кванг когда-то был обделён женским вниманием, скорее купался в этом чрезмерном похотливом желании. Это дико смешило девушку, которая знала о том, что у каждого из присутствующих был подобный грех за душой. Конечно, нелепо ждать от других хороших намерений, если у самого были руки по локоть в чужих страданиях. — Судя по украшениям, вам не чужда роскошь и чистота, хотя второго здесь катастрофически мало. — Интерес. Я наслышана о вас и о том, как именно вы предпочитаете вести дела, мистер Кванг. Мне близка эта позиция, как и ваше стремление разрушить ведущие развлекательные компании Таиланда. Ведь это вы причастны к исчезновению Сэйнта Суппапона, не так ли? Вы наделали много шуму в индустрии развлечений. Это впечатляет, — Ламаи продолжала говорить тихо, завораживающе, словно змея, изредка дотрагиваясь кончиками пальцев до карт, которые ей так любезно предоставил мужчина. Кванг был опьянён не только алкоголем, но и её компанией, нервно перебирая колоду карт в своих руках. Валет червей. — Какое он имеет отношение к нашему разговору? — раньше Ламаи часто проверяла свои догадки на людях, ведь во время азартных игр они были больше всего подвержены различным эмоциям. Часто люди проигрывали собственную жизнь, сталкиваясь с тем, что именно их поведение стало решающим фактором. Существовала даже такая тактика игры, при которой игрок не знает, что скрывается за шестью перевёрнутыми картами, тем самым не давая сопернику возможность прочитать на его лице ту или иную информацию. Видимо, Кванг не обладал такой способностью, обнажая перед ней свой страх. Ламаи осторожно прикоснулась губами к прозрачному бокалу с вином, после смакуя сладкий вкус на кончике языка. Иронично, что в старые времена именно яд кобры добавлялся в столь уникальный напиток.

Карточная масть - черви. Шестёрка. Кванг.

— Будем считать, что у меня были с ним свои личные счёты, но сейчас это уже не важно, если, конечно, именно вы причастны к его смерти, — еле заметная дрожь в руках, прищурённый взгляд и наигранная спокойная поза. Всё его тело выдавало чувство скованности и волнения, от чего Кванг даже не заметил, как на секунду засветил место, где у него висел пистолет. Этого хватило, чтобы Ламаи приблизилась к мужчине вплотную, шепча ему на ухо так, чтобы это осталось лишь между ними. — Не стоить смотреть на меня подобным образом, ваши догадки абсолютно неверны. Мне нет никакой выгоды выдавать кому-то эту информацию, ведь я тоже являюсь частью мафии, как и вы. Зачем мне рыть себе могилу своими собственными руками? Думаю, дальше вы самостоятельно сделаете соответствующие выводы. — "Кобры" всегда славились своей быстротой и тем, что они называли хладнокровием. Вот только как так вышло, что лишь одному из клана удалось выжить? Если только один из них не оказался предателем, — Кванг почти с такой же ловкостью перехватил лицо девушки сухой ладонью, тем самым меняя их позиции в столь неравной борьбе. Он с ехидной улыбкой провёл рукой вдоль шеи, с каким-то маниакальным восторгом рассматривая точённые скулы. В этот момент казалось, что Кванг рассматривал не живого человека, а очередной трофей в свою ювелирную коллекцию. Псих. — Вы хоть понимаете, насколько серьёзны ваши обвинения? — она улыбнулась его словам, даже не стараясь оправдываться, а уже через мгновение выворачивая мужчине запястье. Ей не было стыдно за то, что она сделала. За столько лет ей пришлось свыкнуться со своими каждодневными кошмарами и сломанной детской психикой, о которой так и никто не удосужился позаботиться. Ламаи устала так жить, считая минуты до следующего задания и моля о том, чтобы не вернуться. Её ловкость рук всегда выручала в подобных случаях, когда требовалось на время перенять всё внимание человека на себя. Она вынула пистолет Кванга и спрятала его куда подальше, прижимая лезвие к тонкой коже. — Три туза. — К чему лукавить, если это правда? Зачем бросаться на соперника, превосходящего тебя по силе? — Кванг даже в таком положении умудрялся язвить, абсолютно равнодушно смотря на холодное оружие в руках девушки, за чью голову давали несколько тысяч долларов. Красивое лицо теперь было больше похоже на хищный оскал, а во взгляде читалось неприкрытое отвращение к таким, как они. Жаль, что мафия не любит предателей, какими бы благими намерениями ты не тешил собственное эго. — Сколько же ненависти скрывается за столь красивой оболочкой?

Любой план похож на карточный домик, Если убрать одно карту, то всё рассыплется.

