Система S.T.R

Кулон

*момент из свидания с Себастьяном*

— Вы проголодались? — спросил Себастьян, когда мы вышли на небольшую площадь. — Здесь неподалёку есть кофейня. Простая, не для аристократов. Но кофе там... достойный. Я улыбнулась. — Ты хочешь угостить меня кофе? — Я хочу, чтобы этот день вам запомнился, — ответил он, и в его голосе не было привычной насмешки. Мы зашли в кофейню — маленькое, уютное заведение на углу двух узких улочек. Здесь не было помпезной аристократической роскоши — только деревянные столики, клетчатые скатерти и запах свежесмолотых зёрен, от которого у меня закружилась голова. Себастьян выбрал столик у окна — оттуда открывался вид на небольшую площадь, где торговцы раскладывали свои товары. Он отодвинул для меня стул, дождался, пока я сяду, и только потом опустился напротив. — Вы бывали здесь раньше, госпожа? — спросил он, беря в руки меню. — Нет, — честно ответила я, оглядываясь. — Но атмосфера... она кажется живой. Настоящей. — Вы предпочитаете это? — в его голосе не было осуждения. Только любопытство. — Иногда, — я пожала плечами. — Иногда хочется простоты. Пришёл официант — молодой парень с рыжими веснушками. Он запнулся, увидев Себастьяна — видимо, его безупречный фрак и хищная грация производили впечатление даже в таком непритязательном месте. — Два кофе, — сказала я. —С молоком, без сахара. И, пожалуй, пару булочек с корицей. Официант кивнул и исчез. Себастьян смотрел на меня странно — прищурившись, с лёгкой улыбкой на губах. — Что? — спросила я. — Вы заказали кофе, — заметил он. — Да. И что? — В Британии аристократы предпочитают чай. — А я показала этим, что не принадлежу к аристократам? — усмехнулась я. — Вы показали, что у вас есть свой вкус, — ответил он, и в его голосе прозвучало что-то тёплое. — Это редкость. Вы пьёте кофе... почему? Я задумалась. — Потому что он горький, — наконец сказала я. — И потому честный. В нём нет притворства. Кофе остаётся собой, хоть что не добавляй в него, стой же пикантной горчинкой, Себастьян слушал, не перебивая. Его пальцы — в белых перчатках — лежали на столе неподвижно. — Вы говорите о кофе, — тихо сказал он, — а кажется, что о себе. Я подняла на него глаза. — Возможно и так… Официант принёс кофе и булочки. Я взяла чашку в руки, вдохнула аромат и сделала маленький глоток. Горячо. Горько. Правильно. — Ты не будешь свой? — спросила я, кивнув на его чашку. — Я не пью, госпожа. — Ты не пьёшь чай. Не пьёшь кофе. Ты вообще что-нибудь ешь в человеческом мире? Он усмехнулся. — Только души. Но сегодня я не голоден. Я поморщилась. — Ты мог бы сказать что-то менее жуткое. — Вы спросили — я ответил, — он взял чашку, поднёс к лицу, сделал вид, что пробует, и поставил обратно. — Кофе пахнет... интересно. Как вы, — добавил он тише. — Горько и честно. Я не знала, что ответить, поэтому просто допила свой кофе. Себастьян смотрел, как я пью, и на его лице было такое выражение, будто он наблюдал за чем-то очень важным. — Вы сегодня улыбаетесь чаще обычного, — заметил он. — Наверное, потому что сегодня хороший день. — День, когда вы просто гуляете? — День, когда я гуляю с тем, кто меня не заставляет притворяться, — ответила я, не подумав. Он замер. Его глаза на секунду вспыхнули алым — и погасли. — Это... пожалуй, лучший комплимент в моей жизни, — сказал он. — Даже несмотря на то, что я не заслуживаю его. — Не тебе решать. — А кому? — Мне, — я откусила кусочек булочки. — Я здесь госпожа. Он рассмеялся — тихо, почти беззвучно. — Пойдёмте, — сказал он, вставая. — Я покажу вам ещё одно место. — А магазинчик антиквариата по пути? — спросила я, вставая и поправляя платье. — Я хотела бы туда ещё заглянуть… — Вам там что-то приглянулось? Я замолчала. Не надо было это говорить, будто я таскаю его везде за