Как в кино

Страх, что тайком подбирается, берёт меня за руку (с.)

«SaintCor» Следующая компания. Главная цель: Сэйнт Суппапон. Необходимы контракты с двумя компаниями, заключённые два месяца назад. Только после этого замести все следы и убраться из здания. Доставить живым мистеру К. Именно с этого места всё пошло не по плану. Они не оставляют потенциально опасных свидетелей, даже если им окажется собственный ребёнок. — Чёрт, какая муха тебя укусила? — поблизости в тёмном пространстве слышались еле уловимые человеческие шаги. Звук соприкосновение подошвы с водой неприятно разлетался по комнате, отскакивая от белых стен в виде приглушённого эха. Человек рядом явно боялся, нервничал, старался не оставаться на одном месте, всячески переступая из стороны в сторону. Едкий запах лекарств то и дело чётко ударял по всем обонятельным рецепторам парня, от чего Сэйнт не смог сдержать хриплого кашля, разворачиваясь на мокром полу от нового приступа. Он слышал всё, словно через толщу резины, видел лишь темноту, изредка протирая глаза липкими ладонями в надежде сфокусировать взгляд на чём-то. Солёный, металлический запах кажется пропитал каждый сантиметр этой комнаты. Чертовски больно. Хотелось выть от того, как тяжело давалось каждое движение, каждый вздох, будто тебе в горло заливали раскалённый металл. Отвратное чувство безысходности. Сэйнт попытался встать, проводя ладонями вдоль пола, но его тут же опрокинули, прижимая лезвие к нежной коже. Почему-то именно в такие моменты накаляются все человеческие чувства, нервы натягиваются до предела, а в крови пульсирует страх, ты будто превращаешься в тряпичную куклу и ждёшь... ждёшь, когда это наконец закончится.

Эта боль медленно жрёт изнутри.

— Ты убил стольких людей, зная, какой информацией они владели, а сейчас дрожишь, как сопливый мальчишка из-за этого паренька. В том, что операция пошла не по плану, лишь твоя вина. Интересно, как ты будешь спать, зная, что на твоих руках кровь собственного сына? — Пакпао пытался не подавать виду, что удивлён такому стечению обстоятельств. Из-за его причастности к Квангу было вдвойне опасно оставлять парня в живых без подходящего алиби на их счёт. — Ну же, смелее. — Он же мальчишка, кто вообще поверит его словам? — голос Кванга дрогнул, как только его напарник отнял нож и полоснул лезвием по коже, наблюдая, как парень зашёлся в немом крике и нервно, почти машинально попытался отдёрнуть руку. Уродливые подтёки крови расплывались на плитке в бесформенные лужицы, пока он пытался до конца понять, что происходит. Но видел лишь в глазах напарника безумие с примесью удовольствия. Он с эстетическим наслаждением наблюдал за мучениями парня, слушал его крики, уже после в последний раз ударяя того по ногам. Со сломанными ногами мало куда убежишь, да и куда?Так он думал. Сэйнт снова закашлялся и почувствовал на губах тёплую струйку крови, но в данной ситуации он только нервно дышал от осознания того, кто над ним возвышался. Родной человек, бросивший его в далёком детстве (в два года), а сейчас желавший его смерти. Темнота поглощала, несмотря на то, что рядом находились люди, они были не более чем декорациями, психопатами, держащими тебя на мушке. Он зажмурил глаза и снова начал корить себя за то, что не заметил подвоха раньше, доверился. Кванг только косо глянул на пол, где лежал тяжело дышащий парень, после этого удаляясь выполнять поручение. Его напарник соизволил лишь цокнуть в ответ и смерить презрительным взглядом, вытирая окровавленное лезвие и отпечатки пальцев. Ни к чему было утруждать себя выяснением отношений с человеком, который боялся всего на свете, но каждый подобный случай оставался рядом вопреки своим убеждениям.

Его глаза были закрыты, вдоль скул отчётливо зацветала сильная гематома. Будет весьма жалко портить столь красивое личико. А что если он выживет?

Ты только глянь на него?

