Зов Ра и Анубиса: пробуждение Сета

Мемфис. Этим же днем. Дворец Ливия. Немилосердное солнце, словно божественный кузнец, раскалило небеса добела, и даже в укрытии роскошного сада Ливия чувствовалась его всепроникающая власть. Жара, густая и влажная, словно тяжелое покрывало, накрыла Мемфис, заставляя все живое искать спасения в тени. В обычные дни, когда жизнь в саду била ключом, сейчас царило томное затишье. Воздух вибрировал от жара, искажая очертания предметов и заставляя миражи танцевать над раскаленной землей. Аромат цветов, обычно наполнявший пространство, уступил место терпкому запаху нагретой земли и пряных трав. Но даже в этом зное сад Ливия сохранял свою красоту и величие. Раскидистые кроны вековых сикоморов и финиковых пальм, словно щедрые покровители, дарили прохладу и тень, создавая оазисы спасения от палящего солнца. Искусно спроектированная система каналов и фонтанов приносила прохладу и увлажняла воздух, наполняя его тихим журчанием воды. В тени деревьев, на мраморных скамьях, отдыхали утомленные слуги, обмахиваясь опахалами из перьев. Лениво покачивались ветви цветущих гранатовых деревьев, роняя на землю алые лепестки. В прудах, украшенных мозаикой, лениво плавали золотые рыбки, отражая солнечные блики. Даже роскошные розы, обычно благоухавшие своим ароматом, поникли под палящим солнцем, словно устав от борьбы с жарой. Лишь неутомимые пчелы продолжали свою работу, жужжа, перелетая с цветка на цветок в поисках нектара. Сам Ливий, одетый в легкую льняную тунику, полулежал на шелковых подушках в тени беседки, увитой виноградом. Он неспешно потягивал прохладительный напиток из меда и лимона, наслаждаясь тишиной и покоем. Рядом с ним стоял веер, которым обмахивал его преданный слуга. В воздухе витали ароматы благовоний, привезенных из далеких стран. Тихая музыка, доносившаяся из глубины дома, создавала атмосферу умиротворения и расслабления. Несмотря на палящий зной, сад Ливия оставался оазисом роскоши и красоты, местом, где можно было отдохнуть от мирской суеты и насладиться жизнью. Это был мир, созданный для удовольствий и наслаждений, где даже жара не могла нарушить гармонию и спокойствие. Вдалеке послышались негодующие голоса. Ливий встал с подушек и сел прямо. Прекрасно понимая кто сюда идет. - Урет и Тену уже явились, приготовте им напитки и корзины. Чуть позже мы пойдем собирать Сирийский тмин. - Ливия отдал приказ служанке, как на пороге его беседки появились дети. - Ра в помощь дядя Ливий! - Урет лучезарно улыбнулась и легонько поклонилась. - Как ваше здоровье? - Урет подошла к Ливию и тепло обняла его. - Хвала Ра не жалуюсь. - Тену подошел к Ливию поклонился, пожал руку и тоже обнял. - Вы растёте как на дрожах хвала Хатор. - Ливий похлопал Тену по спине. Вскинул руки и приглашающем жесте пригласил их присесть. - Чудесно, мама сказала что если мы управимся поздно, то можем остаться у тебя. Ибо она не хочет чтобы мы поздно шастали по улицам. - Урет рассмеялась и присела на диван напротив Ливия. Служанка принесла напитки и Урет с Тену взяли по стакану. - И правильно, для некоторых это плохо заканчивалось даже днем... - Ливий  посмотрел на Урет. - Но сегодня не об этом. Сегодня пойдем собирать Сирийский тмин. Ко мне уже двое приходили и жаловались на зубную боль. Боги какие же порой приставучие люди. - Ливий посмотрел на детей, а потом перевел взгляд на небо. - Нужно переждать пару часов и отправимся. Рассказывайте, как ваши успехи в учебе? -Все хорошо, недавно освоили путешествия в Дуат. - Урет посмотрела на Ливия, который тот час стал белее мрамора на полу. Где то на окраине Мемфиса. Тот же день. Ночь. Над Мемфисом сгущались сумерки, уступая место прохладной ночи, усыпанной бриллиантами звезд. Из ворот роскошной усадьбы Эвы выкатилась колесница, словно сотканная из