Тачки-2: Агент Призрак

Первая гонка Мирового Гран-при была в самом разгаре. Болиды на бешеной скорости резали ночной воздух Токио. Но на технических дорожках и строительных лесах вокруг трека шла совсем другая война. — Агент Мэтр, у вас два хвоста на уровне три! — раздался в скрытом микрофоне Мэтра чистый, напряженный голос Холли Делюкс. Мэтр бежал по стальным балкам технического этажа. Его движения были молниеносными, но наемников Цундаппа оказалось слишком много. В какой-то момент один из штурмовиков зажал Мэтра у края платформы, занеся нож для смертельного удара. На радиоволновые команды Холли Мэтр по-прежнему панически орал: — Да куда ж лезть-то, милочка?! Тут эти черные пиджаки совсем такту не знают! Вдруг из тени за спиной наемника бесшумно соткался силуэт мужчины среднего возраста с цепким взглядом. Он мгновенно перехватил руку убийцы, точным ударом уложил его на лопатки и подмигнул Мэтру, тут же растворившись в темноте вентиляционных шахт. Это был Финн Макмисл. Мэтр проводил его быстрым, оценивающим взглядом профессионала — они не были знакомы лично, но Мэтр понял, что этот британец знает свое дело. Из-за мощных электромагнитных глушилок синдиката шпионский передатчик Мэтра закоротило. Сигнал пробился сквозь шифрование и рухнул прямо на командную радиоволну Молнии Маккуина, который в этот момент заходил на сложнейший поворот, борясь за первое место с итальянцем Франческо Бернулли. «...уходите влево, агент, они открывают огонь!..» — прорезал наушник Маккуина чужой женский голос. «Да я левее не могу, у меня комбинезон за гвоздь зацепился!» — панически орал Мэтр. — Мэтр?! — крикнул Маккуин, теряя концентрацию. — Что за бред ты несешь? Какая рация? Молния на долю секунды оглянулся на технические трибуны, его болид слегка вильнул, потеряв идеальную траекторию. Франческо Бернулли с ревущим триумфом пронесся мимо, пересекая финишную черту первым. В боксах после гонки было душно от запаха жженой резины и ярости. Маккуин сорвал шлем и буквально налетел на Мэтра, который как раз входил в боксы, пытаясь незаметно стереть кровь со сбитых костяшек пальцев. — Из-за твоих дурацких криков по рации я проиграл! — кричал Маккуин, его лицо горело от обиды. — Мне не нужна такая помощь, Мэтр! Ты позоришь меня перед всем миром! Тебе лучше вообще не приближаться к моему пит-лейну! Убирайся домой! Команда Радиатор-Спрингс замерла. Мэтр остановился. Несколько секунд он просто смотрел на Маккуина. Внутри него боролись две личности: добрый ржавый эвакуатор, который искренне любил этого парня, и ветеран ОСС, который только что предотвратил международный теракт и спас чип национальной безопасности, пока этот гонщик пекся о кубке. Взгляд Мэтра потяжелел. В нем проступила пугающая, вековая усталость. Он сделал шаг вперед, и Маккуин невольно отступил — столько скрытой угрозы вдруг появилось в осанке его друга. — Слушай, Маккуин... — голос Мэтра звучал тихо, но отчетливо, без единого намека на деревенский акцент. Это был голос выжженного войной человека. — Ты думаешь, я это специально? И ты ещё на меня наезжать начал? Да ты вообще что обо мне знаешь?! Маккуин открыл рот, но не смог вымолвить ни слова. — Ты видишь только старого механика, который путается под ногами, — жестко отчеканил Мэтр. — Ты понятия не имеешь о моем прошлом. Ты не знаешь, какую травму я ношу в себе всю жизнь, пока ты крутишь свои круги на чистом, безопасном асфальте. Мэтр развернулся и ровным, чеканным шагом вышел из боксов. В ту же ночь в номере отеля Маккуин нашел лаконичную записку: «Молния, ты прав. Я только мешаю. Побежд ай дальше сам».