— Где же твоя безэмоциональность? Почуял запах смерти так сразу сдаёшь назад, нет, так не пойдёт, — Пакпао тут же хватил за запястье испуганного Кванга и вручил ему свой блокнот. — Для тебя у меня есть особое задание, ты же в этом спец. Эта часть здания давно не эксплуатируется, поэтому о ней знает только несколько людей, но нужно перестраховаться и подстроить это, как обычное подростковое самоубийство на почве нервного срыва, но для это нужно предсмертное письмо. С различными словами раскаяния и прочей ересью. Никто не будет расследовать обычное самоубийство, он всё равно не жилец. Давай, действуй, а я пока что замету парочку видных следов. Никто больше не обращал внимание на парня, рядом с которым вскоре появилась записка и вытертое лезвие. "Мол не смог справиться с проблемами и прочими чувствами". Сэйнт отдалённо слышал удаляющиеся шаги, чувствуя разливающуюся слабость во всём теле. Скручивающую, до яркой пелены перед глазами. В данную минуту Сэйнту только и оставалось, что шептать что-то охрипшим от крика голосом уходящим людям, пачкать и без того красную напольную плитку и выть от боли в теле, умоляя, чтобы это быстрее закончилось. На грани потери сознания он даже не придал значение приближающемуся голосу, хлюпанью ботинок о воду, уже через пару секунд теряя связь с реальностью. Если бы он только знал, кто это был, если бы знал, чьи руки его сейчас держали и умоляли открыть глаза. Густой шёпот и почти ледяные пальцы где-то в волосах. Зи судорожно очерчивал впалые скулы, глубокие раны на губах, в панике прижимая ткань новой одежды к запястью, в надежде оставить кровотечение. Его тянуло неведомой силой в это крыло благодаря установленному отслеживающему жучку, когда после семи часов с пропажи парня никто не забил тревогу. Все, кроме него. Ведь сегодня был важный день, и он обещал прийти. Вот только сейчас это было совершенно не важно. Ведь на счету была дорога каждая секунда. Путь до больницы казался вечностью с учётом того, что Зи не мог унять дрожь в руках, выжимая из своей машины максимальную скорость. Лишь бы успеть. Такая навязчивая мысль крутилась в его голове. Многочисленные трубки обрамляли до безобразия худое тело парня, словно маленькие источники жизни, мраморная кожа на запястьях и лице были покрыты пугающим количеством проколов и ссадин, а кислородная маска с каждым выдохом покрывалась небольшим паром, скрывая от глаз искусанные губы. Зи не находил покоя, мечась раненной зверюгой из стороны в сторону. Возможно, эти стены и равномерно тикающий прибор кардиограммы постепенно сводили его с ума, проверяя его сознание на прочность. Тик-так, тик-так. Сэйнт не приходил в сознание уже больше пяти часов, не давая врачам ни единого шанса поставить окончательный вердикт о его состоянии. Взяв тонкую руку в свою, Зи аккуратно прижал её к своей щеке, вздрагивая от неприятного соприкосновения холодной кожи с тёплой. Сейчас ему больше всего хотелось, чтобы всё это оказалось очередным его кошмаром, проснувшись после которого он снова увидел бы недовольное лицо Сэйнта. Ламаи прекрасно запомнила тот момент, когда почти за пять минут она доехала до больницы, натыкаясь на редкий медицинский персонал и мирно сидящего Зи вдалеке. Его кожа была бледнее мела, взгляд расфокусирован, а дыхание настолько призрачное, что, казалось, что он и вовсе не дышал. Ламаи не так много видела подобного, но знала, что в такие моменты в душе была чёрная дыра. Мир переставал существовать вокруг, краски теряли былую палитру, а в глазах застыл страх смерти. С каждой секундой надежда разбивалась вдребезги, надеясь окончательно добить парня. И лишь серебряный кулон с двумя заглавными буквами "SC" прямо указывал на того, кто это сделал. Некий фирменный почерк.

🎬🎬🎬

За семь часов до произошедшего. Как видите, выбирать не так уж легко, когда ты лицом к лицу с теми, чьей кровью придётся запачкать руки. Пила 6 (Saw 6)

