Молчание

      Свет в окнах спортзала тихонько раскрашивает холодный пол с помощью своих бело-желтых бликов. Летом солнце очень рано всходит, но несмотря на время, многие спортсмены уже начинают тренировки. Особенно Куроо, таскающий с собой команду. Нет, он не садист, не подумайте. Парень и сам был бы рад поспать подольше, а то лучше и до обеда, но такова жизнь в спорте. Если хочешь добиться самой вершины, то нужно выкладываться на всю. Тем не менее, прохладный ветерок в здании окутывал тела игроков, заставляя покрываться мурашками. Но несмотря на прохладу, как никак это Токийское лето, а значит с каждым часом жара накалялась. Такой «природный котел» ощущал каждый человек, но если бы у кого-нибудь была бы супер сила, позволяющая не чувствовать крайности температуры, он бы все равно заметил такие условия, благодаря скатывающемуся поту на лбах волейболистов. Да, ветерок становится уже далеко не прохладным и даже не теплым, а душным и тесным, как бы рассказал о своих впечатлениях после тренировки Куроо. Причем свет, ранее раскрашивающий разноцветное деревянное покрытие, стал назойливым и горячим. Как никак все имеет конец, особенно такие мучения по утрам, а потому закончились и тренировки. — Может сходим в ларек? — медленно протянул предложение с выдохом Тора, растекаясь на скамейке от усталости, из-за которой парень даже закрыл глаза.       Кай, напившись, убрал бутыль с водой от губ и слегка улыбнулся всем привычной улыбкой: — Неужели у тебя остались силы ходить?       Ямамото приоткрыл веки и с ухмылкой ответил, мол «ты-не ты, когда голоден». Рядом Кенма закатил глаза, вспомнив своего друга Шое, который готов был свернуть горы даже при безумной усталости, лишь подкрепившись какой-нибудь едой. В такие моменты Тора был очень похож на него.       Рядом со спортзалом находился небольшой магазинчик, где продавалось множество закусок, которые были бы по карманам даже самым бедным студентам. Присев на скамейку, команда принялась уплетать свои вкусности, иногда обсуждая различные повседневные дела. Жара уже не так душила, прохлада потихоньку возвращалась на улицы, словно разгуливая широким вальяжным шагом. Вместо дня наступал вечер, окутывая сумерками небо. — Нужно возвращаться в лагерь, ребят. — Куроо привстал со скамьи, немного повернувшись к своим друзьям, ожидая ответной реакции.       Те лишь кивнули головой и начали потихоньку собираться, забирая свои сумки с сидений. Фонари немного освещали тротуары улиц, дабы никто не потерялся. Только благодаря им и Луне кто-то мог заметить небольшую компанию, идущую в неизвестность для чужаков. Они также разговаривали о быте, но немного разбавляя шутками и анекдотами. Все же после еды парни оживились как следует, что даже не скажешь уже, что те устали после тренировки, да и вообще собирались скоро ложиться спать. Но пока остальные прохожие и могли раздумывать все это время насчет этих подростков, команда уже дошла до здания лагеря, где находилась их комнатка. Она представляла из себя достаточно просторную территорию, на полу которой находилось 10 постеленных футонов. Перед входом находилось два окна с удобными для посиделок подоконников. В принципе это было все, что находилось в комнате, не считая небольшого шкафа у двери. Команда, разложившаяся и переодевшаяся в домашнюю одежду из спортивной формы Некомы, даже не думала готовиться ко сну, хотя время уже подходило к полуночи.        