шесть чёртовых слов

— Да похуй, я женюсь на тебе. Вот так вот все и началось: шесть чертовых слов, брошенных в самый разгар ссоры. И вот пожалуйста, полюбуйтесь, теперь Лиам Галлахер, по-видимому, был помолвлен. В тот день Дэймон обвинял его в том, что после почти семи лет совместной жизни Лиам по-прежнему как будто держался на расстоянии, особенно когда на горизонте маячили проблемы. Дэймон сказал, что у Лиама, видите ли, боязнь ответственности. Страх перед серьёзными отношениями — он так и сказал. Так что Лиам, не изменяя себе (и будь он не ладен!), выстрелил ответным: "Да и похуй, я женюсь на тебе!" Его слова попали в цель — их ссора умерла за секунду. Истекла кровью где-то на слове "женюсь" и испустила дух окончательно на "тебе". В тишине они просто смотрели друг на друга через всю гостиную, будто выглядывали из-за военных баррикад, и ни один не мог поверить в то, что только что прозвучало. Но Лиам, будьте уверены, был, по крайней мере, таким же упрямым, как Деймон, и принципиально отказывался отступать. Не после такого выстрела. Он пристально посмотрел на него поверх кофейного столика и наконец спросил: — Ну так что? Ты выйдешь за меня или нет ? Непроизнесенное им "и у кого теперь страх перед серьёзными отношениями, а?" прозвучало достаточно громко. Деймон, который ненавидел проигрывать даже больше, чем Лиам, постарался выглядеть безразличным и просто пожал плечами: — Ну ладно. Выйду. В течение следующих трех дней они не обмолвились об этом и словом. Лиам даже начал убеждать себя, что они в принципе могли бы просто оставить все как есть и позволить его нелепому предложению тихонечко схорониться где-нибудь подальше. Но на четвертый день, когда они валялись вечером на диване, обнимаясь, и смотрели какой-то дурацкий фильм, Деймон вдруг спросил: — Ты это серьезно? Лиам посла ему свой самый осторожно-вопросительный взгляд. Деймон добавил тише и мягче: — Ты бы действительно женился на мне? Лиам вздохнул и уставился в окно их квартиры в Кэмдене. Его охватило обычное желание пошутить, чтобы переменить тему, но именно эта дурацкая привычка уходить от ответа была причиной как минимум половины их ссор за последние годы, так что он сделал над собой усилие и постарался быть честным. Хотя бы для разнообразия: — Я думаю... брак, как идея, чертовски странная штука, — признался он. Прокатил это слово — брак — на языке. Оно ощущалось каким-то странным и не уютным, — У меня в детстве не то чтобы было много хороших примеров, знаешь ли. Он все еще не понимал, какой черт, какая дьявольская сила заставила его родителей пожениться. Возможно, дьявольскую силу звали "незапланированная беременность". То, что эта сила оставила на нем не лучший отпечаток, объяснять не требовалось. Он, не глядя, почувствовал разочарование Дэймона. Часть Лиама хотела сказать ему, чтобы он забыл об этой глупой идее женитьбы; хотела сказать, что он, Лиам Галлахер, не собирается опускаться на одно колено или делать другую подобную чепуху. Но другая его часть, неожиданно для него самого, более сильная его часть, светилась знанием, что он на самом-то деле совсем не против провести остаток своей жизни с Дэймоном бок о бок. Поэтому он взял Дэймона за руку, и, чуть сжав его ладонь, тихо произнёс: — Но если ты хочешь... если ты действительно этого хочешь… Я женюсь на тебе. Дэймон засиял, как начищенный бриллиант, и это было ему единственно нужным, единственно верным ответом. Лиам, не ожидав, быстро и (лишь капельку!) смущенно добавил: — Но я не надену кольцо, и никто не будет брать чужую фамилию, о'кэй? Это нисколько не омрачило Дэймона. — Даже хорошенькую двойную фамилию не хочешь? — дразняще промурчал он, — мне кажется в ”Албарн-Галлахере" что-то есть. Лиаму ничего не оставалось, кроме как поцеловать этого самодовольного ублюдка.

