Критическая масса красного элемента

Система Керуб. π-ретранслятор.       Братья Артериусы не спешили приходить на помощь армаде консерваторов. Используя стелс-фрегаты, группировка из трёх легионов внимательно наблюдала целую неделю, как их политических противников громят новички. — Ну что, варреновы дети? Есть ещё вопросы почему мы не полезли на помощь этим придуркам?       Когда невидимки привезли из системы новичков телеметрию космических боёв на орбите планеты, Десолас и Сарен как раз проводили совещание штаба. Оба брата и офицеры под их командованием просто офигевают от того, что происходит. — Эти дебилы напали на цивилизацию, которая силами одного флота скрутила в ремень целую турианскую армаду. — Но доминус, по экстренным каналам связи мы получаем сообщения о множестве нападении на Гегемонию… — Да в лазурь матриарха иди! Забудьте про этих четырёхглазых ублюдков! Их можно списать на свалку истории!       Генерал Артериус кидается запасной обоймой в одного из офицеров связи. — Ебланы уставоголовые! Один рядовой флот новичков нанёс армаде из десяти турианских флотов такие потери, какие мы не видели со времён Рахнийских Войн и Кроганских Восстаний. Если у них все рядовые системы так защищены, вы просто попытайтесь понять, что будет с силами Пространства Цитадели, которые полезут на их территорию!       Сказать, что Десолас раздосадован, значит не сказать ничего. Однако, он прекрасно понимает, что интрига в которую они с братом влезли, теперь осуществится с гарантией. Консерваторы будут наказаны.       Офицеры рейдовой группы не идиоты. Рассматривая данные объективно, приходится признать, что новички ломают все привычные каноны войны. Начать стоит с того, что кинетические щиты теперь совсем не гарантируют безопасности. Энергетическое оружие, кинетическое оружие с защитовым действием, нечто похожее на биотику в масштабах космического боя, шквал умных ракет, космические мины, корабли больше Пути Предназначения, корабли-носители, обеспечивающие грандиозный перевес в численности МАКА, похотливые пилоты-синтетики с комплексом плоти. Это ещё не считая того, что всё это без использования нулевого элемента и чуть ли не религиозного неприятия эльно.       Разумеется информация по самим новичкам тоже была перехвачена. Но когда дошло до осознания этой информации, тут даже Десолас с удивлением посмотрел на брата, который сейчас находится в состоянии шока. Понятное дело, что перехватили корабли-невидимки то, что вращалось в открытом доступе, так что пропаганда штаба турианской армады досталась штабу Артериусов. — Озабоченные пыжаки ненавидящие рабство и азари, с турианской дисциплиной, кроганской яростью и живучестью? Где мы так провинились перед духами? — Меня не столько волнует, Сарен, что наша клоака в зоне риска, сколько то, что вчерашние рабы воюют за них с фанатизмом ханаров. Причём уже существуют целые турианские когорты на стороне противника. Вот что пугает. Ещё и верующие синтетики, поклоняющиеся своим создателям. — Доминус, а как же духи стихий, которые зарегистрированы на этой планете?       Братья и остальные офицеры переглядываются между собой. Умные мысли приходят в разные головы одновременно. Не надо быть каким-то продвинутым аналитиком, чтобы понять, какой эффект будет иметь подтверждение существования духов на турианское общество. Ещё и использование противником этого факта к своей пользе. — А по моему мнению самая большая проблема это не возможность быть изнасилованным новичками, а тот факт, что теперь у наших разведчиков появится много работы. Не надо быть дюжины диггитов во лбу, чтобы понять, какой хаос наступит с освобождением всех рабов четырёхглазых.       Братья Артериусы понимают без слов, какая это замечательная возможность собрать силы из ниоткуда. Прямо на ловца и зверь бежит. — Наблюдаем дальше. Консерваторы выиграли орбиту, но не смогли убрать с неё новичков. Спутники они тоже не захватили. Плацдармы на планете ещё не гарантируют завоевания.

* * *

      Следующее совещание становится срочным. Информация приходит из разряда особой важности. Данные о битве за столицу планеты новичков поступают чуть ли не в прямом эфире. Офицеры рейдовой группы смотрят на всё это и мысли их одолевают самые неприятные. Аномалии превращающие биотиков в монстров, которые идут в самоубийственные атаки, но прорывают любую оборону. Есть о чём подумать. Тем более эта информация становится важной в связи с тем, что новички не используют эффект массы. По крайней мере одно объяснение этому факту только что было получено.       А уже этот факт в совокупности с другими данными о возможном возрасте такой цивилизации, заставляет задуматься о многих других вещах и проблемах. Братьев Артериусов например интересуют некоторые моменты прошлого. Скажем так, в их руках оказались некоторые данные, которые не совпадают с официальной историей. Разумеется это не является частью их первичных интересов, но кто знает, что может всплыть, если выяснится, что новички — совсем не новички и давно наблюдают за Пространством Цитадели. — А вот теперь можно лететь спасать этих недоумков. — Доминус, а с новичками что делать будем? — По ситуации. Наша приоритетная цель — спасение легионеров Иерархии. Предупредите весь личный состав ещё раз, что противник может использовать провокации и заманивать в ловушки с помощью бывших рабов.       Братья заканчивают совещание. Офицеры отключаются. Меры безопасности по рассредоточению командования действуют. Десолас со своего мостика даёт команду на общую связь. — Всем кораблям внимание. Полная боевая тревога. Занять свои места согласно распорядку. Курс на перемещение через π-ретранслятор. Система Цинь-Доу. Внешний пояс астероидов.       Каперанг Эрих Гайден с нескрываемой радостью смотрит на обнаруженный вспомогательный дивизион кораблей турианцев по добыче и переработке нулевого элемента. — Вот они гады! Стая, начинаем загонять. Это из-за них на Шаньси скинули проклятый эльно. — Чёрный Волк работает. — Кусим идёт в бой. — Разящий бьёт. — Тао-тей в атаку.       Каперанг привычно слушает доклады стаи. Командирский Фафнир идёт следом. Его цель судно связи. Дурианцы взяли для охраны несколько крейсеров, десяток фрегатов, а также тройку корветов для лучшей связи. Они нашли крупный астероид и теперь его разрабатывают. Видимо этот объект принесло в систему совсем недавно. Иначе его бы давно обнаружили.       Дурики перекрывают самые удобные траектории для атаки по вспомогательным кораблям. Только они не понимают, что истинная цель советской волчьей стаи совсем не корабли. Суперкорвет-невидимка разведал астероид и у Альфы появился план, который нанесёт катастрофический урон противнику. На его Фафнире есть спецбоеприпас. Одно успешное попадание и будет выбит страйк.       Дурианцы настороже, но они не думали, что волчья стая зайдёт со стороны полей обломков. Четыре волка атакуют с флангов. Они первым делом выпускают облако малых ракет, создающих натурально целый вихрь целей на датчиках противника. После этого четыре советских корабля выдают веер. Ракеты расходятся широкими шлейфами, вынуждая дурианцев совершать манёвры уклонения и разойтись в стороны. Именно этого и добивается четвёрка загонщиков. Спаренный выстрел двумя торпедами коронный приём советских волчьих стай. Одна за другой две торпеды бьют в одно и тоже место: защитовая и кумулятивная. Первая крушит кинетический щит в месте удара, вторая пробивает броню. Не смертельно в большинстве случаев, но очень неприятно для экипажа.       Фафнир врывается в середину дурианского строя, но не с целью расстрелять ослабевшие щиты с другой стороны, а для одного единственного точного попадания. На поверхности астероида разлом от столкновения с другим космическим телом, а внутри ядро из чистого эльно. Именно оно и есть цель для спецснаряда. Термоядерное буровое изделие попадает в эльно и закапывается. Реакция. Волки уже дали по лапам, уносясь на всех парах.       Только один из дурианских крейсеров соображает, что надо делать оттуда двигатели. Астероид превращается в осколочно-фугасную бомбу, которая запускает эффект боулинга в окружающем поле обломков. Дивизион вспомогательных кораблей гибнет от самого взрыва, а вот охранение превращается в дырявое решето от последствий. Двемиритово-саронитовые эльниты становятся оружием в условиях термоядерного взрыва.