Каждый из парней лежа сидел или же сидя лежал на своем футоне. Яку растянулся всем телом на боку, подперев рукой голову. Такетора прохлаждался у открытой форточки на подоконнике. Правда, за нее пришлось немного побороться, постоянно оправдываясь в свой счет, чтоб та оставалась приоткрытой, мол на улице до сих пор жара стоит, и никакой ветерок от нее не спасает. В итоге все сдались и смирились, но парень считал, что сломал остальных своими аргументами, наполненными мужеством. Кенма сидел под одеялом и играл в свою приставку. У него просто не хватало сил, чтоб поддерживать разговор со своими сокомандниками. Ну, как минимум, если верить его словам. Остальные спокойно сидели на своих спальных местах, иногда меняя позу, чтоб не затекали конечности. Кроме одного-Куроо. — Вообще, — снова начал играть одну и ту же пластинку Тецуро, — вы ко мне, как к капитану, можете обращаться по любым вопросам и в каких-угодно ситуациях. Как никак, я должен вас поддерживать, — парень стоял в это время в «в той самой» позе, что его и отличало от остальных. Именно такие элементы вечера ненавидела Некома.              Его ладонь была прижата к груди, будто доказывая, что тот не может врать и говорит все искренне. Словно от его лжи, которая проникнет через пальцы в самое сердце, оно почернеет и остановится. А он ведь пока живой, а следовательно не врет, не так ли? Вторая же рука была согнута в локте, будто бы приглашая слушателей к самым теплым и чувственным объятиям. В такие моменты капитан был похож на фразу в стиле Иисуса Христа: «Все вы-мои сыновья». — Да-да, и получим консультацию от недо-психолога Куроо Тецуро, — 3-ий номер любил подкалывать в такие моменты своего товарища. Причем паренек делал это по-доброму и только с целью посмеяться, но никак не обидеть сокомандника.       Зрительный контакт между двумя 3-е годками был достаточно напряженным после отзыва либеро. Но не более, чем по шутке. Правда, некоторые из команды не всегда могли различать такую грань юмора у этих друзей, а потому были достаточно чуткими, дабы успеть предпринять действия по спасению задниц двух гуманоидов. Например, некоторые сразу пятились к месту, где стояло ведро с водой. Да, это была школа Фукунаги. В принципе, тот материал, который он «преподавал» был весьма полезным в такие моменты.       Конечно, такие переживания сокомандников были неспроста. Один конфликт между Куроо и Мориске чуть не закончился дракой, если бы не то самое ведро с водой, с которым подбежал уже сам Такетора. Что именно не поделили — остается загадкой, ведь парни никому не рассказывают. За исключением, конечно, Кенмы. Но и тот умеет хранить секреты своих товарищей.       В это время, пока юноши обменивались своими мыслями через взгляд, Кай, как самый старший, пытался успокоить их двоих. В основном, он просто отвлекал друзей на что-нибудь незначительное или же переводил тему. — Слушайте, — его голос как всегда был спокойным, но достаточно громким, чтоб его могли услышать, — может уже стоит ложиться? Время около часу, а мы тут «конфликты шуточные» разводим.       После предложенного все почувствовали некий осуждающий взгляд на своего капитана. Он выглядывал из-под одеяла, будто бы мысленно донося фразу «а мне еще говоришь, что я себе режим собью». И правда, тот постоянно гнал его рано ложиться спать, чтоб не засиживался за приставкой, оправдываясь возможностью сбить режим, но остальных при этом не трогал .Куроо был не дураком, понял кто являлся адресатом возмущений. Повернувшись к игроману, он улыбнулся и немного посмеялся. — Ну, ну, Кенма, — Он расставил свои руки на бока, показывая свою дружелюбность и миролюбие, — не злись, это единичный случай. Зуб даю, — он показал характерные движения, ударив по зубу пальцем, подтверждая свое обещание.       На самом деле, Козуме все это время и писка пытался не издавать, чтоб тот не оклемался, проверив время. Ну, а как многие говорят, что «лучшая защита-нападение», тот решил последовать утверждению и первый выдвинул свои претензии старшему.       