Тоже самое и в других играх. Шах и мат. — Яд кобры куда сильнее, чем у скорпиона. Не забывай, что он может убить жертву в разы больше собственной массы. Так чего мне стоит это сделать? — девушка краем глаза заметила, как к ним подскочил личный охранник Кванга, направляя пистолет в её сторону. В такие моменты она скрывалась за спиной жертвы, шантажируя его жизнью. Особенно сейчас, когда в её поле зрения находился лишь один единственный человек. — Довольно жалко идти сюда с одним из своих, хотя в твоём распоряжении их сотни. Скажи ему, чтобы убрал пистолет, а то мало ли моё лезвие пройдёт чуть ближе к твоей шее, где-нибудь в районе сонной артерии. Вы ведь оба не хотите этого? Кванг жестом указал парню опустить оружие на землю, после чего Ламаи смогла одним ударом отключить охранника, быстро ведя мужчину в сторону тёмного коридора с кучкой фальшивых дверей. Это было создано для того, чтобы люди не сразу поняли за какой именно дверью находилась жертва, это было важно с учётом того, что на спасение давалось лишь несколько драгоценных минут. В комнате не было ничего, кроме одного стула и парочки одиноких лампочек, да и зачем здесь нужен был какой-либо уют, если данное помещение использовалось в абсолютно других целях. Кванг зашипел от боли, когда Ламаи сильнее обычного связала запястья верёвкой, переплетая её в замысловатый узел. Всё это действие происходило в давящей тишине, которую через минуту разрушил громкий выстрел куда-то в сторону. Буквально в сантиметре от лица Кванга. Он дёрнулся от неприятного звука и тут же почувствовал маленькую струйку крови, стекающей по щеке, понимая, что его лишь запугивали. Ламаи не было смысла убивать сейчас, зная, какой ценной информацией он владел. Но мужчина упорно молчал, не замечая лёгкого раздражения на красивом девичьем лице. Алкоголь давно выветрился из организма, оставив после себя небольшое головокружение и навязчивые приступы тошноты. Через секунду Ламаи снова выстрелила в пустоту за его стеной, поворачивая его лицом к тому, кого мужчина совершенно не ожидал увидеть. На мгновение даже показалось, что это какая-то шутка, ведь Кванг просто отказывался в это верить. Пакпао стоял возле молодого парня, которого он приметил ещё в полицейском участке, даже не придав значения его внезапному появлению в стенах участка. Тогда на нём красовался лишь бейджик помощника отдела. Пакпао то и дело брыкался в сторону и будто намеренно не обращал внимание на направленное на него оружие. Честно, Кванг мало понимал всё происходящее, искоса посматривая на внезапно повеселевшую девушку. Её до ужаса смешило то, что должно произойти через несколько секунд. Ведь всегда интересна реакция того, кто до последнего верил в свою безнаказанность, а также в то, что весь его план находился под полным контролем Пакпао. Однако, вся это мнимая преданность лопается, как воздушный шарик, когда ты понимаешь, что тебя обвели вокруг пальца. Ламаи аккуратно села возле Кванга, доставая из кармана небольшой свёрток бумаги и поворачивая в его сторону, а следом и ключ. Эффект был ошеломительный, если учитывать то, что Кванг правда доверял своему другу, не ожидая от него столь омерзительных вещей. Ламаи отошла в сторону, давая мужчине выкрикнуть парочку нелестных фраз в сторону своего уже бывшего напарника. Осталось только спустить цепь и наслаждаться зрелищем.

Информация в записке: Информация от первого источника, следившего за вами двумя.

1) Раньше ты всегда сам занимался изучением всех деталей, касающихся очередной жертвы, но в этот раз доверил это Пакпао, не обратив должного внимания на его изменившееся поведение. Можно сказать, что это стало твоей роковой ошибкой. Пакпао изначально знал о том, что Сэйнт твой сын, лишь поэтому он отказался от главной роли в том спектакле на мероприятии. Для него это был очередной шанс вывести тебя из равновесия. 2) Он специально направил подозрения полиции на тебя, Кванг, чтобы ты занервничал и совершал ошибку за ошибкой, в порыве замести следы, которые он тщательно передавал нужным лицам. Не заметил, что он пропадал куда-то всё чаще? Пакпао перестал видеть в тебе верного напарника давным давном, скорее ты являлся лишним балластом, который он мечтал убрать как можно быстрее. Он заранее подготовил план, по крупицам выполняя пункты одним за одним. Как ты думаешь, каким должен был стать последний удар? Я подскажу. 3) Пакпао подменил твой ключ от сейфа на фальшивый, ведь он единственный знал его местонахождение, ошибки не может быть. Однако, не успел его подменить у тебя в кармане. Ведь он вшит внутри твоего пиджака, Пакпао сам любезно рассказал нам об этом. Этот ключ открывал именно тот сейф, в котором хранились все документы, касающиеся ваших махинаций и самых крупных сделок. На случай своей смерти ты заранее позаботился об этом и отдал второй экземпляр Пакпао в надежде, что тот не сдаст тебя при первой удобной возможности. Вот только он выжидал подходящего момента, чтобы наконец-то пристрелить тебя. Доставшиеся им с Пхомом документы вместе с настоящими ключами должны были помочь расследованию в поимке оставшихся преступников, пешек, которые выполняли поручения этих двоих. В одной из папок и вовсе находились доказательства непричастности Сэйнта ко всей этой истории. В какой-то степени, Ламаи прекрасно догадывалась, что живыми эти двое отсюда не уйдут. Выходя из комнаты, Пхом сломал ручку двери, так как та открывалась лишь с внешней стороны. Тем самым они гарантировали, что никто не помешает милой беседе Пакпао и Кванга. Если ты не уничтожил себя сам, тебя обязательно уничтожит кто-то другой. Вариантов нет. От закона бумеранга не убежать, он рано или поздно вернётся и ударит сильнее прежнего. Это было похоже на ту самую детскую игру с натягиванием резинки, в которую Ламаи так не любила играть. Посмотрев на ранее отобранный Пхомом пистолет Пакпао, она решила оставить его здесь, чтобы те наконец разобрались со всем этим. Удивительно, что Пакпао даже не удосужился сказать хоть что-нибудь в свою защиту, давая своё молчаливое согласие. — Развлекайтесь, вам о многом нужно поговорить... — Давай же, что ты медлишь, или снова промахнёшься? — звук глухого выстрела. Кванг видел в нём своё собственное отражение, наверное, поэтому не мог смириться с тем, что тот его предал. Но даже взглянув на бездыханное тело, он надеялся на то, что в свои последние секунды Господь простит его за сына. Глупо просить о таком, но всё же в нём всё равно осталось хоть что-то человеческое. Где-то глубоко в сердце.

Выстрел.