лунного света и ночной тени. Это был не просто транспорт, а произведение искусства, символ власти и богатства. Каркас колесницы был выполнен из редкой черной акации, отполированной до зеркального блеска. Древесина была инкрустирована золотом и лазуритом, образуя сложные геометрические узоры. Колеса были большими и легкими, с восемью спицами, изготовленными из слоновой кости, укрепленной золотыми обручами. Обода колес были обиты кожей, смягчавшей ход. Дышло было выполнено из цельного куска слоновой кости, украшенного резьбой в виде змей, обвивающих солнечный диск. Кузов колесницы был обит кожей леопарда, символизирующей силу и бесстрашие. Внутри кузов был устлан мягкими подушками из шелка и бархата, создающими ощущение комфорта и уюта. Колесница была украшена многочисленными амулетами и талисманами, предназначенными для защиты от злых сил и привлечения удачи. На бортах колесницы были изображены сцены из жизни Эвы и ее детей, выполненные в технике золотой аппликации. В колесницу были запряжены два белоснежных нубийских скакуна, с гривами, заплетенными в косы, украшенные золотыми нитями и драгоценными камнями. Лошади были высокими, стройными и мускулистыми, с гордой осанкой и огненным взглядом. Упряжь была выполнена из тонкой, но прочной кожи, обитой золотом и украшенной драгоценными камнями. На головах лошадей красовались золотые налобники с изображением солнечного диска. В мерцании звезд, укутавших ночной Египет, колесница Эвы, словно комета, рассекала тьму. В этом путешествии ее облик был сплавом силы, утонченности и власти, оставляя незабываемое впечатление. Основой ее наряда было длинное, струящееся платье из тончайшего льна цвета глубокого индиго, почти черного, как бездонное ночное небо. Ткань, казалось, жила своей жизнью, мягко колыхаясь при каждом движении, словно шепча древние заклинания. Платье плотно облегало фигуру до талии, подчеркивая ее стройность, а затем плавно расширялось к низу, создавая эффект текучей волны. Платье было щедро украшено вышивкой серебряными нитями, изображающими карту звездного неба. Каждое созвездие было вышито с невероятной точностью, словно сама ночь снизошла на ее платье. Звезды мерцали в свете факелов, создавая иллюзию движения, словно сама Вселенная сопровождала ее в этом путешествии. Талию Эвы охватывал широкий корсет из золотой кожи, искусно украшенный резьбой в виде крылатых змей – символов защиты и мудрости. На корсете сверкали крупные лазуриты и сердолики, каждый из которых был огранен в форме священного скарабея. Корсет не только подчеркивал ее фигуру, но и служил своеобразным доспехом, защищая ее от невидимых сил.  Поверх платья был накинут длинный плащ из тончайшей шерсти викуньи, окрашенной в цвет слоновой кости. Плащ был легким и невесомым, но при этом согревал в прохладные ночи. Капюшон плаща был отделан мехом песца, придавая ее образу царственности и величия. На ногах у Эвы были высокие сапоги из мягкой кожи, украшенные золотым шитьем и небольшими амулетами. Сапоги сидели идеально по ноге, позволяя ей уверенно стоять на ногах даже во время быстрой езды. Ее голову украшал изысканный головной убор, сочетающий в себе несколько элементов. Тонкий льняной платок цвета ночного неба, украшенный серебряной вышивкой и драгоценными камнями, плотно облегал ее голову. Поверх платка красовалась золотая диадема, украшенная перьями страуса, символизирующими справедливость и истину. Лицо Эвы скрывала тонкая вуаль, придавая ее образу загадочность и таинственность. На шее у Эвы сияло массивное ожерелье из лазурита, бирюзы и золота с подвеской в виде скарабея – символа возрождения и защиты. На запястьях сверкали браслеты из черного обсидиана и золота, украшенные символами силы и власти. На пальцах поблескивали кольца с амулетами в виде анкхов и уаджетов, защищающие