VEIL

Сеул. 15:46

      Тяжело вздохнув, Рина переступила порог кабинета менеджера Хвана и с тихим щелчком закрыла за собой дверь. Она неуверенно потопталась у входа, затем медленно прошла вглубь кабинета и присела на диван. Оставалось только ждать прихода Хван Сока.       Рина панически размышляла о том, о чём именно менеджер хотел поговорить с ней. Она всё ещё не понимала, где совершила ошибку, за которую ей могли сделать выговор или вообще пригрозить увольнением.       Дверь открылась, и в кабинет вошёл Хван Сок. Рина тут же подскочила с дивана, низко поклонилась и начала тараторить:       — Если я где-то совершила ошибку, то прошу меня простить. Я впредь буду внимательнее и тщательнее выполнять свои обязанности...       Замолчав, Рина зажмурилась, сама не зная, чего именно ждёт. Но когда в кабинете повисла странная неловкая тишина, она подняла голову и встретилась с недоумённым взглядом Хван Сока.       — О чём ты? — спросил менеджер, поправив очки.       — Ну, вы же сказали мне, что нам нужно поговорить, но не сказали, о чём именно, — Рина нервно теребила рукава кофты. Она отвела взгляд в сторону и опустила голову. Её голос задрожал от подступающих слёз. — Я подумала, что вы собираетесь сделать мне выговор.       Рина так сильно испугалась, что была готова разрыдаться. Её лицо горело от стыда, а глаза неприятно щипало.       — Успокойся, — вздохнув, сказал менеджер Хван.       Он покачал головой и жестом предложил Рине вновь присесть на диван.       — Я не собирался тебя отчитывать. Но то, о чём я хочу поговорить, очень важно.       Рина медленно села на край дивана и быстро вытерла мокрые глаза. Менеджер Хван устроился в кресле за своим столом и сложил руки на груди. Несколько секунд он молча смотрел на девушку, а затем спросил:       — Тебе в последнее время никто не угрожал?       Рина испуганно моргнула и медленно покачала головой.       — А в соцсетях? — продолжил расспрашивать Хван Сок.       — Не припомню такого, — ответила Рина, опустив взгляд на свои руки.       Её пальцы сами по себе начали сдирать заусенцы и кожу вокруг ногтей. Выпрямив пальцы, Рина резко сжала руку в кулак и спрятала её в рукаве кофты. Кажется, она начала догадываться, к чему клонит менеджер Хван.       — Ты уже слышала последние новости? — Менеджер Хван внимательно наблюдал за движениями Рины и её реакцией. Сейчас она плотно сжала губы и лишь пожала плечами. — Об одной ассистентке, которая в курсе всего, что произошло с Соль Иджуном.       — Это неправда! — воскликнула Рина, подняв взгляд. Её глаза снова стали влажными. Она шмыгнула носом, и нижняя губа заметно задрожала. — Я не стану ничего им говорить.       — Я знаю, — понимающе кивнул Хван Сок. — Просто хочу попросить тебя быть осторожнее. Если ты получишь хотя бы одно сообщение с угрозами, сразу иди в полицию.       Заметив, как испуганно смотрит на него Рина, менеджер слегка нахмурился.       — Или сначала скажи мне. Но, пожалуйста, не игнорируй это. Ты поняла?       Рина молча кивнула, всё ещё испуганно сжавшись. Хван Сок пристально смотрел на неё, и она, рвано вздохнув, прошептала:       — Я поняла, — кашлянув, она продолжила. — Не буду игнорировать угрозы.       — Хорошо, — одобрительно улыбнулся Хван Сок.       Он действительно беспокоился за Рину. Не только как за ценного сотрудника агентства, но и как за обычную девушку, на которую свалилось слишком много ответственности. Может, Чон Рина и выглядит сильной, но вряд ли сможет самостоятельно справиться с давлением общества.       Люди порой бывают слишком жестокими. И смерть Соль Иджуна — тому доказательство.       