Многие все же послушались совету Кая. Через несколько минут свет погас, и комната освещалась просачивающимся сквозь окна лунным светом. Футоны стали выглядеть, как белые комочки теста для будущих сладких булочек с маком. Спали все, за исключением Хайбы и Козуме. Второй лежал под одеялом так, что не разберешь: спит он или нет. Первый же долгое время лежал, а после сгорбившись сел. 5 номер все это время наблюдал за ним, так как думал, что он единственный кто пропускает сон. Да и понятен был его мотив-подольше посидеть за играми. Но почему Лев не спит, а именно мотив и причина были для связующего неясными. Даже с тем ярким светом от Луны в комнате Козуме не мог точно разглядеть происходящее. Блокирующий просто не попадал в зону освещения. Однако, когда тот повернул голову, рассмотреть это получилось. Хоть и благодаря тому, что парень наклонился. Казалось, что его внимание направлено на самые дальние футоны, где находились Яку и Шибаяма. Только было непонятно на кого именно он уставился.       Кенма чуть приподнялся на локтях, будто пытаясь «проложить путь» его взгляда, увеличив поле зрения, но следом же лег обратно, после того, как неожиданно встала полукровка. Высокий парень медленным шагом направился к выходу, иногда поглядывая на лежащего парня: то ли на 3-ий, то ли на 12-й номер. Остановившись у футона Мориске, он будто собирался нагнуться, протянув руку к его телу, но его словно что-то остановило. Всхлипнув, он мигом, переступив порог, направился вправую сторону, дорога которой вела на улицу. Причем даже не закрыв за собой дверь. Козуме решил, что тот захотел умыться после кошмара, но ванная комната находилась в противоположной части здания. Все же посчитав, что это не его дела, связующий вернулся к играм.       Спустя час Хайба не вернулся. Тогда 5-й номер и начал переживать, но не за безопасность потерявшегося, а за жертву его внимания. Черт знает что находится в его голове и чем он сейчас занимается. Отложив игрушки, тот встал с футона и осмотрел товарищей. Каждый в это время спал, чему позавидовал парень, ведь их сейчас ничего не тревожит. Куроо снова прижал к голове подушку, которая и сформировала его причесон. остальные свернулись калачиком, не считая Торы. Тот был похож больше на колбасу. Мориске же полностью занял место на футоне, смяв одеяло. Даже не постеснялся приоткрыть рот, а руку положить на лоб. Выглядело достаточно смешно, и если бы Тецуро не спал, он бы измазал своего друга зубной пастой. Как в старые былые времена.       Удостоверившись, что либеро в порядке и его никто не украл и не подменил, связующий вышел из комнаты. Направился сначала в сторону ванны, чтоб доказать самому себе, что его глаза не обманули своего хозяина, «показав мозгу» то, что шпала направилась именно на улицу. Нет, его не было там. Не было даже ни следа. После, как тот вышел на улицу, Козуме направился к спортзалу. По факту он должен быть закрытым, но что-то подсказывало ему держать свой ход именно туда.       В месте, где проходили тренировки, было прохладно и темно. Даже эхо от скрипа дверей казалось достаточно мрачным. Кодзукен даже не стал сначала переходить порог, но все же решился на шаг. Обойдя все скамейки, на которых обычно сидят тренера, корзину с мячами, тот встал в центр площадки. Льва не было видно, и Кенма, уже собиравшись возвращаться, краем глаза заметил открытую раздевалку.       Направившись туда, он заглянул в небольшую щель. Хайба сидел на скамье перед ящичком Мориске, склонив голову. Он выглядел поникшим и усталым, а в какой-то миг даже показалось, что тот и вовсе дрожит. Но было непонятно от чего именно: то ли от прохлады, то ли от плача, а может и от страха, что его могут заметить и сделать хороший выговор. 