Inheritance of Misery

Первое утро в Хогвартсе наступило слишком быстро. Айсис проснулась не сразу. Сначала ей показалось, что она дома. Что за окном шумят деревья поместья Моро, а через несколько минут мама позовёт её к завтраку. Но вместо знакомого потолка над ней возвышался зелёный полог кровати. В комнате царил приятный полумрак. Солнечный свет сюда почти не проникал. Сквозь высокие окна пробивалось лишь холодное зеленоватое сияние, проходящее через толщу воды Чёрного озера. По стенам медленно танцевали блики. Всё выглядело необычно. Немного загадочно. И удивительно красиво. Айсис села на кровати, сонно потирая глаза. В соседней кровати уже никого не было. Где-то за дверью слышались голоса старшекурсниц, смех и звук закрывающихся чемоданов. Она быстро переоделась в школьную форму, пригладила волосы перед зеркалом и, поправив зелёный галстук, вышла в гостиную. Гостиная Слизерина оказалась почти пустой. Несколько старшекурсников лениво разговаривали возле камина. Кто-то читал книгу. Кто-то допивал чай. У самого выхода уже стояли Барти, Эван и Регулус. — Доброе утро, соня, — улыбнулся Эван. — Я не соня. — Мы ждём тебя уже… — он задумчиво посмотрел на часы на запястье. — Целых три минуты. — Это долго. — Очень. Барти лишь покачал головой. — Пойдёмте. Иначе действительно опоздаем. Они поднялись по каменным ступеням, покидая подземелья. Чем выше они поднимались, тем теплее становился воздух. Коридоры постепенно наполнялись учениками. Мантии мелькали перед глазами. Кто-то смеялся. Кто-то повторял расписание. Первый учебный день чувствовался буквально во всём. Большой зал выглядел совсем иначе, чем вчера вечером. Теперь солнечный свет проникал через высокие окна, освещая длинные столы. Потолок отражал яркое голубое небо с медленно плывущими облаками. Запах свежей выпечки, овсяной каши, горячего шоколада и жареного бекона смешивался в один уютный аромат. Эван остановился прямо посреди прохода. — Кажется… я влюбился. — В кого? — спросила Айсис. Он посмотрел на стол. — В еду. Барти тихо усмехнулся. — Это надолго. Они заняли свободные места за слизеринским столом. Почти сразу к ним присоединились Пандора и Доркас. — Доброе утро! — Пандора села рядом с Айсис. — Как вам башня Когтеврана? — спросила она. — Очень высоко, — простонала Доркас. — Если каждый день столько ходить по лестницам, я стану спортсменкой. — А у нас подземелья, — ответил Эван. — Уже звучит жутко. Разговор прервал громкий смех со стороны гриффиндорского стола. Он был настолько громким, что половина Большого зала невольно обернулась. За столом сидели четверо старшекурсников. Лохматый темноволосый парень в круглых очках. Высокий юноша с длинными чёрными волосами. Спокойный светловолосый парень. И невысокий мальчишка с добродушным лицом. — Это Мародёры, — негромко сказал Регулус. Его голос прозвучал непривычно холодно. Айсис заметила, что он даже перестал есть. Она перевела взгляд обратно. В этот момент высокий парень — Сириус, который брат Регулуса — громко окликнул кого-то через весь зал. — Эй, Нюниус! Несколько учеников рассмеялись. У слизеринского стола медленно поднялся худощавый мальчик с длинными чёрными волосами. Он даже не обернулся. Словно делал вид, что ничего не услышал. — Оглох? — снова донёсся голос Джеймса Поттера. Сириус усмехнулся. — Кажется, шампунь опять закончился. За гриффиндорским столом раздался новый взрыв смеха. Даже Питер громко захихикал. Римус сидел молча. Он не смеялся так открыто, как друзья, но и не вмешивался. Снейп крепче сжал поднос. Его плечи заметно напряглись. Он продолжал идти вперёд, не произнося ни слова. — Оставьте его, — громко произнесла рыжеволосая девушка с Гриффиндора. — Они почти всегда так, — хмыкнула блондинка рядом с ней. Регулус опустил взгляд в тарелку. На лице не дрогнул ни один мускул. Но Айсис успела заметить, как он едва заметно сжал челюсть. Сириус был его братом. И всё же сейчас Регулус выглядел так, словно хотел оказаться как можно дальше от происходящего. Снейп молча покинул Большой зал. Смех за гриффиндорским столом