* * *

      Наварх Авлин Пубернус принимает доклады от БЧ своего корабля. Ходовая еле дышит. Множество пробитий. Броня как решето. Половина экипажа погибла от декомпрессии. Главный калибр вышел из строя. Только накопленный заряд минимальный. Но накрылась система охлаждения. — Связь. Что со связью? — Доминус, связь есть. Как ни странно всё в порядке. — Соедините меня с адмиралом.       Авлин морщится, когда медик на мостике начинает обрабатывать его разбитое лицо. Именно в таком виде он и появляется в поле зрения камеры для сеанса связи. — Наварх Пубернус, что с вами произошло? — Доминус адмирал, у нас больше нет вспомогательного дивизиона и эскадры охранения. Мой крейсер единственный уцелевший корабль. Веду борьбу за живучесть на внутреннем краю внешнего пояса астероидов. Волосатики применили термоядерные боеприпасы. У нас не было ни одного шанса.       Адмирал Диомис прикладывается к фляжке, переваривая данные о новых потерях. — Ждите помощи. У нас тут у самих хаос и неразбериха. Духова планета подкидывает один сюрприз за другим. И сови словно берут со своего мира пример. — Доминус, у вас всё в порядке? — Нет. И не спрашивайте меня, что происходит. Сами пытаемся разобраться, что случилось. Сови можно сказать отомстили. Держитесь там и ждите эвакуации.       На омнитул наварха падают последние данные о боях за Шаньси. Адмирал отключается, а Авлин пытается не высказаться матом обо всём, что он сейчас читает. Армада пострадала от последствий бомбардировки планеты нуль-ракетами. Остатки советского флота воспользовались этим и выгнали турианцев на высокую орбиту. Флоты большей частью дезорганизованы и ведут борьбу за живучесть. — Вот же клоака! А других предупреждать не надо?! Ебаный лазурец! — Доминус, что случилось?       Наварх испытующе смотрит на своего старпома. Этот турианец его верный боевой товарищ и друг. Авлин морщится от укола боли. Разбитые лицевые пластины напоминают о себе. — Елбодабы! Знают же, что на планете творится ерунда и всё равно бахнули, не подумав, что по ним же может прилететь. А пока командование пыталось не пинусировать от случившегося, нам забыли приказ на эвакуацию отдать. Советская месть себя ждать не заставила. Последствия вы все на себе ощущаете.       Авлин больше не произносит ни слова. Он уже достаточно сказал, чтобы получить выговор от командования. Благо служба безопасности отправилась к духам в полном составе.       Выживший экипаж крейсера «Идэрата» переваривает новость о том, что их погибшие сослуживцы стали жертвой военной ошибки. Просчёт командования обошёлся их эскадре и вспомогательному дивизиону очень дорого. Четыре дюжины кораблей и тысячи сынов и дочерей Иерархии погибли не успев осознать этого. И непонятно, что чувствовать к себе и погибшим товарищам. С одной стороны их стараниями удалось бахнуть по планете, с другой стороны из-за просчётов штаба пострадали их сослуживцы. — Доминус, если волосатики отправили свою стаю невидимок по наши души, значит мы задели их очень сильно. — Только не ясно пока, Камил, сможет ли штаб извлечь урок из этого. Ладно. У нас много работы. Надеюсь за нами кого-то пришлют. Город Новый Пекин. Проспект Вернадского. Позиция красных.       Ад городского боя развернулся на проспекте, где почти поперёк вонзился «шрам» от атаки мутантов. Вернее таковых было три штуки, но они вошли на разную глубину к центру города и самый большой был здесь недалеко от перекрёстка с проспектом Ленина. Дурианцы по следам атаки мутантов глубоко втянулись в город. Из-за неразберихи и спешного стягивания сил, часть подготовленных позиций пришлось оставить. Костемордые этим обстоятельством воспользовались в полной мере.       Радость дуриков, впрочем, была преждевременной. Очухавшись от неразберихи, советы начали оказывать упорное сопротивление. Но дорвавшись до врага дурианцы и сами не уступают сови в мастерстве боя. Противники схватились не на жизнь, а насмерть. — Фугас Арматуре. Грека в сотке зажали. Коробки синих работают. — Арматура Фугасу. К вам сейчас приедет Назар. Разберут синим матчасть.       Назар действительно выруливает по переулкам и сходу врубается в штурмовую команду дуриков, обходящую сотку справа. Пауки и сопровождение с брони врываются в ближний бой. Пулемётчики головного Серпа радостно кромсают очередями не успевших спрятаться синих. Но три прилёта из Малуса-77 ставят точку в судьбе Серпа. Рядом оказывается Жнец, что прибился к Назару. Его командир с позывным Гусь даёт команду. Ракеты срываются с пусковой установки на затылке шагохода. — Я решаю практические проблемы. Назар, работайте.       Залп ракет влетает в позиции, за которыми попрятались синие. Взрыв. Летят куски бетона, крошево осколков, чья-то оторванная нога с синим мясом в месте разрыва. — Спасибо, Гусь. Сочтёмся. — Плюс.       Носороги и Жабы начинают пробиваться через соседний универмаг, чтобы выйти на оперативный простор. Террор-зонды Колобки идут вперёд, выявляют противника, наводят орудия танков. Советские танки прорываются через универмаг как нож сквозь масло. Оказываются в тылу у синих коробок. Выстрел. Первый танк дуриков разлетается. Остальные понимают, что оказались в мешке. Ещё две синих машины лопаются, прежде чем подтягивается их резерв. Ещё и ракетчики синих просыпаются. Не считая пары пулемётов и снайперов. Они отсекают охранение и один советский танк вспыхивает. — Чешир, давай сюда, нас с двух сторон прижали.       В этот момент яркий красный луч наводит на резерв синих арту. — Скорпион на связи. Даём наводку. — Спасибо, брат. После боя даём на закуску. — Хе-хе. Плюс.       