Как в кино

Пока ты не способен сказать "нет", твоё "да" бессмысленно. (Ошо).

8:20 утра.

Проснувшись не в лучшем расположении духа, Зи не сразу заметил, что в его огромном доме не было никого, кроме него. В этот раз тишина почему-то давила куда сильнее, чем обычно, было ли это связано с тем, что за столько лет в его доме побывала ещё одна живая душа? Не удивительно, что Сэйнт не решился обсудить вчерашнюю ночь или же просто предпочёл об этом забыть, словно страшный сон. Парковка возле дома была совершенно пуста, за исключением нескольких его собственных машин, а диван аккуратно заправлен, будто и вовсе весь этот вечер ему только приснился. Зи мог бы списать своё разбитое состояние на простую переработку, но уж слишком яркими были воспоминания и страх в чужих глазах, который так тяжело забыть. Как бы не хотелось в это верить, но Сэйнт был прав во всём, что касалось его собственных страхов. Перед сотней камер ты пытаешься строить из себя сильного и независимого человека, а в итоге каждый вечер остаёшься наедине с собой и своими кошмарами. Мальчишка, который ради выживания готов стать совершенно другим человеком. Больно? Безусловно. Обидно? Может быть. Но как бы там ни было, Зи просто боялся смотреть своему страху в глаза, предпочитая просто его игнорировать. Ведь так гораздо проще, не так ли? Быть безразличным ко всему. — Зи, помнишь, ты говорил мне, что, если запечатлеть любимых людей на снимках, то они всегда будут рядом. Это правда? — Так и есть. — Улыбнись пошире, сейчас вылетит птичка. Существование - лишь подобие жизни. Оно жалко и никчёмно. Люди внешне неизменны, но внутри них лишь презренная копия чего-то стоящего. Заплутавшие души, ищущие свой путь на развилке очередной дороги. Многие просто не знают, ради чего жить, для них любая картинка может стать очередным поводом для срыва. Ведь воспоминаниям не прикажешь. Они могут заставить тебя покорно встать на колени и рыдать, как последнюю суку, или улыбнуться своим безумным поступкам. И Зи готов поклясться, что практически стал таким, но одно отличие всё-таки проводило тонкую грань над пропастью - Сэйнт. Хоть его и не было с ним рядом, но парень всегда чувствовал его присутствие, бредил им, доходил до крайностей, развешивая очередные найденные фотографии улыбчивого парня на стенах своей комнаты. Смотря на фотографию Сэйнта возле моря, Зи ещё сильнее погрузился в своё прошлое, которое не отпускало его до сих пор.

Заходишь в солёное море по грудь и чувствуешь, сколько царапин на теле. А если бы душу в него окунуть? Мы от боли бы сдохли, на самом деле (с.Браун).

