Развод по-гоблински

Второй раз Сара встретила Джарета во всеоружии. С последней встречи у нее был целый день поразмыслить, чем она, собственно, и занималась, ввиду отсутствия других дел и невозможности сосредоточиться ни на чем ином. — Почему я должна тебе верить? — сразу перешла к самому важному Сара, едва дождавшись, как Джарет снова займет место за столом. — Ты говоришь про магию, про связь между нами, но я ничего из этого не вижу и не чувствую. — Зачем мне врать? — изумился Джарет. В этот раз он захватил с собой шоколад, сделанный феями с южных земель — самый лучший, что только можно было найти в обоих мирах. Сара в ответ на поставленную на стол объемистую коробку лишь закатила глаза, но чай налила не только себе, но и наглому королю гоблинов, а один кусочек ухватила на пробу. А затем, не имея сил сдержаться — ещё потихоньку штучек пять. Сладкое девушка очень уважала. — А я откуда знаю? Может, у тебя есть какая-то другая цель? Или просто развлекаешься ты так? — Сара понимала, что без причины Джарет бы к ней не пришел спустя столько лет, но сходу довериться переменчивому и коварному королю считала слишком неосмотрительным, да и попросту глупым поступком. — Я предпочитаю несколько иные, более активные способы развлечения, — Джарет ухмыльнулся настолько недвусмысленно, что Сара вновь покраснела (похоже, в присутствии короля гоблинов это у нее стало входить в привычку), но убежденной выглядеть не стала. Джарет вздохнул, забросил кусочек шоколада в рот и сказал: — Хорошо, я тебе даже доказать это могу. Для начала скажи мне, только честно, довольна ли ты своей личной жизнью? — В данный момент я ни с кем не встречаюсь, — попыталась увильнуть от ответа Сара. Обсуждать подобное с королем гоблинов она не горела желанием. На то оно и личное. — Вот видишь! — торжествующе произнес Джарет, видя в этом подтверждение своих слов. — Это ничего не значит. Я была в отношениях, и не раз. Просто у меня сейчас… — Сара сделала неопределенное движение руками, подбирая правильные и убедительные слова. — Временный перерыв. Я не ищу отношений просто ради того, чтобы они были. — И что, много ли у тебя было… партнёров? — напирал Джарет. От его ранее расслабленной позы ничего не осталось. Теперь он опустил обе ноги на пол, упёрся локтями в колени и устремил на Сару крайне внимательный и почему-то немного мрачный взгляд. — Дай угадаю, не больше двух-трех? — Больше! И вообще, это неважно! Я в отношениях ставлю на первое место не количество, а качество! — Сара произнесла это с намеком. По ее представлениям, король гоблинов был одним из тех, кто не способен на длительные отношения и меняет любовниц как перчатки. — Хорошо, выскажусь прямее, — вот Джарета интимные подробности, казалось, абсолютно не смущали. — Удовлетворяли ли твои партнёры тебя? Во всех смыслах, в том числе и в постели. Сара покраснела ещё сильнее, так, что щекам стало жарко, отвела взгляд и задумалась. Признаться честно, нет. Встречаться с парнями она начала, по меркам мачехи, ужасно поздно — в восемнадцать лет. И больше делала это Сара не из приязни к кому-либо, а просто, чтобы показаться нормальной. Первый ее поцелуй не вызвал у нее не то что пресловутых бабочек в животе — вообще ничего! Хотя Пол очень старался и, обнимая ее, прикасался к ней так осторожно, словно боялся сломать. Впоследствии лучше не стало, и Сара без особых сожалений порвала с ним. За ним последовала очередь Мэттью — сына папиного коллеги, с которым ее чуть ли не насильно свела Ирэн. С этим парнем Саре даже общаться в силу его ограниченности было неприятно, а уж его влажные руки, которые он прямо на первом свидании запустил под ее футболку… В общем, после этого случая Сара наотрез отказалась встречаться с «перспективными и приятными молодыми людьми» из числа знакомых ее родителей. С Ирэн она потом неделю отказывалась разговаривать. Впрочем, выяснив причину, мачеха не посмела винить Сару. Третьим стал Малькольм, с которым ее познакомила школьная подруга. Сара, решив, что напрочь лишена способности испытывать нежные чувства, с этим парнем зашла уже дальше. Но секс, о котором с придыханием рассказывали подружки, книги и сериалы, не вызвал у Сары практически никаких эмоций. Больше всего процесс напомнил ей физические упражнения — тяжёлые, немного унизительные и не доставляющие никакого удовольствия. Хотя самому Малькольму, даже очень понравилось. Те же подруги в один голос утверждали, что