Пока Назар взъерошивает пукала резерву костемордых, его зам Чайка разбирает зажатые коробки синих. Грек из сотки помогает, получив передышку. Но из соседнего здания торопиться на жаркую встречу штурмовая группа синих. — Клаус Греку, ты живой? — Клаус. Нас прижали. Много двести и триста. Контузии. К вам гости идут.       В этот момент на позициях дуриков, прижавших Клауса раздаются крики и звуки ближнего боя плазменными клинками. — Свои. Клаус, это Чешир! Не стреляй. Мы выходим. — Принял. Выходи.       Штурмовики и диверсанты соединяют силы. Короткий миг помощи и диверсанты Союза уходят дальше. По связи проскакивает новость о ракетчиках синих.       Действия красных помогают перекрыть им прорыв на проспект в этом месте. Атака синих захлёбывается. Значит здесь они не пройдут ко дворцу советов. Предместья Нового Сингапура.       Сухопутные силы и воздушное прикрытие пятнадцатого и сорок первого легионов прорываются на окраину мегаполиса, окружающего космический лифт. Мегаструктура уходит в небеса, окружённая силовыми полями, слегка искажающими свет. Генералы Эксион и Вастиан со своих позиций наблюдают, как их коллега проводит боковой манёвр. В холмах к северо-западу танковые дивизии турианцев и сови сошлись в лобовом столкновении. — Фарв, у тебя есть возможность помочь? — Гастия, мне самому штурмовать город. После той херни с биотиками совсем трудно будет.       Фарв Эксион действительно не приукрашивает факты взбесившиеся биотики разнесли в хлам его арьергард. Но там и силам преследования досталось. Последний приказ биотикам до их превращения в неведомую бибусню был: противодействие партизанам и преследующим пятнадцатый легион силам сови. Разъёб мутанты устроили шикарный. Пока их флот красных не накрыл, заодно и своих покрошили. Из-за аномалий связь пошла по клоаке не только у турианцев. — Гигантские крабы! Выходят на побережье. Восьмой квадрат.       У Гастии Вастиан только что нарисовались крупные проблемы. Монументальные шагоходы уже попили ей крови на побережье полуострова Ганьхао. — Рея, ты мне очень нужна. К нам большие крабы вновь в гости пожаловали. — На подлёте.       Трибун воздушного прикрытия Рея Дината востребована как никогда. Новички помешаны на шагоходах морской конструкции. Во время первого своего появления они перетоптали треть сорок первого легиона, убив и покалечив дюжинную часть личного состава и техники. И страшно не то, что огромные ноги крабов вбивают в грунт любую наземную технику, а то, что сами ходули защищены силовыми полями, а под брюхом у крабов находиться комплекс Икра. Сови словно понимая уязвимость придумали кидать сверху по врагам под собой мины, аннигилируя любого, кто считает себя самым умным. И краб умеет под плотным огнём наклонять свои три орудия на тридцать градусов вниз. У него очень маленькая слепая зона: всего шестая часть стадия от рабочего положения шести ног по кругу. Довольно узкое кольцо, которое прикрывают шагоходы поменьше: пулемётные, гранатомётные, танково-ракетные и электрические крабы. Последние ещё и катерами являются.       Вообще любовь новичков к гибридам очень интересная. Треть техники у них амфибии или трансформеры. Это создаёт множество опасных ситуаций. Неприятных ситуаций, когда у тебя прямо на глазах из-под воды выпрыгивают самолёты, а дроны-летуны вдруг складываются в наземную модификацию и помогают штурмовикам противника зачищать здания. Как будто мало того, что даже ополчение красных устраивает неприятности, закидывая синих бутылками с горючей смесью. Варварство! В Пространстве Цитадели так давно не воюют, применяя цивилизованные огнемёты. А новички словно воркча-шахиды из Красной Стаи с огненными бомбами, пользуются таким примитивом, но от этого оружие не становится менее опасным. Опять же путь через джунгли не обошёлся без потерь: ловушки самой разной степени подлости.       Первая эскадрилия заходит на цель, успешно отрабатывает БК по большим крабам. Гигантские шагоходы вынуждены остановиться. Один дымит. Но тут противник преподносит сюрприз. Два из трёх больших крабов начинают меняться. Вместо пары шагоходов наводчики Иерархии видят теперь пару береговых бункеров. Правый фланг сорок первого легиона застревает. Словно этого мало, вокруг них начинается возведение укреплений. Словно по волшебству из-под земли начинают вырастать красные стены, что серьёзными барьерами перепахивают пригородное побережье в лабиринт из стен с огневыми мешками. — Опять эти пирамиды!       Красные любят строить как грибы: будто куча зданий сидит на одной грибнице, как плодовые тела. Но иногда они посылают небольшие пирамиды туда, куда не выгодно или сложно послать их мобильную базу. — Лазурное дерьмо! Как они достали со своим строительством на передовой!       Очередной гневный комментарий уходит в пустоту. Красные ломают привычные каноны войны, словно им забыли сказать, что так нельзя делать. — Они точно сталкивались с рахни, а может быть и кроганы для них не в новинку. — Наверняка они видели кого-то похуже кроганов.       Вторая эскадрилья воздушной поддержки сталкивается с красным ангелом. Три бомбардировщика турианцев падают вниз, словно кто-то дёрнул их за лассо с поверхности. — Парящий! — Срочно группу противодействия!       С парящими турианцы уже сталкивались не раз. Ебучие волшебники, которые творят нечто за гранью: роняют летательные аппараты, разрывают технику с экипажами, кипятят мозги окружающим или устраивают помешательство, когда турианцы начинают стрелять друг в друга. Или могут просто обернуть себя в фиолетовый шар непонятной энергии и превратиться в неразрушимое препятствие. Есть среди противников и те, кто сильно проще парящих — слабосилки, но именно парящие вызывают настоящий ужас. В их присутствии всегда ощущение преследует, как будто нечто чужое смотрит тебе прямо в душу.

