Любить во имя или вопреки?

— Я узнаю, где ты был, Певерелл, — прорычал тихо Регулус. Из-за того, что Гарри отвлёкся на пещеру, он естественно победил. Когда Певерелл вышел на поверхность, убедившись, что василиск надёжно заперт, его уже искали все участники вместе. Регулус отыскал каждого, кроме Гарри. Гарри было немного стыдно, но только до тех пор, пока Крауч не напомнил, что теперь ему торчит желание наследник самого рода Блэк. Это будет полезным чеховским ружьём на всякий случай. Дети вернулись в замок, а Гарри занес в свой мысленный инвентарь ячейку под названием «Пещера Василиска».

***

Гарри знал, что Северус наблюдает. Альфа правда сожалел о том, что вспылил. Северус просто подошел не в то время, да и Гарри действительно не выносил, когда на него кричат. Певереллу хотелось сразу подойти и извиниться, но их внезапная ссора оказалась очень кстати. Все дело было в крестражах — Гарри начал их сбор. Газеты пестрели «подвигами» Пожирателей и спекуляций на тему личности Темного Лорда. Каждая новость заставляла внутренности Гарри панически сжиматься от страха. Он бросал незаметный взгляд на Северуса и опасался, что Пожиратели протянут к его любимому свой липкие руки. Певереллу нужно как можно скорее избавиться от Волдеморта, пока Северус был в безопасности. Гарри не видел смысла отговаривать самого Снейпа — тот был очень упрям, если действительно хотел — не будет Реддла, исчезнет и угроза. Оставалась уповать, что Алиса разберётся с информацией побыстрее. Диадема уже у Гарри была. Крестражи Нагайны и самого Гарри еще не существовало (оба живые существа. Забавно). Оставались вещи основателей и дневник. Чаша и дневник хранились у приспешников Реддла, поэтому Гарри начал с менее сложного — кольцо и медальон. Чтобы добраться до них, нужен был план.

***

Северус поглядывал на Певерелла, не догадываясь об его мыслях. Он пытался понять собственную реакцию. Почему Северуса так задело, что альфа куда-то ходил и без него? Это было странно для омеги. Для отца их с матерью как будто не существовало. Он мог выйти куда угодно и даже не прийти ночевать. Мать же практически никуда не ходила. Может в магазин пару раз в неделю, но в остальном сидела дома и тихо ненавидела весь мир. Северус помнил, как она устраивала отцу истерики, если была особенно в плохом настроении. Он помнил, как отец мгновенно срывался на нее тоже. Это превращалось в бесконечный крик, а потом он неизменно бил ее. С Северусом произошло тоже самое? Он вспылил, потому что это всегда делала мать? Но у омеги были другие чувства. Певерелл ушел куда-то ни свет, ни заря, а перед этим он получил письмо из Аврората. Еще и гриффиндурки радостно потирали ручки. Северус думал об этом всё время с момента прилета совы, а потом Гарри ушел практически на весь день и это было… Неужели… Северус волновался? За Гарри?.. Омега вздрогнул и разлил чернила на пергамент. Он тихо выругался и принялся искать свою палочку, потому что ее не оказалось на месте. Чернила пропали, пергамент очистился. Певерелл убрал свою палочку и указал на сумку омеги. — Твоя внутри осталась. — Шепнул он. Певерелл не отказывался от компании омеги. Он всё так же занимал рядом с ним места, отгоняя возможных кандидатов в пару. Особенно на Зельях, когда слизеринцы ошибочно полагали, что могли воспользоваться услугами Снейпа и подправить оценки. Гарри так же разговаривал с ним, но Северус чувствовал эту огромную стену между ними. Гарри был здесь, но одновременно далеко. Они будто резко стали обычными соседями, когда раньше было парой. Это и не нравилось Снейпу больше всего. Раньше Певерелл вел себя с ним, как со старым знакомым. Родным человеком. Больше, чем другом, а сейчас между ними появилась дистанция. Первые три дня Северус отказывался признавать, что он виноват в ее появлении, но когда Гарри в очередной раз не приставал к нему с просьбой почитать вместе на лужайке или предложением купить очередной ингредиент для зелий (просто потому что Певерелл может), то Северус внезапно понял, что скучает. Когда-то в его жизни была Лили Эванс. Их дружба не была верхом мечтаний, но они были друг у друга. Оба травмированные своими семьями, даже такой прекрасной, на первый взгляд, как семья Лили. С появлением Хогвартса всё изменилось. Эванс определили в Гриффиндор, где все болеют нездоровой привязанностью и желанием передружиться со всеми даже если эта «дружба» останется поверхностной. У Лили