Нулевой счёт

      В  приличном обществе принято заметать сор под ковер, надеясь, что гости не споткнутся о бугры ваших маленьких грязных тайн. Но Хоукинс никогда не был приличным обществом. Это был город, где сор не просто лежал на видном месте — он носил узкие джинсы, тратил половину баллончика лака на укладку и искренне полагал, что законы физики, как и уголовный кодекс, написаны для кого-то другого.       ​Джойс Байерс давно подозревала, что её работа напоминает не столько охрану правопорядка, сколько попытки заведовать детским садом для особо буйных социопатов. Но этот ноябрьский вторник превзошел даже её самые смелые, пропитанные профессиональным цинизмом ожидания. ​       Глядя на живописную композицию из трех тяжело дышащих тел, одного погнутого бампера и фонарного столба, который пал смертью храбрых в неравной битве с чужой тупостью, Джойс думала не о правосудии. Она думала о том, что естественный отбор в округе Роун явно дал сбой, позволив этой троице дожить до старших классов. Это была не «золотая молодежь» и даже не «опасные бунтари». Это был триумф слабоумия и отваги, густо замешанный на дешевом ментоле и уязвленном эго.       — Я даже не разочарована в вас. Я просто в ужасе. — Джойс наматывала круги по мысленно очерченному отрезку на асфальте. Сложенные за спиной руки шерифа выдавали нервозность, пальцы то и дело подрагивали. Разумеется, от такого вида не дергалась бы только психиатрическая бригада, уж та-то явно всякого повидала! Но эти… ​    Байерс обвела дьявольски злобным взглядом неповинных юношей. Эдди ковырял носком ролика асфальт, Билли равнодушно держался за выпирающие карманы джинсов, наполненные явно не конфетами, а чем-то потяжелее — чем-то вроде упакованных самокруток значительной крепости. Стив старательно выковыривал из волос жвачку. Все трое сверкали глазами. И фонарями под глазами тоже сверкали. В целом, ещё пара мгновений, и они смогут стать самопрозванным маяком всеобъемлющего подросткового садизма, или что там играло в их задницах — женщина не знала, но подозревала, что любой из вероятных ответов никак их не оправдывает. ​    — Месяц. — Байерс всплеснула руками. Стив отшатнулся, едва не ушибленный сильной женской ладонью. Явно не случайно. — Месяц общественных работ! ​    Что нужно было сделать, чтобы заставить трех несносных пубертатников бесплатно плясать вокруг чужого мусора? ​    — …Или ставлю на учёт по статье за хулиганство, порчу муниципального имущества и нарушение общественного порядка, — закончила Джойс, резко развернувшись к ним лицом. Её голос упал до зловещего шепота. ​    — Хулиганство?! — Стив возмутился. ​    — Порча имущества, серьёзно? — Сбитый фонарный столб за спиной Билли мигнул в последний раз и погас. Харгроув шагнул влево, закрывая начальнице полиции обзор на пострадавшего. ​    — А кто в Хоукинсе безгрешен? — Эдди, казалось, во всем был солидарен. Отчего-то Билли захотелось вмазать ему повторно. Стив мысленно подметил, что Мансон, в общем-то, кидает резонные вопросы, но ситуацию нисколько не тушит. ​    Наивно было полагать с его стороны, что эту ситуацию можно хоть как-то сгладить. ​    — Не уверен, что наверняка понимаю, как работает общественное наказание, — Эдди Мансон старательно обходил любые выражения, хотя бы приблизительно похожие на матерные, — но, кажется, вы не можете послать нас… повинно копаться в мусоре, не уведомив об этом наших родителей. ​    Глаз Джойс дернулся. ​    — …А значит, они и так обо всем узнаю-ю-ай! Чего кобелишься, сученыш? — Стив от души лягнул рокера локтем под ребро, отчего тот мигом растерял всю спесь интеллигентности. — …Слово-то, безобидное, за базар отвечаю. ​    — Так бы и выдрал все клочья с башки. — Билли сплюнул на асфальт миллиардную часть своего отвращения. ​    — У кого-то с башки только клочья и добывать. ​    — Одного раза не хватило, Мансон? Быстренько перезарядился? ​    — Как же меня все это зае… ​    — Я в вас сейчас весь заряд спущу! ​    И кто допускает истеричных женщин к командованию? ​    А, впрочем, истерична ли была Джойс? Или шкала её терпения пробила небесные столпы? И если да, то в какой момент времени? Когда она в свой долгожданный обед получила вызов о поножовщине у ледовой арены? Когда обнаружила мешанину тел на парковке, издалека отличимую по звукам взаимных оскорблений, ударов и треска ломающегося о голову пластика? Или когда она, будучи начальницей полиции в этом богом забытом городке, осознала, что её «клиентура» — это всегда одни и те же лица, просто в разных комбинациях? ​    Джойс