* * *

      Сорок первый легион утыкается правым флангом в неприступную оборону. Но на основном направлении движения турианцы захватывают пригородный дачный посёлок. Относительно небольшие земельные участки поделены заборами, посажены сады, грядки продуктовых растений, клумбы с декоративными цветами. Тут и там стоят дома и хозяйственные постройки. Удивительное дело, но ничего не заминировано.       Проблемы начинаются когда турианцы захватывают второй подобный посёлок, но уже городского типа. Этот не вокруг озера, а в излучине реки находится. На другом берегу какой-то промышленный объект. Здесь авангард сорок первого легиона натыкается на то, что когда-то было азари. Вместо синежопых шлюх, турианцев встречают синие демоницы-волшебницы при поддержке разумных лягушек и птицедевок. В довершение ко всему их атакуют смутно знакомые кошкозаи, в которых турианская служба безопасности с удивлением опознаёт кварианцев до того, как они стали Мигрирующим Флотом. Здоровые кошкозаи быстро доказывают турианцам, что у них отнюдь не лапки, а руки и ноги способные делать удар, дробящий камень. Не ограниченные требованиями соблюдения герметичности, кварианцы быстро вспоминают, что пинаться, драться и кусаться их травоядные предки умели и часто практиковали. Да и сами кварианцы не травоядные совсем, просто жизнь на Мигрирующем Флоте заставляет.       Передовые отряды разбивают в бою и пленяют. Правда спустя сутки пленных отпускают, но это оказывается акция устрашения. Когда в штаб сорок первого легиона приходит доклад, генерал, претор, пропреторы и легаты понимают, что пропаганда может и не привирать. Пленных накачали какой-то наркотой лягушки, затрахали до невменяемости бывшие азари и птицедевки, ещё и кварианцы своими острыми зубами обгрызли им гребни на голове. Спасибо хоть не затрахали пленных турианцев и турианок до смерти. А ведь могли, учитывая их природу и культурные особенности. — Немедленно свяжитесь со всеми подразделениями, до которых только сможете дотянуться. Красные вылечили кварианцев. Злоебучий кошмар снова в деле.       Сообщение тут же вызывает цепную реакцию. Пропаганда турианцев о злоебучих ксенофилах сови теперь играет против них самих. Слухи о том, что сови превратили азари с сексуализированный кошмар и вылечили кварианцев начинают распространяться, обрастая совершенно жуткими подробностями. Через пару часов речь уже идёт не о пяти дюжинах пленных с которыми пошалили бывшие азари, птицедевки и поглумились квариане и разумные лягушки, а минимум о гекатомбе сопровождаемой гурохентаем с садомазо оргиями, наркотиками и каннибализмом.       И главный фактор, который способствует распространению этого дикого бреда среди турианцев — это конечно же та сторона кварианцев о которой галактика забыла после Утренней Войны. Кошкозаи Ранноха не только технические гении, но и имели до Утренней Войны ряд культурных особенностей, обеспечивающих им специфическую репутацию. И красные выпустили снова этого лавандового духа из скафандра.       Где-то в своей стазис-капсуле в гибернации один протеанский генерал видит очередной кошмар, но не про обычный ужас вторжения, а о том, что порочные извращённые увлечения протеанской молодёжи до вторжения, воплотились в реальности. Броня зрелого воина метафизически содрогается от бурления гнева от падения нравов.       Чего не знают турианцы, так это того, что вылеченные кварианцы — это полуживые после интенсивной терапии кабысдохи, которые после этой фееричной операции по дезинформации отправились обратно на койки. Всё же иммунитет у них только-только начал работать. Новый Пекин. Штаб обороны Шаньси.       Уильямс и Суй наблюдают в реальном времени, как дурианцы продолжают развивать свой успех по захвату столицы. — Генерал Муркин перекрыл прорыв на проспект Вернадского. — Но у нас по прежнему на месте проспекта Ленина открытая рана через все городские линии обороны. — Они рвутся к центральному спуску в подземные районы города. Но другие ходы вниз они так и не захватили. У них не так много сил. — Ага, скоро долетит их подмога и это нам не поможет, они ещё одну орду высадят. И не факт, что Нарышкин сможет удержать лифт.       Спор над трёхмерной картой не приносит новых идей, как удержать столицу, вернее поверхность столицы. — Товарищ командующий, противник подтягивает крейсера к столице.       Карта увеличивается в масштабе. И действительно крейсера дурианцев в атмосфере планеты после того, как отработали по поверхности в тылу у своей орды, теперь летят медленно к столице. — Блядство! — Если засветим невидимки, то дурики всю группировку смогут вычислить. — А если нет, то эти крейсеры сейчас всё нам испортят.       Особист понимает, что придётся светить спутниками. Но генерал Уильямс связывается с Нарышкиным. — На связи. — Миша, телеграфируй волчьим стаям, чтобы они пошумели в тылу у дуриков на высокой орбите. Кровь из носу, надо космос отвлечь, пока Бревно будет спутниками синих макак чесать. К нам в атмосфере мчит прямо на дворец лихая семёрка синих крейсеров. Они наших на дуршлаг откинут, если им блохами на спину не насрать!       Адмирал выдаёт малый боцманский загиб, понимая, что или блох светить, или поверхность столицы сдавать. И последнее делать крайне нежелательно, учитывая сколько сил у противника и наличие средств подземной войны. — Тогда надо максимально отвлечь противника. Я пошлю Сулицы в тыл синих. Пускай пошумят там. — Хорошо. Отмашка полчаса.       Именно столько времени необходимо крейсерам синих, чтобы подойти к столице. Дурики выучили урок и перемещаются в атмосфере очень осторожно. Только на этот раз их ждёт удар не снизу, а сверху. Шаньси. Орбита.       На орбите адмирал поворачивается к своему старпому. В его глазах вольфрамовая уверенность и ничего больше. — Беня, дай общую связь с флотом. — Миша, что будем делать?       Вопрос риторический, по глазам адмирала видно всё, но Бенедикт Евлампиевич Ворс хочет услышать ответ. — Тоже, что и всегда. Надерём эти бронированные синие задницы! — Да!       Уже через пять минут все уцелевшие корабли ядра Восьмого Флота принимают задачу. — Вперёд, братцы! В бой! Не на жизнь, а на смерть зову за собой! Полундра!       Последний клич разносится не только через устройства связи Союза, но и чтобы синие услышали.