Менеджер снял очки, положил их на стол и помассировал переносицу двумя пальцами. Это были ещё не все новости, которые он хотел ей сообщить.       «По крайней мере, меня не собираются увольнять», — с облегчением подумала Рина, вновь вытирая слёзы со щёк. В последнее время она начала замечать за собой, что стала слишком эмоциональной.       Раньше она не плакала так часто, потому что старалась сдерживать слёзы даже тогда, когда было тяжело или больно. А сейчас стоило лишь упомянуть имя Соль Иджуна, как глаза тут же наполнялись влагой.       Может, на неё и повлияла его смерть, но Рине не нравились эти изменения. Не хотелось однажды так же, как сейчас, разрыдаться перед кем-нибудь, словно маленькая девочка.       — Вы хотите обсудить со мной что-то ещё? — спросила Рина, приложив усилия, чтобы её голос звучал ровно и спокойно, как и подобает профессионалу.       — Да, — менеджер убрал руку от лица и принялся крутить в пальцах очки. Он видел не так уж плохо, но носил их, чтобы зрение не ухудшалось ещё сильнее. — Ты уже в курсе, что Ха Джин будет сниматься в дораме через два месяца, так ведь?       Рина стыдливо поджала губы и отвела взгляд в сторону. Она-то надеялась, что об этом случае уже все забыли.       — Я не хотела подслушивать, извините, — Рина слегка поклонилась.       Менеджер Хван лишь махнул рукой.       Он поставил локоть на стол, сжал руку в кулак и упёрся в него щекой. Рине эта поза показалась немного забавной.       — Ты будешь его личной ассистенткой на съёмках, — сказал Хван Сок и улыбнулся, когда Рина ошарашенно приоткрыла рот.       «Что?! Я?! Почему опять я? Неужели других сотрудников нет?» — возмущённо подумала она, скрипнув зубами от раздражения.       — А как же остальные парни? — спросила Рина, всё ещё не веря в происходящее. — Кто будет с ними?       Менеджер Хван, предвидев подобные вопросы и возражения, лишь хмыкнул. Иногда своим поведением Рина напоминала ему Ха Джина.       — Съёмки начнутся в середине камбэка, — принялся объяснять Хван Сок, выпрямив спину и надев очки. — Тогда у ребят будет больше свободного времени, в отличие от Ха Джина. Съёмки будут проходить два раза в неделю, максимум по пять часов. За это время с остальными ничего не случится.       Рина недовольно нахмурилась и скрестила руки на груди.       — Я могу подумать? — решила поторговаться она, сощурившись.       — Можешь, — кивнул менеджер Хван, но не стал заканчивать разговор. У него был припасён козырь, после которого Рина могла сдаться сразу. — Но если ты откажешься, то упустишь возможность получить надбавку к зарплате в размере шестидесяти процентов.       Услышав это, Рина тут же навострила уши. Её глаза удивлённо расширились, а в голове уже заработал калькулятор. Когда воображение услужливо подсчитало итоговую сумму, она едва не расплакалась снова, просто не веря своему счастью.       — Шестьдесят процентов? — подозрительно переспросила Рина, продолжая щуриться.       — И все твои, — подтвердил менеджер Хван.       — Хорошо, я согласна, — самодовольно хмыкнула Рина и положила руки на колени. — Мне нужно где-нибудь расписаться?       Менеджер тихо рассмеялся её энтузиазму и покачал головой.       — Позже обсудим все подробности. Сейчас мне нужно было только твоё согласие, — объяснил Хван Сок.       Рина кивала, слушая менеджера, но почти не вникая в его слова. В мыслях она уже прикидывала, куда потратит заработанные деньги. За три месяца должна была набраться внушительная сумма, поэтому Рина вполне могла позволить себе потратить немного больше, чем обычно.