С самого утра Кванг и Пакпао не находили себе места из-за внезапной новости о проверке их компании. Хоть вся полиция города была под их крылом, всё равно находились люди, которые ассоциировали себя с героями правосудия, как в дешёвых кинофильмах. После всей этой шумихи с другими компаниями у кого-то возникли сомнения на их счёт, от чего пришлось в экстренном порядке уводить от себя подозрения. Изначально они хотели пойти по привычной схеме с видео, но это было слишком рискованно с учётом того, что несколько их помещений опечатали сотрудники местного детективного агентства, так же занимающиеся делом недавно убитого Кана. Пакпао довольно часто выдавал довольно занимательные идеи, предложив Квангу на время залечь на дно и перед этим пару раз мелькнуть на ювелирных выставках, с которыми его связывало очень много общего. Они хотели убить двух зайцев одним ударом, поэтому придумали новый план по поимке Сэйнта без лишних глаз. Операция была предельно проста и заключалась в том, чтобы напоить парня сильнодействующим снотворным, подмешанным в бокал, а дальше увести с мероприятия под предлогом плохого самочувствия. Пакпао был ответственным за сбор отпечатков пальцев, необходимых для входа в кабинет. На время они могли отключить камеры и подкинуть бумаги, доказывающие его причастность к мошенничеству, так как скоро у Сэйнта должна была быть проверка по этому делу. Наводка. После лишь требовалось вколоть инъекцию пентобарбитала, вызывающего остановку дыхания.

Я знаю, что при определённых обстоятельствах убить может каждый.