* * *

      И синие услышали. Вот только сделать ничего не успели. Новички на своих потрёпанных кораблях совершают микропрыжок и идут совершенно непредсказуемыми курсами прямо на едва восстановившиеся порядки турианской армады. К ужасу фельдмаршала Дзьепатара, у сови получается застать турианцев врасплох. Дюжины кораблей разлетаются обломками в пустоте. — Да что нашло на этих проклятых всеми духами сови? — Они же сейчас все погибнут! Что за безумцы? Духи, вот же сильный и достойный противник.       Уже в третий раз советский флот мутузит турианскую армаду, словно медоед в саванне, решивший дать по роже львиному прайду. И рыцари галактики выхватывают пиздюлей высшего сорта. Для супостатов закрома с пиздюлями открылись. От щедрот души краснофлотовцы угощают противника. — Отъебём, что отстираем! Лови, синяя падла, средство от накипи на роже!       Доброе пожелание на турианских частотах достигает адресата. Дредноут Полония Гелиана выходит из боя. Отважный адмирал сильно ранен. Корпус корабля повреждён. Главное орудие вышло из строя. А штабник Нарышкина таранит крейсера прикрытия.       Ситуация осложняется ещё и тем, что турианцы физически не успевают блокировать атаки МАКА, которые комариной ордой кружат вокруг и снова наносят жалящие удары, выводящие из строя внешнее оборудование. Мало того, часть этих москитных стай идёт в самоубийственные атаки, повреждая маневровые и главные двигатели: советские синтетики, да и органики, получая критические повреждения, идут на таран.       Бовик Дзьепатар принимает единственное разумное решение в такой ситуации. — Рассредоточить строй. Маневрируйте. Не давайте красным лёгких целей.       Турианцы перестраиваются, продолжая отчаянно сражаться. Малочисленный, но хорошо вооружённый противник крайне эффективно разбирает им матчасть. Иерархия платит в этом конфликте дорогую цену за однобокое развитие цивилизации Пространства Цитадели. Новый Пекин. Дворец Советов.       Отчаянная атака дурианцев на дворец советов разбивается от одного штурма к другому о стойкость защитников. И главный узел в этом противостоянии это паладин Революции. Слухи о бешеной бабе с боевой косой, которая громит один за другим отряды дуриков, вдохновляет все отряды биться не на жизнь, а насмерть.       Сама Рысь только сплёвывает вязкую слюну и хватает протягиваемую ей бутылку воды, чтобы прополоскать рот и выпить совсем немного воды. — Филат, да их там блядь прорвало?! — В душе не ебу! Рысь, гляди, похоже снова полезут. — Да как же они заебали!       В этот момент к танку подходит тяжёлый мех Пролетарий. Из него вылазит наполовину пилот и улыбается своей жуткой улыбкой киборга. Ворон — профессиональный меховод. И охотник на космических червей. Из-за них он и стал наполовину киборгом. — Рысь, лови! Филат, лови!       Паладинша и командир танка ловят предназначенные себе пакеты. Для Рыси это энергетик и батончик супер питательной пасты, для танкистов сухпаёк на всю команду. — А остальным особое приглашение нужно? Паёк получать кто будет?       В этот момент по голове меха прилетает ракета, но разбивается о силовой щит. — Вы чо, сукины дети?! Пожрать дайте спокойно!       Ворон скрывается внутри меха и по связи раздаётся его недовольный голос. — Шерхан, ты там спишь? По нам ракетчики снова вылезли. Пожрать нашим ребятам на позиции не дают. — Дай свет, я их сейчас накажу. — Плюс, свет пошёл.       Пушка над головой меха гулко бахает отправляя осветительные заряды по позициям синих. А следом проносится звено Илов, разнося очередной этаж небоскрёба. Шерхан работает в связке с их отрядом вместе с тремя другими звеньями. Ворон невозмутимо продолжает раздачу пайков.       Одинокий тяжёлый мех прикрывает сводный отряд от атак противника, который упорно лезет вперёд. Нащупали гады слабое место. Главное, что Ворон даёт Рыси время на передышку. Из-за этого они несут фантастически малые потери. Живая сила в основном страдает. И их отряд у противника как кость в горле. — Ворон, к вам в гости штурмовики. — Да, блядь! Спасибо, Шерхан, встретим. — Сейчас ребята Полкана их потрясут.       Штурмовики синих действительно не заставляют себя ждать, но зенитные комплексы Жаб их уже встречают, а Ворон решается совсем на отчаянный шаг. Он уже понял, что дурики все ракеты растратили, поэтому им приходится пикирующие атаки совершать. И мехавод придумал нечто совсем сумасшедшее: сбить космический штурмовик лопатой. На самом деле это реально масштабированная лопата, которая когда-то была сварена на коленке и спасла меховоду жизнь. — Ну же, чуть-чуть пониже… Лови, зараза, орудие труда.       Прорвавшиеся к площади штурмовики синих оказались не готовы к такому сюрпризу. Один из штурмовиков лишился крыла и начинает падать, пилот эвакуируется. — Ворон синего лопатой сбил!       Охреневшие от такой подачи снизу дурианцы даже забывают выстрелить по советским позициям, шарахаясь в стороны от такого Здрасьте. А герой дня мчит по площади и ловит механической клешнёй спускающегося пилота синих. — Моя добыча! Шлите группу сопровождения пленных.       Тяжёлый мех шествует с пленным пилотом через линию обороны и оказавшись под прикрытием стационарных щитов, спускает свою добычу на брусчатку в окружение советских солдат. Сюда же подходят и Рысь с Филатом. — Хе-хе, Ворон, глаз-алмаз! Это похоже дура, то есть девка.       Тут же все начинают отпускать солёные шутки на тему. Сам же Ворон смотрит на женщину пришельцев через приборы наблюдения и только выдаёт глубокую работу мысли. — Мне определённо не следует… Тем не менее, не ёжик, значит можно… Ладно, уведите её в штаб, может она знает что-то важное.       Пленную уводят в недра дворца советов, а смешки сменяются серьёзным ожиданием атаки.

* * *

      Семь турианских крейсеров в сопровождении десятка фрегатов врываются в небо над планетарной столицей как нож сквозь масло. Почти сразу же они начинают палить по городу. Комплексы противокосмической обороны выведены из строя, но противника встречает мощный поток ракет, импульсов протонной артиллерии и всего, что хоть как-то теоретически может нанести урон.       Наварх Морту Далмаций уверен в успехе. Не зря та атака вывела из строя ПКО противника и привела к таким разрушениям. Красным не удастся отбить такую атаку. — Огонь по всем целям, выявленным наземными силами. — Так точно, доминус. Цели захвачены.       Турианский дивизион кораблей начинает гвоздать из главных калибров по городу. Но советские здания рушатся не сразу. Построено на совесть. Тем не менее корабли продолжают расширять раны и наносить новые, чтобы потом наземные силы могли прорваться внутрь.       Под огнём противника оказывается один из второстепенных входов в подземную часть города. Защитные рубежи прорваны, гарнизон убит. Дыра в обороне, точку спуска немедленно начинают захватывать наземные силы, как только корабли пробивают им путь.       Но пока корабли отвлекаются на город, они выпускают из внимания выдвижение на позиции комплексов Афина. Между тем комплексы на специальных площадках у горных вершин выдвигают все системы в боевое положение. Группировка спутников-невидимок выходит на рабочую траекторию. На кораблях турианцев начинается шевеление и попытка отреагировать на неизвестную технику, что явно наводится на их корабли.