Было время, когда Зи окунал ноги в воду, и она просто стекала с бледной кожи. Но теперь каждый раз, подходя близко к краю, он боялся упасть, потому что просто не хотел снова быть выброшенным на берег. В полном одиночестве, когда накатывала волна и утягивала под воду. Сэйнт словно море, только куда глубже. Казалось, что он был той самой недосягаемой глубиной, отправка к которой грозила гибелью под поверхностью воды. Иногда хотелось броситься под первую волну, чтобы во рту стало невыносимо солоно, а кожа покрылась едким солёным налётом. Вроде и стараешься захлебнуться, но почему-то не получается. Зи хотел бы быть сильнее, но был скован сомнениями и правилами своего отца. Внутреннее море всё чаще стало штормить, вспенивая каждую подходящую волну, и вдребезги разбивало о первый попавшийся прибрежный камень. Сейчас оно прекрасно описывало происходящее в его душе. Изо дня в день, из ночи в ночь. И так по кругу. Какой-то идиотский круговорот, в котором он эпицентр всех несчастий. Исконное предназначение моря безразличие ко всему. Оно не скажет ласковых слов, когда тебе паршиво, не обнимет, не даст совет, лишь гулко пройдётся волнами по песчаной отмели и ответит простым ором чаек. Наша жизнь сама как морской прибой. Что-то приходит, а что-то, наоборот, бесследно исчезает в нашем собственном море. Полароидный фотик всё чаще без дела лежит в ящике старого комода, хотя когда-то затвор почти не переставал издавать приятный щёлкающий звук, выдавая на цифровом экране счастливого парня. А сейчас все эти моменты просто растаяли сквозь пальцы, оставаясь лишь на флешке маленького фотоаппарата. Каждый рассвет красив по-своему, ведь он даёт какую-то приятную сердцу надежду на хорошее. Но Зи всё чаще стало казаться, что его жизнь - один сплошной печальный закат, который навечно погрузился в морскую пучину. Он терпеть не мог это состояние: ждать на берегу чего-то, надеясь снова увидеть того самого человека, который захватил его сердце в плен и не отпускал до сих пор. Но с каждым ударом волны Зи чувствовал себя полным придурком. Хотел бы сказать "нет" всему, тогда он бы раздвинул волны. Просто не позволил воде себя забрать. Слишком погрузившись в себя, Зи даже не услышал входящий звонок, длившейся уже больше минуты. На экране мобильника яркими буквами высвечивалось имя его режиссёра. Господин Зон прекрасно знал о занятости Зи и о том, как сложно было выпросить у него в такой период времени разрешение на перепланировку. Где-то не хватало освещения, от чего кадры получались тусклыми, а где-то и вовсе требовалось новое оборудование. Нельзя сказать, что он безответственно относился к съёмкам своего лакорна, выбрав школьную тематику, однако из-за отсутствия свободного времени в связи с расследованием и помощью Сэйнту его съёмки тормозились, и всей съёмочной площадке приходилось заново пересматривать снятый материал. По возможности Зи всячески помогал с покупкой музыкальных инструментов, их настройке, уже вскоре назначив господина Зона своим заместителем. За последние пару недель он уговорил мужчину хоть раз в несколько дней докладывать ему о проделанной работе. Только так Зи мог быть в курсе того, что происходило в его отсутствие. Взглянув на тёмные синяки под глазами, парень осторожно зачесал непослушные волосы в сторону и через секунду ответил на звонок. — Прошу прощения, что звоню вам в такое время, но несколько дней назад вы упомянули о том, чтобы я дал вам знать, когда закончатся съёмки шестого эпизода. Скоро мы должны приступить к продолжению, поэтому нам необходимо ваше одобрение, касаемо исходной версии эпизода. Это позволит нашей группе своевременно выявить недостатки и переснять кое-какие моменты, основываясь на ваших пожеланиях, — мужчина говорил уверенно, проговаривая каждое слово, словно читал один из его сценариев, но даже не смотря на столь большой опыт, даже такие люди были способны нервничать. Господин Зон никогда не звонил, если ситуация не требовала его личного вмешательства. — Из-за срочных дел я дал вам полномочия распоряжаться процессом, как угодно, ведь я никогда не сомневался в ваших навыках, господин Зон. Ваши умения не раз спасали нашу компанию, так что же произошло, раз вы позвонили мне в такую рань? Это явно касается не только работы, — парень всегда был очень проницателен, когда дело касалось разговора по телефону. По интонации голоса собеседника он мог с точностью сказать, какие эмоции в данный момент преобладали в душе человека. Однако, то что он услышал следом после затянувшегося молчания никак не вписывалось в его догадки. — Ваш отец хочет видеть вас. Единственное, что мне известно, так это то, что его приезд как-то связан со вчерашним инцидентом с мисс Пао и нарастающим скандалом вокруг всей этой ситуации, — Зи устало вздохнул и что-то ответил в знак согласия, откидывая сотовый куда-то в сторону. Зная отца, вряд ли их разговор будет иметь спокойный характер, скорее он вновь услышит много нравоучительных речей, касающихся его поведения и схем ведения бизнеса. Путь до павильона занял где-то около часа, хотя в большинстве случаев ему хватало всего пятнадцати минут. Зи принципиально стоял в пробках и выслушивал надоедливую ругань опаздывающих водителей только ради того, чтобы хоть как-то отсрочить "долгожданную" встречу. Включив сигнализацию на машине, парень переступил порог своей площадки, тут же натыкаясь взглядом на суровое выражение лица его отца. Мужчина нервно прокручивал что-то в руках и упрямо дожидался своего непутёвого сына, через секунду замечая его возле прожекторов. Зи сухо ответил на приветствие и только и мог, что прожигать взглядом ненавистное ему выражение лица. Казалось, что когда дело касалось именно его, оно никогда не менялось, оставаясь всё таким же холодным и беспристрастным ко всему происходящему. Тошно даже смотреть. Он всегда ставил себя выше всех остальных и каждый день пытался вбить ему истину о том, что если он хочет чего-то добиться, нужно идти по головам. Мужчина дал ему всё, а хотел ли Зи этого? Да, у него было всё самое дорогое, об этом мечтали все окружающие его сверстники, а чём ещё он мог думать в столь юном возрасте? Вот только... у него никогда не было отца. Стоящий перед ним мужчина вызывал ничего, кроме неприязни. — Разве я неясно объяснил тебе, что не желаю видеть тебя здесь. Знаешь, какая вещь меня больше всего бесит в тебе? Все те усилия и время, что ты потратил на то, чтобы заставить меня подчиняться и слушаться, имели обратный эффект. Что бы ты не делал, я не перестану тебя презирать, — не дожидаясь окончания фразы, мужчина схватил парня за руку, обнажая уродливые напоминания его слабостей. Урок, который он получал за неправильный ответ или ноту. Возможно, со временем физическая боль притупилась, но душевная довольно часто давала о себе знать. Зи зашипел от боли, когда его отец слишком сильно сжал запястье. — Думаешь, раз ты обладаешь всем этим, то можешь повышать на меня голос, мелкий щенок. В последнее время работы не так много, поэтому лучше не кусать те немногочисленные руки, которые тебя кормят. Я устал разгребать последствия твоих необдуманных поступков, унижаясь перед теми, кто ниже меня по статусу, лишь бы репутация нашей семьи осталась чистой, — мужчина недовольно фыркнул, замечая на лице сына самодовольную улыбку. Он открыто насмехался над ним и даже не скрывал этого. — Иногда я сожалею о том, что ты мой сын. — Будто я когда-то таковым являлся, — внезапно щёку обдало жаром, а ноги пошатнулись от сильной пощёчины. Зи быстро скрыл глаза под густой чёлкой, ощущая кончиками пальцев, как сильно пульсировало место удара. Стоя перед отцом и ощущая второй удар, он чувствовал разрастающееся в груди чувство обиды, то самое детское чувство, которое он успел позабыть. Но сейчас он был взрослым и мог дать отпор, но не мог, как и тогда. — Скажи честно, я был хотя бы желанным ребёнком или после смерти брата я остался единственным вариантом на наследство? Мама никогда не смотрела на меня с той самой материнской любовью, как на него, а ты только и делал, что упрекал.

