Ангел моей печали

      Ангелина проснулась около одиннадцати, впервые чувствуя себя относительно отдохнувшей, несмотря на небольшую боль в шее. Сегодня должна быть тренировка по карате. Эта мысль мгновенно отрезвила ее. Девушка резко встала, желая потянуться, и забыла про свою ногу, которая тут же напомнила о себе болью. Нет. Тренировку это не отменит. Желудок заурчал. Но вот если не позавтракать, то в зале и в голодный обморок упасть можно, что уже было ранее несколько раз из-за частых пропусков приёмов пищи.       С кухни доносился знакомый запах. Наверное, опять яичница, которой Ангелина уже не против. Антон тоже иногда что-то готовил по типу бутербродов или оставлял немного денег, пока сам уходил или уезжал на работу. Все же приятнее есть что-то сделанное с душой, есть в этом что-то домашнее, чего в Ростове очень не хватало. Сразу вспоминались Воронеж и мама, которая каждый раз удивляла завтраками: каша на молоке или воде, омлет, сосиски с пюре. Только сейчас можно было понять ценность этого.       Мы начинаем понимать ценность вещей только тогда, когда теряем их.       Ладно. Три недельки, и можно к маме и бабушке ехать. Да и скучать сейчас времени совсем нет с этими экзаменами по всему чему только можно.       В общем, завтрак от Арсения стал уже неким ритуалом, который вполне устраивал младшую. — Доброе утро. Опять читаешь? — Угу. — Ты все прочитанные книги помнишь? — Не все прочитанные мной книги были хорошие по содержанию, поэтому я помню только стоящие. Приятного аппетита. — Сегодня Попов читал "Отель" Артура Хейли... Знакомая обложка... Вот же зараза. Это книга с ее полки. Хоть бы спросил. — А почему ты без спроса все берёшь? — Какая разница, если это никто не читает? Но ладно. Извини. В следующий раз спрошу. — Я читаю, между прочим... — Угу. Ок. Сегодня я опять не смогу с тобой позаниматься, потому что... — Ммм! У меня сегодня тренировка по карате, где мне нужно быть в обязательном порядке. — Ангелина не давала договорить. — Прошу прощения, ты в своем уме? Никуда ты со своей ногой не пойдёшь. Всё.       Еще на протяжении часа Шастун пыталась уговорить его, но все попытки оказались тщетны. В два часа дня Арсений ушел, заперев квартиру на ключ снаружи. Ну класс. Девушка дошла до балкона и стала смотреть на удаляющуюся спину Попова от подъезда, показав тому язык. Полчаса прошли незаметно. Внизу показалась подходящая к лестнице старушка - милая соседка-кошатница Шастунов. — Баб Даш! — Ангелина подскочила со стула и быстро открыла окно.       Названная подняла голову, оглядывая окна верхних этажей, откуда мог раздаться голос. — Ох, Анжелочка, добрый день! — Младшей очень не нравилось, что ее имя коверкают, но сейчас было все равно. — Здрасьте. Баб Даш, тут такое дело... Я спала, а мой дядя квартиру закрыл снаружи, забыв, что изнутри она не открывается. Я Вам ключ сейчас скину, можете, пожалуйста, открыть дверь? — Конечно, девочка моя.       Ангелина, насколько быстро смогла, сходила в коридор за ключом и скинула его с окна. Тот со звоном упал на тротуар. Минут через пять в замочной скважине послышались щелчки. Дверь открыла, как всегда румяная и бодрая Дарья Дмитриевна, протягивающая связку ключей. — Анжелочка, как ты выросла. А Антося где? — Да бросьте. Неделю не виделись. Антон в Воронеж к маме уехал. Спасибо большое. — Да не за что, мы ж все-таки соседи. Ты заходи ко мне как-нибудь, а то одиноко бабке старой. — Хорошо, до свидания.       Это был единственный человек, считавший Ангелину действительно ангелом, несмотря на ее дерзкий характер и часто резкие высказывания про жильцов дома. Девушка поэтому всегда помогала соседке, иногда заходя к ней на чай.       Ну что ж, Арсений Попов, думали не перехитрим?       Ангелина принялась готовиться: прогладила кимоно и взяла сменную одежду, все сложив в портфель. Оставшиеся до тренировки полтора часа девушка посвятила чтению Чейза, которым ее полка была забита наполовину.       Все же пришлось выйти немного раньше, чем обычно, ведь неизвестно, когда вернётся Арсений.       Собрав всю волю в кулак и отбросив неприятное ноющее ощущение, девушка выскользнула из квартиры, оставив там предварительно записку о том, что она ушла все же на каратэ.       Тренер немного огорчился забинтованной ноге младшей, но она попросила не сбавлять ей нагрузок из-за травмы, ведь если расслабиться, значит автоматически не сдать экзамен, который, казалось, важнее для нее, чем то же ОГЭ. Сегодняшнее занятие было посвящено отработкам ката. Младшие, а именно все те, кто ниже синего, как считала девушка, отрабатывали свои Хэйан. Ангелина про себя подумала, что полностью помнит только Хэйан Шодан, который сдают белые пояса, то есть новички, для становлением желтыми; остальные ката в голове были лишь урывками. Узнай Зверев, так звали тренера, что очень подходило под его характер; так он заставил бы стоять на кулаках до конца тренировки или повторять забытые Хэйан, пока не вспомнятся все движения. Нужно будет на всякий случай отрепетировать потом их, а то вскоре может быть на экзамене что угодно.       Все же мысли ушли на второй план, и Ангелина утонула в ката. Несколько раз повторив Бассай-дай, который уже просто выполнялся прекрасно, девушка пошла ко второму тренеру, Дмитрию Романовичу, отрабатывать Эмпи, где были некоторые заминки в выполнении в начале, которые хотелось исправить; и Канку-дай. В первом пришлось пока убрать прыжок, ведь шов мог от резкого приземления разойтись. Под конец тренировки Зверев подошел и сказал, что девушка немного наследила. И правда, видимо рана начала кровоточить. Ну ничего. Ангелина оттёрла тряпкой пятна крови с пола и перебинтовала ногу бинтом.       Обидно, что в ду́ше спортивного комплекса водились тараканы, которые не любили, когда нарушали их покой, из-за чего ополоснуться после тренировок решали только самые отчаявшиеся или те, у кого дома были проблемы с водой. К слову, в данном спортивном комплексе проводились занятия не только по карате, но и по фехтованию, которое было на полчаса раньше первого, а также был отдельный зал для фитнеса. В любом случае в душ не хотелось еще и потому, что пришлось бы опять менять перевязку. Благодаря высокому болевому порогу даже сейчас Ангелина почти не чувствовала какого-либо дискомфорта от наступания на ногу.       До двора удалось дойти без происшествий, но у подъезда стоял какой-то парень. Девушка поняла, кто это, лишь когда он приблизился к ней на расстояние метра, а в свете фонаря над лестницей блеснул металл. Видимо это месть за перцовку. Ангелина зажмурилась и задержала дыхание, ожидая острой резкой боли, но открыла глаза, когда услышала звон лезвия об асфальт.