***

Вот именно так Лиам Галлахер и оказался, каким-то образом, помолвлен, совершенно незапланированно и совершенно внезапно. Дэймону потребовалась ровно неделя, чтобы рассказать об этом своим родителям и друзьям — всем и каждому. Лиаму потребовалось почти три месяца, чтобы убедить всех их, что большой свадьбы не будет — что плана рассадки гостей, трёхэтажного торта и цветочных композиций не будет. Лиам просто не мог придумать ничего тошнотворнее этой традиционно-свадебной фигни и уж точно не собирался напяливать на себя нелепый костюм и вести вежливую светскую беседу со всем бесконечным кругом общения Дэймона. К его удивлению, Дэймон был полностью с ним согласен. Лиам уж было приготовился к ссоре, или хотя бы к перепалке, ожидая, что Деймон захочет участвовать в постановке всей этой свадебной сказки, но тот только рассмеялся и сказал: — Это было бы совсем не в нашем стиле, не так ли ? Когда Лиам спросил, действительно ли Деймон собирается дать ему свободу действий в организации и просто расслабиться, Деймон без единого сомнения сказал, что флаг ему в руки. Лиама мягко говоря поразила сила его доверия. Ну и... Лиам начал планировать. В конце концов, все оказалось проще, чем ожидалось. Как только он понял, чего хочет, остались только детали. Шесть месяцев спустя их роковой ссоры он сказал Деймону взять недельный отпуск и начать собирать вещи. — Мне понадобится костюм ? — задумчиво разглядывая их гардероб, спросил Дэймон. Лиам, прислонившись к дверному косяку и наблюдая за ним, лишь пожал плечами: — Можешь взять с собой, если хочешь. Но я определенно точно не стану надевать свой. Деймон стрельнул в него взглядом: — Ничто не остановит тебя от свадьбы в своей этой парке, да? Лиам ухмыльнулся и покачал головой: — Неа. В его оправдание, он вообще-то отдал свою любимую парку в химчистку и даже отстирал последние пятна от пива — это уже что-то значило. В конечном итоге Дэймон тоже не стал брать с собой костюм. На миг Лиаму показалось, что тот собирается надеть свою старую мешковатую баскетбольную майку (и это был бы перебор даже для Лиама), но Дэймон остановил свой выбор на вполне приличной рубашке и любимых джинсах. Лиаму доставляло удовольствие наблюдать, как Деймон готовится ко всем возможным сценариям: он паковал с собой и свитер, и плавки, и прочую дребедень. Каждые несколько минут Деймон тайком оглядывался, будто пытаясь прочитать у Лиама на лице подсказку, но тот проявлял необычную стойкость духа и сохранял максимально невозмутимое выражение лица. По правде говоря, ему просто слишком уж нравилось держать Дэймона в неведении. Он бы даже с удовольствием завязал ему глаза, прежде чем сажать в машину, но что-то ему подсказывало, что это было бы чересчур. И так, они выехали. Через пару часов в дороге Деймон, жадно разглядывающий пролетающую мимо местность, заметил дорожный знак и издал протяжный обречённый стон: — Мы что, едем в Гретна-Грин? - спросил он, почти смирившись. Лиам вполне ясно расслышал тщетно скрываемую улыбку в его голосе и просто ухмыльнулся, ничего не ответив. Деймон закрыл лицо руками: — Бляя, и как я не догадался — пробормотал он. Дэймон не ошибся. В ту секунду, когда Лиам осознал, что он действительно — действительно ! — собирается жениться, у него был только один вариант. Чёртова деревушка Гретна-Грин. Что ж, здесь следует, пожалуй, разъяснить, что такого особенного было в этой милой зелёной шотландской деревушке. Давным давно, в середине восемнадцатого века, в Англии приняли закон о том, что несовершеннолетние не могут жениться, представляете какой ужас, без согласия родителей или опекунов. На вольную Шотландию этот закон не распространялся — и все малолетние влюбленные пары устремились именно туда, чтобы соединить себя узами брака. Первой же деревней на границе была именно что ни в чем не виноватая Гретна-Грин. Как правило, кузнец деревни венчал молодожён прямо у себя в кузнице. За эти столетия тысячи и тысячи пар обручились именно там. К сожалению, в 1939 и эту брачную наковальню прикрыли, и теперь только священник или чиновник уполномочен заключать брак. Тем не менее, сегодня почти десять тысяч браков ежегодно заключается в Гретна-Грин — кто-то выбирает место ради традиции, а кто-то, ну, как Лиам. По приколу. Что ж, осознав, где именно он хочет обвенчаться, его первой идеей было устроить полнейший свадебный переполох: он мог бы просто похитить Деймона и умчаться на машине в Шотландию. Но даже такой человек, как Лиам, был вынужден признать, что немного планирования не повредит. В конце концов, было бы неплохо иметь достойных настоящих свидетелей — людей, которых вы знаете, с которыми вы не встречаетесь в первый и последний раз у алтаря. Когда он приглашал Грэма и Ноэла, его чуть тревожило, что они проболтаются о затее, но, кто бы мог подумать, эти придурки держали рот на замке. Как только Дэймон понял, куда они направляются, он перестал задавать вопросы. Просто откинулся назад, вытянул ноги и время от времени покачивал головой, не в силах сдержать беспомощный смех — Лиам уверенно вез их к границе, не сдерживая столь яркую улыбку, что могла бы осветить половину чёртовой, вечно-пасмурной Шотландии. Только уже на парковке отеля, Деймон спросил: — Сегодня вечером? Лиам лишь покачал головой: — Завтра утром. Стоило только произнести это, как его охватила нервозность, которую он просто не мог скрыть, как бы он ни старался сохранять спокойствие. Эта свадьба всё же была чертовски важным шагом, особенно для него. До Дэймона у него никогда не было нормальных отношений. Что-то внутри него всё ещё тихо нашёптывало, что он не такой смелый, что он ещё может пойти на попятную. Немного все же помогло то, что у Дэймона вдруг сделалось такое выражение лица, будто реальность происходящего только что ударила его по лицу Прежде чем кто-нибудь из них успел сказать глупость — они в этом были мастера — Лиам глубоко вздохнул и решился за них двоих: — Хрен с ним. Погнали. Деймон улыбнулся, будто только и ждал этих слов, и вылез из машины вслед за Лиамом.