Он был ошибкой с самого начала.

— Ты прав, Кхом всегда был на порядок выше тебя в точных науках и понимании бизнеса, он был умным и смышлёным мальчишкой. Однако, он не доставлял столько неприятностей, как ты. Если бы передо мной встал выбор между тобой и им, то я без раздумий выбрал бы второе, — слишком больно было слышать горькую правду. — Та журналистка собирается написать провокационную статью о твоей компании и о том, что именно ты сказал ей вчера. Я пригласил её на сегодняшнее мероприятие, посвящённое выходу моей новой ювелирной коллекции, поэтому ты обязан присутствовать там и лично извиниться перед ней. Советую придумать хорошее оправдание своим действиям, можешь и вовсе распинаться перед ней, лишь бы эта статья не вышла в свет. И вот ещё что, мне стало известно, что ты снова связался с тем мальчишкой и даже поддался в актёрство. Никогда не замечал в тебе рвение к этому. — Какое отношение к этому имеет Сэйнт? Не ты ли говорил мне всегда изучать слабые места конкурентов, чтобы в нужный момент убрать их с пути, а где же это делать, как не в логове врага. Неужели ты думаешь, что у меня до сих пор остались к нему чувства? — Зи умело лгал своему отцу, вспоминая, как сильно тот ненавидел хоть какое-то упоминание о нём. Увидев на лице мужчины улыбку, он понял, что тот знал абсолютно обо всём и все попытки Зи выкрутиться вызывали у него только приступ смеха. — Снова настаиваешь на своём? Это глупо. — Ложь во благо, вот что глупо, не отрицай, что он - твоя слабость, а как ты знаешь, от неё необходимо избавляться. Это то место, в которое другие могут безжалостно ударить. Ты стал слишком раним в последнее время и совершенно забыл о своём предназначении. Этот паренёк уж больно плохо на тебя влияет. Думаю, ему пора показать его истинное место. Может, после этого ты наконец одумаешься и вновь начнёшь меня слушаться, — мужчина напоследок взглянул на своего сына, пренебрежительно вытирая руки платком, будто пару минут назад он потрогал что-то очень омерзительное. Возможно, так он выражал своё отношение к собственному наследнику, хоть и не любимому. — Давай так, я приглашу Сэйнта на сегодняшний вечер и лично открою глаза этому юнцу, раз ты до сих пор не можешь выкинуть его из головы. Это будет ему маленьким уроком. Даже обладая столь выдающейся компанией, он всё равно остаётся бедняком из трущоб. Надеюсь, в этот раз ты соизволишь явиться.

