Параллельные прямые пересекаются

Гермиона выбрала стратегию молчания. Гарри же пока не определился. Рон, сидевший напротив, смотрел на них в ожидании хоть какой-то реакции. А реагировать было на что. Помимо явно дорогого интерьера его недавно приобретенной квартиры, а также нового стиля в одежде и прическе, изменению подверглись даже его пристрастия в еде и алкоголе. Рон небрежно держал за нижнюю часть ножки бокал шикарного французского вина. На столике перед Гарри и Гермионой лежали изысканные закуски, сыр явно приличной выдержки и башенка с десертами.  Пока Гермиона пыталась собрать в логическую цепочку, как за два года можно перейти от любви к сливочному пиву и жирным куриным ножкам к этому утонченному чистокровному празднику жизни, Гарри же больше интересовала та часть фразы Рона, которую он неловко произнес несколько секунд назад.  – Женишься? Как? На ком?  Гермиона перевела взгляд с пальцев Рона на бокале на его красные уши. Казалось, ее способность быстро анализировать информацию вышла из подчинения. Она только сейчас поняла, что Рон Уизли пригласил их, чтобы сообщить о своей помолвке.  – Это слегка неожиданно, – начал Рон.  Гермиона и Гарри встретили эту реплику недвусмысленным молчанием. В нем читалось насмешливое «ну да, слегка».  – Я, в общем, хотел вам давно рассказать, но в письме не очень было как-то, тем более, что вы уже знакомы с моей будущей женой, и это может вас, ну как бы сказать, – теперь красными у Рона было не только уши. Гарри и Гермиона переглянулись. Это движение было отточено годами совместной работы в министерстве. Их молчаливое чтение мыслей друг друга было доведено до идеала. В глазах Гарри застыли худшие опасения, глаза Гермионы эти опасения подтверждали. Хотя мысли в ее голове ворочались медленно, даже ребенок смог бы сложить дорогую обстановку интерьера в цветах Слизерина, французское вино и костюм Рона из последней коллекции итальянского дизайнера и получить в результате что-то богатое и чистокровное.  – Что ж, Рон, - подбирая слова, начала Гермиона, – мы догадываемся, что женишься ты не на Лаванде Браун.  Рон как-то сразу сдулся. Напряженная пружина в его плечах расслабилась. Он прокашлялся и выдал что-то вроде: «хм, нуу, в общем, это то да». Вдруг дверь в дальнем конце комнаты распахнулась. На резкий уверенный стук каблуков обернулся только Гарри. Рон постарался слиться с обивкой дивана. Гермиона не повернула головы, потому что она уже догадалась. Герб на камине позади Рона был ей хорошо знаком. Она медленно прикрыла глаза.  – Паркинсон? - раздался удивленный и недоверчивый голос Гарри.  – И тебе привет, избранный, - хмыкнула Пэнси. Она походкой от бедра прошествовала к дивану, где ее ждал окончательно сконфуженный Рон.  – Мой жених тут явно один не справляется, – Пэнси даже не пыталась скрыть, что подслушивала их неловкий диалог, – поэтому я счастлива вам сообщить, что совсем скоро я стану Паркинсон-Уизли.  Ни один мускул на лице Гермионы не дернулся. Внутри у нее был ураган из вопросов и возмущения. Однако она мудро продолжала придерживаться концепции «молчание - золото», в основном, потому что до конца не решила, как следует отреагировать на этот внезапный и неожиданный союз. Зато Гарри подобной выдержкой явно не обладал.  – Насколько я помню, когда мы виделись в последний раз, ты предлагала выдать меня Тому Реддлу, – количество льда в голосе Гарри было примерно равно всей Антарктиде и прибрежным айсбергам.  Рон откашлялся и кинул на друга неодобрительный, но и слегка виноватый взгляд. Пэнси, казалось, ничуть не смутилась.  – Злопамятность тебе не к лицу, Поттер, – хмыкнула она, – да и честно, я ожидала такой реакции от бывшей девушки. Пэнси кивнула в сторону Гермионы, на лице которой застыла каменная маска. Все в комнате посмотрели на нее. Ураган внутренних противоречий бушевал вовсю, но Гермиона была бы другим человеком, если бы позволила ему вырваться наружу. Сколько судебных процессов, заседаний Визенгамота с их чудовищными решениями и законами она вынуждена была вытерпеть, чтобы научиться так превосходно контролировать эмоции с помощью окклюменции, она уже и не помнила. Гермиона почистила горло и спокойно сказала: – Мои искренние поздравления. Когда вы планируете свадьбу?  Гарри окинул Гермиону обиженным взглядом, в глазах Рона отчетливо блестела благодарность, Пэнси же соскочила с дивана и села поближе к Грейнджер.  – Вот с кем можно вести дела, – почти искренне улыбнулась Паркинсон, – свадьба через месяц. Гермиона постаралась незаметно подвинуться влево, поближе к Гарри и подальше от фонтанирующей энергией Пэнси. Однако Паркинсон восприняла это скорее как приглашение поудобнее устроиться рядом. В голове Гермионы промелькнуло, что с границами у будущей жены Рона явно какие-то проблемы.  – Мы с Рональдом совсем недавно вернулись в Лондон и решили, что первыми эту новость хотим сообщить именно вам. –То есть, Молли и Джинни не знают? – Гарри, очевидно, прикидывал масштаб проблемы.  – Нет, семья Рона пока не в курсе, - продолжала Пэнси, по прежнему глядя на Гермиону. Теперь молчаливый диалог глазами между собой вели Рон и Гарри. И градус этого диалога явно повышался.  – Мы хотели сообщить сначала вам, чтобы заручиться поддержкой, – начал Рон. – Точнее, мы хотели заранее обсудить роли шаферов и подружек невесты, – продолжила Пэнси. – Шаферов? – переспросила Гермиона, у которой от количества новой информации и от применения окклюменции начала болеть голова. – Да, мы с Роном решили, что на свадьбе будет два шафера и три подружки невесты.  Гарри и Гермиона снова переглянулись. И снова Гермиона взглядом подтвердила его худшие опасения. – Так значит, – медленно начал Гарри, – если одним шафером буду я… Гарри искал подтверждение в глазах Рона, который поспешно кивнул.  – То вторым? – Драко Малфой, – подтвердила теорию Гермионы Пэнси. В комнате повисла громкая, неловкая тишина. Мыслительный процесс Гарри полностью отражался на его лице. Там было всё: от отрицания до гнева. А вот лицо Гермионы снова стало каменной маской. Однако глубоко внутри она надеялась, что участь подружки невесты Пэнси Паркинсон никак ее не коснется. У Рона ведь есть прекрасная сестра. Но толерантность Джинни Уизли вызывала сомнения, да и судя по лицу Пэнси, Гермиона правильно догадывалась, что это почетное право будет принадлежать ей.  – Рон, ты не против выйти на пару минут? – напряженно уточнил Гарри.  Рон обречено кивнул и поплелся из комнаты. Гарри настиг его и захлопнул дверь из красного дерева. Гермиона проводила их тяжелым взглядом. Пэнси откашлялась и решительно посмотрела на профиль бывшей однокурсницы.  – Я прекрасно понимаю, Грейнджер, что мы не подруги. И это мягко говоря. Но я люблю Рональда. И мне бы хотелось, чтобы моя свадьба прошла идеально не только для меня, но и для него. Поэтому он согласен на Малфоя, а я готова предложить тебе стать подружкой невесты. Брак - это компромиссы.  Гермиона посмотрела Пэнси в глаза и убедилась, что эти слова были искренними и вылетели из ее рта. Хотелось ущипнуть себя, но она сдержалась. – Ты сказала, что планируется три подружки. Кто остальные двое? – вместо Гермионы перед Пэнси теперь сидел настоящий заместитель министра магии. Деловой тон, готовность оценить проблему целиком и очевидное желание устроить допрос.  – Дафна и Астория Гринграсс.  – Что ж, могло быть и хуже, – Гермиона не стала скрывать облегчения. Пэнси хмыкнула.  – Сколько вы с Роном уже вместе?  – Полтора года официально, но наши отношения начались спустя три недели после его прибытия в заповедник.  – Вы будете оповещать прессу? Свадьба будет публичной или закрытой? – Мы планируем грандиозное торжество.  – Этого следовало ожидать, – не удержалась от комментария Гермиона, – кого из высокопоставленных чиновников планируете позвать?  – Грейнджер, спроси то, что ты действительно хочешь спросить, – проницательно выдохнула Пэнси.  Гермиона перевела взгляд на недопитый бокал французского вина, на роскошную посуду. Она тяжело вздохнула и наконец спросила: – Как ты отучила его от сливочного пива и заставила надеть этот костюм? *** Вся сцена, произошедшая в гостиной квартиры Паркинсон-Уизли, напоминала помесь кошмара с театром абсурда, хоть и заняла всего минут 15. Гарри тяжелыми шагами вошел обратно в гостиную, скомкано поблагодарил Пэнси за закуски и взглядом сообщил Гермионе, что настало время ретироваться, причём чем скорее, тем лучше. Пэнси не изменилась в лице, но мышцы на ее руках напряглись. Рон остановился в дверях, явно не понимая, что нужно делать дальше. – Я надеюсь, что вы оба примете наше предложение и придете на встречу в «Гиббонс» через два дня, чтобы обсудить детали, – Пэнси явно пыталась скрыть надежду в голосе, но у нее не получилось.  – Мы все обдумаем и сообщим, – насколько могла мягко произнесла Гермиона, бросила прощальный взгляд на Рона, взяла за руку Гарри и исчезла вместе с ним в камине.  Как только они приземлились в гостиной ее квартиры, Гарри сделал три шага к окну, резко развернулся к Гермионе и истерически хмыкнул.  – Я ожидал чего угодно от сегодняшнего вечера, но ЭТО… Ты в порядке, Гермиона?  – В каком смысле? – головная боль усилилась, ее мысли вяло перетекали, пытаясь переварить полученную информацию. – Ну, Рон, хм, в смысле, Рональд, - пропел Гарри голосом Пэнси, – выбрал в качестве спутницы жизни Пэнси мопса Паркинсон, даже не Лаванду, и не… – «не тебя» застыло в воздухе. Негодование, которое Гарри сдерживал последнюю четверть часа, начало прорываться наружу.  – Не такой уж она и мопс. Явно сделала ринопластику.  Гарри снова истерически хихикнул. Гермиона неуверенно улыбнулась.  – А ты видела, как он держал бокал? А его стрижку? Что это было?  Гермиона присоединилась к хихикающему Поттеру, воскрешая в памяти новый образ Рона.  – Пэнси сказала, что самым тяжелым было заставить его обновить гардероб. Мол, запанки - это неудобно, а пиджаки носят только чистокровные засранцы со Слизерина. – Запонки? Она заставляет его носить запонки?  Смех наполнил всё помещение, отскакивая от книжных полок, двух разномастных кресел и угрюмого Живоглота, чей сон бесцеремонно потревожили.  – Гарри, – немного успокоившись, отзеркалила его вопрос Гермиона – что это было?  – Очевидно, новая реальность, с которой нам придётся смириться.  – Его всего 2 года не было в Англии. В письмах он даже не намекал на новые отношения, чего уж говорить о свадьбе. – Знаешь, последние полчаса жизни я думал, что тот странный артефакт из Отдела Тайн погрузил нас в кому, и это всё – плод моего больного воображения. Но боюсь, что даже оно не смогло бы соединить узами любви Рона и Пэнси Паркинсон.  Гермиона едва кивнула, переведя взгляд на стекло. За окном начал капать серый лондонский дождик. Вдруг она ухмыльнулась, потом прикрыла рот рукой.  – Что? - спросил Гарри, наблюдая за ее лицом. – Я просто подумала, что хотела бы увидеть, как отреагируют на будущую жену Рональда Молли и Джинни. А еще лучше Джордж или Перси. Мне кажется, там явно будет, на что посмотреть. Гарри поежился. – А вот я бы не хотел оказаться в эпицентре этого ядерного взрыва. В любом случае, Рону я в такой ситуации не завидую.  Гермиона согласилась и задумалась.  – Что мы ответим им, Гарри? Ты готов вместе с Мафлоем и сестричками Гринграсс провожать Рона и Пэнси в счастливую совместную жизнь?  – Трезвым на этот вопрос я не смогу ответить, – и Гарри в несколько шагов подошел к ее шкафчику с огневиски, по-хозяйски распахнул его и вытащил коллекционную бутылку.