* * *

      На поверхности творится ад. Турианцы активно радуются каждому успешному попаданию своих кораблей. В такой ситуации наличие своих кораблей над головой даёт уверенность в своих силах. Отчаянное сопротивление новичков вызывает целый спектр эмоций от раздражения до уважения. Битва с таким противником — честь. — Что это там такое? — Очередное оружие сови. — Духи, почему они медлят?       Наблюдатели в долине фиксируют как с вершин гор неизвестные комплексы наводятся на корабли. Фрегаты дивизиона разворачиваются в ответ на угрозу, кто-то даже начинает стрелять. Но удар сови приходит не с поверхности, а с неба. Сотни спутников невидимок выходят на траектории полёта над столицей. Волкитные орудия Блох обладают такой простой конструкцией, что пока дрейфуют без питания, обнаружить их очень проблематично. Им не нужно поддерживать инфраструктуру для запуска и удержания рабочего тела. Сама атмосфера становится оружием.       Фрегатам хватает одного огненного столба, чтобы превращаться в выжженный корпус и оплавленной кучей падать вниз. Крейсерам нужно три попадания.

* * *

— Курс к основной цели. Манёвр уклонения. Остальным кораблям уничтожить комплексы наведения.       Наварх дивизиона прикрытия намерен выполнить поставленную перед ним задачу. Даже если придётся пожертвовать жизнью. Тем временем остальные крейсера начинают работать по обнаруженным комплексам наведения. Дисциплина не хромает, но даёт сбой при встрече с неизвестным. По большому счёту сови уже нанесли ассиметричный урон: семь фрегатов и два крейсера куда дороже, чем два десятка боевых машин. — Гиппокамп, Венгетор, приказываю поддержать мой залп.       Наварх видит, что два крейсера выходят из манёвра рядом с ним, так что в условиях поражения комплексов красных, отдаёт команду на совместный залп. Цель — площадь перед дворцом или может это главный храм, но куда важнее, что там находится герой красных, который олицетворяет сопротивление защитников города. Уничтожить этот узел обороны и путь до сердца города в подземелье будет открыт. — Огонь!       Вперёд уноситься залп из главных орудий, а следом и все оставшиеся ракеты. Но необходимо подтверждение с земли о поражении цели. Наварх злобно сжимает кулаки, эта атака стоила жизни многим его подчинённым. Новый Пекин. Дворец Советов.       На площади перед дворцом Рысь и Ворон видят, что на них летит и принимают оборонительное построение. Тяжёлый мех поднимает свой щит и закрывается, энергетические барьеры переносятся на переднюю полусферу. Пролетарий Ворона готов к удару, дополняемый защитой, которую поднимает Рысь. — Вашу мать!       Так как они на передке, то им достаётся по полной программе совокупная мощь равная выстрелу дредноута. Дурианцы от всей души врезали тремя очередями своих масс-орудий, чуть ли не расплавляя системы охлаждения. Даже ноосферная магия не может выдержать такой удар. Барьеры падают один за другим, щит трескается, сам тяжёлый мех кинетическим ударом сбивает с ног. Многометровый гигант падает, заваливаясь спиной на одну из груд обломков, что за эти дни выросли на площади.       Но именно мех позволяет паладинше Революции устоять. Она подымается с брусчатки, чем приводит наблюдателей синих в натуральный ужас. Выжить после залпа трёх крейсеров! Да как такое возможно? — Рысь, беги оттуда!       Рысь не слышит крика Филата, что даёт команду на эвакуацию. Они продержались достаточно долго. Надо отойти и перегруппироваться. Это всего лишь внешний рубеж обороны. Но женщина это сейчас не воспринимает. Она контужена, всё тело болит, истощение от длительного боя сказывается, но на их позиции летит ракетный залп. Время начинает тянуться как липкий густой кисель. Если она сейчас побежит, то никто из них не выживет. — Да хуй вам в сраку, два в уме!       Финита ля комедия! Отбегалась, Рысь. Последняя мысль не о подвиге, что она решает сделать. А о том, чтобы защитить товарищей. Пусть хоть кто-то вернётся домой живым. И помянет её добрым словом. Муж и дети поймут её поступок. И дело не в умении, не в желании, а в том, чтобы защитить свой дом от войны.       Ракетный залп синих влетает в щит, который Рысь ставит, вкладывая все силы, взывая к Революции всей душой. Вспышки и пыль спадают. Передовой ряд укреплений сметён, всюду обломки, а на вершине самой крупной кучи обломков лежит Рысь. Броня треснула, местами поплавлена, а кое-где и вовсе нет. Изо рта, носа и застывших глаз протянулись струйки крови. Защитница повержена.       Синие не могут сдержать своего восторга от того, что такой противник повержен. Дурианцы начинают рваться вперёд. Теперь им ничего не мешает. Филат с такой концовкой не согласен категорически. Защитники дворца бросаются вперёд, они хотят забрать тело Рыси, чтобы чёртовы враги не надругались над ним.       Новость о гибели такого противника улетает в штаб синих. Шаньси. Тыл турианской группировки около столицы.       Трибун Лилихьеракс на передовой осматривает позиции своей инженерной когорты. Большая часть штаба разошлась по передовым и теперь офицеры когорты собираются здесь, чтобы обсудить увиденное. — Доминус, неужели мы пережили этот кошмар? — Центурион Модан, не спешите радоваться. Если мы пережили атаку оживших мертвецов, это не значит, что кошмар позади.       Трибун внимательно осматривает пришедших к нему с обхода офицеров. Среди них только Кай Соплюс выглядит готовым к бою. Командир танковой центурии настороже. Он прекрасно понимает, как и Лилихьеракс, что всё закончится в двух случаях: они уберутся домой с этой планеты или их убьют/пленят. И даже если война придёт к ним домой, то это уже будет совсем не тот кошмар, что на этой планете, проклятой духами. — Доминус, последние донесения с орбиты.       Лилихьеракс, как и остальные офицеры переглядываются и читают доклад о состоянии их дел, упавший на их сервер подразделения. Ситуация с этой волной аномалий куда хуже, чем молодой трибун смеет надеяться. — Опять бахнули, не подумав, а мы должны страдать. Слушай мою команду. Срочная передислокация. Кай, выводи своих с территории базы. Рассредоточьтесь по округе. Выдвигаемся несколькими колоннами вот в эту точку.       