***

В холле отеля их уже ждали. Ноэл стоял, прислонившись к одной из колонн из искусственного мрамора, и баловался сигаретой. Грэм стоял в безопасных пяти метрах от него, повернувшись спиной. Как и всегда, приветствия вышли скомканными. Даже спустя столько лет Лиам по-прежнему терпеть не мог Грэма, и он знал, что это чувство было взаимным. Дэймон и Ноэл тоже всегда были весьма в прохладных отношениях, несмотря на все их усилия сдружиться. Торопясь, чтобы кто-нибудь не дай бог не начал задираться, — только драки в отеле им не хватало — Лиам быстро раздал всем ключи от номеров, чтобы они могли забрать свои сумки. Они снова сошлись все вместе за ужином. — Я думаю, классический мальчишник мы можем пропустить ...— начал Грэм. Ноэл перебил, даже не взглянув на него: — Стриптиз-клуб ? — взглянул он на Лиама. Лиам ухмыльнулся: — Стриптиз-клуб. Деймон, переглянувшись с друзьями, вздохнул: — Развлекайтесь мальчики. Мы пойдем куда-нибудь в другое место. — Вот облом, —рассмеялся Лиам, — а я так хотел посмотреть на Грэма в стриптиз-клубе. Грэм, конечно, закатил глаза, но от Лиама не ускользнуло, как Дэймон попытался (и не смог) спрятать довольную усмешку. Всем было вполне очевидно, что лучше разделиться. Лиаму не терпелось снова быть с Ноэлем наедине, на свободе, как в старые добрые времена, и пофиг, что им пришлось закончить свои похождения раньше, чем обычно. В конце концов, утром была свадьба. Его свадьба.