собой. Я взяла сумочку и направилась к выходу. — Я сейчас, — сказал Себастьян, останавливаясь. — Позовите официанта, я хочу заказать вам ещё один десерт. Те булочки вы съели с большим аппетитом. — Ты решил меня раскормить? — усмехнулась я. — Я решил сделать этот день для вас идеальным, — ответил он и жестом подозвал официанта, который как раз проходил мимо. Пока Себастьян что-то тихо говорил парню, я вышла на крыльцо кофейни, вдохнула свежий воздух и принялась рассматривать площадь. Торговцы раскладывали товары, дети бегали между взрослыми, где-то вдалеке слышался цокот копыт. Через пару минут Себастьян вышел следом. — Заказал, — сказал он. — Пирожные с лимонным кремом, как вы любите. Их принесут через несколько минут, мы успеем немного прогуляться и вернуться. Или подождём здесь? — Прогуляемся, — решила я. — Недалеко. Мы отошли от кофейни буквально на полквартала. Я рассматривала витрины, вдыхала запахи, наслаждалась моментом. Себастьян шёл рядом, не касаясь, но я чувствовала его присутствие — тёплое, надёжное, немного пугающее. А потом мы вернулись. Я села за столик, и официант принёс пирожные с лимонным кремом — румяные, посыпанные сахарной пудрой, тающие во рту. — Вкусно? — спросил Себастьян, глядя, как я ем. — Очень, — кивнула я, слизывая крем с ложки. — Ты не хочешь попробовать? — Я не ем, госпожа. — А смотреть, как ем я, — это для тебя замена? — Можно и так сказать, — его губы дрогнули в улыбке. Мы проговорили ещё минут десять — о пустяках, о погоде, о книгах, которые читает Генри в библиотеке. А потом я заметила, что его пальцы касаются кармана сюртука — легонько, будто проверяя, на месте ли что-то. Я не придала значения. Мы вышли из кофейни и направились дальше. Был уже почти вечер, и я думала, что пора возвращаться, когда Себастьян вдруг сказал: — Можно вас кое о чём попросить? — О чём? — Закройте глаза. — Что? — я уставилась на него. — Закройте глаза, — повторил он. — Это сюрприз. Я не стала спорить — закрыла. Услышала шорох ткани, его дыхание — ровное, спокойное. И ощутила, как что-то холодное коснулось моей шеи. — Открывайте. Я открыла глаза и опустила взгляд. Кулон. Тот самый — из витрины антикварной лавки. Тонкая платина, аметист в форме капли и россыпь бриллиантов вокруг. Он переливался в лучах заходящего солнца, отбрасывая фиолетовые блики. — Себастьян... — выдохнула я. — Откуда? — Пока вы ждали меня, — ответил он, и в его голосе прозвучала едва уловимая гордость, — я попросил официанта подождать немного. Они любезно согласились не выносить десерт до моего возвращения. — Но ты же отошёл едва ли на пять минут и когда ты только успел? Я посмотрела на кулон, потом на него. — Ты... ты невыносим, — выдохнула я с улыбкой до ушей. — Знаю, — он коснулся пальцами аметиста, лежащего на моей груди. — Идёт вам. Этот цвет... ваш. — Почему ты это сделал? Он смотрел на меня долго. Очень долго. А потом ответил: — Потому что вы посмотрели на него. Всего секунду. Но в этой секунде было... желание. Не жадность. Просто... «мне это нравится». Вы — будущая королева. Вы можете позволить себе всё. Но вы не попросили. Вы промолчали. И это... это тронуло меня. — Демона трогает человеческая скромность? — Этого демона — да, — он убрал руку от кулона. Я сжимала в пальцах холодный аметист и чувствовала, как внутри всё переворачивается. Он видел. Он заметил. Он понял. — Спасибо, — прошептала я. Он ничего не ответил. Только протянул руку, и я вложила свои пальцы в его ладонь. — Пойдёмте, — тихо сказал он. — Дорога обратно неблизкая. Мы пошли медленно, почти не говоря, и я всё трогала кулон пальцами, не веря, что он у меня. А потом случилось то, что случилось. Карета. Мальчик. Моя разбитая коленка. Гостиница…Этот день действительно оставил в моей душе кучу ярких воспоминаний…