Многие дети в школе ненавидят своих родителей. Некоторые из них лишь трофеи.

🎬🎬🎬

Сэйнт был весьма удивлён такому приглашению от человека, который имел огромное влияние в мире драгоценностей. Такие ценители роскоши всегда кичились своим достатком и это мероприятие не стало исключением. Сэйнту пришлось слегка попотеть, чтобы отыскать бархатный костюм с золотыми украшениям, ведь тема сегодняшнего вечера была связана с барокко. Вот только мало что из присутствующего говорило об этом, скорее парень видел только дешёвый маскарад, в котором взрослые люди решили примерить на себя образы тех самых богатеев. Шампанское лилось рекой, но многие, как истинные джентльмены, не слишком налегали на спиртное, предпочитая оставаться трезвыми и сохранить своё лицо. Сэйнт прекрасно знал, в честь выхода какой коллекции собралось столько народу, но, к сожалению, он никогда не был ценителем ювелирных украшений, как остальные. Он узнал эту информацию лишь для того, чтобы в случае разговора с создателем об этом не показаться невежей. Однако, увидя часть готовой коллекции, Сэйнт захотел сменить камни на более драгоценные, например, на рубины. Красный цвет пленил вкупе с чёрным, как ни крути. Именно поэтому его сегодняшний наряд довольно сильно отличался от яркой безвкусицы, кружащей вокруг. Кто-то из гостей и вовсе решил оставаться инкогнито, пряча лица под дорогими масками и думая, что так они придавали себе какую-то ауру таинственности. Как же это нелепо. На протяжении часа в зале звучала лёгкая мелодия скрипки вместе с флейтой, придающей этому вечеру нужный настрой, вот только Сэйнт мог лишь усмехаться такой странной игре, выслушивая фальшивые ноты. Отменный музыкальный слух не пропал даром, что и требовалось доказать, когда он увидел неправильное положение рук, что уж говорить о ненастроенных инструментах. Бокал шампанского оставался нетронутым всё это время, пока Сэйнт взбалтывал жидкость, гипнотизируя её своим взглядом. Его мутило от подобных мероприятий, от тошнотворного сладкого парфюма, витающего в воздухе, от одной мысли, что где-то здесь был виновник всего этого торжества. Он последний раз взглянул на гостей и вышел на террасу, вздыхая тёплый свежий воздух. Почему-то лишь на свежую голову Сэйнт вспомнил, как отец Зи настаивал на том, чтобы он на время стал его новой моделью. Работа была совсем непыльная, да и вообще многие люди независимо от пола хотели примерить на себя подобные украшения. Мужчины-модели могли рекламировать только кольца с большими камнями и толстой гравировкой, на хрупких женских руках это смотрелось весьма странно. Ювелирные коллекции не требовали подиума, хватало всего лишь несколько рекламных постеров с твоим участием. Сэйнт не знал, чем заслужил такую привилегию, зная, что у господина Торна всё было расписано поминутно. Вряд ли он станет жертвовать своим драгоценным временем ради какого-то мальчишки. — Смотрю, у вас новый костюм, весьма хороший вкус в столь юном возрасте, — мужчина средних лет доброжелательно улыбнулся парню, похлопав его по плечу в знак приветствия. Черты лица собеседника были грубыми и непропорциональными, от чего складывалось впечатление очень нелицеприятного человека. По глазам мужчины и родинке на щеке он практически сразу понял, кто стоял перед ним. Сэйнт учтиво поклонился и ответил такой же натянутой улыбкой. Всё выглядело вполне естественно за исключением того, что кто-то из них затеял нечестную игру с самого начала. — Сейчас я, наверное, многое бы отдал, чтобы выглядеть в этом костюме так же, как и ты. Не удивительно, что на молодом теле всё выглядит иначе. К сожалению, я слишком стар для этого. — Думаю, что мне пора контролировать свои расходы, вы так не думаете? — Сэйнт повернулся вокруг своей оси, облокачиваясь о стоящий рядом стол в надежде хоть так увидеть то, что скрыто от чужих глаз, посмотреть под другим углом. Но мужчина на его слова только усмехнулся и зачесал выбившуюся седую прядь из хорошо уложенной причёски. Он молчал и мысленно удивлялся тому, как Сэйнт не понимал такую простую истину. Музыка слышалась будто под толщей воды, оставляя двух людей наедине со своими мыслями. Каждый из них по-разному ценил богатство, принимая его как должное. Не исключено, что весь этот на вид повседневный разговор имел совершенно другой оттенок. Именно в этот момент Сэйнт вспомнил о Зи, размышляя о том, перенял ли он хоть что-нибудь от этого мужчины.

