Здесь Была Джинкс

Второй виток петли ввел Джинкс в ступор. Но ненадолго. Вот Экко только-только взял свой стакан с выпивкой. Джинкс не стала дожидаться, пока к нему подойдет серебряная маска. Она рванула прочь от портьеры, но уже не к главным дверям, как в прошлый раз, а по лестнице на второй этаж. Глубокий капюшон тяжело поймал воздух, когда она на бегу метнулась к витражному окну, за которым должен был шуметь ночной Заун. Даже не подумала возиться с задвижками. "А вот хрен вам всем!" — подумала она и со всей силы ударила по стеклу тяжелым набалдашником бутафорского серпа. Витраж с оглушительным звоном разлетелся на тысячи цветных осколков. В лицо ударил заунский тяжелый воздух, и Джинкс, не раздумывая ни секунды, сиганула в этот сияющий пролом прямо в темноту, ожидая приземлиться на железные крыши... ...И с громким хлюпаньем влетела задницей в холодную лужу. В нос ударил запах сырого камня. На стене перед ней влажно блестел все тот же розовый акрил: «ЗДЕСЬ БЫЛА ДЖИНКС». За стенами, вдалеке, затихали крики. — Твою мать! — Джинкс вскочила, отряхиваясь. На ней конечно же снова был её прикид. — Ладно. Ладно! Психуя, она сорвала с пояса парочку чомперов и с силой вбила их зубастые морды прямо в глухую серую стену лабиринта, пониже своей надписи. Отбежала на пару шагов, вскинула массивный приклад Носорога к плечу и, дико оскалившись, с наслаждением всадила в них заряд, вызывая дикую цепную детонацию. Оглушительный бабах встряхнул подземные своды. Полетело едкое облако гари, во все стороны брызнуло каменное крошево. Джинкс торжествующе закричала, сквозь дым разглядывая приличную черную дыру в камне. Но крик оборвался у неё в горле. Прямо на её глазах рваные края пролома медленно зашевелились. Камень, подпитываемый какой-то чуждой, противоестественной силой, начал лениво, но неумолимо срастаться обратно, точно живая плоть, затягивая свою рану новым слоем камня и мха. Обычная взрывчатка, пускай и самая ядреная, химическая, здесь похоже просто не работала. Это место перезагружалось быстрее, чем она успевала сделать вдох. Подстраивалось под её удары как на лету: она взрывала, а оно тут же чинило. Она бежала, а этот лабиринт уже ждал её за следующим поворотом, глумливо потирая ладошки. Ну уж нет! Джинкс рванула вперед. В жилах мгновенно отозвалось мерцание, ядовито-розовый огонь толкнул в кровь бешеную скорость. Мир вокруг смазался. Пока дыра окончательно не схлопнулась, Джинкс быстрой искрой, рыбкой протиснулась в сужающийся проход, едва успев проскочить до того, как глыбы сомкнулись с глухим, утробным скрежетом. Обдирая локти о шершавые выступы, она уже готова была выпасть на волю или в следующий каменный пролет… Но рука вдруг ухватилась за бархатную портьеру. Траурный шелк платья скользнул по лодыжкам, а на лицо села маска мертвеца. Она снова стояла на старте... Тяжелые двери как раз с грохотом распахнулись, и в зал вошли Скар и Экко. Джинкс увидела их теперь чуть издалека, из тени возле коридора. Джинкс зарычала сквозь зубы. — Отлично. Просто отлично. Она развернулась и пошла через зал, теперь уже вглядываясь в каждого, в каждый их жест. Экко, тем временем, занял высокий стул у барной стойки, принял стакан, сделал вид, что расслаблен. Внутри неё закипела ядовитая злость. Ах, эта иллюзия не выпускает её? Лабиринт хочет поиграть в декорации? Значит, нужно проверить и эти декорации на прочность единственным понятным ей способом. Разнести все к чертям собачьим. Один вопрос: где взять взрывчатку, если вместо Носорога и чомперов у неё в руках деревянная палка с серпом? И тут, её молитвослов внезапно был услышан. У входа начался визгливый, дикий шум. Охранник Бабетты пытался выставить вон какое-то мелкое брыкающееся существо. На существе был обшарпанный кожаный шлем пилота, огромные медные гогглы а…в лапах огромный холщовый мешок, из которого подозрительно тянуло качественной, родной гарью и серой. — Эй! Полегче, тупая каланча! — орал мелкий йордл, пытаясь укусить охранника за палец. — Я вообще-то земляк вашей хозяйки! Бабетта, скажи им! Я принес праздничные хлопушки! Эксклюзивный бум! На халяву пустите, ну! Бабетта на балконе только махала веером, знаками требуя убрать этого чокнутого подальше от её бархатных штор. Джинкс уставилась на мешок с фитилями. Глаза под маской восторженно загорелись. Голоса в ее голове, до сих пор притихшие, радостно зашептали: "Порох... порох... смотри, у хомяка есть порох..." Он что-то оживленно объяснял Бабетте, размахивая руками. — ...