ее от злых сил и приносящие удачу. Легкий шлейф аромата мирры и ладана, сопровождавший Эву, создавал атмосферу таинственности и подчеркивал ее божественную сущность. Эва выглядела как царица ночи, богиня, сошедшая с небес. Ее наряд был одновременно роскошным и практичным, подчеркивая ее силу, красоту и готовность к любым испытаниям. Она ехала в Фивы не как простая смертная, а как воплощение власти и мудрости, готовая изменить ход истории. В ее взгляде читалась решимость, а в каждом движении чувствовалась уверенность в себе. Она была готова к любой встрече, даже с самыми опасными врагами. Кени и Иту. Ехали верхом на лошадях по обе стороны от колесницы. Они были одеты в кожаные доспехи и вооружены мечами и кинжалами. Их лица были суровыми и сосредоточенными, готовыми защитить Эву от любой опасности. Меритатон. Сидела рядом с Эвой в колеснице. Она была одета в простую, но элегантную льняную тунику. В ее глазах читалась тревога за свою госпожу. Колесница Эвы, словно комета, пронеслась по ночным улицам Мемфиса, оставляя за собой шлейф из пыли и аромата благовоний. Звезды словно благословляли ее на путь, полный опасностей и приключений. - Сколько нам ехать? - Эва повернулась и посмотрела на Меритатон. - Кени и Иту сказали что лошади быстрые и доедем к солнцу в зените. - Меритатон оглянулась на мужчин сопровождающих их и продолжила. - Госпожа тот старший который Кени, называет вас Нефтидой. Я не специально услышала, когда собирала ваши вещи.- Меритатон посмотрела на Эву. - Почему это вас называют в честь неверной жены? - Потому что я и есть Нефтида. Это данное мне имя при первом рождении. - Эва вздохнула и решила поведать историю своего рождения. - Моя мать и мой папа решили дать мне имя при рождении Нефтида. Так как имя Нефтиды всегда в иномере мне суждено было родиться на свет мертво. Анубис обнимал меня в вечном сне пока не появился Сет. - Госпожа... - Меритатон прикрыа рот ладонью. - Мой оцет должен был умереть за меня. От наших вторых имен многое зависит, так же ему при наречении уже избрали судьбу. Отец узнав что я мертво рождённая решил провести ритуал и призвать бога странника который не продешевил в сделке. И действительно, Сет во имя баланса забрал его жизнь, но вернул мою. Велел связать второе имя с его именем. - Эва посмотрела на Меритатон и улыбнулась. - Не нужно так пугаться, я была его должницей, я мать его детей. Он при всем желании ничего мне не сделает. - Эва чувствуя страх у Меритатон, взяла ее за руку и подбодрила ее. Мягкий ритм колес колесницы, сливаясь с шепотом ночного ветра, убаюкивал Эву. Часы, проведенные в дороге, сказались на ней: сначала легкая усталость, затем – тяжесть в веках, и вот, мир начал размываться, теряя четкость очертаний. Звезды, еще недавно яркие и четкие, теперь казались размытыми пятнами света, танцующими на темном полотне неба. Голова клонилась, сопротивляясь сну, но силы покидали ее. Она пыталась сосредоточиться на звуках: на мерном топоте копыт, на шепоте ветра в листве, на приглушенных голосах Кени и Иту, ехавших рядом, но и эти звуки постепенно стихали, уступая место тишине, зовущей в объятия сна. Тело расслабилось, мышцы, напряженные от долгой дороги, обмякли. Подушки в колеснице казались необыкновенно мягкими, словно манили к себе. Она попыталась выпрямиться, открыть глаза шире, но веки налились свинцом, не желая повиноваться. Меритатон, заметив состояние госпожи, приблизилась и тихонько подложила ей под голову мягкую подушку. Благодарность мелькнула в полусонном взгляде Эвы. Плащ, которым она была укрыта, стал казаться теплее и уютнее. Она закрыла глаза, и мир вокруг исчез, оставив лишь ощущение покоя и забвения. Дыхание выровнялось, стало ровным и глубоким. Последнее, что она почувствовала перед тем, как погрузиться в сон, – это мягкое