появилась меньше времени на своего старого друга, а Северус так и не завел новых друзей. Шли годы, и у омеги появились единомышленники. Это совсем не то, что друзья, но они держались вместе, имели общие интересы и планировали свое будущее вместе. Казалось вот потолок возможностей Снейпа в отношениях с людьми, а потом… Появился Певерелл. Его странные неожиданные предложения. Желание вечно держаться рядом. Настойчивые действия напоминали гриффиндорцев, но вместе с тем парень обладал умением Слизерина обыгрывать ситуацию, выставляюсь себя в выгодном свете и держать дистанцию, если действительно потребуется. Гарри удивительным образом сочетал болезненную прямоту и обезоруживающую заботу. А еще не понятно отчего она обезоруживала — от неожиданности или от неуверенности. В любом случае в жизни Северуса резко стало больше Певерелла, когда он только появился. С этого момента альфа всегда был где-то рядом, обнажая клыки на любого, кто пытался подобраться к омеге с дурными намерениями. Или как считал альфа дурными. Сидя в Большом зале, Северус не верил сам себе. Он… скучает? По этому Певереллу?! По этому невыносимому человеку?! Северус Снейп не скучает! Даже по Лили Эванс! Это… Это… Это возмутительно! До конца недели омега так и промучился. В пятницу он уже был готов признать, что Гарри ему не хватает. Не физического присутствия, а ментальной вовлечённости. Ведь физически альфа никуда не девался. Вот он, сидит за столом и вкусно кушает. Рядом с Северусом хихикала стайка девчат. Омега знал их — однокурсницы Розье и Крауча. Они что-то оживлённо обсуждали, а потом одна из них вытащила палочку и конверт. Северус заметил без интереса, что запечатанный конверт был украшен розовыми сердечками из воска. Девчушка, хихикая, взмахнула палочкой, и конверт полетел над столом. Северус бы не обратил на это внимания, если бы эта наглагая особа не окинула его высокомерным взглядом. Тогда Снейп напрягся, отвечая своим лучшим взглядом «ты дерьмо». Девчонка фыркнула и повернулась в сторону, куда улетел конверт. Северус тоже быстро бросил взгляд туда. Клочок бумаги плавно парил над едой, а в конце, конечно же, приземлился рядом с Певереллом, переливаясь всеми цветами радуги, как бы призывая поскорее открыть. Мало было его одного. Другие девушки (и парни!), словно сговорившись, направили признания в любви альфе. Каких там только не было — и журавликами, и самолетиками, и много чего еще! Рай для любителя оригами. — Вы поссорились, и все об этом знают. Северус с трудом оторвал взгляд от растущий кучки бумаг рядом с Гарри и посмотрел на Мальсибера. — Весь Слизерин перешёптывается об этом, — пожал плечами тот. — Аж тошнит. Он скривился, но Северус не ответил. Внутри поднялась волна негодования, когда его глаза снова зацепились за бумажный зоопарк рядом с Певереллом. Того он, похоже, не интересовал — Гарри достаточно громко спорил с Блэком. Северус специально садился от Гарри подальше во время обеда. Тот не настаивал и доставал своей компанией обычно Регулуса, но сейчас всё это казалось омеге неправильным. Гарри его друг. Он его альфа. Его лорд! Он просто… Его? Пузыри гнева и негодования бурлили под кожей. Регулус не дал Гарри забыть стопку писем. Певерелл всё же убрал ее в мешочек, и по столу начали появляться самодовольные взгляды. Они думали, что победили. Они думали, что обошли Северуса и не стеснялись выражать это в тихих насмешках и снисходительных улыбках. — Недолго полукровка был в фаворе! — Наконец-то, лорд найдет себе достойную пару! Северус не знал, кто это сказал — слишком многие сейчас болтали лишнего. Омега резко поднялся, схватил сумку и рванул прочь из зала. Над ним снова смеялись. Он снова был неудел. Он снова всё потерял. Он снова был позади всех. Особенно чистокровных. Они думали, что обошли его, но это не могло быть правдой! Северус не мог так просто всё потерять снова! Не мог же?.. Снейп едва не врезался в Слизнорта, который только направлялся в Большой зал. — О, мистер Снейп, осторожнее, юноша! — Растянул улыбку профессора. — Извините, профессор, — едва сдерживал агрессию Северус, — я искал Гарри и не заметил вас. — Какое чудесное совпадение! Лорд Певерелл только что попросил у меня ключи от третьей лаборатории. Вы можете найти его там. — Большое спасибо, профессор! — Крикнул Северус, уже убегая в направлении третьей лаборатории. Слизнорт покачал головой, рассматривая уголки губ в улыбке. — Эх, молодёжь.

