Тайна ласточки

Начало лета. На улице яркое солнце с несильным ветерком, отличная погода. Вокруг природа, которая во всю цветёт и блестит от солнечного света. Кажется, время для отличного настроения. И оно, возможно, было бы у Антона, если бы не одно но.. ‎Сейчас большой автобус, забитый детьми, остановился у ворот огромного здания. ‎ ‎Лагерь «Ласточка». ‎ ‎Шастун, смотрящий в окно, нервно взглотнул. Здесь ему придётся провести целый месяц. И всё благодаря его любимой мамочке. Парень по жизни был, мягко говоря, малообщительным. Он ненавидел всякие шумные компании, многолюдные места. А теперь оказался здесь. В месте, где куча народу, где нужно, хочешь ты этого или нет, общаться хоть с кем-то. Отправили его сюда под предлогом:"Это твой последний шанс, больше путёвок не дадут!" Ага, как будто Антону нужен этот последний шанс. Он был бы рад провести последнее беззаботное лето и в одиночестве, гуляя по очередным заброшкам и крышам, которые он так любил. Уже через три месяца Антон перейдет в одиннадцатый класс и начнётся возня с экзаменами, выпускным, аттестатом и прочей ерундой. ‎Двери автобуса открылись и дети стали выходить. Оказавшись на улице парень тут же осмотрелся вокруг. Старые, кажется, немного проржавевшие ворота, сверху которых огромными буквами написано название лагеря. Антон вынул из ушей наушники, убирая их в карман. Вожатые диктовали списки. ‎ ‎— Шастун! — послышался громкий мужской голос, который заставил подростка наконец вернуться из своих мыслей в реальность. Он, сжав в руке ручку чемодана, лениво потащился к мужчине, около которого стояло уже  несколько человек. Хотя, признаться честно, его сложно назвать мужчиной. Выглядит этот вожатый довольно молодым. Лет девятнадцать максимум, точно не больше. Коротковатые тёмные волосы, торчащие из-под кепки, немного нахмуренные сосредоточенные брови, глубокие ярко-голубые, словно океан, глаза, бегающие от списка к детям. ‎ ‎Когда весь отряд был на месте он, ещё раз просмотрев список, наконец-то заговорил. ‎— Так, первый отряд. Я ваш вожатый – Арсений Сергеевич. Сейчас вас расселят по комнатам, у вас есть два часа, чтобы разложить вещи. После этого будет обед. Потом тихий час, свободное время, ужин в пять и дискотека в шесть вечера. После этого свечка, на ней расскажу расписание на следующие дни. — спокойно проговорил парень. Его голубые глаза пробежалась по отряду детей, которых, конечно, сложно таковыми назвать. Ему достался самый старший отряд и Арсений даже не знал, ему стоит радоваться или плакать. Взгляд на пару секунд остановился на самом высоком парне. Худощавый, с русыми кудряшками, зелёными, как изумруды, глазами. Пряди его волос блестели и переливались на солнце. Пухлые, немного искусанные губы. По тому как подросток прячет глаза, жмётся, можно было догадаться, что ему не очень комфортно. ‎ ‎Лагерь выглядел даже очень хорошо. Было несколько детских площадок, беседки. Большой корпус, где и поселили всех детей. Прямо напротив него было ещё одно здание – столовая, а на верхних этажах были ещё комнаты, куда пару дней назад заехали вожатые.  