Не задалась неделька

Брок закончил разговор с куратором и зажал служебный телефон в ладони. Неделю назад директор ЩИТа Фьюри приказал отряду Страйк как можно скорее приручить приучить Капитана Америка к реалиям нового времени. Все-таки почти век прошел с того года, как капитан впал в анабиоз и пережил экстренную посадку во льдах Арктики. Усложнилась техника. Люди придумали много новых видов вооружения. Вдобавок, Фьюри хватило одного взгляда на то, как капитан безобразно молотит боксерскую грушу, чтобы понять, что технику рукопашного боя ему никто не ставил. Директор Фьюри щедро выделил для отряда огневой поддержки целый загородный дом, обставленный по последнему слову техники. В нем даже входная дверь открывалась только после сличения сканером отпечатков пальцев. Сенсорное освещение, микроволновая печь и духовой шкаф, индукционная плита, плазменный телевизор с подключенным Нетфликсом. Учитывая, что Капитан-Прошлый-Век вряд ли умел пользоваться чем-то сложнее чайника со свистком, идея разместить его в доме с «умной» системой выглядела издевательством. *** Стоило притормозить у дома служебному джипу с едва заметной эмблемой ЩИТа на дверцах, как Брок вышел на крыльцо: изобразить воодушевление и готовность. Первым из машины вышел рослый привлекательный здоровяк в безвкусном прикике канадского лесоруба. За ним выскользнул неприметный агент в черном костюме — куратор и серый кардинал Щита, Фил Коулсон. Вежливо кивнув в знак приветствия, Коулсон протянул для подписания свежий приказ о назначении отряда Страйк группой сопровождения капитана Роджерса. Лейтенанту Рамлоу он вручил перьевую ручку для подписания. У Брока возникла неприятная ассоциация, что он принимает Капитана как ценную вещь, по товарной накладной. «Груз доставлен в целостности, видимых изъянов нет, принимающая сторона претензий не имеет». Получите — распишитесь. Копаться во внезапно проклюнувшийхся душевных переживания было не место и не время. Он поставил свою подпись и вернул Коулсону его планшет и понтовую ручку. Капитан в это время с ничего не выражающим лицом разглядывал двухэтажный дом. С собой у него была лишь спортивная сумка с длинным ремнем через плечо. Стоило помощнику Фьюри уехать, как напряженные плечи здоровяка заметно расслабились. — Напугал вас Коулсон? — Он сказал, что наблюдал за мной, пока я спал в медицинской палате, — вырвалось у Роджерса чуть ли не жалобно. Брок против воли представил себя на месте Роджерса и его крупно передернуло. — У вас будет своя комната, капитан. Меня зовут Брок Рамлоу, звание старший лейтенант. Я на работаю на ЩИТ, в качестве командира группы огневой поддержки Страйк. Мы будем жить в этом доме с вами, в течении трех недель, отведенных для вашей реабилитации. — Мы? — Я, мой заместитель младший лейтенант Роллинз, а также мои бойцы МакКиннон, Таузиг, Вифельсон. Он не стал добавлять, что трое будут спать в доме, еще двое — в пристройке для охраны, следя за территорией, прилегающей к дому, а большая часть отряда будет ютиться на улице, в спальниках, охраняя большой участок периметра. — О. Хорошо. Это привычно. Говоря с ним, Роджерс безошибочно повернул голову, когда за его спиной открылась дверь. Слух у него был, как у лисицы, это стоило запомнить. На крыльцо высыпали бойцы, из тех, кого Брок назвал. Прочие уже сутки как окопались по периметру: маловероятно, что Роджерс решится сбежать, но лучше перестраховаться. Дальше Брок поименно представил бойцов Роджерсу. И конечно, тому надо было вылупиться на Мэй, единственную женщину в отряде. Еще и ручку ей полез целовать, со всей старомодной галантностью, которая МакКиннон ни в какое место не уперлась. Пришлось даже напомнить капитану, что никаких «мисс» тут нет, только бойцы. Вроде, с первого раза дошло. Потом он провел Роджерса по всему дому, начиная от подвала с прачечной и небольшим тренажерным залом, до чердака. Показал Капитану его спальню и оставил разбирать сумку с вещами. Брок дал себе день передохнуть и набросать