***

Будильник слишком быстро вырвал из сна их обоих. Дэймон потянулся, чтобы выключить его, и перевернулся на спину, взглянув на Лиама рядом. — Что ж ... это сегодня — сказал он и голос его прозвучал лишь немного нервно. В основном радостно. Предвкушающе. Нервы Лиама были на пределе с самой первой минуты этого предсвадебнного утра: — Мхм, — пробормотал он. — Никогда не думал, что этот день всё-таки настанет. Ясное дело, это был не тот ответ, на который надеялся Дэймон, но Лиам не собирался отступать — даже если после всего, что он тут напланировал, ему всё ещё казалось странным, что он действительно собирается жениться, даже если и так, он не трус. Только трусы отступают. Чтобы избежать неуютного взгляда Дэймона, он быстро добавил: — Через несколько часов ты официально будешь моим, — Эта часть вызвала у него улыбку на самом деле. Потому что, если быть, ну, до конца честным, это, наверное, было лучшим моментом во всей этой свадебной истории. Дэймон облегченно рассмеялся: — Я должен был догадаться, что это все, что тебя волнует,— поддразнил он, прежде чем Лиам утянул его к себе, целуя. На краткий миг он позволил Лиаму углубить поцелуй, но стоило тому чуть нависнуть над ним, прикусывая за губу, Дэймон легонько оттолкнул его, жалуясь: — На это у нас нет времени ! — Ладно- ладно — проворчал Лиам, неохотно отпуская его, и почти жадно ухмыльнулся: — у нас впереди еще целая ночь. Деймон продемонстрировал ему самое мощное закатывание глаз из своего арсенала и вылез из постели, направляясь в ванную. По пути он на миг оглянулся на Лиама, чтобы поймать его долгий оценивающий взгляд на свою голую задницу, и скрылся за дверью. На краткое — такое бесконечно долгое — мгновение он всерьёз задумался о том, чтобы составить Дэймону компанию в душе, но всё же пришлось признать, что времени было в обрез. Вместо этого он кое-как оделся и стал ждать, пока Дэймон выйдет из душа — с этими его мокрыми волосами и полотенцем, как всегда, по привычке, низко повязанным на бедра. Этого стоило ждать.

***

Полчаса спустя они встретились с остальными в холле. Ноэл выглядел по-настоящему страдающим от похмелья, но, хотя бы, принял душ. За что ему большое спасибо. Грэм, напротив, выглядел очень свежим и раздражающе радостным. Он был одет так же, как и Дэймон, в приличную рубашку и приличные джинсы, в то время как Ноэл, взяв пример с Лиама, выглядел ровно так же, как и всегда. — Нам что-нибудь нужно знать ? — осторожно спросил Деймон. Лиам лишь на секунду задумался, но затем покачал головой. Всё было по-настоящему. Всё было правильно. Целое долгое мгновение он просто смотрел на Дэймона, на его светло-каштановые волосы, которые он в последнее время отращивал, на его первые морщинки от смеха вокруг глаз и рта, на веснушки, все еще рассыпанные по его лицу, на то тихое мирное сияние, которое, казалось, исходило изнутри. Лиам мысленно встряхнул себя за шкирку. Соберись. — Ладно, — сказал он. — Сделаем это вместе. Он повернулся к выходу из отеля, и Дэймон последовал за ним. Ноэл и Грэм медленно двинулись следом. В дверях Дэймон почти нерешительно потянулся к его руке. — Нервничаешь ? — тихо спросил Лиам, когда они вышли на улицу. Деймон бросил на него насмешливый взгляд: — Тебе бы это понравилось, да ? Лиам только рассмеялся.