и это сработает! Я гарантирую! Я сделаю фейерверк, который вы не забудете! Бабетта, все еще наблюдая за этим спектаклем с балкона, закатила глаза, скрестив руки на груди. — Зиггс, в прошлый раз ты чуть не сжег мой зал. И три моих лучших занавеса. Бесплатно, между прочим. Ты мне должен больше, чем я заработала за месяц. — Но это же было красиво! — возмутился Зиггс. — Ты же видела, как искры падали? Как дым закручивался спиралью? Это была чистая поэзия! — Поэзия это когда платят, дружок, — возразила Бабетта. Она презрительно фыркнула, развернулась на каблуках и скрылась в глубине своих покоев. Охранник ухмыльнулся и потащил Зиггса к дверям, но тут прямо перед их носами с шелестом черного шелка соткалась мрачная фигура. — Эй, полегче с мелким! — Джинкс напролом вклинилась между йордлом и охранником, крутанув бутафорским серпом перед его лицом. Не раздумывая, она резко опустила тяжелое древко, с размаху припечатав его кованый сапог к полу. Охранник взвыл от неожиданной боли, оказываясь прижатым к месту. Пользуясь его замешательством, Джинкс тут же вскинула свободную руку, скрестила пальцы, имитируя пистолет, и с сухим щелчком ткнула этим «стволом» в его подбородок, заставляя задрать голову. Из-под маски-черепа раздалось низкое, утробное шипение: — Жнец забирает пушистого первым. Он пойдет со мной. Охранник Бабетты, на удивление быстро растеряв весь свой пыл, попятился, не столько от жуткой маски, сколько от этого бешенства. Даже что-то невнятно буркнув про «психованную маску», но более вмешиваться не стал... Зиггс вывернулся из его ослабевших рук, перекатился бомбочкой и уставился на Джинкс снизу вверх, оскалив свою зубастую улыбку от уха до уха. — О-о-о! Так мертвая барышня пришла за Зиггсом? Какая стильная! Мне нравится твой прикид, зубастая! — прикинул йордл, поудобнее перехватывая мешок. Джинкс сцапала его за шкирку и потащила в самый темный, дальний угол борделя, к свободному столику. По пути они стащили бутылку какого-то термоядерного заунского пойла. — Ты умеешь делать взрывчатку? — расспрашивала его Джинкс на ходу. — По-настоящему? Не только фейерверки, а такое, чтобы в разнос? Зиггс с интересом уставился на неё. — А что, есть цель? — Есть одна проблема, — Джинкс кивнула на зал. — Она не дает мне уйти. — Значит, надо её убрать, — сказал Зиггс. Прошло минуты две. Они расположились за столиком точно старые приятели. Зиггс, развалившись на стуле и бахнув прямо из горла бутылки, вовсю наслаждался моментом. — Слышь, пушистый, — Джинкс приблизила свою маску к его гогглам. — Мы в коробке. Этот бордель, все эти ребята и девки в перьях, даже вон тот лохматый парень у барной стойки это все картон. Глюк волшебной ловушки. И если я сверну тебе шею, ты просто растворишься в воздухе. Зиггс с восторгом смотрел на неё, заливаясь быстрым, почти истеричным смехом. Его очки сползли набок, и он безуспешно пытался водрузить их обратно на нос. — О-о-о, глубокая философия! — хохотал он, поигрывая ушами. — Мне нравится твоя крыша, малышка, у меня она тоже давно уехала! У тебя… — он запнулся, пытаясь подобрать слово, — ...энергия. Как у меня! Только моя энергия, она в проводах и порохе, а твоя в этом твоем… взгляде. Да. Давай взорвем тут что-нибудь, чтобы проверить твою теорию? Бабетта, конечно, прибьет меня за свои шторы, но ради науки… Йордл полез в карман, достал оттуда длинную, плотную сигару, сунул её в рот и с легким щелчком чиркнул зажигалкой о край стола. Затянулся, выпустил колечко дыма и довольно прищурился. — Ну что, поехали? — спросил он заговорщически подмигнув. — Гляди сюда! Видишь те колонны? Если заложить заряды в их основание... Дальше, йордл оживленно чертил пальцем по столу, объясняя, как работает его взрывчатка. — Понимаешь, да? — он хлопнул ладонью по столу. — Я люблю, когда все летит к чертям! Но только красиво! С искрами! Не то чтобы я был террористом, нет. Я художник по взрывам! Между прочим, я однажды случайно сложил пополам целое крыло Высшей Академии Пилтовера, и никто не пострадал! Ну, кроме самолюбия профессора Хеймердингера. И его любимого фикуса! Он все что-то весело бормотал, Джинкс