***

Гарри оставил свои вещи на стуле, левитировал котел на стол и вытащил книгу «Собрания ядов». Гарри искал самый сильный яд. Средство, способное не только отравить, но и растворить предметы. Он прекрасно понимал, что яд Василиска расправится с крестражами, но видеться вновь с этой огромной зверюгой не было никакого желания. Сначала Певерелл испробует остальные варианты. Если не получится, тогда Тайная комната вновь будет открыта, а пока… Гарри налил воды, но зажечь огонь не успел. Дверь распахнулась, и альфа кисло подумал, что надо было ее запереть. Обернувшись, Гарри с удивлением обнаружил Снейпа, который дважды пытался закрыть дверь и в итоге сделал это. — Северус? — Гарри моргнул, не скрывая удивления. Омега сторонился его всю неделю. Видеть его сейчас, стремительно приближающегося, было даже несколько непривычно. — Почему ты… Договорить Гарри не дал поцелуй. Сумка Снейпа слетела на пол, и омега налетел на него, сразу впечатывая губы в губы. Северус сжал чужие плечи несколько лихорадочно. Гарри потребовалась секунда, чтобы обхватить омегу руками и углубить поцелуй. Северус охнул от теплого языка — о таком он даже не подумал. Альфа слегка блуждал руками по спине и бокам омеги, но больше был сосредоточен на жаре рта того. На самом деле ему не было дело, почему Снейп вдруг решил появится. Он никогда не был достаточно сильным, чтобы отказать ему. И всё же он заставил себя отстраниться. В первую очередь, чтобы убедиться, что это действительно Снейп. — Если ты кто-то под оборотным, — выдохнул альфа, заглядывая в черные глаза, — я убью тебя. — Не неси чепухи, Певерелл. — Зашипел Северус. И всё же за этим шипением скрывалось нервозность. Что Северусу теперь делать? Он не очень думал об этом, когда бежал за альфой. Всё, что он думал — это то, что Гарри его. — Северус? — Промурлыкал альфа, и Снейп обнаружил, что тает от этого мурчания. — Что случилось, любовь моя? Что-то произошло? Северус задрожал и спрятал лицо в шее альфы. О чем он только думал?! Вот что прикажете делать сейчас, когда Певерелл с таким нежным взглядом и учтивой интонацией спрашивает всё ли у него хорошо?! Что он должен сказать?! Что разозлился, увидев, как эти невоспитанные омеги подкатывают к его альфе?! Что хотел показать им, что он никуда не делся, что он… — Приревновал?.. Северус не сразу понял, что сказал это вслух. Только когда Гарри подавился воздухом и закашлялся. Снейп в ужасе оттолкнул альфу, увидел его шокированное лицо развернулся, намереваясь бежать прочь. Мерлин, какой стыд! Какой позор! Что он сейчас выкинул?! Но омега успел только добежать до двери, когда оказался прижат к деревянной поверхности. — Стоять. — Прохрипел Гарри и рывком развернул его. Когда инстинкты Снейпа успели уснуть? Когда он расслабился настолько, что не услышал шагов за спиной? Или дело было в грохоте крови в ушах? Гарри прижал омегу к двери. Тот попытался оттолкнуть его снова, но альфа перехватил его запястье и снова прижал к деревянной поверхности. — Хватит драться! — Проворчал Гарри. — Успокойся хоть на минуту! — Отпусти! Певерелл всегда был таким сильным? Северус бился изо всех сил, но Гарри легко переносил его усилия. — Да остановись! Певерелл выпустил много успокаивающего запаха. Аромат трав попал в ноздри и действительно помог омеге расслабиться. Только это не означало, что все тревоги тут же ушли. Просто Снейп перестал вырываться. — Отпусти. — Хмуро буркнул Северус. Гарри нашел его глаза и медленно покачал. — Нет, если только ты не останешься поговорить. — Певерелл. — Принц. Северус вздрогнул, а альфа