Любить во имя или вопреки?

Возвращаться в Хогвартс, не будучи его учеником — странное чувство. Даже после побегушек по всему свету, Гарри ощущал себя его частью, но точно не сейчас. Гарри шел возле Запретного леса, намереваясь попасть в замок и встретиться с Дамблдором. Он должен быть уже директором, если Гарри ничего не путает. Парень как раз проходил одно особо большое дерево, когда что-то врезалось в него. — Ауч! — Воскликнул Гарри, хватаясь за голову. Судя по тому, что он упал на землю, удар был сильным. — Ой, прости! — Возгласил знакомый голос. — Ты в порядке? Гарри открыл глаза и поднял голову. Рубеус Хагрид. Собственной персоной. — Давай помогу, — суетился Хагрид. Гарри протянул руку, и великан легко поднял его. — Все в порядке, — заверил Гарри, — Гарри Певерелл. — Рубеус Хагрид, — представился великан, — извини еще раз, пожалуйста. Я не видел тебя за этим деревом. — Да все в порядке, правда. — Улыбнулся Гарри и притворился, что осматривается вокруг. — А ты здесь?.. — О! Я лесничий. Делал обход, все дела. — Потом он нахмурился, будто вспомнил что-то. — А что здесь делаешь ты? Еще рано для учебного года. — Я не ученик, — качнул головой Гарри, — но хотел бы им стать. Можешь помочь найти директора? — Конечно! — Радостно ответил Хагрид. Великан повел мальчика в школу под красочные рассказы о том, какой Дамблдор великий директор. Гарри с ним не спорил.

***

Поступать в Хогвартс снова и того страннее, но Гарри решил держать лицо и не поддаваться панике. Он собирается произвести впечатление на Северуса-я-убью-тебя взглядом-и-учебником-по-зельеварению-Снейпа, а для этого надо держать себя в руках. Не мог же Гарри просто броситься к нему и начать обниматься. Схлопочет еще темное проклятие. К тому же Певерелл осознавал, что это будет непростой задачей, но разве он выбрал бы Северуса, если бы пасовал перед трудностями? Избранный унаследовал баранье упрямство Поттеров! Вот за это им точно спасибо. И за сейф, полный золота, конечно. В зале было шумно. В основном его источником был гриффиндорский стол. Гарри сразу бросился в глаза очевидно знакомый юноша. Явно моложе, чем на фотографиях, но это точно он. Джеймс Поттер и его компания. Гарри шел за Дамблдором, стараясь не пялиться. Он испытывал к своему отцу (который даже не знает, что он отец) неоднозначные чувства. С одной стороны остались те эмоции с детства, когда он воображал, что его родители — самые лучшие люди на свете. С другой его сердце полностью принадлежало Северусу, а у отца с ним были ужасные отношения, что неимоверное злило Гарри. Снейп был самым дорогим в его жизни и он уже однажды потерял его. Гарри внимательно осмотрел каждого из Мародёров, пока они не заметили его, особо остановившись на Петтигрю. Парень посмотрит на их поведение — если Поттер будет слишком докучать, Гарри выберет Северуса. И нет — он не будет испытывать угрызений совести. Принц-полукровка был в его жизни долгие годы, а Джейм Поттер и Лили Эванс — чужие люди. Пусть именно им он и обязан за жизнь на этом свете. Гарри не заметил, что Дамблдор уже разговаривал с Макгонагалл. Гарри и профессор обменялись любезностями. Поступление студента не с первого курса — большое событие, так сказать. На памяти Гарри в его обучение такое не происходило. Дамблдор представил его, Гарри сохранял бесстрастный вид. Он чувствовал все эти горячие взгляды, но за время бытия, как Гарри Поттера, уже к ним привык. Словно первокурсника, Макгонагалл пригласила его сесть, что парень и сделал. Как только Шляпа оказалась на его голове, она хрипло рассмеялась. — Привет, мистер Поттер! Гарри почувствовал, как улыбка расцветает на его лице. — Я настолько очевиден? — Нет, — ответила Шляпа, — но я не раскрою вам всех секретов. Полагаю вас не должно быть здесь. — Верно, — все еще улыбался Гарри, — и я теперь Певерелл. Шляпа снова рассмеялась. — Вижу-вижу, мальчик. Ну что? Родной дом зовет? Гарри хмыкнул. — Мой дом не в Гриффиндоре, милая. — Оставь это для него. Я не ошиблась насчёт тебя. В голосе Шляпы слышалось удовлетворение. Гарри сделал крошечный кивок. — Ты всегда была права. Просто слишком рано. — Или поздно, — поправила Шляпа, — Слизерин! Глаза Гарри сразу нашли нужный стол, и его сердце затрепетало. Он искал одно единственное лицо, и когда нашел, лишился дыхания. Северус Снейп был так же прекрасен, каким Гарри его и считал. И нафиг всех, кто говорил обратное. Гарри так любил его. А главное — он здесь, жив. Это все, что необходимо. Ближайшее свободное место оказалось рядом с человеком, которого Гарри видел только на портретах в доме на Площади Гриммо, 12. Увидеть его в живую было… необычно. Не то чтобы Гарри испытывал к Ругулусу Блэку какие-то чувства, просто странно, что он больше не в рамках портрета. Гарри бросил взгляд на молодых отца и крестного, которые смотрели на него, как и все остальные. Кстати, говоря — Гарри понятия не имеет, какие между братьями были отношения. Сириус не очень хорошо отзывался обо всей своей семье в принципе. Регулус относился к нему так же? Не схлопочет ли Гарри проблем от младшего брата, если пойдёт против старшего? Гарри необходимо было прощупать почву. Проблем с Мародерами ему и так хватит по горло, а они обязательно будут, поскольку парни сто процентов будут цепляться к Северусу, а значит Гарри автоматически будет замешан (если бы профессор Снейп услышал хоть часть его мыслей, он бы точно назвал его ничтожеством и проклял. Может Гарри в душе мазохист?). Певерелл сел за стол и не пропустил любопытных взглядов какого-то блондина и брюнета напротив. Он положил руки на стол, а потом, не глядя на Блэка, будто обращаясь не к нему, спросил в лоб: — Ты убьёшь меня, если я переломаю твоему брату ноги? Потому что именно это я и собираюсь сделать. Регулус замер, повернулся к Гарри, Гарри сделал тоже самое. Регулус еще секунду смотрел на него жестким, острым взглядом, а потом вдруг рассмеялся. По-аристократически и элегантно, разумеется — Регулус Арктурус Блэк, — представился он, когда прекратил смеяться так же резко, как и начал, — буду ждать с нетерпением. Гарри пожал ему руку. — Мое имя уже известно, — сказал он. Брюнет напротив присвистнул. — Во даешь, новенький! Я Барти! Он тоже притянул руку. Гарри подал и ее. — Бартемиус Крауч Младший. — Расшифровал блондин. Барти закатил глаза. — Эван Розье. Гарри был удивлён, увидев Крауча Младшего. За этим именем была история, которой сейчас не существовало. Он не совсем понимал, как относится к Пожирателю смерти, который пытался его убить, но не в этом времени. Он задавался вопросом, должен ли он злиться. Еще несколько слизеринцев тоже представились, и Гарри старался быть максимально вежливым. Он внимательно слушал и пытался запомнить, кого как зовут, но имена все равно перемешались в голове. Он решил, что привыкнет. В целом приветствие было достойным, особенно учитывая, что Блэк продолжал ухмыляться. Только одно расстраивало достаточно сильно, чтобы перекрывать положительные эмоции от подобного опыта — Северус сидел слишком далеко.