прикосновение ветерка к ее лицу и отдаленный запах ладана, исходящий от ее украшений. А затем – темнота и тишина, в которых растворились все заботы и тревоги. Эва спала, убаюканная ритмом дороги и шепотом ночного ветра, словно дитя, укрытое в объятиях матери-природы. В ее сне смешивались образы прошлого, настоящего и будущего, создавая причудливые картины, полные символов и предзнаменований. Рассвет окрасил небо над Фивами нежными оттенками розового и золотого, пробуждая город от ночного сна. Солнце, словно божественный глаз, медленно поднималось над горизонтом, озаряя своим светом храмы, дворцы и дома. В этот час, когда город начинал свою новую жизнь, к его воротам подъехала колесница Эвы. Дневные Фивы разительно отличались от ночных. На улицах царило оживление: торговцы спешили на рынок, жрецы направлялись в храмы, ремесленники начинали свою работу. Город гудел, словно пчелиный улей, наполненный энергией и жизнью. Колесница Эвы, двигаясь сквозь толпу, привлекала к себе внимание. Люди останавливались и смотрели ей вслед, шепчась и кланяясь в знак почтения. Некоторые узнавали Эву и приветствовали ее, надеясь на ее благосклонность. Солнце, поднимаясь все выше, заливало город теплым светом. Золотые лучи отражались в белых стенах домов, создавая ощущение праздника. Аромат цветов, растущих в садах, смешивался с запахом свежего хлеба и жареного мяса, доносившимся с рынка. Эва окинула взглядом Фивы, вдыхая полной грудью воздух, наполненный жизнью и энергией. Город казался прекрасным и величественным, полным возможностей и надежд. Она чувствовала, что здесь ее ждет важная встреча, которая изменит ее судьбу и судьбу всего Египта. Колесница проехала по оживленным улицам, направляясь к храму Амона, месту, где ее должны были ждать. По пути она видела храмы и дворцы, украшенные яркими фресками и статуями богов. Она видела улыбающиеся лица людей, спешащих по своим делам. Она чувствовала, что Фивы – это город, живущий полной жизнью, город, в котором есть надежда на будущее. Она была готова к этой встрече, к любым испытаниям. Она стояла посреди оживленных Фив, словно царица, прибывшая в свою столицу. В ее сердце горел огонь, огонь решимости и веры в свои силы. Она знала, что она сможет преодолеть все препятствия и добиться своей цели. Она верила в это всем сердцем, и эта вера давала ей силы и вдохновение. Приехав к храму, ее встретили жрецы. Они приветствовали ее и проводили в покои. Приключения начинались. Эва расположилась в покоях на верхнем этаже храма и распорядилась чтобы весь этаж выделили для отдыха Кени, Иту и Меритатон. - Госпожа, ближе к вечеру нужно будет выдвигаться в Сет-Маат. Мы переправимся на запдный берег Нила на лодке, там будет ждать господин. - Кену подошел к Эве и предупредил что все могут отдохнуть, но ближе к вечеру нужно выдвигаться. - Не переживай Кени, я разговора с вашим господином ждала шестнадцать лет, ничего страшного и он подождет. - Эва посмотрела на Кени и Иту. - Передохните, наберитесь сил и потом отправимся. У меня времени много. Эва развернувшись отправилась в свои покои, оставив Иту, Кени и Меритатон. Советники переглянулись. - Во имя Ра, господин Сет пустит нас на ковры если мы не послушаемся. А что он сделает с госпожой!? - Иту беспокоясь посмотрел на Кени. - Привыкай, если хочешь чтобы госпожа была лояльна к тебе. Она не будет бежать как собачка по первому зову хозяина. Она верховная жрица. - Меритатон поняв что госпожу и Сета связывали определённые отношения, перестала бояться Сета. Ведь если сама госпожа не боится навлечь на себя гнев Сета, то и ей бояться не стоит. - Да вы что, разума лишились!? Господин прибьёт ее на месте, когда узнает, что она не повиновалась его приказу. - Иту с возмущением и негодованием посмотрел на девушку. - Если ты так спешишь к своему