улыбнулся. — Тебе идет эта фамилия. Северус снова нахмурился и дернул руками, но хватка альфы была неумолима. — Обещаю остаться! — Рявкнул омега. — Ловлю на слове. Гарри медленно отпустил омегу, но всё равно стоял слишком близко. Северус быстро бросил взгляд вниз-вверх и боком выбрался из-под Певерелла. — О-отойди. Кхм. Ты слишком близко. Гарри последний раз глубоко вздохнул и сделал шаг назад. Потом протянул руку омеге. — Не убегай. Северус нахмурился и оттолкнул её. — Да пошел ты. Гарри ухмыльнулся, сделал шаг в сторону и указал на стулья рядом с столом. Северус прошел к ним, с сожалением отпуская дверь. На самом деле ему очень хотелось сбежать, но он пообещал. Даже если слизеринцы могут мухлевать с обещаниями, то взгляд Гарри говорил, что тот не позволит это сделать. — Итак, — Гарри прочистил горло, намекая на начало разговора. — Ты меня бросил! — Выпалил зло Снейп. Гарри и Северус одинаково скривились. Омеге не нравилось, что он не мог контролировать свой рот в этом разговоре. Надо бы поменьше болтать. — Э, нет? — Гарри пригладил непослушные волосы. Не помогло. — Ты как бы сам избегал меня всю неделю. — Ничего я не избегал! — Ощетинился омега. — Я был занят! — Ну конечно. — Закатил глаза альфа. — Как я мог забыть. Ты ведь круглые сутки пытаешься вступить в ряды Пожирателей. Глаза Северуса расширились. — Ты знаешь?! — Мне кажется только слепой не видит, — вздохнул Гарри. — Конечно, знаю. — И что побежишь жаловаться Слизнорту? Или директору? — По мне видно, что я бегу? — Иронично спросил альфа, разваливаясь на стуле. — Спотыкаюсь, докладываю… — Тогда зачем ты это сказал? — А зачем ты сказал, что ревнуешь? Щеки Северус начали теплеть, но он упорно боролся с смущением. — Или я ослышался? — Темная бровь альфы взлетела вверх. — А может и так! — Северус отвел глаза. Гарри цокнул. — Ага. Верно. Извини, что навыдумывал себе. Мы ведь всего лишь связаны магией. Он махнул рукой на шею, где издевательски сиял символ их связи. Северус прищурился, тысячу раз отругал себя за трусость и выпалил: — Ты всегда твердишь, что любишь меня, а сам флиртуешь с другими! То ты всегда рядом, а потом уходишь на какие-то свидания и делаешь вид, что это нормально! О, а еще ты говоришь о других девушках и для тебя это тоже нормально! Гарри поджал губы, стараясь не рассмеяться. Омега выглядел очаровательно, изливая все претензии через подростковый бунт и смущение. Гарри должен был еще злиться из-за их ссоры, но он просто не мог, да и не видел смысла. Его эмоции не помогут ему привлечь омегу на свою сторону. — Не знаю, где ты замечал флирт, но извини меня за это, — начал медленно объяснять Гарри, — я ничего такого не думал. Для меня это был просто обычный разговор. А насчёт твоего беспокойства о Марлин, то ты зря беспокоишься. Ты понятия не имеешь, сколько много ты говоришь о Лили. Просто со стороны это заметнее. Марлин всего лишь моя подруга, как и Лили твоя. А свидания… Какие вообще свидания? Я же объяснял, что Алиса моя родственница и мы пытаемся наладить связь. Головой Северус понимал, что ведёт себя как полный идиот, но в данный момент все разумные аргументы тонули в океане обиды и чувстве брошенности. Вроде Гарри ничего не сделал, да и его отношение с другими не должны касаться Снейпа, но иррациональные эмоции твердили обратное, и омега сейчас не мог взять себя под контроль. — Я ответил на все твои вопросы? — Гарри склонил голову набок. — А как же письма? — Прошипел Северус. — Будешь открывать и читать на досуге, теша своё эго признаниями в любви со всего Хогвартса?! Гарри всё-таки не