Дальше, за зданиями было что-то типо арены – большая сцена, напротив которой было множество сидений, поднимающихся вверх. ‎ ‎Первый отряд заселили на третий этаж. Они поднялись, разошлись по комнатам. Антон уже подумал, что ему, кажется, повезло, ведь его поселили в комнату, где живут по двое человек, в то время как остальные будут жить по четверо. Он, зайдя в комнату, заметил невысокого парня, который по сравнению с Шастуном, который был почти два метра, выглядел совсем низким. Короткие тёмные волосы, карие глаза, скрытые под прозрачными очками. Он уже занял одну кровать и раскладывал вещи, роясь в сумке. ‎ ‎— Привет! Дима. — улыбнулся парень, протянув руку. Антон пожал её, натянуто улыбнувшись. ‎ ‎— Антон. — единственное, что смог выдавить парень из себя. Он бросил чемодан на соседнюю свободную кровать, открыл молнию. Примерно полчаса они молча раскладывали свои вещи, осматривая комнату. Светло-жёлтые стены, не очень просторная, с окном, выходящим прямо на здание напротив, и балконом. Одна кровать стояла у стенки, где далее шла дверь в коридор. Другая, кровать Антона, стояла прям под окном. Рядом с каждой кроватью была небольшая тумбочка, стоящая так же у стены, в ногах. И какой дебил ставит тумбочку у конца, а не у начала кровати? Напротив у стены стояло два небольших шкафчика, прижатых друг к другу, а поодаль была дверь в ванную комнату. Она была ещё меньших размеров. Раковина, сверху неё зеркало с полочкой, чуть дальше туалет, а в углу душ с двумя полочками на стене. Выглядит относительно неплохо. ‎ ‎Антон, управившись со своими вещами, вышел на балкон. Вздохнул, уперевшись на перила руками. Ему быть здесь целый месяц. Целый, сука, месяц. Пальцы парня сильнее вцепились в железные перила. Взгляд бегал по территории лагеря – детские площадки, неизвестное для парня здание напротив. Людей не было, всем было не до этого. Дети только приехали, поэтому сидели по комнатам, разбирали вещи, знакомились. Вожатые заполняли всякие бумаги, готовились к мероприятию, предстоящему этим вечером. Открытие смены. Дети, конечно, ещё не знают об этом, а вот вожатые уже вынесли весь мозг друг другу с этим мероприятием. ‎ ‎Спустя время ребят сводили на обед. И там парень наконец узнал, что таинственное здание напротив – это обычная столовая. Осталось выяснить, что за комнаты на верхнем этаже, ведь Антон видел там балконы. Конечно, он предполагал, что это корпус вожатых, но всё же. После обеда Арсений привёл отряд в беседку и объявил, что им нужно выбрать командира – тот самый "ответственный" человек из отряда, который будет возиться со всякой хренью, помогая вожатым. В отряде, на удивление, никто не проявил инициативу. Действительно, чего можно было ожидать от старшего отряда. ‎ ‎— Ладно, раз никто не хочет, я выберу сам. — вздохнул Арсений. Голубые глаза пробежалась несколько раз по отряду и остановились на парне, который опустил голову вниз, нервно теребя кольца на пальцах. Из-за кудрей даже и не было видно его лица. — Шастун! ‎ ‎— Я? Нет! — тут же выпалил парень, поднимая широко распахнутые зелёные глаза. ‎ ‎— Это был не вопрос. Я не намерен сидеть тут с вами три часа, стараясь уговорить хоть кого-то. Я сказал ты – значит ты. — кажется, даже немного раздражённо, проговорил вожатый. Командир, который и с людьми то заговорить боится. Шикарно, не правда ли? — Так, отряд в корпус, а ты, командир, за мной. ‎ ‎— Сука.. — прошипел парень себе под нос, вставая с лавочки. Ну и набегается он за этот месяц. ‎ ‎Антон послушно шёл за вожатым хвостиком, даже