11-й номер будто бы что-то бормотал, но что именно — было непонятно. Понаблюдав за ним еще минут 5, тот резко встал и начал осматривать раздевалку. Кенма мигом вылетел из спортзала и побежал обратно в комнату. Он опасался, что Лев мог заметить его, а остальные в комнате подметить пропажу двух сокомандников. Его переживания были не напрасны - Куроо не спал.       Только открыв дверь, Кенма заметил на себе пристальный взгляд капитана. Он стоял возле окна, изначально повернутым спиной к выходу. - И куда ты бегал? - прошептав, Тецуро встал в привычную позу, когда отчитывал: ноги на ширине плеч, руки расставлены по бокам, а голова наклонена, чтоб добавить грозности.       Сыщик не боялся таких моментов, а уж тем более сейчас. В данный момент он был больше напуган насчет странного поведения и безопасности Мори. Он всего лишь махнул рукой, подзывая к себе, и снова вышел за порог, повернувшись спиной к старому другу, ожидая его шагов. Тот не стал медлить и шел туда, куда ведет 5-ый номер. Так, спустя парой минут, они снова оказались у спортзала. Они остановились прямиком у входа, чтоб перевести дыхание. - Кенма, - голос звучал уже спокойно, - объясни уже все нормально, я ничего не понял, что ты пытался мне рассказать по пути.       Повернувшись, Кодзуме тяжело выдохнул и посмотрел на друга: - Ночью я не спал, но не один. Лев тоже. Сначала мне было все равно, но ровно до того момента, пока он не начал пялиться на Яку. Причем я понял это не сразу, было невидно. - Парень достаточно напрягся, что было для него не характерно, но голос оставался спокойным и ровным, - После он неожиданно встал, опять же все время поглядывая на Мориске, даже хотел коснуться его, но просто вышел. Я подумал, что просто умыться приспичило, но нихера: направо повернул, на улицу. Час прошел, а Льва как не было, так и нет. - Ну и? - Куроо, как никак, но немного до сих пор злился на друга, что он его, как минимум не предупредил. А мог ведь и смс-ку кинуть, мол со мной все хорошо! - Ты пошел его искать? - Да, сразу к спортзалу пошел, подумал, что он там. Пока шел, пришла мысль, что потренироваться решил. Но как зашел, его нет. Думал уж возвращаться, но дверь открытую заметил, - Кенма опустил глаза, так как достаточно вымотался. Внутри себя задавался вопросом, мол за какой грех ему послали такое наказание, как искать Льва, а потом и вовсе оправдываться перед Куроо. - Какую дверь? Спортзал не был закрыт, как я понял? - Тецуро начал уже перебивать Кодзукена, что было нехарактерно для него. Похоже он не мало него был напряжен и напуган таким поведением Льва. - В раздевалку. Он как-то раздобыл сразу два ключа, но скорее всего, в течение всего этого часа он пытался пробраться к тренеру, чтоб взять связку. Я не стал заходить, а лишь в щель заглянул. Он просто сидел перед шкафчиком Яку. Казалось, что он дрожал, но я не уверен. Я сразу сбежал, как он встал, чтоб не спалиться, а как вернулся в комнату... Дальше ты сам знаешь.       Связующий повернулся к двери спортзала, дернул ручку, чтоб открыть, но она оказалась закрытой. Пара "криминалистов" явно не ожидала такого поворота событий. Только сам Лев знал где его носит, но тогда получалось, что его нет ни в спортзале, так как изнутри закрыться бы не получилось, ни в комнате, так как он обязательно встретился бы по пути.       Уставшие парни не стали прочесывать всю территорию лагеря, иначе хорошенько словили бы по шапке, да и время уже было 3 утра. Скоро вставать, а они даже не спали. Сдавшись, они поплели обратно к себе, успокаивая себя тем, что Хайба мог просто лунатить. - Знаешь, даже если он и не страдает лунатизмом, то, как минимум, он уже не маленький, а значит и вернуться сможет. Ходить ведь не разучится за все это время? - Куроо пытался успокоить друга, но на самом деле он доказывал это сам себе. Кенма же смирился с пропажей этого гуманоида и начал представлять спокойную жизнь без блокирующего. Но, конечно, как за сокомандника он переживал.       