могла бы составить карту их столкновений. Она помнила вызов к «Бенни», где Билли пытался впечатать Стива в капот его же машины просто за то, что тот «слишком долго на него смотрел». Она помнила жалобу от жителей окраины, когда Эдди, уходя от преследования Харгроува на своих роликах, промчался по чужим теплицам, а Стив, волей случая оказавшийся рядом, влез разнимать их и в итоге сам стал мишенью для обоих. Она помнила даже ту нелепую стычку в библиотеке, где тишину нарушил не шепот, а звук падающего стеллажа, потому что Мансон решил, что цитировать Оззи Осборна Билли в лицо — это отличная идея. ​    Она видела их в кабинете директора, когда Эдди облил машину Стива краской, а Билли, решив, что это личное оскорбление всей парковке, попытался переехать Мансона прямо на газоне. Она видела их в отделении, когда Стив влез в драку в баре, пытаясь «защитить честь» какой-то девчонки, а в итоге столкнулся лбом с Билли, пока Эдди на заднем плане подстрекал толпу криками и размахивал украденным полицейским жезлом. ​    Каждый раз это были они. Словно три магнита, которые не могли не столкнуться, ведь надо устроить локальный апокалипсис. Каждая их встреча была как взрыв на химическом заводе: едко, токсично и всегда с последствиями для городского бюджета. И вот они снова здесь. Всадники апокалипсиса местного разлива, запертые в треугольнике взаимной ненависти. ​    — Тебе просто не понравится в камере, Эдди, — отрезала Джойс, игнорируя его попытки играть в юриста. — Там нет места для твоих пируэтов. Стив? Прощай, колледж. Билли? Твой отец узнает о «самокрутках» раньше, чем ты успеешь придумать оправдание. Вытащил все сейчас же, иначе я буду выпытывать имя твоего барыги у старшего Харгроува! ​    Мансон истерично взвизгнул в кулак. ​    Да, между делом, там тоже случались свои поводы посраться. ​    — Выкладывай, Билли. Сейчас же, — Джойс протянула руку ладонью вверх, и взгляд её не сулил ничего, кроме долгого и мучительного заполнения протоколов. ​    Харгроув застыл. Челюсти сжались так, что на щеках заходили желваки. Стив с нескрываемым злорадством наблюдал, как «король дорог» медленно, по одной, выкладывает на капот патрульной машины туго скрученные, пахнущие ядреным табаком и чем-то хвойным самокрутки. ​    — Всё? — ледяным тоном уточнила Байерс. ​    — Всё, — выплюнул Билли, прожигая взглядом дыру в её голове. ​    — Прекрасно. ​    Джойс сгребла «улики» в зип-пакет и сунула его в карман куртки. Она обвела их взглядом в последний раз — побитых, злых, пахнущих бензином, потом и дешевым одеколоном. ​    — Завтра. Четыре часа дня. Ледовая арена «Палас». Вы найдете там мистера Хоппера, и он объяснит вам, что делать со швабрами, чтобы они не ломались об ваши головы. Если я узнаю, что кто-то не пришел или что вы устроили там махач прямо на льду — я оформляю всё по высшему разряду. Колледжи, папаши, камеры — вы получите полный пакет услуг. ​    Она развернулась, каблуки яростно застучали по асфальту в сторону её машины. Хлопнула дверь, взревел мотор, и через секунду «Форд» Джойс сорвался с места, оставив парней в густом облаке выхлопных газов и оседающей пыли. ​    Тишина на парковке стала почти физически ощутимой. Столб за спиной Билли окончательно сдох, погрузив их в глубокие, рваные тени. ​    — Ну что, Харрингтон, — Билли медленно повернулся к Стиву, разминая кулаки. — Как думаешь, швабры хорошо впитывают кровь? ​    — Только если это будет твоя кровь. — Стив выплюнул остатки жвачки и встал в стойку, хотя всё тело ныло так, будто его пропустили через бетономешалку. ​    — Господа, господа! — Эдди картинно вскинул руки, откатываясь на роликах чуть назад, чтобы быть вне зоны поражения. — Мы же теперь «команда спасателей чистоты». Нам нужно беречь силы для унижения перед всей школой. Представляете, как Карвер будет ржать, когда увидит Стиви с вантузом? ​    — Завались, Мансон! — хором рявкнули парни, и лишь в этом их порой коротило мимолетное товарищество. Впрочем, и тут комбинация всегда была изменчива. Зависело от того, кто кого больше взбесит и кто на миг приблизится к смерти. ​    Парковка вздохнула с облегчением, когда три мужских силуэта наконец направились в разные стороны. Так же неохотно и медлительно, как оседавшая пыль. Билли напоследок задел плечом Эдди, Эдди в ответ едва не подножил Стиву, а Стив, в свою очередь, показал обоим средний палец, отталкивая Мансона укатываться быстрее во тьму под мерзкий скрежет подшипников. Это не было перемирием — это была лишь техническая пауза перед погружением в общий котел унижения.