Королева и ладья

К.Г.

      «А, мои глаза, почему так ярко?! Погодите, свет? Что, как?! Неужели… Я НА СВОБОДЕ?!!! Нет, это какой-то обман, уловка, шутка Дискорда. Не верю!       Однако, глаза быстро привыкли к свету, и я поняла, что я СВОБОДНА! Я хотела радоваться, кричать и плясать. Моя лучшая подруга Роузи, как и я, была в шоке. Очнувшись, она поздравила меня с освобождением, но и заметила отсутствие кого-либо: как героев-пленителей, так и освободителей злодеев. А это значит, что моё освобождение из каменного плена – чистая случайность. Просчёт в заклинании? Кризалис и Тирек требуют слишком много энергии, чтобы ещё и меня сдерживать? Как бы то ни было, сейчас нужно бежать. Как вдруг:       – Постой, у меня есть идея получше! – окликнула меня Роузи. – Мы должны сдаться!       – Чего?! – опешила я. Такого предложения я не ожидала. – В каком месте это логичное решение? Нас опять обратят в камень, даже не выслушав. Нужно бежать, как можно скорее.       Я уже хотела бежать прочь от места заточения, как споткнулась и упала.       – Ну и далеко ты убежишь, с судорогами по всему телу из-за заточения в камне? Так ещё и голодная.       Роузи была права. Бежать не было сил.       – Но если не попытаемся сбежать, нас вновь обратят в камень!       – Почему ты решила, что нас покарают, не допросив? Ты забыла, что когда нас отправляли в Тартар, ты сама отказалась говорить с принцессами и просить у них пощады? А после второго поражения, когда нас обращали в камень, все были на взводе из-за прихода Виндиго и на кураже от битвы, к тому же наказание придумал Дискорд, а принцессы лишь ему помогли. И даже тогда ты не планировала просить прощения, пока не стала превращаться в статую. Сейчас же ты хочешь прятаться в глуши, где до конца жизни будешь искать врагов Эквестрии или артефакты. Лучший для нас вариант – сдаться врагу и просить пощады. И для гарантии успеха такого варианта, тебе нужна моя помощь. Ты боишься принцесс, а я могу взять переговоры на себя. Более того, в отличии от тебя я не злюсь на героев и принцесс и могу попросить прощения.       – Ты же не можешь управлять моим телом? – удивилась я. Предложение было в духе Роузи: она была всегда добра к своим врагам. В приюте, вместо того, чтобы дать сдачи, терпела побои, а в итоге погибла, когда хулиган толкнул её на лестнице.       – Научилась в заточении, когда ты спала. Сюрприз! – и вдруг моё копыто поднялось и опустилось, независимо от моей воли.       Снаружи будучи статуей, внутри я как будто находилась в бесконечной пустой тёмной комнате вместе с Роузи. И хоть я и не умирала от жажды, голода и нужды сходить в туалет, но всё же спала как обычная пони, если не считать кошмары. И то, что Роузи научилась управлять моим телом, подтверждается историями об одержимых. Хорошо, что в меня вселилась лучшая подруга, а не какой-либо демон.       – Ладно, я поверю тебе, Роузи. Шансов в любом случае у нас всё равно мало. Веди нас!

***

Ш.Т.