***

В конце концов, это заняло не больше получаса. Никакой религиозной чепухи, лишь самый минимум, самое главное, о вечной любви, обмен кольцами и обещание, которое, кратко говоря, сводилось к: « Теперь ты застрял со мной навсегда, чувак ». Это было гораздо веселее, чем Лиам ожидал, и гораздо приятнее, чем он когда-либо будет готов признать, но ничто из этого не могло сравниться с выражением лица Дэймона, когда тот узнал, откуда взялось это простое золотое кольцо — Лиам провел три дня с отцом Дэймона, переворачивая вверх дном семейный чердак Албарнов, потому что Кит (который теперь формально был его тестем, хоть к этому слову Лиам все еще привыкал) упомянул, что где-то там может быть старое обручальное кольцо его собственного отца. В итоге они нашли его в маленькой пыльной шкатулке, спрятанной в глубине старого комода, полного кружевных салфеток и шариков от нафталина. Чёртовы аристократы, блин. Грэм очень кстати захватил с собой приличный фотоаппарат и сделал несколько снимков. После церемонии Лиам скомандовал их небольшой группе прямиком в ближайший бар, чтобы поднять тост. Он то и дело замечал, как Дэймон рассеянно разглядывает кольцо на пальце, и это зрелище больше, чем что-либо другое, убеждало Лиама в том, что они поступили правильно. — Мы действительно выросли, — сказал Ноэл, сидя рядом с ним в пабе. Лиам вздрогнул от неожиданности. Пока он наблюдал за Дэймоном, Ноэл явно наблюдал за ним. — Ты теперь женат, а я скоро стану отцом, — пояснил он, делая большой глоток пива, — Чёрт подери, Лиам, я думаю, мы действительно, по-настоящему, стали взрослыми. На секунду, из-за его слов, Лиама захлестнула волна меланхолии, потому что, по сути, Ноэл был прав. Но он не сдался ностальгии и презрительно фыркнул ей в лицо. — Да, но я женился на Дэймоне Албарне в долбанной Гретна-Грин, а ты определенно будешь веселым папашей и наверняка будешь втягиваешь своего мальчугана во всевозможные приключения, — ответил он, — так что, может мы и стали взрослыми, но уж точно не скучными. Ноэл не сдержал улыбки. Так или иначе, именно это было главным: они оставались самими собой. Прежде чем он успел ответить, его пейджер завибрировал. Лиам проследил взглядом, как он ответил на звонок, отойдя чуть в сторону. Разговор был явно коротким. Вернувшись, у него был такой вид, словно он не знал, на какой планете находится. — Схватки только что начались — сказал он, широко раскрыв глаза,—Маленький засранец родится на три недели раньше срока ! Лиам не смог сдержать смеха: — Ну точно твой ребенок! Абсолютно никакого чувства такта. Ноэл на секунду завис, будто пытаясь понять смысл сказанных слов, а затем ухмыльнулся: — Пошел ты, — даже немного ласково сказал он. Лиам кивнул на стакан с пивом в его руке: — Это твой первый за сегодня? — когда тот кивнул, Лиам забрал стакан себе,— Тогда тебе лучше тащить свою задницу в Лондон, и побыстрее. Ноэл пристально посмотрел на него, будто его процессор чуть-чуть подвисал, и кивнул. Раздав поспешные прощания и поздравления, он вышел из бара. Лиам проследил за ним взглядом до самых дверей и хмыкнул. Да, извините, что он не хлопал в ладоши и не прыгал в восторге от того, что проведет остаток дня с Грэмом — без Ноэла в группе поддержки — но некоторые вещи важнее всего. В который раз за вечер все оказалось не так плохо, как он опасался — это было даже весело. После пары стаканов Грэм казался ему гораздо более терпимым, а после еще пары Лиам понял, почему Дэймон дружит с этим идиотом. Но звездой вечера стал сам Дэймон. После третьей рюмки он начал рассказывать всем, кто стоял на ногах достаточно крепко, что Лиам — его муж. Грэм чуть не описался от смеха, когда Лиам, закрыв лицо руками, пытался провалиться под землю, а Дэймон гордо