«Всё ради игры: Границы»

Ночь. Пустая гостиная. В общежитии было тихо — та особая тишина, которая наступает после двух ночи, когда даже самые бессонные соседи наконец вырубаются. Только холодильник гудел на кухне, и где-то капала вода из крана. Аарон сидел на полу. Разложил вокруг себя учебники, тетради, конспекты — всё, что нужно для подготовки к грёбаному экзамену по биохимии. Свет от торшера падал на светлые волосы, делая их почти белыми. Короткая стрижка, виски выбриты, на макушке лёгкий объём — Аарон провёл рукой по голове, взъерошивая пряди, и даже не заметил этого жеста. Ники вышел из своей комнаты за водой. И замер. Аарон сидел на полу, поджав под себя ноги, и что-то писал. Маленький. Светлый. Сосредоточенный. Между бровей залегла складка, губы чуть приоткрыты. Ники смотрел на него, стоя в дверном проёме, и не мог отвести взгляд. Три дня они почти не разговаривали. Три дня сухих «привет» и «пока», случайных столкновений в коридоре и взглядов, которые Ники научился не замечать. Или делать вид, что не замечает. Но сейчас Аарон был здесь. Один. И Ники не мог просто пройти мимо. Он шагнул в гостиную. Аарон поднял голову. Светло-карие глаза мельком скользнули по фигуре Ники — высокий, тёмный, с каштановыми волосами, падающими на лоб, в старой футболке и спортивных штанах. Задержались на долю секунды дольше, чем нужно. — Воды? — спросил Аарон. — А? — Ты за водой шёл? Ники моргнул. Точно. Вода. — Ага, — выдавил он и сделал шаг к кухне. Прошёл мимо Аарона. Слишком близко. Задел краем штанины разложенные листы. — Извини, — буркнул он. — Ничего. Ники зашёл на кухню, открыл холодильник, достал бутылку. Сделал вид, что пьёт. На самом деле просто стоял, сжимая холодный пластик пальцами, и пытался успокоиться. Сердце колотилось. Не потому, что он испугался. А потому, что Аарон сидел там, в двух шагах, и Ники хотелось сесть рядом. Просто быть близко. — Ты долго там? — донеслось из гостиной. Ники вышел. — Нет. Просто... — он замолчал, не зная, что сказать. Аарон смотрел на него. Ждал. — Можно сесть? — вдруг спросил Ники. Аарон удивлённо поднял бровь, но кивнул. — Места много. Ники сел на пол рядом. Нарочно не вплотную — оставил сантиметров двадцать. Но всё равно чувствовал тепло, исходящее от маленького светлого тела. — Ты чего не спишь? — спросил он, глядя в стену. — Экзамен, — коротко ответил Аарон. — А ты? — Не знаю. Не спится. Повисла тишина. Не тяжёлая, как в прошлые разы, а какая-то... другая. Будто воздух между ними стал гуще, но дышать не мешал. Аарон вернулся к конспектам. Писал что-то, шевелил губами, иногда хмурился. Ники сидел рядом и смотрел, как двигается его рука, как падает свет на светлые волосы, как вздрагивают ресницы. Внутри всё горело. — Можно вопрос? — выдохнул Ники. Аарон поднял голову. — Давай. Ники сглотнул. Язык прилипал к нёбу, слова царапали горло. — Ты когда-нибудь чувствовал что-то... неправильное? Аарон посмотрел на него внимательно. Светло-карие глаза сканировали лицо, искали ответы на вопросы, которые не были заданы вслух. — В каком смысле? Ники смотрел в пол. На свои смуглые руки, сцепленные в замок. На босые ступни рядом с разбросанными листами Аарона. — Когда понимаешь, что лучше бы этого не было, — сказал он тихо. — Что это неправильно. Нельзя. Но оно есть. И ты не знаешь, что с этим делать. Аарон долго молчал. Так долго, что Ники решил — ответа не будет. Уже хотел подняться и уйти, сделать вид, что ничего не говорил. — Да, — сказал Аарон. Ники замер. — И что ты сделал? Ответ был коротким. — Игнорировал. Ники повернул голову. Аарон смотрел на него в упор. В медовых глазах плескалось что-то такое, от чего у Ники перехватило дыхание. — Получилось? — спросил он. — Нет, — честно ответил Аарон. Воздух между ними стал осязаемым. Ники чувствовал его на губах, на коже, под рёбрами. — Аарон, — выдохнул он. — Что? — Я... Ники замолчал. Слова застряли в горле комком. Признание, которое нельзя произносить вслух. Правда, которая разрушит всё. — Ты чего? — тихо спросил Аарон. — Ничего, — Ники отвёл взгляд. Встал. — Пойду я. — Ники. Голос Аарона остановил его на полпути к двери. Ники обернулся. Аарон смотрел на него снизу вверх. Маленький. Светлый. С учебниками, разбросанными вокруг, как защитный круг. — Если это про то, о чём я думаю, — сказал он тихо, — то игнорировать бесполезно. Ники сглотнул. — А что полезно? Аарон помолчал. — Не знаю, — наконец ответил он. — Я тоже ищу ответ. И вернулся к конспектам. Ники постоял ещё секунду, потом вышел. В коридоре он прислонился спиной к стене и закрыл глаза. Сердце колотилось где-то в горле. «Тоже ищу ответ». Что это значило? Тоже? Ники боялся даже думать об этом. Но мысль уже застряла в голове, пустила корни, начала прорастать. Он посмотрел на дверь гостиной. Там, на полу, среди учебников, сидел Аарон. Маленький. Светлый. С медовыми глазами, которые смотрели на Ники так, будто видели насквозь. Ники развернулся и ушёл в свою комнату. В голове крутилось одно слово. «Тоже». --- Аарон сидел на полу, сжимая ручку так, что костяшки побелели. Перед глазами плыли формулы, но он их не видел. Он видел только лицо Ники в тот момент, когда тот спросил про «неправильное». И свой собственный ответ. «Тоже ищу ответ». Идиот. Зачем он это сказал? Теперь Ники будет думать. Анализировать. Копать. И найдёт. Аарон закрыл глаза и уронил голову на руки. Светлые волосы упали вперёд, скрывая лицо. В груди ныло. Потому что ответ он и правда искал. Но боялся, что найденное окажется страшнее, чем незнание.