госопдину, милости просим. Тебя никто тут насильно не держит. Можешь самостоятельно отправиться к нем. - Меритатон скрестила руки на груди и с укором посмотрела на младшего советника. - Ставлю мешок монет, на то что он будет в ярости от выходки твоей госпожи. - Иту отзеркалил позу Меритатон. - Принимаю. - Меритатон протянула руку Иту ни разу не усомнившись в своих действиях. - Чудно. - Иту протянул руку Меритатон и пожал ее, а после посмотрела на все это время молчавшего Кени. - Разбей. - Глупцы, нашли на что спорить. В следующий раз поспорьте на свои головы. Это будет самый веселый для меня спор. - Кени разбил их рукопожатие и продолжил. - А для вас самый последний в жизни. - С выдохом сказал Кени отправился в свои покои. Покои Эвы тем временим. Покои Эвы в храме Амона представляли собой оазис утонченной роскоши и покоя, словно специально созданный для приема знатной гостьи. Они располагались в одном из самых уединенных уголков храмового комплекса, вдали от суеты и шума, царивших во внешних дворах. Просторные и светлые, покои были оформлены в сдержанной, но элегантной манере. Стены, выкрашенные в мягкий кремовый цвет, были украшены фресками, изображающими сцены из жизни богов и фараонов. На полу лежал толстый шерстяной ковер с геометрическим орнаментом в сине-золотых тонах. Воздух был пропитан легким ароматом благовоний и цветов. В спальне стояла большая кровать с балдахином, выполненным из полупрозрачного льна. Постельное белье было сделано из тончайшего египетского хлопка, окрашенного в нежные пастельные тона. На кровати лежали многочисленные подушки разных размеров и форм, выполненные из шелка и бархата. Банная комната была отделана мрамором и оснащена ванной и умывальником. В комнате также находилось несколько сосудов с ароматическими маслами и солями для ванны. В гардеробной хранилась одежда и украшения Эвы. Здесь можно было найти все, что необходимо для создания любого образа – от простого дорожного костюма до роскошного царского наряда. Комнаты освещались мягким светом алебастровых светильников и золотых канделябров. Свет создавал в помещении атмосферу уюта и умиротворения. В комнатах стояли небольшие статуэтки богов и фараонов, выполненные из золота, лазурита и других драгоценных материалов. Комнаты были украшены свежими цветами, расставленными в вазах и горшках. Цветы наполняли помещение приятным ароматом и создавали ощущение свежести. В комнате находилась небольшая библиотека, в которой хранились свитки папируса и глиняные таблички с древними знаниями и магическими формулами. В комнатах были расставлены личные вещи Эвы, отражавшие ее характер и увлечения. На столе лежали свитки с ее записями и рисунками. На полках стояли амулеты и талисманы, предназначенные для защиты от злых сил. Покои Эвы в храме Амона были местом, где она могла расслабиться, отдохнуть от мирской суеты и подготовиться к предстоящим испытаниям. Это было место, где она чувствовала себя в безопасности и гармонии с окружающим миром. Это был ее личный оазис посреди древнего города. Эва оглядевшись вокруг подошла к кровати и рухнула на нее, забывшись в своих мыслях девушка провалилась в царствие морфия. Фивы. Вечер. Покои Эвы. Меритатон склонившись над госпожой протянула руку и доьронулась до ее руки. - Госпожа...