не задавая вопросов. И что ему делать? Теперь же всё, что только можно, вешать будут на него. Кошмааар. ‎ ‎— Арсений Сергеевич.. — наконец-то, неуверенно подал голос младший. Он нервно перебирал кольца на пальцах, смотря под ноги. Арсений, не останавливаясь, повернул голову. ‎ ‎— Да? ‎ ‎— Можно вопрос задать? — тихо спросил Антон, не поднимая глаз на парня. Тот бросил взгляд на подростка, немного заинтересовавшись. И, услышав тихое "Ага", он продолжил. — Почему именно я? ‎ ‎— Честно? — уголки губ вожатого растянулись в улыбке. Он усмехнулся, наконец-то отвечая на вопрос. — Ты единственный, чью фамилию я запомнил. ‎ ‎Зелёные глаза наконец посмотрели на Арсения, тут же встречаясь взглядом с его голубыми омутами. Антон немного удивился такому ответу. ‎ ‎— Почему? — неуверенно тихо спросил он, продолжая снимать и надевать кольцо на пальце. Взгляд Арсения метнулся на руку парня, замечая эти действия. Он улыбнулся, пожав плечами. ‎ ‎— Не знаю. Просто.. — вожатый замолчал на несколько секунд, обдумывая вопрос. — красивая фамилия. Я такой ещё не слышал.. А как тебя зовут, кстати? ‎ ‎— Антон. ‎ ‎— Я запомню. — уверил парня Арсений, легко улыбнувшись. Он даже еле заметно кивнул головой, как бы подтверждая свои слова. ‎Парни подошли к зданию, тому самому, что было напротив корпуса, где жили дети. Вожатый открыл двери, шагнул в сторону, пропуская Шастуна вперёд. Они зашли в коридор, поднялись по лестнице. Бегая глазами по сторонам, парень наконец осмелился снова заговорить. ‎ ‎— А куда мы идём? ‎ ‎— Ко мне. — совершенно спокойно ответил вожатый, словно так и надо было. Антон мог бы подумать, что он шутит, но это совершенно не было похоже на шутку. Арсений повернулся на парня и, заметив его нервозность, усмехнулся, добавляя. — Нам нужно кое-что взять и потом ты поможешь мне подготовиться к вечернему мероприятию. ‎ ‎— У нас сегодня вечером мероприятие? Вы об этом не говорили. — спросил Антон, удивлённо вскинув брови. Не менее удивлён он был от того, что ему придётся помогать с подготовкой к мероприятию. Он никогда в жизни до этого не был в лагерях и не знает, как тут всё происходит. Отличная роль для первой и, слава богу, последней поездки в лагерь. Просто шикарно! Антон уже даже мысленно успел обматерить своего отца, от которого ему и досталась фамилия, которая так заинтересовала Арсения. ‎ ‎— Да, мы не сообщаем об этом детям заранее. Ну, не считая тебя конечно, ты всегда всё будешь первым узнавать, благодаря своему званию. — на последнем слове вожатый усмехнулся. Комик долбаный. Очень смешно. — Сегодня вечером открытие смены. ‎ ‎Парни поднялись на третий этаж. Антон молча шёл за вожатым, оглядываясь. В принципе, коридор выглядел так же, как и у них. Только в корпусе отрядов на каждом этаже был один большой холл, чем здесь не было. Да и логично, это не нужно вожатым. Он зашёл в комнату за Арсением, прикрыв дверь. Остановился в дверном проёме, так же оглядываясь. По интерьеру комната была такой же, как и у Антона. Только, кровать была одна, шкаф и тумба так же. Значит, вожатые живот по одному.. Козлы. Повезло же им. Арсений опустился на корточки,отчаянно роясь в своей тумбочке. Спустя несколько минут он выпрямился, в руках была какая-то потрёпанная тетрадь и несколько разных, кажется, первых попавшихся под руку, ручек. ‎ ‎— Идём.