Оценки на уроках мне заменяли свежие шрамы на запястье. Отец считал, что только так я усвою урок и впредь не буду совершать ошибки.

— Ради чего тогда иметь столько богатства? Только глупец может восхищаться им, не пользуясь по назначению, а ты далеко не глупый, Сэйнт, — парень на это только пожал плечами и взглядом просил собеседника наконец-то перейти к делу. Господин Торн надеялся увидеть наивного паренька с яркими блестящими глазами, но в итоге перед ним стоял тот, кто повидал в своей жизни слишком многое. Глаза Сэйнта излучали уверенность и заинтересованность, не было ни намёка на детскую школьную игривость. Пришлось измениться ради того, чтобы выжить. Мужчину очень забавляла эта картинка. — Твоя позиция и стратегия ведения бизнеса мне симпотизирует, но всё же в каждой схеме есть свои подводные камни. — Что вы имеете ввиду? — Сэйнт непонимающе уставился на мужчину, ожидая, что он выкинет на этот раз. Не стоило недооценивать такого рода людей, поворачиваясь к ним спиной, дабы не задохнуться от накинутой на шею петли. Он молчал и только взглядом указывал куда-то вдаль. Проследив за этим движением, Сэйнт увидел мирно сидящего Зи в окружении нескольких особ женского пола. Видимо, он прибыл всего пару минут назад, ещё не успев насладиться всеобщим вниманием. — Я никогда не любил загадки, так что давайте перейдём сразу к делу. К чему вся эта наигранная вежливость? — Ты прав, зачем ходить вокруг да около, если всё можно решить лишь одним движением руки. Думаю, нет смысла говорить о том, кем является мой сын, достаточно и того, что ты и так знаешь. Только мне вот что интересно, Сэйнт, какие между вами двумя отношения? — парень слегка отшатнулся назад и сморщил нос, почувствовав едкий запах со стороны мужчины. Тот, стоя рядом, неторопливо втягивал в лёгкие никотин и так же легко продолжал свой разговор. В своей голове он давно всё для себя решил, сейчас просто ставя Сэйнта перед фактом. — Если так разобраться, то ты щенок без родословной, уже пытающийся показать свои клыки. Так что же он в тебе нашёл? Хватило парочки небрежно брошенных фраз, чтобы Сэйнт до боли сжал кулаки и впервые в жизни не проронил ни слова. Терпел, когда уже не было сил всё это выслушывать, хотелось просто подойти к этому человеку и посмотреть ему в глаза, чтобы найти в них хоть какие-то ответы. Нельзя поддаваться эмоциям и спорить с тем, кто может запросто оставить тебя без всего. Оборвать связи, уничтожить морально и физически. Сэйнт не знал, насколько честен был перед ним собеседник, но одно оставалось неизменным: страх. Вспоминая недавние события, Сэйнт понимал, что как и он, Зи бежал от своего прошлого, где самым страшным кошмаром для него был его отец. В какой-то степени, ему было тяжело признавать чувства парня к себе, но стало ли для него это столь большим открытием? В какой момент он сам стал испытывать к нему не только ненависть? Наверное, Сэйнт желал, чтобы всё оказалось лишь дурацкой шуткой, но каждую подобную встречу с ним все его стереотипы о нём переворачивались с ног на голову. Зи мог быть холодным внешне, но с ним привычная выдержка парня давала трещины. Сэйнт привык быть один, защищать себя, когда это было нужно, однако, иногда хотелось почувствовать себя под чьёй-то защитой. Ведь такова натура людей. Нельзя быть вечно сильным. И сейчас, стоя перед мужчиной, Сэйнт не сразу заметил на своём запястье чужую ладонь, а следом и тихую ругань между Зи и его отцом. Мужчина в негодовании брызгал слюной из стороны в сторону, давая понять сыну, что за неподчинение лишится всего своего имущества, кроме компании. С него хватит. — Я отказываюсь, — парень с вызовом смотрел на своего отца, слыша в ответ много разных комментариев на этот счёт. Он устал выполнять все прихоти своего отца, соглашаясь со всем, что тот скажет, иногда ради чего-то ценного стоило сказать "нет" своим страхам. Взглянуть ему в глаза и с усмешкой ответить. — Тебе стоить привыкнуть к тому, что не всегда всё будет по-твоему. Давай будем честны друг с другом хотя бы сейчас. У меня никогда не было настоящего отца, как и у тебя сына. Так к чему всё это?