Вернувшись в комнату, настрадавшиеся легли на футоны, задремав. Льва на месте не было. Все это время он стоял в кустах, заметив, когда 5-ый номер "уже делал ноги" из спортзала.       Закрыв главную входную дверь, он хотел направиться обратно в комнату, но заметил мелькающих вдалеке друзей детства. Тогда он просто сдрыснул в кусты, чтоб не попасться и немного подслушать. Точнее, изначально у него не было в планах развешивать свои уши, но так получилось.       Сейчас же, пока сыщики засыпали, Лев брел обратно в здание. Он был безумно усталым и вымотанным, опустошенным морально, так как не думал, что кто-то застукает его в такой момент.       Лунный свет превратился в солнечных зайчиков, которые скакали по глазам спортсменов. Их прыжки видимо сильно "щекотали" их, отчего многие начинали просыпаться. На этот раз все были на своих местах.       Собравшись спустя час, команда начала тренироваться. В какой-то степени их будни были похожи на дни сурка: подъем, тренировки, небольшая прогулка до ларька, недолго вечерние разговоры и сон. Нет, они не скучали и не выгорали, так как даже во время тренировок что-нибудь на произойдет. Например, один раз Инуока поспорил со Львом насчет того, что тот не сможет забить 5 мячей за раз. Конечно, в это был втянут и Кенма. А кто еще будет пасовать Хайбе? Но проблема заключалась в том, что 11-ый номер хорошенько влепил мячом в затылок Яку. Долго он от него бегал, чтоб не остаться без своей "мягкой подушки сзади". Но после он достаточно странно себя вел, что уже тогда подметил Тецуро. Он таскался тенью за пострадавшим, глазами раскаиваясь за свою неуклюжесть. Но вся странность заключалась в том, что это происходило не в течение часа или двух, а целую неделю.       Но уже к тому времени многие сокомандники подмечали то, что Лев стал более тактильным, причем только в отношении либеро. Он всегда искал повод прикоснуться к нему, заговорить с ним и всегда пытался находиться рядом. На скамейке у ларька, садился к нему во время перерыва и в трамвае, когда уже все разъезжались по домам. Он буквально менялся в лице рядом с Мориске, становился зазорнее и активнее.       Начался очередной перерыв. На этот раз Хайба не весело общался со своими друзьями или же получал люлей от тренеров или семпаев, а тихо сидел у открытых дверей в спортзал. Кодзуме передернуло от его позы, ведь она была точно такой же, как и в ту ночь в раздевалке. Тецуро заметил всю эту постановку. - Кенма, - Капитан окликнул друга тише обычного. Подойдя к нему, положил руку, - слушай, давай я с ним заговорю и как-нибудь красиво подойду к этой теме.       Тот лишь молча кивнул перед тем как проводить его взглядом. Тецуро тихо и аккуратно подошел ко Льву, присел рядом и только хотел завести разговор, 11-ый номер перебил его: - Куроо, - его голос звучал чрезмерно тихо, что насторожило 1-ого номера, - ты ведь говорил, что мы можем обращаться к тебе по любым вопросам? - Ну да, было дело. Я рад, что ты меня слушаешь, - пытался подбодрить Куроо, незаметно похвалив его. - Ты давно дружишь с Яку, так скажи, - он повернул голову к рядом сидящему "психологу", заглянув прямо в душу. У Куроо пробежались по спине мурашки от его решительности в глазах. Казалось, что еще вот-вот и тот будет готов убить человека. Его голос даже стал тише, он почти перешел на шепот несмотря на то, что его и так не было слышно из-зат шума мячей. Да, не все отдыхали на перерывах, что смущало некоторых из команды, - у него есть девушка или кто-то еще там? - Чего? - он ожидал вопроса пострашнее, - нет, вроде. Зачем тебе это? - У меня есть шанс, Тецуро?       