Лилихьеракс показывает офицерам непримечательную точку на карте. Приказ дан, офицеры расходятся выполнять его. Только сам трибун остаётся на передовой северного направления, рассматривая через приборы и дроны разведки местность, что была позициями тыла не так давно. Перепаханная степь, где прошлись главные орудия дивизиона воздушного прикрытия и артиллерии.       Трибун связывается с маршалом по индивидуальному каналу связи. Но связи нет, поэтому Лилихьеракс посылает посыльного по воздуху отыскать положение штаба и доложить о том, что инженерно-техническая когорта меняет позицию. — Как всегда, всё через задницу молотильщика. Надеюсь маршал жив.       Перегруппировка флота армады на высокой орбите — паскудная новость. Лилихьеракс вызывает к себе свою помощницу. Кьяхахари является очень быстро. — Доминус, первые колонны покидают базу. — Вольно. Вот что, свяжись по экстренной связи с армадой, запроси хоть одно звено кораблей. Скажешь для экстренной переброски тяжёлой техники и оборудования в случае приказа. Сообщишь, что со штабом у нас связи нет.       Помощница выразительно кивает, понимая невысказанное. Матчасть можно бросить, в случае чего. Главное личный состав быстро эвакуировать. Не факт, что их не бросят в случае чего. Поэтому надо подстраховаться от разных случайностей. Лилихьеракс мрачно улыбается, голова его полна плохих мыслей. Не по уставу, по личному кодексу он требует от себя предусмотреть всё, больше чем всё. Чутьё подсказывает, что он действует правильно. Через прицельную систему он следит как третья, четвёртая и пятая колонна выезжают с базы. — Хорошо. В норматив укладываемся.       Инженерно-техническая когорта дисциплинированно покидает обустроенную базу. Последними уйдут роботы охранения. Турианцы обычно оставляют роботов в качестве охраны и внезапного сюрприза для пиратов, бандитов и прочих асоциальных элементов когда покидают любую территорию. Но Лилихьеракс решает не оставлять такого подарка для сови. Если у них в обществе есть синтетики поклоняющиеся своим создателям, то нетрудно догадаться, что обычная практика может сыграть с Иерархией злую шутку. В воображении молодого трибуна предстаёт картина, где сови пленяет турианских роботов, после чего даёт им самосознание и легенду, что они освободили их от гнёта турианцев. Ужас.       Мысли о таком сценарии так впечатляют трибуна, что Лили срочно начинает строчить рапорт лично фельдмаршалу, живописуя ужасные сценарии для Иерархии от вывертов советской логики. Причём чем кощунственней выглядит какая-либо вероятная ситуация, тем ярче и в более мрачных красках расписывает её в своём рапорте трибун. Лили знает, как нагнать в документах слов, чтобы испугать начальство.       Откуда появился враг никто даже сказать потом не смог. Просто начался прилёт бомб, которые начали разносить базу. Взрывной волной Лилихьеракса уносит в окоп. Три последовательных взрыва уничтожают большую часть зданий под ноль. Хоть это и временные постройки, но всё равно… Трибун пытается собраться с мыслями. Перед глазами всё плывёт. В голове стоит гул, но кровь из слуховых щелей не идёт. Наверное лёгкая контузия. — Знамя не упало, когорта держится.       Взгляд цепляется за знамя на позиции, оно уцелело. Шатает сильно, но надо встать и командовать. С трудом набрать общую связь. Сервер когорты вывезли, покрытие есть. И рация работает. — Говорит трибун Лилихьеракс, доложить состояние.       В голове гул стихает, но зрение подводит, плывёт всё. Тошноты нет. Сотрясение если есть, то лёгкое. — Опцион Кьяхахари докладывает. Седьмая, восьмая и девятая колонны уцелели, есть жёлтые. Последняя тройка эвакуации красные или оранжевые. Роботы практически полностью красные. Трибун, высылаю за вами транспорт. — Жёлтых и оранжевых эвакуировать. Красных оставить. Колонны с первой по шестую двигаться в точку передислокации. Как поняли? — Вас поняли, доминус.       Лилихьеракс прерывает связь, начинает помогать своим легионерам выносить из окопов раненых. Кто-то ногу сломал, кто-то — руку. Уцелевшие роботы переключаются в режим санитаров. Трибун смотрит отчёты системы. Броня посылает доклады на сервер подразделения. Четверть личного состава с жёлтыми, оранжевыми и красными отметками. И последних больше. Трибун иронично сопоставил в голове, что красный цвет у сови любимый. А турианцы считают его цветом смерти. У духов есть чувство юмора. Правда сейчас это больше похоже на насмешку судьбы. Шаньси. Орбита.       Бовик Дзьепатар испытывает облегчение, когда прибывает подмога. Он даже новаторам рад, лишь бы это были турианцы. Озверевшие сови отваливают в сторону планеты. Видимо у их адмирала всё же есть чувство самосохранения. Или просто они решают перегрупировать свои ряды. Наптан держит свои корабли в резерве, хоть и вынужден был смотреть, как его командир пытается сдержать натиск бешенных сови.       Потери катастрофические. Из уцелевших кораблей армады можно составить только четыре полных флота. Придётся использовать корабли с хранения, чтобы восстановить штатный состав флотов. Благо Иерархия всегда занимается модернизацией своих кораблей на хранении. Единственное дредноуты сложно восполнять. Всё так устроено, что в обычной ситуации на это год уйдёт. — Фельдмаршал Дзьепатар, меньше всего я вас ожидал здесь увидеть. Вы казались мне слишком разумным, чтобы повестись на интриги консулов. — Генерал Артериус, к моему сожалению, не все в совете консулов понимают, в каком состоянии находятся вооружённые силы Иерархии. Потому что не они платят за ошибки. Благо скоро это изменится.       Десолас видит, что фельдмаршал прекрасно понимает в какой ситуации оказался. Бовик со своей стороны только сейчас понимает всю глубину клоаки, куда он со своей армадой влез. Выхватить кость из-под носа у цепного варрена примарха? Даже больше, если вспомнить, кто такой Сарен. Вовремя Бовик подсуетился, предполагая худшее. — Что вы имеете ввиду, доминус? — Десолас, не прикидывайтесь, будто не понимаете, в каком положении находится Иерархия. Совету консулов была нужна война, такая маленькая победоносная. Я нас поздравляю, теперь вся Иерархия будет втянута в конфликт с теми, кто способен кроганов, рахни и гетов прокинуть через прогиб. Неизвестно, сколько веков они следили за Пространством Цитадели, прежде чем решили действовать.       