постепенно стих. Но неприятный осадок остался. Айсис посмотрела вслед закрывшейся двери. Почему-то ей стало не по себе. Она ещё не знала Северуса Снейпа. Не знала, какой он человек. Но одно понимала совершенно точно. Никто не заслуживает становиться развлечением для целого зала. Колокол, разнёсшийся по всему замку, заставил учеников одновременно подняться из-за столов. Первый учебный день официально начался. По коридорам тут же хлынул поток студентов. Цветные галстуки мелькали среди серых каменных стен, старшекурсники уверенно сворачивали в нужные проходы, а первокурсники то и дело доставали расписания, боясь потеряться. Айсис аккуратно развернула пергамент. — Первым… зельеварение. — Вместе с Гриффиндором, — прочитал через её плечо Барти. Эван громко простонал. — Уже? — А что не так? — спросила Айсис. — Ничего. Просто после завтрака варить зелья — сомнительное удовольствие. — После завтрака вообще всё сомнительное удовольствие, — спокойно заметил Регулус. Эван посмотрел на него. — Мне начинает нравиться твоё чувство юмора. Регулус лишь пожал плечами. Класс зельеварения находился глубоко под замком. Чем ниже они спускались, тем холоднее становился воздух. Каменные стены покрывала лёгкая влага, факелы потрескивали, отбрасывая золотистые блики на своды подземелий. Из-за тяжёлой дубовой двери уже доносились голоса учеников. Когда первокурсники вошли внутрь, Айсис невольно остановилась. Кабинет оказался совсем не таким, каким она его представляла. Вдоль стен тянулись высокие шкафы, заставленные сотнями стеклянных банок. Внутри плавали самые разные ингредиенты. Змеи. Жабы. Странные корни. Неизвестные ей существа. На длинных деревянных столах уже стояли большие чёрные котлы. Воздух пах сушёными травами, дымом, сыростью и чем-то горьким. — Как будто мы зашли в логово ведьмы, — тихо прошептал Эван. — Мы и зашли, — невозмутимо ответил Барти. — Спасибо. Стало легче. Айсис с улыбкой покачала головой. Ученики начали рассаживаться. Барти сразу занял место рядом с ней. Регулус сел впереди. Эван плюхнулся рядом с ним. Через несколько секунд в кабинет шумной компанией вошёл Гриффиндор. Джеймс Поттер шагал первым. Рядом с ним — Сириус Блэк. Следом Римус Люпин и Питер Петтигрю. Они смеялись над чем-то настолько громко, что их разговор эхом разносился по подземельям. Сириус первым заметил Регулуса. Улыбка на его лице стала шире. — Ну надо же. Младший Блэк. Регулус даже головы не поднял. Он продолжал раскладывать на столе пергамент и учебник. — Уже освоился? Тишина. — Или решил сделать вид, что не знаешь собственного брата? Барти вопросительно посмотрел на Регулуса. Но тот никак не реагировал. Словно голоса Сириуса вовсе не существовало. Джеймс слегка толкнул друга локтем. — Отстань от него. — Я просто поздоровался. — Очень своеобразно. Сириус усмехнулся, но спорить не стал. Они заняли стол неподалёку. А буквально через минуту в класс вошёл Северус Снейп. Он молча прошёл к свободному месту. Опустил учебник на парту. И только сел, как Джеймс негромко произнёс: — Осторожнее. А то ещё котёл растворишь своим характером. Питер тихо засмеялся. Сириус усмехнулся. — О, — закатил глаза Снейп — котел на твою голову уроню. Айсис наблюдала за этим краем глаза. Ей снова стало неприятно. В Большом зале. Теперь здесь. Неужели это происходило постоянно? Дверь кабинета неожиданно распахнулась. В класс вошёл профессор. Разговоры мгновенно стихли. Даже Эван перестал шептаться. Наступила тишина. Первая настоящая учебная тишина в их жизни. И именно с неё начался их первый урок зельеварения. Урок зельеварения закончился быстрее, чем ожидала Айсис. Последние слова профессора ещё эхом звучали под каменными сводами кабинета, а ученики уже спешили собрать пергаменты, учебники и осторожно убрать котлы. В подземельях вновь стало шумно. — Кажется, мои волосы теперь навсегда будут пахнуть сушёной крапивой, — недовольно пробормотал Эван, понюхав рукав мантии. — Лучше крапивой, чем тем, что было в банке на третьей полке, — ответил Барти. — Не напоминай. — А что там было? — спросила Айсис. — Не