Быть тобой

Нас засекли Открываю глаза и не понимаю, что произошло: в ушах звенит, и волнами накатывает тошнота. Пытаюсь сесть. Почему я лежу? Где Грейнджер? Что произошло? Неужели нас засекли и оглушили? У меня в руках зеркало — значит, я успел поймать его, и оно не разбилось. Оглядываюсь по сторонам и вижу себя, смотрящего на меня. Видать, хорошо приложился головой. Но мой глюк смотрит на меня широко раскрытыми глазами и ртом… Вот убогое зрелище! Стойте, почему я смотрю на себя? Смотрю на зеркало, которое всё ещё держу в руках… не моих руках, но растут они из моего тела. Какого… — Малфой? — говорю я себе. Точнее, тот я, что напротив, говорит мне: — Малфой, кажется, зеркало сработало! На нас… И я не понимаю, как это возможно, но мои глаза — его глаза — стали ещё больше, а грудь стала часто-часто вздыматься. И тут я слышу голоса на лестнице. — Надо уходить! Говорю я и пытаюсь встать, но поднимаюсь слишком быстро: тело маленькое и лёгкое, и я начинаю заваливаться набок. И тут я себя ловлю. Точнее, ловит меня Грейнджер, но находится она почему-то в моём теле. Потому что, судя по всему, я нахожусь в её. Как это произошло?! Мы стоим друг напротив друга. Это так дико — смотреть на себя не в зеркале. Оказывается, я такой высокий, что мне приходится задирать голову чуть ли не к потолку. Я протягиваю руку и трогаю своё лицо. Хоть фактически оно сейчас и не моё, но ничего не могу с собой поделать — я всё ещё в шоке. — Малфой, срочно надо убираться, времени нет! Они сейчас зайдут сюда и нас увидят. Что мы будем делать? — паникует она. Или я? Уже не понимаю. — Так… так… надо успокоиться. — Я спокойна, Малфой, нам надо уходить, — хмурит она мои брови. — Где плащ, Грейнджер? Мы сможем вдвоём спрятаться под ним? — Не уверена. На первом курсе, когда мы были поменьше, мы могли ходить под ним втроём, но ты себя видел? Точнее, меня, — показывает она на моё тело, в котором находится. — Ищи плащ, есть идея. Не то чтобы гениальная, но в таких условиях выбирать не приходится — чистая импровизация. Грейнджер находит куртку и трансфигурирует её снова в плащ. Я толкаю её в угол между окном и шкафом, говорю сесть на пол, а сам забираюсь к ней на колени — благо сейчас мой размер мне это позволяет — и накрываю нас плащом сверху. Я, взрослый мужчина, чувствую себя сейчас маленькой, хрупкой девочкой. Кто бы мог подумать… Убейте меня, если это не сделают Пожиратели. Ведьма крепко держит меня в объятиях и часто дышит. Подношу палец к своим губам, безмолвно прося быть потише. Она кивает и, глубоко вздохнув, задерживает дыхание. Слышим шаги возле двери. Я напрягаюсь в её объятиях. Она смотрит мне в глаза, медленно и тихо выдыхает. Одними губами произношу, что всё нормально, она кивает. И тут я понимаю, что у меня в руках нет палочки! У неё есть, а где моя? Я забыл её на полу. Я всё ещё держу зеркало, твою мать… Если они её увидят, то сразу поймут, кто тут был. Что же делать? Видать, я очень сильно напрягся, потому что хватка вокруг меня усилилась, и ведьма смотрит на меня непонимающе. Произношу одними губами: «Моя палочка», — и она вскидывает брови. Чуть повозившись, достаёт мою палочку. Я облегчённо вздыхаю. Когда она успела только? Умница. Сидим, ждём, когда нас обнаружат, но шаги отдаляются, и я понимаю, что тот, кто приходил, уже уходит. Нам повезло. Но мы ещё какое-то время не двигаемся. Мне в моих руках сидеть комфортно, но вся эта ситуация… Что же делать? Сжимаю в руках зеркало ещё крепче и мысленно прошу всё вернуть как было, но если бы всё было так просто. — Как думаешь, они ушли? — шепчет девушка. — Думаю, да. Может, за чем-то вернулись, но нам надо быстро уходить… После этого я скидываю с нас плащ и встаю с её колен. Со своих колен. Смотрю, как неловко поднимается девушка — со стороны выгляжу неуклюже. Киваю в сторону двери, что пора уходить, но тут она снова накидывает на меня плащ: — Сам же сказал не снимать, пока не выйдем отсюда, вот и не снимай! — Затем она даёт мне коробку, чтобы я убрал в неё зеркало. Только смысл его прятать? Я уже по уши в дерьме. — Выпрямись, я так не хожу. Если внизу кто-то выйдет из камина, они не должны понять, что это не я. — Как ты вообще ходишь, Малфой? У тебя что ноги, что руки — как лианы. — Ох, тебя ждёт сюрприз, у меня всё как лианы, — ухмыляюсь я, а на моём-её лице появляется румянец. Кажется, кто-то смущён. Выходим тихонько из комнаты и спускаемся по лестнице на первый этаж. Я ничего не слышу, видать, тот, кто приходил, точно ушёл. Подходим к камину, и я хватаю ведьму за локоть — точнее, хватаю себя за локоть, звучит ещё страннее, понимайте как хотите. — Дырявый котёл! — говорит Грейнджер, и мы снова переносимся в бар. Выйдя из камина, я снимаю плащ и отдаю его ведьме, сам всё ещё держу зеркало и озираюсь по сторонам, проверяя, не наблюдает ли кто-то за нами. — Поехали ко мне домой, там разберемся. Здесь опасно говорить об этом артефакте, кто-то может подслушать. — Хорошо, пошли на выход. Тут недалеко припаркована моя машина. — Твоя машина? Сначала квартира в магловском районе, теперь машина? Где Малфой и что ты с ним сделал? — так странно слышать фразу «где Малфой» от Малфоя. — Жизнь случилась, — говорю я и направляюсь к выходу. Мне даже не нужно оборачиваться, чтобы понять: она идёт за мной. Я её чувствую, как тучу, нависшую над головой. Буквально. Я раньше и не думал, что такой высокий, или что Грейнджер такая крошечная. Как они одолели Тома, вообще не понимаю. Со стороны наша парочка, наверное, выглядит очень странно: грозная маленькая ведьма, идущая впереди шагом, не соответствующим её росту, и неуклюжий огромный волшебник, нависший над ней сзади. Так мы доходим до моей машины. Я сажусь на водительское место и жду, когда она сделает то же самое, только на пассажирское. Пока она усаживается и пристегивается, я регулирую сиденье и высоту руля. — Вбей в навигатор адрес твоего дома, — киваю ей на панель. Она пишет адрес, и мы трогаемся с места. Весь путь до её дома проходит в молчании.