Сборничек

Февраль наматывал круги по апартаментам аки голодный коршун. Хотя чего-чего, а есть ему не хотелось - пока что. Ссоры с младшим он переносил по-разному, тут все зависело от повода. Иной раз хватало выпустить пар из ноздрей, ну или спалить что-нибудь ненужное - и Февраль снова был бодр, свеж и готов к свершениям. А бывало и как сегодня: распирающей изнутри виноватое раздражение и как следствие, бессонница и желание оторвать кому-нибудь голову. Возможно, себе любимому. - Тоже ведь не спит, - проворчал Февраль, в сотый раз огибая широкую постель. - Я ж тебя, братец, как облупленного знаю! Конечно, торчит сейчас Май в библиотеке, перебирает бумажки, не глядя, и терзается, не слишком ли перегнул нынче палку, отчитывая среднего. Хотя Февраль и вправду накосячил со своими благими намерениями. Но у младшего теперь имеется личный волфлинг, который и водички подаст, и в спальню отнесет на ручках, и колыбельную споет. Февраль живо представил себе сценку, коротко хохотнул и немедленно преисполнился ревнивой тревоги. - Да не сожрёт же он мелкого! Тут скорее Май от него пооткусит в случае чего. Валерьяночки выпить, что ли? Говорят, от нервов помогает… Да уж, Февраля никто на ручки не возьмёт, по голове не погладит и не скажет, что он самый-самый. И уникальный. И вообще. Обнять бы кого-нибудь да повздыхать в участливо поставленное плечо! Впрочем… Февраль ринулся к одному из шкафов. - Где-то я тебя точно видел… Естественно, видел: ведь сам и засунул сей предмет в гардеробные глубины, да и подзабыл. Вот он, большущий мягкий слон, сего-голубого цвета, с громаднейший и ушами и белыми бивнями. Кто-то из родни подарил слона мелкому ещё Маю, но тому игрушка не понравилась категорически. Младший орал, отбивался от бедного слоника всеми конечностями и даже огнем пару раз плюнул. Вот, прямо на хоботе старая подпалина. - Что ж, за неимением альтернатив и ты сгодишься, - Февраль похлопал слона, кое-как отряхивая от пыли и для пробы заключил в объятия. - Гм. Постирать бы тебя, приятель… Но это будет завтра!