- Меритатон заметив, что Эва просыпается убрала руку и продолжила. - Меня эти два верблюда заставили вас разбудить и напомнить о встрече. - Какое сейчас время? - Эва приподнялась на локтях и посмотрела мутным взглядом на Меритатон. - Ближе к закату госопжа. Я подготовила вам наряд желаете принять банную? - Меритатон помогла госпоже подняться на ноги придерживая за руки. - Да, клянусь я столько песка в жизни не видела, сколько привезла на себе из Мемфиса. - Эва направилась к банной, перед этим повернувшись и сказав. - Сходи к служительницам и попроси их поменять белье, а то оно все в песке. Открыв дверь в банную, Эва прошла нее. Ванная комната в покоях Эвы, словно святилище чистоты и покоя, утопала в прохладе мрамора и благоухании ароматических масел. Она располагалась в углу покоев, вдали от посторонних глаз, и была создана для того, чтобы подарить Эве минуты умиротворения и восстановления сил. Просторная и светлая, ванная комната была отделана плитами из белого и кремового мрамора, отполированного до зеркального блеска. Стены украшали мозаики с изображением сцен из жизни богини Хатор, покровительницы любви и красоты. На полу лежал ковер из мягкого льна, впитывающий капли воды и создающий ощущение комфорта. В центре комнаты располагалась большая ванна, вырезанная из цельного куска черного базальта. Ванна была овальной формы, с плавными изгибами, и достаточно глубокой, чтобы полностью погрузиться в воду. Края ванны были украшены резьбой в виде лотосов и папирусов. Вода в ванне была идеально чистой и прозрачной, словно горный хрусталь. Она была нагрета до приятной температуры и наполнена ароматическими маслами, привезенными из далеких стран. В воде плавали лепестки роз, лилий и жасмина, источая нежный и пьянящий аромат. В комнате царил полумрак, лишь мягкий свет алебастровых светильников освещал пространство. Стены отражали свет, создавая ощущение простора и свободы. В воздухе витал аромат благовоний, сжигавшихся в небольших курильницах. Тихая музыка, доносившаяся из соседней комнаты, создавала атмосферу покоя и умиротворения. Эва медленно погрузилась в теплую воду, чувствуя, как напряжение покидает ее тело. Она закрыла глаза и откинулась на край ванны, наслаждаясь моментом. Легкий аромат цветов и благовоний успокаивал ее разум и дарил ощущение гармонии. Меритатон, ее верная служанка, стояла рядом с ванной, готовая выполнить любое желание Эвы. Она бережно омыла ее тело мягкой губкой, нанося на кожу ароматическое масло. Затем она ополоснула волосы Эвы водой, настоянной на травах, делая их мягкими и блестящими. Эва лежала в ванной, словно богиня, принимающая поклонение своих слуг. Она чувствовала себя сильной, красивой и уверенной в себе. В этот момент она забыла о своих проблемах и заботах, наслаждаясь лишь моментом покоя и умиротворения. После ванны Эва вышла из комнаты, чувствуя себя обновленной и полной сил. Она была готова к любым испытаниям, которые ждали ее впереди. Ванная комната в храме Амона стала для нее не просто местом для омовения, а святилищем, где она могла восстановить свою энергию и обрести гармонию с собой и миром. Подготовленное Меритатон платье Эва надела на себя. Наряд выполнен в оттенках красного. Основной тон – насыщенный, глубокий красный, который символизирует страсть, власть и величие. Основой наряда является длинное платье с рукавами-колоколами. Ткань платья – легкая и струящаяся,  шелк  позволяющий одежде красиво драпироваться. Поверх платья надета накидка или жилет, богато украшенный вышивкой золотыми нитями. Вышивка имеет сложный, растительный орнамент, создавая ощущение роскоши и изысканности. На груди, сбоку, наряд украшен круглой брошью, выполненной из золота или позолоченного металла. Брошь имеет форму  солнца, добавляя образу сияния и великолепия. На шее надето массивное ожерелье из серебра или белого золота, украшенное драгоценными камнями. Ожерелье имеет сложный, ажурный дизайн, подчеркивающий красоту шеи и декольте. На голове надета золотая корона, украшенная драгоценными камнями. Корона имеет форму венца из листьев или цветов, символизируя власть и величие. В ушах серьги, длинные, изящные, скорее всего, выполненные из серебра или белого золота, перекликающиеся с ожерельем. Наряд создает образ знатной, влиятельной и уверенной в себе женщины. Он сочетает в