Священная война

– Эй, розовый, просыпайся! Прорвался сквозь туман и темноту голос Мелкого. Мелкий склонился над лицом Лунтика так, что Лунтик мог почувствовать его дыхание. – АЛООООО, ВСТАЁМ! Слова врезались прямо в уши, и Лунтик инстинктивно закрыл их руками и открыл глаза. – Что... – сонно сказал он. – Что происходит? – Утро происходит. Давай поднимайся, скоро завтрак. Свет в комнате ещё слепил Лунтика и мешал открывать глаза, но через силу у него получилось. Комната всё та же, что и вчера. За столом сидел Дед, Профессор читал книжку. Других не было видно. «Что за пробуждение такое... Как при пожаре?» – подумал Лунтик. Он хотел сказать Мелкому, чтобы больше так не делал, но того уже нигде не было. Профессор отвлёкся от книжки и посмотрел на Лунтика: – Доброе утро, Лунтик. Как спалось? – Да... Нормально, только голова ватная и во рту всё пересохло. А где Мелкий? – Так он убежал почти сразу же, как разбудил тебя. Ты знаешь, ты очень крепко спишь, однако. – С чего это вдруг? Со стула встал Дед и, зевая, сказал: – Всю ночь в нашу сторону обстреливали, вроде бы недалеко от нас, где-то южнее. – Да на какой юг, Дед? – сказал Профессор. – Я уверен, что взрывы были на севере! – А я говорю – на юге. – Дед, ты уже стороны света путать начал? – Да это ты просто ничего не понимаешь. Нынче неграмотная молодёжь пошла. – Да ты что? Лунтик! – посмотрел в сторону Лунтика Профессор. – Можно тебя попросить? – О чём? – Разыщи Батю, он точно слышал. – Да-да! Иди разыщи Батю, пусть он нам скажет. Лунтик не хотел идти и собирался сказать что-то, чтобы отказаться. Но потом немного подумал и решил, что отношения лучше не портить, на всякий случай. К тому же он как раз собирался на улицу, чтобы забрать новый паспорт у Каптёра. – Ладно, хорошо, схожу. – Всё ещё сонным голосом ответил Лунтик. – А сколько сейчас время? Внезапно раздался голос Молчуна, который вошёл в комнату. – Без пяти шесть. – Хорошо... Спасибо. – Батю я видел недавно около каптёрки, лучше поторопись, пока он не ушёл. Лунтик был уже почти в сознании, он провёл рукой по своему лицу и со своим тяжёлым телом с трудом встал с кровати, скрипя коленями. Вызвав у Деда небольшую улыбку. – Лунтик, тут кому из нас шестьдесят? Тебе или мне? – Вам, просто я приболел немного. – А... Ну ты это, лечись давай, молодой же ещё, а уже как пенсионер просыпаешься. Вам бегать да прыгать надо. Ты подтяни-ка силу свою, давно на турниках был? – Довольно давно... – Ну это ни в какие ворота. Позанимайся немного по утрам, а то после работы всегда убитым будешь. – Ага... Лунтик подошёл к небольшому зеркалу, висевшему на двери. Дед был в чём-то прав. Из отражения на Лунтика смотрел всё тот же Лунтик, но сгорбившийся, растрёпанный и в целом побитый, опухший, с синяками под своими красными глазами и жёлтыми-жёлтыми зубами. «Ужас-то какой», – подумал Лунтик, выпрямил спину, взял расчёску с тумбочки и расчесался. Потом умылся, почистил зубы и вышел из казармы, направившись прямиком к каптёрке. Солнце только начинало нагревать землю. Дул холодный ветер, и в целом было пасмурно. «Холодает. Зима близко», – пронеслось в его сознании, и он наконец-то дошёл до каптёрки. Шагнув внутрь, он почувствовал всё тот же запах дерева и пыли, как и в первый раз. Только тут было чуть теплее, чем на улице. Каптёр разговаривал о чём-то с Батей, но вход Лунтика заставил их прерваться и повернуться. Первым начал Батя: – О, Лунтик, доброе утро. Выспался? – Я... Здравствуйте, да, отдохнул. Каптёр едва заметно кашлянул и сказал прямо как во время первой встречи: – Чё пришёл? – Я паспорт забирать, вот бланк о готовности. Сказал Лунтик Каптёру уже без такого же трепета, как в первый раз, и передал бланк. Пока Каптёр снова лазил по ящикам и что-то делал, Батя обратился к Лунтику: – А ты уже не впервые тут? – Нет, был уже, познакомился. – Понятно. – Послушайте, Батя. Меня попросили Профессор и Дед вас позвать к ним, у них спор завязался по поводу того, куда сегодня обстреливали. – Хорошо, приду, спасибо, что передал. Я чуть позже приду. В этот момент Каптёр шлёпнул какой-то печатью по тоненькой книжечке и снова кашлянул: – Готово, вот, забирай. – Ага, спасибо! – Иди уже, нам тут договорить надо. Лунтик взял тонкую, маленькую и красную книжку с надписью «Паспорт» и вышел из каптёрки. Следующий час Лунтик провёл, выслушивая спор в казарме, потому что больше заняться было нечем. Закончилось всё тем, что в споре всё же победил Профессор, потому что Дед действительно перепутал стороны света. Сошлись все на мирной ноте: Дед признал неправоту, а Профессор не стал хвастаться победой и вернулся к книгам. Примерно через двадцать минут после спора Лунтик услышал звук трубы и крик Шнюка: «ВСЕ В СТРОЙ!» Лунтик и остальные жители лагеря вышли на улицу и построились по высоте в ряд. Лунтик, само собой, был первым. Начали звучать команды: «Ровняйсь! Смирно! По порядку рассчитайсь!» Счёт окончился на тридцати четырёх. «Что-то маловато нас», – подумал Лунтик. – «В списке, который я читал, было около пятидесяти имён, а тут всего тридцать четыре...» От размышлений его отвлёк ещё один представитель пчёл-командиров, который подошёл к Шнюку. Средних лет, бледное лицо и твёрдый, цепкий взгляд. Зелёный мундир, фуражка и уверенная походка. Лунтик пытался разглядеть погоны, но безуспешно. – Здравия желаю, товарищи. Как вы все знаете, ситуация на фронте складывается сложная, – сказал он и сделал глубокий вдох. – В связи с этим нам нужны добровольцы, которые будут выполнять тяжёлую физическую работу ближе к ЛБС. Если среди вас есть патриоты, готовые помогать нам ковать победу, прошу сделать два шага вперёд. Из строя вышло шестеро. Среди них был Громила, за ним последовал Батя. Лунтик растерялся, но всё же решился сделать шаг, глядя на Громилу и Батю, которые смотрели на Лунтика одобрительно. В то же время Шнюк оторвался от документов и смотрел прямо в глаза Лунтику. Лунтик прочитал в его взгляде лишь одно слово: «Зачем?..» – Плохо, товарищи. Нам нужно больше народу. Всем добровольцам положена дополнительная карточка рабочего с удвоенным питанием! Из строя сделали шаг ещё несколько жуков. Командир повернулся к Шнюку, перекинулся парой тихих фраз и повёл колонну в сторону недавно построенного КПП, где уже стоял грузовик.