***

      — Стоп, стоп, стоп!       Громкий крик хореографа заставил шестерых парней остановиться. Рина нажала кнопку на колонке и выключила музыку. Устало вздохнув, она взяла со стула стопку чистых полотенец.       В первую очередь Рина подошла к Сон Джэ, который стоял ближе всех и сверлил недовольным взглядом человека напротив. Он молча взял полотенце из её рук и вытер пот с лица.       — Сон Джэ-ним, почему ты опять меняешь положение ног в переходе? Я просил делать акцент на счёт «четыре»!       Хореографа звали Пан Юну. Высокий парень с длинными чёрными волосами, которые он неизменно собирал в низкий хвост, и глазами, напоминающими глаза феникса. Он был очень красивым, но его характер оставлял желать лучшего.       Пан Юну считался одним из лучших профессиональных танцоров, поэтому агентство и назначило его личным хореографом группы «VEIL».       Сон Джэ ещё раз грубо провёл полотенцем по лицу, а затем раздражённо отбросил его в сторону. Поправив волосы, прилипшие ко лбу, он подошёл вплотную к Пан Юну.       Рина осталась неподалёку, готовая в случае необходимости вмешаться. Судя по взгляду Сон Джэ, он мог сорваться в любой момент.       — Я меняю положение ног, потому что так удобнее, — Сон Джэ сжал руки в кулаки. — Эту скорость могу вытянуть только я, и я должен стоять в центре, а не хён!       Рина быстро перевела взгляд на остальных участников.       Чан У сидел на корточках и пытался отдышаться, обнимая бутылку холодной воды. Рядом стоял Чон Ха, который всё-таки снял кофту, насквозь промокшую от пота. Он тоже выглядел измотанным, и Рине стало его жаль.       Джехён сидел прямо на полу, откинув голову назад.       Подойдя к нему, Рина протянула бутылку воды. Благодарно кивнув, Джехён принял её, открутил крышку и жадно припал губами к горлышку.       — Сон Джэ-ним, мы уже это обсуждали, — устало вздохнул Пан Юну и покачал головой. Он упёр руки в бока и недовольно посмотрел на парня. — Ты не можешь стоять в центре. Это место для Джин Хёк-нима или Ха Джин-нима.       — Мать твою, ты издеваешься?! — воскликнул Сон Джэ, шагнув вперёд.       Теперь между ними оставалось всего несколько десятков сантиметров.       — В этой части у хёна самый сложный парт! Если он начнёт переход в центр, то собьёт дыхание и не вытянет ноту!       Сон Джэ ткнул Пан Юну пальцем в грудь и несколько раз надавил. Судя по тому, как скривился хореограф, нажимал он весьма ощутимо.       — На середину должен выйти я, — продолжил Сон Джэ, убрав руку. — А потом, когда хён закончит, мы можем поменяться местами.       Джин Хёк, которого так яростно обсуждали, стоял неподалёку и хмурился. Похоже, ему не нравилось, что Сон Джэ фактически ставит под сомнение его возможности, но и спорить с его доводами он не мог.       В этой хореографии было слишком много переходов и интенсивных движений. А если учесть, что в песне у Джин Хёка было больше всего партий, то выдыхаться он начинал уже к середине выступления.       Пан Юну оставался непреклонен. Он почти никогда не ставил в центр никого, кроме Джин Хёка или Ха Джина. Изредка там могли оказаться Чан У или Чон Ха. А вот Джехён и Сон Джэ чаще всего оставались на заднем плане.       И дело было не в таланте.       Джехён, несмотря на превосходный вокал, всегда выглядел слишком спокойным и сдержанным, что не особенно привлекало фанатов. А внешность Сон Джэ считалась слишком простой. Многие поклонники «VEIL» до сих пор не понимали, каким образом он вообще попал в айдолы, если, по их мнению, не цеплял ни внешностью, ни голосом.       — Сон Джэ-ним, это невозможно. Даже если ты встанешь в центр, все всё равно будут смотреть только на Джин Хёка, — фыркнул Пан Юну, отводя взгляд.       — Да, — неожиданно согласился Сон Джэ. Но злость из его глаз никуда не исчезла. — Зато движения станут синхронными. Синхронность тоже важна, а не только красивое лицо.       