докладывал совершенно незнакомому человеку, что они только что поженились. В конечном счёте Грэм всё-таки убедил их уйти из бара, пока они не напились до синьки — вместо паба они нашли ресторан, перекусили в нем, и день покатился спокойнее. Они вернулись в отель относительно рано. К тому времени они уже почти протрезвели и из-за того, что прошлой ночью едва сомкнули глаз, были изрядно измотаны. Лиаму не хотелось признаваться в том, что его возраст, подкатывающийся к тридцатнику, давал о себе знать. Он ненадолго отлучился в ванную — все же сколько пива было выпито сегодня — и вернувшись, застал Дэймона сидящим на краю кровати, явно ожидавшим его. Дэймон встал, держа в руке маленькую коробочку, и подошел к нему. Лиам заторможенно посмотрел на коробочку, затем на Дэймона, который казался теперь почти застенчивым. — Я знаю, ты сказал, никаких колец... — начал он, теребя крышку, — но... может быть, хотя бы это? Он открыл коробочку то ли от нервозности, то ли от алкоголя подрагивающими пальцами и приподнял серебряную цепочку, похожую на те, что используются для собачьих жетонов. С нее свисало простое стальное кольцо. Ни одно обычное обручальное кольцо не могло быть настолько в стиле Лиама, как это. И его тронуло больше, чем он ожидал, то, что Дэймон позаботился, чтобы у него тоже был какой-то отличительный знак, что он теперь замужем. Или женат. Чёрт его поймешь, как правильно. Когда Лиам ничего не ответил, рука Деймона слегка дрогнула: — Я знаю, знаю, что в этом нет ничего прям особенного,— начал бормотать он, переводя взгляд на свое золотое кольцо, —но я просто подумал... Лиам шагнул вперед и обхватил цепочку пальцами: — Дэймон, — прервал он его. Ему хотелось сказать, как сильно ему нравится цепочка, как много это для него значит, как он рад — слова просились наружу, но почему-то просто не шли с языка. Поэтому он вытянул цепочку из чужих рук и осторожно застегнул у себя на шее — стальное кольцо у него на груди красиво засияло в свете люстры, и его внимание привлекла гравировка на внутренней стороне. Поднеся к свету, он прочитал тонкую надпись с обеих сторон: на одной стороне было написано: Damon Albarn — а на другой: Liam Gallagher. Простота в лучшем виде. По-другому и быть не могло. Это был лучший вариант из всех возможных. Он чувствовал небольшой вес кольца на груди и был рад этой ноше. Он улыбнулся и притянул Дэймона в поцелуй. — Мне очень нравится, — прошептал он в чужие губы. — Какое облегчение — ответил Дэймон, больше не скрывая, как сильно волновался. Лиам снова поцеловал его, запустив руку в волосы Деймона. В тепле чужого дыхания, его настойчивость брала верх над терпением, и Дэймон сдавался ей, не задумываясь. Лиам не думал, что когда-нибудь устанет от того, как Дэймон беззаговорочно доверял ему; от того, как он позволял Лиаму брать все под контроль, делая маленький шажок назад ровно настолько, чтобы Лиам снова ловил его и усиливал хватку, именно так, ему это нравилось. Как им обоим нравилось. Как им обоим хотелось. Лиам толкнул его на кровать, и тот упал на мягкий матрас, ухватился за край чужой парки и потянул Лиама за собой. — Первая брачная ночь, м? — Прошептал Дэймон ему в губы с озорной улыбкой.— Есть особенные пожелания или предложения, м, жених? Лиам взглянул на свой рюкзак, невинно стоящий в углу, и приподнял бровь. У него определенно точно водилось несколько особенных предложений. — Ну, если, конечно, ты не хочешь просто пойти поспать— дразняще улыбнулся Лиам, рукой закрадываясь под чужую рубашку. Дэймон, смеясь, закатил глаза: — Ты просто невыносимый. Ненавижу тебя Лиам рассмеялся, склоняясь над ним: — эти слова перестали звучать убедительно уже много лет назад, дорогой. Под тихий стон, Лиам снова поцеловал его.