***

После трёх или четырёх часов тряски по бездорожью Лунтик оказался в довольно странном месте. Грузовик остановился где-то в густой траве, и пчёлы активно набрасывали сверху листья и траву. Перед ними был каменный мост, пересекавший речку, а позади – дорога, откуда они и приехали. Тот самый командир, который забрал их из лагеря, снова выстроил их в строй. – Итак. Слушайте свою задачу. Сегодня вы будете помогать в подготовке оборонительных линий. Лунтик ещё раз присмотрелся к погонам. Три небольшие звезды, по расположению напоминающие треугольник. «Это... Наверное, капитан? Или... Старшина? Хотя нет, майор? Надо погоны учить», – Лунтик поймал себя на мысли, что прослушал половину слов. – Так, на первый-второй рассчитайсь! Лунтик сказал «первый» и снова начал пытаться вспомнить погоны. От размышлений его отвлёк ещё один пришедший командир с погонами и одной широкой полоской без звёздочек. Форма его выглядела грязной и пыльной, хотя мятой она не была. Чёрные сапоги тоже были в грязи, а рукава закатаны, несмотря на прохладу. – Так, – начал он энергично. – Слушайте меня внимательно. Первые номера, вы берёте лопаты и копаете зигзагом по линии, от колышка до колышка, ясно? Копаете до тех пор, – он закашлял грубым, мокрым кашлем, но продолжил, – пока не упрётесь в глину. Вторые номера берут мешки и идут складывать землю туда, потом завязываете и кладёте в кучу. Через два часа меняетесь. Всем ясно? «Так точно!» – пронеслось в строе, и все приступили к работе. Лунтик получил обыкновенную лопату, слегка ржавую, но крепкую, и отправился помогать копать ямы. Лопата с трудом входила в землю, а уже после двадцати минут работы Лунтику казалось, что каждый раз, поднимая лопату, он поднимает тяжёлую гирю, а не землю. Пот лился ручьём, а лопата скользила в руках. После часа работы командир отпустил всех на перерыв. У Лунтика болели руки и спина. Ему было очень жарко, поэтому он вместе с остальными всё-таки принял решение спуститься к речке и умыться. Аккуратно, по берегу, держась рукой за мост, он дошёл до воды. Речка была мутной и грязной, но желание Лунтика хоть немного остудиться заставило его не обращать внимания. «Прав был Дед... Надо будет форму подтянуть», – подумал он и вымыл руки, на которых остались следы от грязи. Не успел Лунтик как следует насладиться теньком и прохладой воды, как командир объявил о продолжении. К счастью, собирать мешки оказалось действительно проще, чем копать, но не тащить. К концу дня у Лунтика ужасно болела спина, но работы были окончены в срок и без происшествий. Командир подошёл к каждому, пожал руку каждому и поблагодарил всех за помощь, выдал обещанные карточки, а на прощание сказал: – Всё для победы, товарищи. Родина вас не забудет. Кто-то из строя сказал: – Ага... Правда, и не вспомнит. Это вызвало улыбку на лицах некоторых, но командир не услышал – или сделал вид, что не услышал. Батя и Громила о чем-то разговаривали, словно не замечая Лунтика. Все погрузились в военный грузовик, на котором приехали и отправились назад.