Спор начинал принимать опасный оборот, поэтому Рина быстро подошла к ним и громко объявила:       — Перерыв пятнадцать минут! — закрыв глаза, она мягко толкнула Сон Джэ в грудь, заставляя сделать шаг назад. — Вы все устали, поэтому давайте немного отдохнём.       Фыркнув, Сон Джэ резко развернулся и быстрым шагом направился к выходу.       Рина проводила его обеспокоенным взглядом. Ей хотелось побежать следом, но она осталась на месте.       — Боже, какой же упрямый, — пробормотал Пан Юну.       Развернувшись, он тоже отошёл в сторону, оставив Рину одну.       На плечо Рины легла чья-то рука. Вздрогнув от неожиданности, она обернулась и увидела перед собой Чон Ха. Девушка неловко улыбнулась.       Лицо Чон Ха всё ещё оставалось красным, а мокрые волосы прилипли ко лбу. Подняв руку, Рина быстро убрала влажную чёлку набок. Чон Ха благодарно кивнул.       — И часто Сон Джэ так ссорится с ним? — шёпотом поинтересовалась Рина, опустив руки вдоль тела.       — Постоянно, — ответил Ха Джин, который незаметно подошёл и встал рядом.       Рина настолько сосредоточилась на разговоре с Чон Ха, что даже не заметила появления лидера.       Переведя взгляд на Ха Джина, она обеспокоенно нахмурилась.       — Из-за него все хореографы отказываются с нами работать, за исключением Пан Юну, — устало вздохнув, продолжил Ха Джин и покачал головой. — Но и у него терпение не бесконечное.       Рина задумалась.       «Если Сон Джэ не устраивает хореография, которую все ставят, то почему никто не позволит ему самому заняться танцами?»       — Тогда, может, Сон Джэ сам придумает хореографию? — озвучила она свою мысль.       — Ты думаешь, мы этого не хотим? — недовольно спросил Ха Джин, сведя брови на переносице.       Заметив его раздражение, Рина невольно сглотнула.       — Мы уже просили агентство об этом. Но нам отказали, потому что у Сон Джэ якобы слишком мало опыта.       — Ясно, — тихо выдохнула Рина.       А про себя тут же разразилась возмущённой тирадой.       Если у Сон Джэ мало опыта в танцах, то тогда Чон Рина — президент Кореи. Это была самая нелепая отговорка, какую только могло придумать агентство.       Скорее всего, руководство просто не доверяло Сон Джэ из-за его «обычной» внешности и не верило, что такой человек способен справиться с подобной задачей.       Немного поразмыслив, Рина посмотрела на время в телефоне.       До конца перерыва оставалось всего пять минут, а Сон Джэ так и не вернулся.       — Перерыв скоро закончится, — сказала она, убирая телефон обратно в карман. — Пойду позову Сон Джэ.       Сделав шаг к двери, Рина вдруг остановилась и смущённо спросила:       — А куда он мог пойти?       — В столовую, — одновременно ответили Чон Ха и Ха Джин.       Удивлённо переглянувшись, они замолчали.       — Спасибо, — Рина поклонилась и направилась к выходу.       На этот раз её путь действительно лежал в сторону столовой.

***

      Сон Джэ стоял возле кофейного автомата, скрестив руки на груди. Он недовольно смотрел в пол и ни на кого не обращал внимания.       В мыслях у него всё ещё крутились слова, сказанные Пан Юну.       «Мы не можем поставить тебя в середину».       Сон Джэ знал причину. Всем нужно было видеть только красивые лица. Все хотели смотреть на вылизанных красавцев вроде О Джин Хёка. Такому, как Сон Джэ, ни за что не сравниться ни с ним, ни с Ха Джином. Даже Хван Чан У считался одним из красивых.       «И зачем я вообще сюда пришёл?» — этим вопросом Сон Джэ задавался уже третий год подряд. Каждый раз он обещал себе, что уйдёт. Что перестанет быть айдолом.       Но если он перестанет быть айдолом, то у него больше не будет причин танцевать. А он любил движение, любил выражать эмоции через тело. Если Сон Джэ не танцует — его не существует.       — Танцуют только педики. А ты мужик. Вместо того чтобы руками и ногами дрыгать, лучше бы деньги зарабатывал. Тебе, придурку, двенадцать лет. Я в твоём возрасте уже на заводе вовсю работал, а ты только и делаешь, что на этих пидорасов смотришь! — громкие слова отца неожиданно перебили все мысли, напомнив Сон Джэ о том, от чего именно он сбежал.       Прижав ладони к ушам, Сон Джэ замотал головой.       — Сон Джэ! — воскликнул кто-то рядом, и парень застыл на месте, всё ещё прижимая руки к голове.       Он медленно опустил взгляд и увидел перед собой Чон Рину, которая испуганно смотрела на него. Сон Джэ убрал руки и засунул их в карманы штанов. Он неловко отвёл взгляд в сторону.       — Ты что-то хотела? — грубо поинтересовался Сон Джэ, закатив глаза.       — Ты в порядке? — обеспокоенно спросила Рина, схватив его за плечо. — Ничего не болит?       Удивлённо моргнув, Сон Джэ высвободился из её хватки и фыркнул.       — Я в порядке, — ответил он. — Меня искали?       Вряд ли. Но Сон Джэ был бы рад, если бы кто-то его искал или беспокоился о нём.       — Перерыв скоро закончится, — объяснила Рина, опуская руку. — Ты точно в порядке?       Рина видела, как Сон Джэ стоял, схватившись за голову, будто пытался вытрясти из неё какие-то мысли. Это зрелище сильно её напугало, и теперь она не знала, как ему помочь.       — Я же сказал, что в порядке! — слегка повысил голос Сон Джэ. — Я тебе не Чон Ха. Не нужно за мной так ухаживать, поняла?       Рина ошарашенно застыла на месте, приоткрыв рот. Глаза защипало от подступающих слёз, но она не позволила ни одной слезинке скатиться по щеке. Вздохнув, девушка кивнула.       — Хорошо, извини, — спокойно сказала Рина.       Сон Джэ тут же осознал, что именно сказал, и опустил голову.       — Нет, ты меня извини, — произнёс парень, смущённо почесав затылок. — Я просто на эмоциях.       — Понимаю, — Рина прижала руку к груди, где быстро билось сердце. — Из-за Пан Юну, верно?       Сон Джэ никак не отреагировал, но Рина уже знала ответ.       — Я не хочу принимать чью-то сторону, — Рина пожала плечами, — но я поддерживаю тебя. Не потому, что ты мой начальник или что-то вроде того, — она ободряюще улыбнулась. — Пан Юну хочет, чтобы всё выглядело красиво. Но ничто не красит танец так, как идеальная синхронность. И ты, как никто другой, знаешь, как её добиться.       Сон Джэ почувствовал, как загорелись кончики ушей. Он смущённо кашлянул и скрестил руки на груди. Не то чтобы ему была нужна поддержка или просто добрые слова, но он был благодарен Рине за то, что она хотя бы попыталась его успокоить.       — Теперь бы ещё попытаться объяснить это Пан Юну, — пробурчал парень, устало вздохнув.       — Может, до него дойдёт, если все сделают так, как хочешь ты? — Рина вскинула бровь, а Сон Джэ непонимающе посмотрел на неё.       Хмыкнув, она предложила:       — Устроим голосование?       — Чего? — выдал Сон Джэ, состроив озадаченное лицо.       — Ну смотри, — Рина почувствовала, как щёки заливаются румянцем. Она понимала, что сейчас скажет глупость, но, может быть, её предложение заинтересует Сон Джэ. — Сейчас ты с парнями оттанцуешь так, как считаешь нужным. А потом спросишь каждого, чей вариант ему понравился больше: твой или Пан Юну.       Выслушав Рину, Сон Джэ несколько секунд молчал, обдумывая её слова. Он нахмурился и отвёл взгляд в сторону. Видимо, эта идея ему не понравилась.       — Они не станут меня слушать, — хмыкнул Сон Джэ.       — Станут, — возразила Рина, поставив руки на пояс. — Они в тебя верят. И ты тоже поверь в них.       Тяжело вздохнув, Сон Джэ нехотя согласился:       — Я попробую. Но они точно не станут слушать.       Рина закатила глаза, но улыбнулась. Она заранее знала, что «VEIL» сделают правильный и нужный для них выбор.