в первый раз ожидать приятного не стоит, но потом станет лучше. Не стало. Больше Саре похвастаться было нечем, кроме совершенно ужасного Шона, о котором и вспоминать не хотелось, но и имеющуюся информацию она предпочитала держать при себе. — Погоди! Так это все из-за тебя?! — внезапно до Сары дошло, кому она обязана невезением в личной жизни. Она медленно подняла голову и раздельно, почти по слогам проговорила. — Вот ты мерзавец! — Это ещё почему? Я здесь абсолютно ни при чем! — возмутился Джарет, почти справедливо относящий себя к пострадавшей стороне. — Это все Лабиринт! — Ни при чем он, как же! — больше всего Саре хотелось вцепиться в его длинные светлые волосы и заорать прямо в лицо все то, о чем ей вспомнилось в этот момент. Как она считала себя неполноценной, дефективной, не способной на чувства! Да и попросту фригидной. Сколько она прочитала специальных книг и журналов, сколько разных способов и продаваемых исключительно по знакомству средств не перепробовала — не помогало ничто. Она смирилась с тем, что самые сильные эмоции за всю ее жизнь у нее вызвал никак не подходящий на роль спутника жизни король гоблинов, когда ей едва шестнадцать исполнилось. Тем более, Сара тогда сама ещё не очень понимала, что должна испытывать, в силу неопытности и возраста. Сейчас ей безумно хотелось выплеснуть из себя всю ту боль, страхи и сомнения, что переполняли ее последние пару лет. Столько она всего передумала, вконец отчаялась, смирилась с отсутствием хоть минимального влечения ко всему мужскому роду и лично Малькольму, который, кстати, все равно через пару месяцев ее бросил, а из-за кого она так мучилась? Из-за Джарета и его своевольного Лабиринта! Вот это было совершено не честно! — Это все из-за тебя! — Сара не сильно, но ощутимо ткнула Джарета кулаком в грудь и случайно прикоснулась прямо к голой коже (король по-прежнему любил носить рубашки, открывавшие горло и верхнюю часть груди). Ахнули они практически синхронно, от соприкосновения их обоих будто током ударило. — Что ещё за шутки? Какая-то твоя магическая защита? — потребовала ответа Сара, не рискуя прикоснуться к королю гоблинов ещё раз. — Неужели ты настолько меня боишься? Или у тебя так много врагов? Неудивительно при таком-то характере! Вопреки ожиданиям, Джарет не оскорбился, а расплылся в широкой усмешке: — А ведь ты даже не знаешь, как это чувствуется. Как должно ощущаться, когда ты прикасаешься к кому-то, кто влечет к себе. Занятно, — без разрешения он протянул руку и притронулся к щеке Сары. Девушка отдавала себе отчёт в том, что следовало оттолкнуть его или хотя бы отпрянуть и выругаться, но то манящее и сладостное чувство, которое вызывало одно лишь его прикосновение, всячески препятствовало разумным действиям. Вместо этого Сара резко выдохнула, подалась в сторону ладони Джарета, а глаза девушки закрылись словно сами по себе. Его рука чуть сместилась, мягко вынуждая Сару немного повернуть голову, открывая шею. Джарет резко подался вперёд, губы его скользнули по нежной коже чуть ниже уха. Сара тихо ахнула, и руки ее инстинктивно вцепились в предплечья Джарета — не отстранить, напротив, привлечь ближе. Он еле слышно усмехнулся, скользя губами чуть выше и в сторону, но в последнюю секунду не довел их до губ Сары. Он продолжил почти неощутимо целовать ее шею, лёгкие пряди его волос слегка щекотали кожу. Сара запрокинула голову, наслаждаясь прежде незнакомыми ощущениями. Почувствовав, как губы Джарета переместились на подбородок, Сара распахнула глаза, желая увидеть его перед долгожданным и ох каким желанным поцелуем. Впервые в жизни она по-настоящему жаждала чужих прикосновений. Лицо короля гоблинов выражало настолько открытое желание, что у Сары мурашки побежали по спине. Девушка качнулась вперёд, теперь их губы разделяли считанные миллиметры, однако Джарет вдруг отшатнулся: — До следующей встречи, Прелесть, — он ухмыльнулся и исчез, оставив распаленную и возбуждённую Сару вслух ругать его последними словами. На милое воркование возлюбленной это не походило абсолютно. За множество миль от ее дома Джарет стоял в своей спальне, прислоняясь лбом к стене и тяжело дышал. Ему тоже стоило остыть. Он лишь хотел подразнить Сару, но, как оказалось, она оказывала на него слишком сильный и моментальный эффект. Хорошо ещё, он успел уйти до того, как Сара заметила этот «эффект», не скрываемый, а скорее подчеркиваемый его излюбленными лосинами.