Сборничек

“В кинохрониках оно как-то скромней смотрелось’, - решил Мрак. В реальности он на полном серьёзе боялся ослепнуть. Ордена, украшения, начищенные бокалы, на полную мощность сияющие люстры; к этому прилагается шелест платьев, гул бесчисленных голосов, редкие взрывы хохота, терпкая смесь запахов - от лёгких цветочных духов до лукового амбре изо рта престарелого баронета. Величественно-доброжелательный принц Ноябрь, его прекрасная, хоть и чуть неуклюжая по понятной причине супруга, сногсшибательно красивая Сентябрь, Их Величества… В ту сторону Мрак старался лишний раз не смотреть, во избежание какого-нибудь конфуза. Это не считая многочисленных гостей. И, само собой, его высочество Февраль. В парадной форме, при всех орденах, горделивый и, как показалось Мраку, изнывающий от торжественной скуки. На принце Мае взгляд волфлинга отдыхал. По его скромному мнению, принц был прекрасен и без сверкающих побрякушек. Мрак волновался как никогда ещё в жизни: как же, это ведь первый официальный прием, на котором он присутствует как официальный личный помощник своего принца (прочие аспекты их отношений посторонних не касались, но, судя по заинтересованным, а то и откровенно ревнивым взглядам, как минимум половина гостей смотрела эти идиотские телешоу). Он старался выглядеть уверенным и собранным, но чувствовал себя не слишком уютно. - Ещё привыкнешь, - тихонько сказал ему Май, уличив минутку. - И не ревнуй, пожалуйста, когда я пойду танцевать со своей троюродной кузиной. - Не стану, - Мрак чуть нервно улыбнулся уголком рта. Он ведь знал уже, что почти каждый шаг венценосного семейства расписан заранее. Кто с кем рядом сидит, кто кого танцует… Чтобы не циклиться на незнакомой ему троюродной кузине, он сосредоточился на принце Феврале. Тот, выпрямившись, будто посох волшебника проглотил, с неестественной аккуратностью подцеплял на вилку крохотный кусочек чего-то, волфлингом неопознанного. Повара, естественно, расстарались, все блюда были оформлены с пафосным изяществом, но порции явно не были рассчитаны на стандартный драконий аппетит. “Чувствую, ждёт нас ночной дожор…” К своему удивлению Мрак понял, что такой вот чопорный, подчёркнуто воспитанный и отвратительно аккуратный принц Февраль ему совершенно не нравится. Не любимый, хоть и временами вредный, брат его принца, а какой-то надутый чужак. “Надеюсь, за нормальным ужином их высочество свернёт на себя полный соусник… Или я решу, что его подменили”