🎬🎬🎬

max jenmana – dara Бар "Кхоам Вин"

— А ты немногословен, — Сэйнт улыбнулся своим собственным словам, искоса поглядывая на то, как сидящий перед ним парень вливал в себя вторую партию коктейлей. Нельзя сказать, что на вкус они были на любителя, скорее Сэйнт просто не хотел всего этого. Уже полчаса он неторопливо размешивал бирюзовую жидкость в своём стакане, вспоминая, как пару часов назад они бежали по сырым улицам города, сжигая все мосты позади себя. Оставляли в прошлом свои воспоминания и прочие противоречивые чувства, которые успели прожечь дыру в сердце за столь короткое время. От быстрого бега лёгкие обжигало пламенем, и даже дождь не мог охладить полыхающие щёки. — Просто я ещё не привык к тому, что иногда ты можешь быть нормальным, — Сэйнт шутливо ударил парня локтём и аккуратно встал из-за стойки бара, чтобы взять что-то с верхней полки. Не рассчитав, что из-за большой высоты бутылка накренится вперёд, Сэйнт не успел сообразить, что делать, через секунду оказываясь в чьих-то руках. Хватило пары секунд, чтобы они оба осознали всю ситуацию и отошли друг от друга на небольшое расстояние. Сэйнт неловко почесал затылок, обращая внимание на свою испорченную белоснежную футболку. Чёрт, придётся платить ещё и за это. — Кто ещё из нас здесь пьян? Раньше Сэйнт не особо обращал внимание на улыбку Зи, она всегда казалась ему слишком неестественной, но сейчас почему-то всё ощущалось гораздо иначе, непривычно и странно. Ему давно не было настолько спокойно и легко в компании кого-либо, практически каждую подобную встречу с друзьями к горлу подкатывал большой тошнотворный ком, от чего Сэйнт часто списывал свой уход на внеурочные занятия. Улыбка на его лице появилась сама собой и всё что он мог делать, так это стоять возле парня и глупо улыбаться в пустоту. На звук разбитого стекла тут же сбежались несколько человек, возмущаясь о порче дорогого имущества, Сэйнт лишь похлопал молодого парнишку по плечу, давая ему пятьсот баксов на чаевые и удаляясь с Зи куда-то в сторону сцены. Если верить надписям на афишах, сегодня любой желающий мог исполнить песню, позже ловя восторженные крики со стороны задних столиков с не менее пьяными посетителями. Хотя иногда попадались довольно интересные экземпляры с хорошо поставленным голосом, которые не получали в свою сторону пару летающих стеклянных бутылок. Зи осторожно пробирался сквозь толпу и старался не потерять парня из виду, говоря ему о том, что его улыбка в пустоту изрядно его напугала, заставив его засомневаться в его психическом состоянии. Сэйнт только рассмеялся на это, ткнув парня сильнее прежнего. — Хватит, я скоро буду весь в синяках, — Зи наигранно погладил место ранения, отшатываясь в сторону и запоздало замечая гитару где-то в конце сцены. Сумасбродная идея возникла в его голову сразу, как только он бросил мимолётный взгляд на нерешительных музыкантов. Парень не мог сказать, руководил ли им алкоголь или же долгожданное чувство свободы. После сегодняшнего вечера ему нечего было терять. Отец никогда не простит его за предательство. А было ли оно таковым? Возможно, мужчина заслужил всё это. Сегодня он представлен сам себе. — Смотри внимательно, Сэйнт. Зи поднялся на сцену под всеобщие аплодисменты и аккуратно взял гитару, заранее проверив её звучание. Кто-то из посетителей не стал дожидаться начала представления и уже кричал что-то отдалённо напоминающее оскорбления, вот только под большим градусом из-за выпитого мало кто мог разобрать его речь. Ведущий этого заведения не растерялся, замечая, как парень ловко справлялся с инструментом, что означало хорошее продолжение вечера в дополнении с прекрасной музыкой. Все приветствия заняли считанные секунды, за исключением тех, когда Зи взял микрофон, говоря, что эта песня посвящена одному единственному человеку, которому он не решался это сказать. Сэйнт замер на месте, когда услышал первые аккорды, а затем и мелодичный голос.