Генерал Десолас после этих слов переглядывается с Сареном. Бовик понимает, что смог удивить цепных варренов примарха и Совета Цитадели. Одно дело воевать с новичками, другое дело столкнуться с тем, кто собирал про тебя информацию. Готовился к встрече. Намёка достаточно, чтобы братья представили себе политические последствия. Фельдмаршал себе прекрасно представляет, что будет в политических кругах, когда выяснится, что политика неоткрытия новых ретрансляторов сыграла злую шутку с теми, кто это придумал. Причём в самом худшем варианте из возможных: в дверь не постучали с той стороны, а вышибли с яростью крогана и неумолимостью рахни. А в связи с последними донесениями ещё и злоебучестью кварианцев. — Вам нужна помощь? — Было бы очень здорово. Хочется оставить последнее слово в этом эпизоде за Иерархией.       Да. Каковы бы ни были разногласия между новаторами и консерваторами, а показать дерзким пришельцам, кто в галактике главный, турианцам очень хочется.       Армада и рейдовая группа начинают вести активный обмен сигналами. И сови это прекрасно понимают. Они готовятся к смерти. Противник не отступает, не бежит. Четвёртого столкновения им не пережить.       И в этот момент духова планета преподносит очередной сюрприз. Пространство орбиты над столицей трещит по швам. Реальность разрывает что-то такое, что заставляет турианцев только застыть и осознать, что есть вещи, которые даже врождённое чувство дисциплины могут пошатнуть. Нечто извне, перед которым можно ощущать только безмолвный ужас, все инстинкты вопят о том, что эта кровоточащая дыра в пространстве, сверкающая фиолетовым багрянцем и радужными всполохами чужеродна материальной вселенной. И вдруг эта аномалия, источающая ощущения всего самого плохого, что может быть, исторгает из себя три космических корабля, выглядящих так, как будто их пожевали какие-то космические монстры из дешёвых ужастиков. Только существование этой аномалии говорит, что духи побери, и такой лазурец возможен во вселенной.       Турианцы наблюдают, как аномалия схлопывается и развеивается, не оставляя после себя ничего, кроме ощущения липкого ужаса. И трёх кораблей, от вида которых любой инженер Пространства Цитадели придёт в священный трепет. Сканеры начинают работать, выдавая параметры пришельцев из иного измерения. — Да, я думал, что сови ебанутые на всю голову, украшать свои корабли символами и внешними элементами.       По сравнению с новыми действующими лицами, сови скромные существа. Телеметрия трёх кораблей такова, что турианцы совсем приходят в неописуемую степень удивления охуевания: выглядят три корабля так, как будто кто-то возвёл три монументальных храма, а потом поднял это в космос и превратил в корабли. И судя по статуям на корпусе, не приходится сомневаться, что к сови прибыло подкрепление.       На самом крупном корабле можно даже прочитать название. Программы перевода считывают монументальные буквы и выдают единственное слово: Первенец. Огромный корабль длиной более пятидесяти стадиев подавляет своей мощью. И это носитель. Правда нос его украшает мощное оружие, да и по обоим бортам торчит по четыре орудия, от размера которых даже яг удавится. — Объявить эвакуацию наземных сил.       Приказ Десоласа Бовик может только подтвердить. Следы от боёв на трёх новоявленных кораблях говорят о том, что они не просто сражались, а делали это активно. Новый Пекин. Дворец Советов.       Турианцы выдвинулись на штурм осточертевшей позиции. Защитница пала. Теперь ничего не мешает захватить столицу, сокрушить противника в его логове. Но оставшиеся защитники намерены отбить тело своей героини. Пусть попытаются.       Внезапная вспышка света на месте гибели Защитницы ослепляет не только рванувших на штурм отряды пехоты, но и даже приборы крейсера. Турианские летуны потеряв ориентацию сталкиваются друг с другом в воздухе. Смятение и удивление. Что за очередная хитрость сови?       Когда вспышка гаснет перед изумлёнными взглядами турианцев на брусчатку площади приземляется Защитница. Она ожила. За спиной у неё крылья. Их цвет ожившее пламя. Огонь будто запечатлился на перьях, что впитали ярость Революции. В пламени её глаз гнев трудового народа. Она оглядывается. С удивлением шевелит крыльями. Ощупывает голову, где на поседевших до белизны волосах лежит лавровый венок. Её броня восстановилась, но теперь доспех покрывают новые элементы. — Пиздец вам, гаврики! Я и до того как умереть была не сахар, а теперь и подавно.       Рысь перекидывает поудобнее свою косу, ощущая до сих пор Присутствие. Помощь пришла в тот момент, когда надежды больше не осталось. Во всех смыслах. Он вернул её назад. Они отрезаны от своих собратьев, но их не забыли. Помощь пришла, пускай её капля в море, но это произошло.       Вдруг воздух рядом идёт искрами и вихрями света. Пространство искажается во вспышке телепортации. Появляются двое. Оба разные как день и ночь. Один из них великан в золотых доспехах, укрытый огромным жёлтым плащом. Вторая явно молодая женщина с белыми волосами в чёрной броне, укрытой подобием чёрного пончо или плаща, делающей её похожей на летучую мышь. На голове у неё маленькие красные рожки — псионический имплант, генерирующий пси-молнии. Бешеный взгляд красных глаз так и говорит: «я — чертёнок с пушистым хвостом, кто не спрятался, я не виновата.» Правда вместо хвоста чёрный зонд в виде грибочка. Система гибких трубок связывает этот парящий агрегат с этой молодой женщиной, которая тоже парит в воздухе.       То, что это псионик уровня альфа-плюс становится понятно, когда она применяет направленный психокинетический крик. От чужаков остаётся только шлейф кровавых брызг и пыль доспехов. Великан в этот момент подымает своё оружие: чёрный луч как будто поджигает само пространство вокруг себя. Но не смотря на свой тонкий размер он пронзает расстояние и буквально режет космический корабль синих на две равные половины. Режет как нож, которым режут фрукт на две равные половины. Половины падают вниз, где и взрываются на позициях, захваченных синими. Великан вдруг недовольно восклицает. — Что за ерунда? Почему я полный заряд потратил? Ладно, придётся по старинке разбираться.       Рысь с удивлением понимает, что оружие великана — это двуручная пальма со встроенными частями для стрельбы. Причём есть как неизвестное пуляло, так и вполне кинетическое стреляло. Это не считая огромного лезвия на длинном копейном древке. Причём это лезвие тоже укутывает чёрная дымка, которая как будто невидимое пламя искажает пространство.