план обучения Роджерса. Капитана он не беспокоил, да и тот никому на глаза не попадался, отсиживаясь в отведенной комнате. Только вечером, обходя дом, Брок заметил мелькнувшую в коридоре первого этажа плечистую тень. Ведомый интуицией, он свернул на кухню. В холодильнике поубавилось сырых овощей, а в мусорном ведре нашлась пустая литровая бутылка йогурта. Скромно для ужина, особенно для суперсолдата. Ни микроволновкой, ни кофе-машиной, по всей видимости, Кэп не пользовался. Ясно все с ним. *** А серым предрассветным утром Брока снесло с кровати звонком от Вифельсона, орущим о том, что Роджерс пустился в бега. Вышел легко одетым, в кроссовках, без вещей и с места стартанул так, то только комья земли в стороны сыпанули. С камер во дворе исчез за две секунды, а камеры, рассованные на деревьях по периметру, охватывают круг радиусом в три мили и Роджерс стремительно несется к границе этого круга. Через тридцать секунд Брок, как был — в пижамных штанах, упал за руль джипа и провернул ключ в замке зажигания. Направление у него, благодаря Вифельсону, было. Роджерса он увидел через десять минут. Тот несся по трассе, словно собирался установить новый олимпийский рекорд. Беги он по лесу — хрен бы его кто догнал, скорее уж машину разбили о некстати подвернувшееся дерево. Брок обогнал суперсолдата, выкрутил руль вправо и перегородил джипом дорогу, благо раннее утро способствовало тому, что обе полосы пустовали. Открыв дверь, и выскочив на дорогу босым, он заорал подбежавшему Капитану: — Роджерс, какого черта вы творите?! — Бегаю, — односложно ответил Роджерс, мгновенно притормозив. Смерив полуголого Брока долгим взглядом сверху-вниз, он соизволил добавить: — Я всегда совершаю пробежку по утрам. — Пробежку, — повторил Брок, привалился голой спиной к холодной дверце джипа и сжал переносицу. Роджерс за пятнадцать минут отмахал четыре с лишним мили, гребаный марафонец. — В другой раз сообщайте заранее, чтобы вас сопровождали. — Кому? — спросил Роджерс с долей раздражения в голосе. — Я проснулся около шести часов, когда остальные люди в доме крепко спали, я слышал их ровное дыхание. И как вы представляете сопровождение меня обычным человеком? На машине? На моих плечах? И уставился на обтянутые шелковыми штанинами ноги Брока, словно что-то прикидывал. Как они смотрелись бы на его плечах, наверное. О, господи, Броку нужна ванна из кофе. — Мне нужен кофе, — простонал Брок, усаживаясь назад во внедорожник. На плечах Роджерса он мог представить только легковесную Мэй, а та ненавидела ранние побудки. За простреленные колени капитана Роджерса Броку придется отвечать и перед директором Фьюри и перед министром Пирсом. На пассажирское сиденье забрался Роджерс. Видимо, набегался и назад в дом хотел вернуться с комфортом, и чтобы классный зад грело сиденье с подогревом. Верный Роллинз ждал у крыльца, медленно моргая и куря. В отличие от Брока, он спал в трениках и еще накинул на голые плечи форменную футболку. Но в целом он выглядел так, как и должен был выглядеть человек, сдернутый с койки в неурочный час, лохматый и небритый. Роджерс даже не изобразил раскаяния, проходя мимо Роллинза и входя в дом. Брок выразительно посмотрел на сигарету в руках Джека (пепельницей тот не озаботился) и вошел следом. Надо же было проследить, чтобы Роджерс нашел себе дело или найти его самому. Проходя мимо кухни, Роджерс забавно задергал носом: пахло вареной курицей. Сонная Мэй ковыряла вилкой размокшую пакетированную лапшу в пиале, хмуро глядя в окно: ее, как и всех бойцов, подняли по тревоге, оказавшейся ложной. Роджерс с голодным интересом присмотрелся к содержимому пиалы и мимолетно скривился. Брок его понимал, но не настолько, чтобы самому готовить на несколько ртов, когда морозилка была забита готовыми обедами. Для того чтобы научить Кэпа пользоваться индукционной плитой, хватит и замороженных рыбных палочек. Роджерс ушел к себе, в гостевую спальню. Хозяйские комнаты занял Брок, на правах командира. К