Мы видимся каждый день и знаем о разногласиях друг друга. Казалось, что нет никакого пути, как мы можем влюбиться?

Зи отдавался музыке всей душой, умело перебирая струны в тонких пальцах. Это было настолько завораживающее зрелище, что никто из присутствующих больше не хотел нарушать гармонию этого момента. Даже возгласы особо недовольных людей прекратились, как только он начал играть. В какие-то моменты Сэйнт ловил на себе внимательный взгляд Зи, в котором читалось слишком много эмоций. Возможно, парень и не мог подобрать нужные слова в разговоре с ним, но сейчас за него это делала музыка. Аккорд за аккордом.

Я так без ума от тебя, я небрежно и невольно влюбился, как я мог сопротивляться своему сердцу? Извини за беспокойство, я просто хочу любить тебя, я не могу заставить свое сердце забыть о тебе.

Сэйнт осторожно коснулся протянутой ему руки, забираясь на сцену, освещённую яркими софитами и небрежно украшенную какими-то странными гирляндами. Она была совсем небольшой по его меркам, но для двоих людей вполне хватало место. Зи не обращал внимание на постепенно затекающую ладонь и тупую боль, нарастающую с каждым движением пальцев, долгое отсутствие практики давало о себе знать. Но для него сейчас не существовало никого, кроме стоящего перед ним Сэйнта. Он был удивлён не меньше остальных посетителей, заставших столь трогательный момент. Зи никогда не был романтиком в отношениях, предпочитая покупать всё самое дорогое своим девушкам. Для них банальное "люблю" расценивалось иначе. И Зи подобное устраивало до тех пор, пока на смену наигранной симпатии не пришла настоящая влюблённость.

Не знаю почему, несмотря на то, что никто никогда не заставлял мое сердце биться раньше. Это может быть потому, что отношения между нами - это судьба.

Может быть позже Зи выслушает от своего отца очередную ругань за испорченный вечер и побег, но в данный момент для него существовал только один единственный человек. И пусть весь остальной мир подождёт. — Ты точно псих. Иначе я не знаю, как объяснить всё, что ты натворил, — Сэйнт смеялся и прятал лицо в ладонях, не обращая должного внимания на косящихся на них людей. Противоречивый и странный, только так можно было описать Зи. Удивительно, что каждый раз он раскрывался с новых сторон, из-за которых Сэйнту иногда было очень стыдно.

Теперь ты не отпустишь мою ладонь?