знаю. И знать не хочу. Регулус, стоявший рядом, тихо произнёс: — По-моему, это была селезёнка. Эван остановился посреди коридора. — … — … — Я тебя ненавижу. Регулус впервые за всё утро коротко усмехнулся. До следующего урока оставалось почти сорок минут. Старшекурсники уверенно расходились по своим делам, а первокурсники всё ещё терялись в бесконечных переходах. — Может… просто погуляем? — предложила Айсис. Барти посмотрел на расписание. — Время есть. — Только недолго, — добавил Регулус. — Согласен. Они свернули в незнакомый коридор. Хогвартс жил собственной жизнью. Каждый поворот открывал что-то новое. На одной из стен висели огромные портреты волшебников. Стоило детям пройти мимо, как один пожилой маг в изумрудной мантии опустил газету. — Новенькие. — Видно? — улыбнулась Айсис. — Очень. Женщина на соседнем портрете добродушно рассмеялась. — Они всегда так смотрят по сторонам. Эван тут же остановился. — Простите… Портреты одновременно повернули головы к нему. — Лестницы действительно двигаются? — Конечно. — Часто? — Когда захотят. Эван медленно посмотрел на друзей. — Мне уже страшно. Барти хлопнул его по плечу. — Привыкай. Они прошли ещё немного. Высокие окна пропускали солнечный свет, который ложился на старый каменный пол длинными золотыми полосами. Где-то наверху громко хлопнули двери. По лестнице пробежала группа третьекурсников. Мимо важно прошествовало привидение. Айсис всё время вертела головой. Ей хотелось запомнить каждую деталь. Каждый коридор. Каждую статую. Каждый факел. Будто она боялась, что завтра замок станет совсем другим. И, наверное, так оно и было. В Хогвартсе всё постоянно менялось. — Смотрите. Барти остановился возле высокого окна. За стеклом простиралось Чёрное озеро. Вода была совершенно спокойной. Лишь лёгкие волны расходились по её поверхности. — Красиво… — тихо произнесла Айсис. Она подошла ближе. Положила ладонь на прохладный каменный подоконник. Вдали виднелся Запретный лес. Такой густой, что солнечный свет почти не проникал под кроны деревьев. — Интересно, что там? — задумчиво спросила она. — Проблемы, — спокойно ответил Регулус. — И очень много, — кивнул Барти. Эван тяжело вздохнул. — Почему вы всё портите? — Мы реалисты. — Вы скучные. — Зато живые. — Кажется… нам сюда. Пандора помахала им из другого конца коридора. Рядом стояла Доркас, держа в руках учебник. — Мы вас уже пять минут ищем! — А мы замок исследовали, — ответил Эван. — Заблудились? — Конечно нет. Барти и Регулус одновременно посмотрели на него. Эван выдержал паузу. — Совсем чуть-чуть. Доркас рассмеялась. — Пойдёмте, пока не потерялись снова. Шестеро первокурсников вместе направились к кабинету чар. В отличие от мрачных подземелий, здесь всё казалось светлее. Коридоры были залиты солнечным светом. Из открытых окон тянуло прохладным осенним воздухом. Ученики спешили на занятия, оживлённо обсуждая первые уроки. Айсис вдруг поймала себя на мысли, что всего сутки назад она никого здесь не знала. Теперь же рядом шли Барти, Эван, Регулус, Пандора и Доркас. И почему-то казалось, будто они знакомы уже много лет. Впереди их ждал первый урок чар. И ни один из них ещё не подозревал, что именно этот предмет станет одним из самых любимых для всей их компании. Звонок возвестил об окончании урока. Стоило профессору отпустить учеников, как коридоры вновь наполнились голосами. Первокурсники оживлённо обсуждали свои первые успехи, кто-то пытался повторить заклинания прямо на ходу, а старшекурсники неторопливо проходили мимо, будто этот шум был для них самой обычной частью жизни. — У меня до сих пор не получается правильно произнести «Вингардиум Левиоса», — недовольно пробормотала Доркас. — Потому что ты говоришь «Левиоооса», — тут же передразнил Эван. — Я не так говорю. — Именно так. — Замолчи. — Не могу. — Почему? — Это мой талант. Пандора тихо засмеялась, пока Барти лишь покачал головой. — Вы не устали спорить? — Нет, — одновременно ответили близнецы. Регулус едва заметно улыбнулся. Большой зал встретил их привычным шумом. Длинные столы вновь ломились от