Глаза капитана были размером по 5 копеек, он не верил своим ушам. "Какой шанс? Шанс подружиться ведь? Он не может же рассчитывать, да и в принципе хотеть с ним отношения" - проносилось в голове 1-ого номера. Его кулаки сжались, а зубы заскрипели. Но было непонятно: от злости ли или от страха и удивления. В этот момент Тецуро хотел накричать на Льва, дать пощечину и выгнать из команды, ведь "таким людям не место в обществе", но и в то же время, видя его глаза, наполненные болью, хотелось пожалеть его и сказать "попробуй", даже понимая то, что Яку не даст. - Ты, во-первых, по имени ко мне не обращайся. А во-вторых, - тот чуть ли не срывался на крик, хоть "внешне" особо и не замечалось, - он не такой, как ты. Но если дохера смелый - вперед.       Следом Куроо резко встал и быстрым шагом направился к остальным, засунув руки в шорты. Все же он был зол, но больше именно на себя. Что он так и не научился принимать такую черту в своих друзьях. Он не был ярым гомофобом, но и не мог нейтрально относиться к ЛГБТ-сообществу. Кенма, конечно же, заметил такую реакцию друга. Именно она и доказала его догадки о влюбленности Хайбы в их либеро, которые он не рассказывал даже ему. Он просто знал и понимал его возможную реакцию.       Уже поздним вечером, когда команда вернулась из ларька, они снова завели "вечерние разговоры". Все разлеглись точно также, как и в прошлый раз. За исключением Мориске. - Хайба, - послышалось на пороге от либеро, - встал и пошел за мной, - юноша следом повернулся и, даже не смотря на сокомандника, пошел на открытый балкон.       Его тон звучал очень холодно и сурово, будто тот был голодным тигром и хотел растерзать его, как свой ужин. Парень сильно вздрогнул, напрягся и даже хотел сбежать через окно, но все же кое-как встал на свои подкашивающиеся ноги и побрел за "потенциальным убийцей".       Оказавшись позади Яку, который уперся локтями на железные перила, тот глубоко вздохнул и заговорил еще более холодным, но немного подрагивающим голосом: - Сегодня ко мне Куроо подошел, пока еще в ларек не зашли. Рассказал о твоих намерениях. - повернувшись лицом к Хайбе, взглянул в его глаза, - Сразу отвечу: нет, нет и нет. Я ненавижу таких людей, как ты, они кажутся мне мерзкими и озабоченными. - Яку, я не хочу тебя заставлять, - его голос безумно дрожал, а глаза наполнились слезами. Мориске не дал ему договорить, перебив его: - Мне все равно что ты хочешь, а что нет. Я доучиваюсь этот год, выпускаюсь и больше тебя не собираюсь ни видеть, ни слышать и тому подобное. Я замечал все твои излишние касания, они мне были противны, но я закрывал на это глаза, ссылаясь, что ты просто такой тактильный человек. - либеро еще больше отстранился от Хайбы, - Я, конечно, буду заниматься с тобой, но не более.       Договорив, Мориске направился обратно в комнату, пихнув Льва плечом. Для 11-ого номера мир был разрушен. Внутри ощущался огромный ком, который тащил парня вниз, отчего он рухнул. Казалось, что отказали абсолютно все: ноги, сердце, Яку. Куроо стал для Хайбы предателем, ведь ему нужно было лишь услышать ответ на его вопрос. Он не намеревался душить либеро отношениями, предлагать ему и уж тем более признаваться в чувствах. Юноше хватало его присутствие рядом. Он больше не видел смысла даже пытаться все объяснить Мори со своих слов, ведь тот даже не стал бы его слушать. Кажется, что тот бы просто ушел.       Вернувшись в комнату, блокирующий просто тих лег спать, пока остальные радостно обсуждали повседневные темы. Он больше не хотел ни слышать, ни видеть себя. Как этого не хотел и его любимый.