выдержал. Он закрыл лицо руками и расплылся в улыбке. Его плечи подрагивали от беззвучного смеха. Северус заметил это и ударил его в плечо костлявой рукой. — Не смейся надо мной, наглец! — Не смею, о мой принц, — ответил Гарри, но всё равно не мог перестать улыбаться. Альфа взял свою сумку из-под стола, открыл ее и достал тот самый мешочек, куда убирал письма ранее. — Можешь делать с ними что хочешь, — сказал он, протягивая мешочек омеге. — Только осторожно. Они могут быть пропитаны любовными зельями. Я всё равно собирался их выбросить. Северус выхватил мешочек. — Без тебя знаю. — Снова огрызнулся он, а потом замер, осмысливая. — Что? Ты сказал, что собирался их выбросить? — Ну да. — Гарри махнул на мешочек рукой. — Зачем они мне? Северус ослабил горло мешка, но не заглянул внутрь. — Выражение всеобщей любви, — сказал он, поднимая глаза на альфу, — тебя же желают. Тебя хотят. Это — доказательство. — Ну да. — Гарри хмыкнул. — Но… Там есть письмо от тебя? Северус всё-таки заглянул внутрь. — Нет. С чего бы? — Тогда они мне не нужны. Гарри сказал это легко. Слова не стоило для него ни денег, ни внимания. Просто. Словно… Истина. — Почему? — Северус уронил мешочек на пол, и несколько писем вывалились оттуда. — Когда мы говорили об этом в прошлый раз, ты был категоричнее. Гарри смешно поморщился. — Я действительно не переношу, когда на меня кричат, любовь моя. Даже ты, хоть и нужно признать, что это мило. Ты милый. — Прекрати. — Я не понимаю тебя. — Вздохнул альфа. — Ты настаиваешь, что мы никогда не будем вместе. И если бы не это странное волшебство, то ты бы ко мне и близко не подошёл, а потом ты требуешь от меня ответа, где я был и с кем. Немного двойные стандарты ты не думаешь? — Это ты внезапно появился в моей жизни! Ты не прекращаешь убеждать, что любишь меня! Я сам себя не понимаю! — Потому что?.. — Гарри наклонился к нему. — Потому что мне плевать на тебя! — Выплюнул омега. — Но я не выношу, когда другие ведут себя так, будто имеют право на тебя! Улыбка Гарри слишком сильно напоминала улыбку Темного Лорда. Северус даже ощутил холодок. — Я сам решаю, кто имеет на меня право, — сказал альфа, обнажая клыки. — Никто не может решить это за меня. Снейп зашипел и хотел было возмутиться, но придумать что-то быстро не получилось. Певерелл махнул рукой, и стул Снейпа придвинулся почти вплотную. Омега охнул и схватился за стол. — И выбрал тебя, — продолжил Гарри, понизив голос. — Из всех надутых чистокровок, золотых мальчиков или невинных девиц — никто. Только ты, Северус. Глаза альфы внезапно стали так близко. Пожирающий малахит, ослепляющая зелень. Снейп оказался захвачен им, как взглядом Василиска. — Почему, Гарри? — Прошептал он. — Я не понимаю. Почему я? — Потому что это ты, любовь моя. — Гарри оставился на расстоянии вдоха. — Другого мне не надо. Никто во всем мире не стоит даже твоего ногтя. — Ты лжёшь, — стараясь убедить то ли себя, то ли его, прошептал Северус. Дыхание касалось чужих губ. — Заставь меня поверить, что я лгу, — усмехнулся альфа, — а я заставлю тебя поверить, что говорю правду. Вопрос в другом, мой принц — отдашь ли ты мне себя? — У меня ничего больше нет, Гарри. — Сглотнул омега. — Только я. — Ты — Вселенная, Северус. — Гарри тоже сглотнул. Глаза бегали от глаз омеги до губ. — Целый мир. И никто не сможет заставить тебя полюбить, но если ты захочешь, я буду здесь. Я уже здесь, моя любовь. — Поцелуй меня, Гарри. Мерлин, просто поц… Разбитое бормотание было прервано мягким, обезоруживающим давлением. Разве Гарри мог противостоять такой просьбе его любимого?