себе элементы роскоши и элегантности, подчеркивая ее высокий статус и безупречный вкус. Красный цвет символизирует ее страстную натуру и готовность к действию, а золото и драгоценные камни – ее богатство и власть. Меритатон  держала в руках длинный лёгкий красный платок. - Госпожа, я закреплю его на голове, на короне. Чтобы прикрыть ваше декольте. - Меритатон закрепила платок и осторожно закрепила его в области груди оставляя шею открытой, а декольте закрытой. Эва посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась. Да, это иммено то что она хотела. - Все готово? - Эва наносила масло на шею и через зеркало общалась с Меритатон. - Да госпожа. Вас ждем. - Меритатон помогла нанести масло и они выдвинулись на улицу. На улице их ждали сопровождающие. Увидев Кени и Иту девушки переглянулись. Преобладающий цвет - насыщенный багровый, с золотыми и черными акцентами. Песочные оттенки, напоминающие о пустыне.  Верхняя часть - массивный нагрудник, стилизованный под грубую броню, украшенный символикой Сета. Широкий пояс с массивной золотой пряжкой в виде скарабея. Штаны из плотной ткани, удобные для передвижения. На руках тяжелые золотые браслеты с гравировкой имени Сета. На голове - стилизованный шлем, напоминающий рога мифического животного Сета, частично закрывающий лицо.Булава заменена на массивный цеп с шипами, тоже багрового цвета с золотыми вставками. Так выглялил Иту. Ему жто придавало еще более мужественный вид. А вот наряд Кени уже одним взгядом устрашал. Черный, темно-красный, с вкраплениями золотого, имитирующего песчаную бурю. Плащ из грубой ткани, имитирующей разорванные пески пустыни, с изображением глаза Ра в темной вышивке. Под плащом - подобие египетской набедренной повязки (схенти) из кожи, усиленной металлическими пластинами. Лицо раскрашено багровыми полосами, напоминающими разломы в земле после землетрясения. Тяжелые сандалии с высоким голенищем, украшенные золотыми символами Сета. Вместо булавы - двуручный меч, стилизованный под хопеш, но с лезвием из темного камня, искрящегося энергией. Советники поклонились. - Все готово госпожа. Мы доберемся на колеснице до берегов Нила, а там мы переберемся на западный берег. Палящий зной сменяется багряным заревом. Последние лучи солнца окрашивают песок в алый цвет. Измученные путники, с трудом переставляя ноги, наконец видят Нил. Река, словно кровь, отражает умирающее солнце. Сойдя с колесницы Кени подал руку Эвтиде и помог залесть в лодку. Лодка скользит по темнеющей воде. Солнце, погружаясь за горизонт, бросает на западный берег длинные, зловещие тени. Закат расцвечивает небо невероятными красками, но тьма уже близка. Каждый взмах весла приближает к неизвестности, таящейся в надвигающейся ночи на западном берегу Нила. И вот он. Сет-Маат. Эва помнила всю дорогу от берега до того проклятого оазиса, где повстречала  Сета. - Здесь идти не долго госпожа. - Иту вышел вперед вместе с Кени и повели девушек вдоль узких троп. На встречу предвкушению. Дойдя до оазиса Эва обошла двух мужчин и прошла первой в уединеный оазис. Пышный, но спокойный оазис. Пышные пальмы и банановые деревья отбрасывают длинные тени, а небольшой водоем отражает закатное небо. Песчаные дюны виднеются вдалеке, напоминая о бесплодной пустыне, окружающей этот маленький рай. Закат окрашивает небо в нежные оттенки розового и лаванды, создавая теплую и безмятежную атмосферу. На том самом месте стоял Сет. Так же с капюшоном на голове и повернутый к ней спиной. - Ну надо же, твои слуги гораздо более сговорчивее чем его величество господин Сет. Кланяться не буду я здесь для последнего с тобой разговора. Прекрасное место, здесь встретились, здесь и распрощаемся. - Эва быстрым шагом пошла ближе с вытянутой рукой назад, призывая служанку и советников оставаться на своих местах.