слушала вполуха, лениво отхлебывая из бутылки, прикидывая радиус поражения, когда краем глаза заметила как что-то изменилось. Экко теперь стоял у барной стойки и смотрел прямо на неё. То ли Скар обратил его внимание на странную парочку в углу, то ли сам мальчик-спаситель почувствовал неладное. И тут, Экко вдруг отставил свой стакан и уверенно направился прямо к их столику. Внутри Джинкс что-то сжалось. Кажется если он подойдет, если заговорит с ней сейчас, её разорвет на части. Зиггс все что-то говорил про детонаторы, но Джинкс его уже не слышала. — План меняется, — сказала она, резко вставая. — Устраиваем бум прямо сейчас. — Сейчас? — Зиггс подскочил на месте. То ли в возбуждении, то ли в потрясении.— Но я ещё не доработал идеальную схему! — Извини, пушистик. Времени уже нет, — бросила Джинкс.— Доработаешь на ходу. — она схватила его за плечо и повернула к колоннам на сцене. — Если взорвать те две синхронно, весь зал рухнет. Зиггс почесал за ухом. — Да, но... это может быть опасно, крутышка. Для людей. — Это не люди, голос совести. — отрезала Джинкс. — Говорю же, это тупая иллюзия. Зиггс покосился на танцующих. Тут, азарт все же взял над йордлом верх и он оскалился в зубастой улыбке. — Ладно, крутышка! Риск благородное дело! Только дай я хотя бы... Но Джинкс уже выхватила у него изо рта тлеющую сигару, на секунду встретилась с ним взглядом сквозь прорези маски и швырнула её в открытый холщовый мешок. — Эй, погоди! Там нестабильный—! — пискнул Зиггс, но в его голосе уже невольно сквозил восторг. Мешок полетел красивой дугой через зал, прямо к основаниям двух центральных колонн. Взрыв получился шикарный. Колонны треснули. Потолок пошел паутиной. Музыка оборвалась. Люстра полетела вниз. Ослепительный багрово-рыжий всполох почти в одно мгновение охватил фиолетовый неон, бархатные шторы и визжащую толпу. Джинкс успела увидеть сквозь бушующее пламя лицо Экко, с которого ударная волна сорвала маску... ...а в следующую секунду реальность с «всхлипом» вывернулась наизнанку. Джинкс со всего маху шлепнулась на четвереньки в холодную лужу лабиринта. На стене напротив горела розовая надпись «ЗДЕСЬ БЫЛА ДЖИНКС». За стенами слышался перестук капель воды, падающих где-то вдалеке. — Да чтоб тебя! — выкрикнула Джинкс, вытирая лицо от фантомной сажи. Пальцы снова были испачканы в розовом акриле. План со взрывом провалился. Из-за угла коридора донесся глухой, нарастающий ропот. — Ах так? По горизонтали значит мы больше не ходим, — Джинкс огляделась и задрала голову. Высоко над ней уходили во тьму каменные своды с выступами и корнями. Плевать на коридоры. Джинкс прыгнула на валун, уцепилась пальцами за скользкий выступ и, ловко подтягиваясь, полезла вверх. Тяжелый приклад Носорога позади нее бился по спине, но она упрямо карабкалась выше и выше. Вот она выбралась на узкий скалистый выступ у самого края стены, разбежалась и прыгнула в глухой, темный вертикальный пролет, готовая разбиться о камни. Но некая сила перевернула ее вверх тормашками, и Джинкс влетела спиной во что-то мягкое. — Ох! Пресвятая серая грязь, что это за призраки?! Откуда ты взялась?! — раздался над ухом испуганный голосок. Джинкс распахнула глаза. Тяжелое черное платье раскинулось вокруг нее, фарфоровый череп сидел на лице, а в руке она вновь сжимала серп. Она обнаружила себя на полу убранного зелеными тканями балкона. А рядом, держась за сердце и обмахиваясь пышным веером, перед ней стояла сама Бабетта. Лабиринт снова над ней подшутил. Она лезла через потолок, и оказалась на самом верху борделя. Пожалуй, в этом даже была логика… Джинкс молниеносно вскочила на ноги и подскочила к перилам балкона, глядя на колышущийся внизу зал. Музыка лениво играла под потолком. И прямо в эту секунду входные двери на первом этаже с грохотом распахнулись. Да-да…В зал вошли Скар и Экко. Она смотрела на него сверху вниз сквозь прорези маски, чувствуя, как на смену злости приходит безумный азарт хищника. Взрывы не работают, окна ведут в лужу. В этом зале у неё есть пушистый союзник, но играло ли это какую-то роль? На губах Джинкс под маской расплылась злая ухмылка. Эта игра затянулась. Но с другой стороны игры она всегда любила. Ее призраки отозвались одобрительным рокотом. "Значит, будем играть по их правилам. Пока не придумаем свои."