тому же, к ней примыкала хорошо оборудованная ванная комната. И только потом понял, что теперь должен делить ее с Джеком и Мэй. Джек и Мэй заняли небольшие комнаты на первом этаже, тоже полностью меблированные, но уже без примыкающих санузлов. Выбора у них не было, кроме как тащиться на второй этаж, в хозяйские покои. Пришлось установить график посещений: Брок сразу предупредил, что не потерпит ссанья в кухонную раковину. Приняв быстрый прохладный душ, Брок взбодрился, но не проснулся полностью. Спустившись на первый этаж, он уловил аромат жареных яиц. С другой стороны коридора показался принюхивающийся Джек. Значит, завтрак готовила Мэй? А что же лапша? — Извинительный завтрак, — провозгласил капитан, когда все трое заглянули на кухню. Роджерс выставил на стол нарезанный хлеб и колбасу, листья салата и помидоры на сэндвичи, стряхнул на четыре тарелки четыре бело-желтых круга. Удивленный, Брок посмотрел на яичницу с зеленью, засыпанную мелко рубленным сыром. Оказывается, что-то Роджерс все-таки умеет сам: например, включить плиту. Он не ждал от него таких навыков так скоро, но не собирался отказываться от халявного завтрака. Как и Джек, как и Мэй. На какое время бойцы стихли, насыщаясь вполне прилично приготовленными жареными яйцами: Кэп умудрился обжарить каждую яичницу с двух сторон. Потом Брок привычно заправил кофе-машину капсулами и машинально выбрал режим «американо», который привык пить дома. Роджерс наблюдал, но вопросов не задавал, за что Брок был признателен почти так же, как за яичницу: до чашки кофе он был не человек, а ворчливый и злобный дед. Когда завтрак был закончен, Роджерс начал на полном серьезе перетаскивать грязную посуду в раковину. Брок вздохнул. Джек встал и молча загрузил всю посуду, до последней ложки, во встроенную посудомоечную машину. Роджерс внимательно наблюдал за последовательностью. Если верить досье на суперсолдата, обучаемость у него должна была быть запредельной, но за три недели впихнуть в голову столетнего сопляка азы тактики, рукопашного боя, владения огнестрельным оружием, туда же минимальная социализация в виде знакомства с политической картой мира, мировой историей за семьдесят лет — представлялось нереальным. Даже если все бойцы отряда снимутся со своих мест и будут учить в три смены. Зачем Фьюри такая спешка? Кэпа могут перехватить? Кто? Он может передумать работать на ЩИТ и свалить в Канаду? Сам пошутил, сам и посмеялся. Брок уловил момент, когда Роджерс посерьезнел. Капитан с юным лицом и глазами ветерана сел за стол и сцепил руки в замок. — Как вы видите наше взаимодействие? — прямо спросил Роджерс. — В течении трех недель мы будем учить вас тому, что сами умеем. Конечно, не углубленно — успеем только по верхам пройтись. — Брок с озабоченным выражением лица покачал головой, демонстрируя, как он недоволен действиями директора и как ему страшно жаль, что он ничего не может с этим поделать. — Не спрашивайте, почему нам с вами выделили так мало времени, я не знаю, и уровень доступа у меня не тот, чтобы директора ЩИТа расспрашивать. По истечении этих трех недель вы вернетесь в Вашингтон. — Вы будете учить меня как солдаты или как люди? Брок на несколько секунд впал в натуральное недоумение. — Простите, я неверно подобрал слова. Вы будете учить меня быть современным солдатом или современным человеком? Я так понял, что время у нас есть на что-то одно. — В смысле пичкать мемами, отсылками к фильмам и требовать посмотреть-послушать? — первой догнала, как ей оказалось, Мэй. — В работе просмотр трилогии Властелина колец никак не пригодится. Но я мастер по борьбе капоэйра. Для нее нужна и сила, и гибкость, в вас этого с лихвой. Мы сделаем из вас заготовку под солдата, Ник… то есть Фьюри, не подкопается. Брок наблюдал за лицом Роджерса, надеясь уловить микро-жесты, которые подскажут ему, какие эмоции тот испытывает. Вот нижняя челюсть Кэпа расслабилась, когда он прекратил стискивать зубы. — Хорошо, приступим. Каков план занятий?