***

Около четырёх часов Антон провёл с вожатым. Тот рассказал, как будет проходить мероприятие, объяснил, что требуется от самого парня. В той самой тетради они набросали кучу планов, перечеркали примерно половину из того, что писали. И, как бы Шастуну не хотелось, ему нужно было взаимодействовать с Арсением. И нет, дело тут не в том, что он не хочет взаимодействовать именно с ним. Дело в том, что парень в принципе не собирался ни с кем взаимодействовать в этом лагере, а уж тем более занимать такую должность. Но ему, как обычно, очень улыбается удача. Точнее, просто смеётся прямо ему в лицо. Когда они, кажется, закончили со всей этой чепухой, Антон устало вздохнул, откинувшись на спинку лавочки, где они сидели. ‎ ‎— Устал? — спросил вожатый, улыбнувшись краями губ. Его взгляд остановился на взъерошенных волосах парня. Под солнцем, которое потихоньку стало пропадать, его кудри блестели так, словно они золотые. Антон в ответ лишь молча кивнул. — И это только первый день, Антон. ‎ ‎— Да ну.. — фыркнул подросток. — И зачем вы меня выбрали? Это издевательство! ‎ ‎Арсений тихо посмеялся, листая ту самую тетрадку. За эти часы она так надоела Шастуну, что он даже подумал о том, что она, скорее всего, теперь будет сниться ему в самых страшных кошмарах. ‎ ‎— Мне показалось, что ты сможешь справиться с этим. И, думаю, я не ошибся. Ты очень ответственно относишься, умно рассуждаешь. Ты отлично подходишь на эту роль, не понимаю, почему ты сам не захотел проявить инициативу. ‎ ‎— Вы плохо меня знаете. — усмехнулся Антон. Он особо не принял всерьёз эти слова. Казалось, как будто Арсений ему просто льстит. ‎ ‎— Разве страх общения – это помеха для проявления себя? — спросил парень, переводя взгляд прямо в зелёные глаза. Антон после этих слов расстерянно похлопал ресницами. — Я вижу, что ты.. не очень общительный, мягко говоря, я всё понимаю. Но я говорю тебе правду, ты достоин такой ответственной роли. Прекрати уже бояться. ‎ ‎Антон лишь вздохнул и фыркнул. Сложил руки на груди, смотря в одну точку. Легко сказать. А вот вы попробуйте! Парень хотел бы сказать это вслух, но не стал. Какой смысл спорить с вожатым, тем более когда ты будешь проводить с ним большое количество времени? Это даже звучит пугающе. Проводить с ним много времени. И постоянно заниматься отрядом, подготовкой к мероприятиям, и прочим. Это ещё страшнее.

***

‎Время тянулось ужасно долго, но вот, наконец-то, наступил вечер. Всё отряды собрались на арене. Арсений отправил своих сесть на дальние ряды, и Антон уже хотел пойти вместе со всеми, как вдруг его остановили, схватив за запястье. Парень вздрогнул, нервно взглотнув, сдерживаясь, чтобы не зашипеть. Ну кто так, сука, делает?! ‎ ‎— А ты со мной вниз сядь. — почти приказал вожатый. Шастун обернулся, недоумевающим взглядом смотря на него. — Потом поймёшь, садись. ‎ ‎И он правда потом понял. ‎Началось всё скучно – какая-то банальная речь директора, потом представили всех вожатых. ‎Арсений Сергеевич Попов. ‎Мм, Попов, значит.. ‎Дальше были все речи, выступления вожатых, которые Антон уже сам знал наизусть, благодаря этой дурацкой подготовке. Но потом все вожатые вернулись на места, директор стал говорить речь, которую, на удивление, парень не видел в плане. Он сказал что-то про.. командиров?! Твою мать, ему, что, придётся ещё и выходить на сцену? Не дай бог... ‎ ‎— Первый отряд. Шастун Антон Андреевич! — послышался громкий, уже привычный за этот час, голос директора. Парень недоумевающим взглядом посмотрел на вожатого, который тут же фыркнул "Иди давай!", легонько подтолкнув того в спину. Сердце стало биться быстрее, ладони резко стали насквозь мокрыми. Он, конечно, пошёл. Антон, кажется, совсем не слышал ничего после своей фамилии, в ушах словно была вата. — ..по традиции каждый командир носит красный галстук. ‎ ‎Так вот почему Арсений буквально требовал, чтобы Шастун пришёл на это мероприятие в рубашке. Антон нервно взглотнул, смотря на мужчину, стоящего теперь так близко. Он взял красную ленточку, завязывая её парню. Теперь он был похож на тех самых пионеров из СССР, о которых смотрел несколько фильмов.