      «Навыки артиста у меня в крови. Только жаль, что приходится обманывать. Может, когда-нибудь я смогу рассказать ей правду? Теперь же будем надеяться, что Коузи ошибалась насчёт принцесс, и есть шанс договориться».       Хоть Коузи и доверилась мне, но надо признать, что он и вправду откровенно безрассудный. В нашем мире, если бы кто-то приблизился к его уничтожению, как эти трое, смертная казнь была бы однозначным решением, несмотря на возраст, пол, психическое состояние или мораторий. Но учитывая амбиции подопечной, она уж точно не смирилась бы с мирной жизнью в глуши, и даже если до старости она не найдёт что-либо полезное для мести и не попадётся властям, то останется несчастной, что меня не устраивает. Так что, как и в политике, нужно идти ва-банк.       «А вот и стража, выхожу к ним… Вот блин, «храбрые» воины. Один от страха в обморок упал, у другого копьё дрожит. Коузи хоть и натворила дел, но сейчас она даже не аликорн, а простой ребенок. Уверена, что охрана Белого Дома даже перед лицом смерти так бы не опозорилась… По крайней мере, я надеюсь на это».       Я замедлилась и подняла копыта вверх.       – Уважаемые гвардейцы её Высочеств, я, гражданка Эквестрии Коузи Глоу, была освобождена из каменного заточения самой Гармонией, посчитавшей моё наказание чрезмерно жестоким, вследствие чего я сдаюсь властям и подаю апелляцию на пересмотр меры пресечения, назначенного мне в период военного положения. – Сказано неплохо, но прислушаются ли к моим словам?       «Надеюсь, именно на таком основании принцессы обратили нас в статую без суда и следствия? Судя по воспоминаниям, судебная система здесь довольно развитая, но все же никто не отменял абсолютную власть монарха».       – Вот это ты завернула, молодец! – похвалила меня Коузи.       Тем временем застывший гвардеец вышел из ступора.       – Эм, ты что, сдаёшься и просишь суда?       – А ты как думаешь, чего я должна желать после обращения в статую, где я должна говорить сама с собой? Спасибо Гармонии, что пощадила жеребёнка. А теперь вы отведете меня к принцессам?       «Стражник неуверенно оглянулся на своего товарища, затем снова посмотрел на нас».       – Да, конечно! Только сначала, нужно поднять тревогу. Эй, тревога, сбежавшая преступница пытается проникнуть во дворец!       «Кажется, не поверил. Вот болван, хоть бы сразу объявил тревогу. Местная гвардия и в подмётки нашим спецслужбам не годится, хотя чего ещё стоило ожидать от лошадей. Однако Коузи уверена в профессионализме ночной гвардии, а это дневной гвардеец на ночной смене» – размышляла я, пока меня окружали стражники.       – Надеюсь, твой план сработает, – не скрывала своего волнения пегаска.       «Я тоже надеюсь».       Итак, связав крылья, через пять минут меня под конвоем доставили принцессам. Точнее, к принцессе Твайлайт, унаследовавшей власть от ушедших на пенсию сестёр-аликорнов. Именно её образ использовала Гармония. Кобылка удивилась переменам, я же всё знала благодаря Гармонии.       – Приветствую, Коузи Глоу, стража сообщила о твоём побеге и добровольной сдачи. Как ты освободилась?       – Приветствую, принцесса Твайлайт Спаркл. – начала я скромно, пытаясь сгладить углы. – Я понимаю, что в это тяжело поверить, но меня освободила сама Гармония. У вас же есть способ проверить, говорю ли я правду?       – К счастью, да. Вместе с Эпплджек я разработала идеальное заклинание истины, способное обойти защиту артефактов. Подожди минуту.       Твайлайт исчезла, а затем появилась вместе с Эпплджек. Аликорн наложила заклинание на земнопони, и та засветилась легким рыжеватым мерцанием.       – Смотри мне в глаза, Коузи Глоу, отвечай подробно. Как ты освободилась?       – Меня освободило Древо Гармонии, – уверенно отвечаю я. Правильно было бы сказать, что это я освободила Коузи с помощью Гармонии, но говорить часть правды, опуская детали – профессиональное умение политиков. Заклинание правды ничего не показало, что уже удивило Коузи.       – Вот дела, если голос в голове яро верит во что-то, говоря от моего имени, то их трюки не работают! Так держать, Роузи! – похвалила меня подопечная.       – Но почему? – тем временем спросила удивившаяся Твайлайт.       – Гармония считает, что я могу исправиться. Тоже она думает и про Кризалис с Тиреком. Лично мне было очень страшно, и я чуть не сошла с ума от одиночества! – тут я пустила слезу. Плакать меня научила мать ещё в раннем детстве, перед нужными сценами рассказывая о печальных вещах: о ссорах с моим отцом, о своём тяжёлом детстве. Позже я плакала, представляя войну и смерти. Я могла бы дать управление Коузи, но её ненависть к принцессам помешает искренне попросить пощады и прощения, а также раскроет нашу маленькую хитрость. Я же, пользуясь воспоминаниями Коузи, идеально отыгрываю её роль.       – Прошу, не обращайте меня в камень! И в Тартар к зверям тоже не ссылайте! Я обещаю исправиться и стать хорошей кобылкой! – слегка успокаиваюсь. – Насчёт же моих преступлений: я лишь хотела исполнить мечту моей лучшей подруги из приюта. Мне до сих пор тяжело вспоминать то, как она погибла, когда глава банды хулиганов, один злой единорог, своей магией заставил её споткнуться на лестнице. А мечтала бедная земнопони о том, чтобы никто и никогда не использовал магию во зло. Вот поэтому мой план и включал лишение мира магии. Цель же моего правления как Императрицы Дружбы была в том, чтобы наказать всех, кто использовал магию во зло или пренебрежительно, а также глупых принцесс, что допустили столько кризисов, чуть не погубивших всех нас. Атаки Найтмер Мун, Дискорда, Тирека, до ужаса пугали нас, обычных жеребят из приюта. – Вскрыла я мотивы Коузи без особых возражений с её стороны.       – Однако после разговора с Гармонией я желаю исполнить мечту подруги мирным путём. И поэтому решила отказаться от вражды и ненависти, чтобы учиться дружбе, нацеленной на поиск приятной компании, а не для исполнения своих целей.       В зале повисла тишина. Твайлайт и Эпплджек были настроены скептически, хоть моя речь их явно впечатлила, в то же время Коузи дрогнувшим голоском мысленно спросила:       – Ты уверена, что стоило говорить о произошедшем в приюте? Я даже думать о том времени не могу, а только плакать, вспоминая роковой день твоей гибели.       Мне тоже было не по себе от воспоминаний Коузи, ясно запечатлевших мёртвую маленькую земнопони, лежащую в луже крови со сломанной спиной у подножия лестницы из-за «несчастного случая». Но принцессы должны узнать всю правду, чтобы нам дали второй шанс. Наконец, принцесса Твайлайт после раздумий ответила.       – Прости меня, моя бывшая ученица, мы даже не догадывались насчёт твоих настоящих мотивов и чувств. И то, как вы ощущали своё заточение, мы не знали: Флаттершай не раз спрашивала Дискорда про ваше состояние, но он ловко уходил от ответа, говорил, что всё в порядке, а мы ему верили. Похоже, что он решил на вас спроецировать свой опыт, или же отыграться за провал своего «гениального» плана. Мы срочно свяжемся с Дискордом, с которым у нас еще будет отдельный разговор, и всеми принцессами, чтобы обсудить заточение Кризалис и Тирека, а также твою участь, учитывая твою готовность к сотрудничеству. Разберём случай в приюте, и если история подтвердится, то, может, суд тебя оправдает. А пока подожди нас в гостевых покоях. Стража, отведите её в гостевые покои, а также накормите.       – А крылья развязать? И сколько времени вообще прошло с момента заточения? – спросила я. Немного нагло, но раз Твайлайт уже пошла на уступки, можно было воспользоваться моментом и чуть продавить свою линию.       – Развяжите Коузи, она сейчас не опаснее любого другого жеребёнка. А прошло два месяца.       «А Коузи молодец, долго держалась. Не каждый взрослый человек останется в своём уме, после двухмесячного заточения в стерильной пустой тюремной камере без возможности её покинуть. У малышки стальной характер».       Поклонившись, гвардейцы развязали мне крылья и сопроводили в одну из гостевых комнат, а служанка принесла обед.       – Наслаждайся победой! – ответила я, отдавая управление телом обратно Коузи.       – Молодец, подруга! – искренне похвалила меня Коузи-старшая, прямо таки накидываясь на еду. – Буду только рада, если продолжишь и дальше так помогать, только сначала предупреждай.       – Хорошо, Коузи! – ответила я, опьянённая успехом. Впрочем, радоваться ещё рано: всё зависит от милосердия Селестии и Луны. Да и реабилитация в обществе ещё впереди. Но начало положено.