***

      Пан Юну стоял возле стены, недовольно сложив руки на груди. Рядом с ним была Рина, и она счастливо улыбалась, наблюдая за тем, как парни двигаются под музыку.       Настал момент, когда Сон Джэ оказался в середине. Рина невольно задержала дыхание и сжала руки в кулаки, мысленно подбадривая его.       Он двигался так, словно от него зависело всё на свете. Он не мог подвести своих друзей, которые так легко ему доверились, не мог ударить в грязь лицом перед остальными.       Краем глаза Рина наблюдала за выражением лица Пан Юну. Тот перестал хмуриться. В его глазах проскользнули лёгкое удивление и сдержанное одобрение. Он выглядел так, будто перед ним открылась какая-то истина. Рине пришлось плотно сжать губы, чтобы они не растянулись в самодовольную ухмылку.       Парт Джин Хёка закончился, и теперь в центре оказался Ха Джин. Он делал всё то же, что и всегда: безупречные движения, выученный наизусть текст и какая-то лёгкая, почти незаметная напряжённость.       Его взгляд хоть и был направлен прямо в камеру, всё равно казалось, будто он не мог сфокусироваться. Хотя, наверное, это были лишь догадки Рины.       Как только песня закончилась, парни синхронно сделали круговое движение рукой и выпрямились. Они тяжело дышали, но на их лицах сияли довольные улыбки. Рина не сдержалась и тихо похлопала им, а затем показала двумя руками большие пальцы вверх.       Чан У поклонился, а Чон Ха благодарно кивнул, прижимая руки к груди.       — Это и правда оказалось легче, — прокомментировал Джин Хёк, вытерев пот со лба ладонью.       Рина тут же подошла к нему с чистым полотенцем в руках.       — Я же говорил, — Сон Джэ пожал плечами и с вызовом посмотрел на Пан Юну, который встал напротив него.       Так как Ха Джин был лидером группы, финальное решение оставалось за ним. Рина внимательно наблюдала за происходящим со стороны, при этом успевая «обслуживать» остальных парней.       Ха Джин сам забрал из рук Рины полотенце и быстро вытер лицо и шею.       — Мы сделаем всё так, как предложил Сон Джэ, — сказал Ха Джин, закинув полотенце на плечо.       Чан У за его спиной активно закивал, подтверждая его слова.       Сон Джэ, словно не поверив своим ушам, удивлённо обернулся к Ха Джину. Лидер ободряюще улыбнулся ему.       — Признаюсь, был не прав, — Пан Юну похлопал Сон Джэ по плечу.       На лице хореографа отразилась какая-то странная эмоция, словно он съел что-то кислое, но упорно не морщился.       — Раз уж я вам больше не нужен, то удачи в дальнейшем.       Пан Юну в последний раз посмотрел на парней, затем развернулся, забрал свои вещи и, ни с кем не попрощавшись, ушёл. Дверь тихо закрылась за ним, и в помещении повисла странная тишина.       — Мне кажется или нам очень скоро влетит от менеджера Хвана? — задал вопрос Джехён, чем очень удивил всех присутствующих.       Чан У нервно хихикнул, а вот Чон Ха обеспокоенно смотрел на всех подряд. Только Ха Джин молчал, погрузившись в свои мысли.       — Ну, или достанется одному Сон Джэ, и его в итоге выгонят, — Чан У пожал плечами и ойкнул, когда Сон Джэ ударил его по затылку.       Рина всё это время наблюдала за Ха Джином, будто пыталась забраться к нему в голову, чтобы понять, о чём именно он думает. Но навыками телепатии она не обладала, поэтому ей оставалось лишь строить догадки или просто не обращать внимания.       Ха Джин слишком неожиданно перевёл взгляд на Рину. Она даже не успела отреагировать. Так и застыла с лёгким удивлением во взгляде, в упор смотря на лидера.       «Некрасиво так пристально смотреть на людей!» — сделала себе замечание Рина, но не отвернулась. Всё так же продолжала смотреть в глаза Ха Джину.       Только сейчас она заметила, насколько завораживающими они были. Сколько бы она ни заставляла себя отвернуться, не могла оторваться от его взгляда.       — Что? — спросил Ха Джин, и вся эта туманная завеса, которая образовалась вокруг него, вмиг растворилась.       Рина почувствовала, как по щекам и шее разливается тепло. Она начала краснеть от смущения.       — Ничего, — быстро проговорила Рина и покачала головой.       Она обошла Ха Джина и быстро подошла к Сон Джэ, который решил какое-то время побыть в стороне. Ха Джин продолжал смотреть ей вслед, но Рина всё равно не могла этого видеть. Может, оно и к лучшему.       Рина слишком широко улыбнулась Сон Джэ, на что он ответил скептическим взглядом.       — Ты рад? — спросила она, наклонив голову набок.       — Безумно, — кивнул Сон Джэ, а затем усмехнулся. — Спасибо за помощь.       — О, не стоит, — Рина махнула рукой. — Это моя работа.       На самом деле Рина была готова визжать от радости, потому что только что осознала: она помогла Сон Джэ достичь желаемого. Его заметили. В кои-то веки на него обратили внимание и дали побыть в центре.       Сон Джэ буквально светился от счастья, а это было лучшей наградой для Рины.       Конечно, получить выговор от менеджера Хвана никому не хотелось, но это были сущие пустяки.