Сборничек

- Что за бардак ты здесь развела? - начальница обвела злобным взглядом вылизанную почти до стерильного состояния приемную, скривила напомаженнный рот в болезненном оскале, разве что слюной не начала брызгать. - Приберись тут! Ураганом пронеслась в собственный кабинет, рявкнув через плечо: - И кофе мне сделай! - Да, мэм. Конечно, мэм. Аидела неторопливо приблизилась к кофеварке, напевая под нос тягучую песню без слов. За дверью у Элинед грохнуло. Стул под горячую руку попался? Аидела смахнула несуществующую пыль с сияющего медью подноса и достала из шкафчика чашку с блюдцем. Тягучая песня не прервалась ни на секунду. Элинед откинулась на спинку кресла, полуопустив отяжелевшие веки. Уже не фонтанировала во все стороны бессильной яростью, казалась погруженной то ли в лёгкий транс, то ли в сонный ступор. Аидела поставила медный поднос на край стола. - Ваш кофе, мэм. Начальница заторможенно кивнула. Прикрыв дверь кабинета с обратной стороны, девушка едва слышно протянула : - Кааак интересно… До нее у Элинед сменилось один за одним пятнадцать секретарей. Мало кому удавалось выдержать больше года; впрочем, один особенно сильный протянул целых три. Но все равно сбежал в итоге, бессознательно стремясь сохранить хотя бы остатки жизненной силы. Поговаривали, что даже кто-то из королевской четы выразил недоумение, а то и недовольство подобной текучкой в отделе кадров. Аидела казалась подарком судьбы. Во время собеседования, раздумчиво отвечая на вопросы, девушка чувствовала, как тычется в самую суть ее нетерпеливый, ненасытный хоботок, безуспешно пытаясь пробить тонкую серебристую сеть - кожу, можно сказать, ее истинной сущности. Аидела мило улыбалась и напевала про себя древнюю песнь, которой не нужны были слова. Эта должность… И эта начальница… Для Аиделы тоже стали в некотором роде подарком. Но все же, слишком она была молода. Мамочка - та уже давно бы выпила Элинед до последней капли. Но Аиделе приходилось пока выжидать. Накапливать потихонечку силы, наблюдать, а пока что - по возможности перехватывать потоки вечно голодной упыриной энергии. Соблюдая предельную осторожность, чтобы Элинед не заметила до поры. Очень уж сильна оказалась, опытна. При этом самонадеянна и гордыни переполнена, что только играло Аиделе на руку. Ей по-настоящему нравились драконы. И к младшему принцу девушка не испытывала ничего, кроме сочувственной приязни. Кто в юности не совершал глупостей? Вот и принц, по влюбленности ли, по наивности, а впустил упыриху в свою силу. Та и рада была присосаться покрепче болотной пиявки. Аидела могла бы отсечь канал, через который Элинед то и дело подпитывалась от Мая, но такое не прошло бы незамеченным. Упыриха насторожилась бы, врубила защиту на полную, а там и додумалась бы насчёт Аиделы. Слишком рано. Потому девушка лишь старалась при каждой возможности минимизировать наносимый ущерб. Элинед получала от принца едва четверть того, что способна была бы высосать без аккуратнейших манипуляций своей секретарши. Но сейчас все изменилось, причем как-то вдруг, без намеков и предупреждений. Упыриху буквально разрывало от злобы, каждое утро на голову молодой секретарши сыпались идиотские обвинения, грязнейшая ругань и выбросы черной, как безлунная ночь, упыриной ярости. Элинед худела. Темные круги под голодно горящими глазами не могла уже скрыть никакая косметика. Дорогой костюм не обтягивал увядающие, но ещё соблазнительные для какого-то формы, а висел, как на дрянной вешалке. Элинед явно нарвалась на того, кто оказался ей не по зубам. При этом не только условные зубы пообломав, но и лишив упыриху возможности хоть как-то питаться. Со временем, тварь, конечно, оправится. Если оно у нее будет, это самое время. Каждое утро, невозмутимо выслушав все, что отощавшая упыриха спешила излить на верную секретаршу, Аидела напевала свою песню и сосредотачивала силы. Она чувствовала - уже скоро. День начался с привычных уже воплей Элинед. На сей раз Аиделу обвинили в пропаже каких-то важных документов, которые нужны начальнице “ещё вчера”. Упыриха рвала и метала, но в глазах ее, кроме голода и злобы, отчётливо пробивался почти что животный страх. “Да”, - уверенно сказала себе Аидела, на автомате проделывая нужные манипуляции с кофеваркой. Сегодня песня не понадобится. Бесшумно проскользнув в кабинет начальницы, девушка поставила поднос на обычное место, но вместо того, чтобы так же тихо испариться, застыла напротив стола и впилась в потрепанную упыриху немигающим взглядом. Элинед в кинула глаза с недоуменным гневом. Попыталась подняться во весь рост, уперевшись ладонями в широкие подлокотники кресла. Рухнула назад как от сильного удара. - Тыыыы, - дернувшись в первой судороге, выдавила она. Аидела улыбнулась упырихе. Очень нежно. - Больно почти не будет. Обещаю. Перед тем, как вернуться в приемную и взяться за телефон, Аидела зашла на минуточку в туалетную комнату, вход в которую был так ловко замаскирован между двумя шкафами. Неудобно получится, если заметят сытый блеск ее светлых глаз. Да и губы подкрасить не помешает. Принц Май, проснувшись, словно бы от сильного толчка в грудь, рывком сел и заморгал быстро-быстро. - Все хорошо? - сонно спросил Мрак, пытаясь удержать ускользающее вслед за Маем покрывало. - Ты знаешь, да, - принц прислушался к себе и неопределенно хмыкнул. - Интересное такое ощущение. Как будто прорвалось что-то, какая-то цепь, что ли… - Если так, то не соизволит ли твое неповторимое высочество ещё немножечко поспать..? Уборщики утренней смены, занятые в коридорах Высокого дворца, напоминавшие обычно сонных мух, как-то разом встрепенулись. Сонную одурь будто рукой сняло, да и вокруг словно бы сделалось светлей, и дышать стало как-то свободно… - Окна, что ль, в галерее помыли? - озадачилась крепко сбитая бригадирша. - А что, девчата, сдается мне, за сегодня и два крыла осилим! Закрыв дверь приемной за офицером службы безопасности, Аидела вернулась в теперь уже бывший кабинет Элинед. Никто и ни в чем не обвинил маленькую милую секретаршу. Предварительно решили, что у начальницы сердце не выдержало. Ещё бы, ведь всю себя отдавала работе, образцовый сотрудник, столько лет на посту… Аиделе предложили пока что собрать личные вещи безвременно почившей начальницы в какие-нибудь коробки, чем девушка и собиралась заняться. Приблизившись к столу почти танцующей походкой, Аидела взяла фотографию в вычурной рамке. Сын Элинед, конечно же, будет присутствовать на погребении. Стоит, пожалуй, познакомится с ним поближе …