Ближайшее мероприятие проходило в роскошном дворце кого-то из акционеров, на которое Сэйнт пришёл лишь по просьбе знакомого фотографа, мечтавшего запечатлеть его для своего нового разворота в журнале. Он предложил ему одеться максимально просто. чтобы создать контраст между дорогими и вычурными платьями и костюмами из последней коллекции. Хоть Кванг и знал свою жертву в лицо, но, как показывала практика, необходимо выждать пару часов, наблюдая за её поведением. В такие моменты многое становилось понятно, от чего тема для разговора находилась сама по себе. В какие-то моменты это могло быть что-то связанное с модой, а в другие относилось к общей неприязни к присутствующим. Сэйнт весь вечер в шутливой форме разговаривал с очередными поклонниками, стараясь максимально уделить внимание каждому. В его глазах не было искренности, улыбка не было тёплой, но в мимолётных разговорах по телефону он превращался в совершенно другого человека. Наверное, это был кто-то поистине важный. На часах Кванга оставались считанные двадцать минут до конца операции, за которые он должен был увести парня подальше от посторонних глаз. Пакпао не отметал того факта, что кто-то в дальнейшем может спустить на них гражданских псов, поэтому заранее придумал и подготовил железное доказательство, доказывающее их невиновность. Оставалось лишь дело за малым. Но с каждым шагом в сторону парня Квангу становилось не по себе. Уж больно знакомыми ему казались черты лица. Когда забираешь у человека жизнь, ты не просто убиваешь его, а будто чувствуешь чужую боль на себе. Кому-то из них ты сочувствуешь, а на кого-то просто плюёшь из-за незнания его прошлого. У Кванга есть лишь одно единственное правило: никогда не убивать без особой на то причины. А она всегда находилась, довольно весомая и не требующая отлагательств. Он всегда был жаден до денег, таков был его грех, который Кванг никогда и не думал замаливать. Ему было жаль только из-за того, что такая юная жизнь оборвётся так быстро по причине того, что в какой-то момент Сэйнт просто перешёл дорогу не тем людям. Возможно, мужчина бы проникся уважением к его лидерским качествам, ведь в таком возрасте не каждый сможет держать столь высокую планку, но всё это меркло перед тем, каким имуществом он владел. Каждый хотел заполучить такой лакомый кусочек с несколькими тысячами акций, и Кванг не стал исключением, беспрекословно выполняя ранее намеченный план. Пакпао лишь стоял у чёрного входа рядом с их общей неприметной машиной в ожидании дальнейших указаний по микрофону. Оставались считанные минуты. — За весь вечер я ни разу не видел тебя возле стенда с украшениями, да и весь твой вид открыто говорит о том, что тебе неимоверно скучно находиться в подобном месте. Поправь меня, если я не прав? — мужчина в возрасте внимательно изучал Сэйнта, подчёркивая для себя какие-то слабо заметные черты. Пакпао был прав, говоря ему о том, что Сэйнт хоть и молод, но всё же пытается оскалиться и показать клыки более взрослым наставникам. Удивительно даже то, что он ни капельки не отреагировал на его слова. — Даже странно, что в таком юном возрасте ты не интересуешься огранкой ювелирных изделий. Многие авторы представленных здесь работ потратили годы на их создание, моя коллекция является одной из них и выставлена на временный аукцион. — Я безмерно уважаю чужой труд, вот только знаете, что мне интересно больше всего - все ли ювелиры столь высокомерны, как вы? Возможно, я слишком привередлив к тому, что считаю безвкусицей, даже если оно будет стоить несколько сотен долларов, — Сэйнт без колебаний принял бокал из чужих рук (чисто из-за этикета) с полу-сладким вином и собирался сделать небольшой глоток, как тут же выронил его из рук из-за удара по ладони, непонимающе уставившись на задумчивого Кванга. Тот только и мог, что не отрываясь смотреть на чёрное карбоновое кольцо с гравировкой, пока мимо проходящие люди пытались вникнуть в суть происходящего. Конечно, звук разбитого стекла не мог остаться незамеченным. — Вы в своём уме? — Откуда оно у тебя? — Сэйнт проследил за взглядом мужчины и аккуратно убрал руки в карман, подальше от чужих глаз. Он был готов отвечать на вопросы, касающиеся его работы и прочих подобных вещей, но никак не личного. За столько лет никто никогда не интересовался происхождением его кольца, ведь это было бы весьма странно, не так ли? Однако, сейчас парня пугал не столь сам мужчина, сколько его испытывающий взгляд. Казалось, будто для него была жизненно необходима данная информация. С чего бы вдруг ему интересно обычное кольцо, когда вокруг столько драгоценных камней? — От моей матери, — после этих слов Кванг внезапно отшатнулся в сторону, быстро хватаясь за край стола. Со стороны всем отчётливо могло бы показаться, что из-за духоты в помещении человеку всего лишь стало плохо, вот только Сэйнт не мог понять столь разбитое выражения лица. Одна единственная фраза, а такой эффект. Почему-то с каждым вопросом этого странного мужчины парню казалось, что он упускает что-то важное. Уж больно сильно данная ситуация наталкивала на пугающие догадки. Он надел это кольцо впервые за столько лет, так завтра был очень памятный день - её день рождения. Обычно оно мирно покоилось на фотографии в его комнате. — Я получил его в день её смерти. — Неужели? Это очень редкое украшение, хороший сплав и красивая гравировка, выполненная вручную, — Кванг молча взглянул в сторону сцены, прокручивая в своей голове день рождения единственного сына. В то время он ещё занимал прежнюю должность, время от времени посвящая всё своё внимание ребёнку. Деньги стали роковой преградой между им и семьёй, из-за чего ему пришлось бросить их спустя два года. В какой-то степени, Кванг просто не хотел, чтобы они видели, во что он превратился. Да и втягивать любимых людей в столь опасный бизнес могло стоить им жизни. Вот только любимая жена мертва, а сын стал следующей жертвой. — Последний раз я видел его только у одного человека - моего сына. Жаль, что собственный отец не оправдал его ожиданий. Не стал для него примером, только не таким. — Не смейте лгать на эту тему, мой отец умер, когда мне было девять лет. Вы ни черта не можете знать о нём. Единственное, что мне известно о родном отце, так это то, что он был благородным человеком и каждый день защищал мирных граждан, — Кванг только улыбнулся на эти слова, прекрасно понимая, почему его жена так ему сказала. Она была в курсе того, в какую грязь он попал и не хотела, чтобы единственный сын думал о нём, как о преступнике и никудышном отце, бросивший их на произвол судьбы. Конечно, проще придумать новый сценарий его жизни, в котором от доблестным борец за справедливость. Однако, в реальности его руки были по локоть в крови, которыми он как и тогда не хотел марать стоящего перед ним человека. Сэйнт ухватился за ворот его пиджака и прижал к себе, зло выплёвывая накопившиеся за короткое время слова. — Я не верю ни единому вашему слову. — Если бы это было так, то я бы не знал значение гравировки на твоём кольце, — Кванг как-то нервно усмехнулся своим же словам, не веря во всё происходящее. Так не должно было произойти. Где-то в наушнике что-то отдалённо кричал Пакпао об истекающем времени, а Кванг только и мог, что вколоть ещё один препарат где-то в районе запястья. Это было сделано на случай, если жертва вдруг не выпьет снотворное. Хватило лишь одного укола, чтобы через несколько секунд Сэйнт качнулся в сторону, ту же теряя равновесие и оказываясь в руках Кванга. — Прости, что снова тебя разочаровал.