еды. На серебряных блюдах дымилось жаркое, рядом стояли миски с картофелем, свежими овощами, ароматными булочками и густым тыквенным супом. Высокие окна пропускали мягкий осенний свет, а зачарованный потолок отражал чистое голубое небо. Первокурсники, кажется, уже перестали удивляться магии вокруг. Теперь их больше интересовала еда. — Я официально заявляю, — торжественно произнёс Эван, накладывая себе картофель. — В Хогвартсе кормят лучше, чем дома. — Мама сейчас бы очень обиделась, — заметила Пандора. — Главное — не рассказывай ей. — Обязательно расскажу. — Предательница. Барти спокойно налил себе тыквенного сока. И произнес: — Мне кажется, ты называешь Пандору предательницей раза три в день. — Иногда четыре. — Это взаимно, — невозмутимо ответила девочка. Айсис сидела между Барти и Пандорой, с улыбкой наблюдая за перепалкой близнецов. Странно… Прошёл всего один день. А ей уже казалось, будто именно так они всегда и обедали. Будто эти разговоры были привычной частью жизни. Слева Эван снова пытался доказать сестре, что он смешнее. Справа Барти спокойно ел, иногда вставляя короткие замечания, от которых смеялись все. Напротив сидел Регулус. Он ел аккуратно, неторопливо, время от времени поднимая взгляд на друзей. Он говорил меньше всех. Но почему-то рядом с ним никогда не возникало неловкой тишины. Он просто… был рядом. И этого хватало. — После обеда что у нас? — спросила Айсис. Барти достал расписание. — Трансфигурация. — С кем? — Только Слизерин. — Это хорошо, — кивнул Регулус. Эван удивлённо посмотрел на него. — Почему? — Потому что ты не будешь отвлекаться. — Ты слишком высокого мнения о моей дисциплине. — Наоборот. Кабинет трансфигурации находился в одной из самых высоких башен. Поднимаясь по бесконечным лестницам, Эван тяжело вздохнул уже, наверное, в двадцатый раз. — Кто вообще придумал строить школу вверх? — Волшебники, — ответил Барти. — Очень смешно. Наконец они добрались до нужной двери. Класс оказался просторным и удивительно светлым. Большие окна выходили во внутренний двор Хогвартса. Солнечные лучи ложились на деревянные парты, а вдоль стен стояли высокие шкафы с книгами, клетками и самыми разными предметами, предназначенными для практики. На учительском столе спокойно сидела полосатая кошка. Она внимательно наблюдала за входящими учениками. — Какая красивая, — тихо произнесла Айсис. Барти осторожно подошел ближе. — Интересно, чья она? Кошка неожиданно посмотрела прямо на него. Так внимательно, что Барти невольно остановился. — По-моему… она очень умная. — Кошка как кошка, — пожал плечами Эван. В следующую секунду животное легко спрыгнуло со стола. Приземлилось на пол. И прямо на глазах у изумлённых первокурсников начало меняться. Шерсть исчезла. Лапы вытянулись. Через мгновение перед ними уже стояла строгая женщина в изумрудной мантии. — Добрый день. По классу прокатился дружный вздох. Эван застыл с открытым ртом. — Это… — Да, мистер Розье? — Вы были… кошкой. По кабинету раздался тихий смех. Женщина позволила себе едва заметную улыбку. — Именно так. Меня зовут профессор Макгонагалл. И если кто-то решил, что трансфигурация — простой предмет, советую избавиться от этой мысли прямо сейчас. Её спокойный, уверенный голос мгновенно заставил класс притихнуть. Айсис выпрямилась. Барти уже приготовил перо. Регулус открыл учебник. Даже Эван перестал шутить. Первый урок трансфигурации начался. Транфигурация закончилась под негромкий звон колокола. Профессор Макгонагалл отпустила учеников лишь после того, как убедилась, что все записали домашнее задание. Первокурсники с облегчением выдохнули и начали собирать пергаменты. — Мне кажется, она видит насквозь, — тихо сказал Эван, засовывая учебник в сумку. — Она и видит, — спокойно ответил Барти. — Нет, правда. Когда она посмотрела на меня, я чуть не признался во всех своих будущих нарушениях. — Ты их уже запланировал? — Пока нет. — Тогда у тебя ещё есть время. Регулус едва слышно усмехнулся. — Думаю, она запомнила тебя. — Это плохо? — Очень. Эван тяжело вздохнул. — Первый день, а моя репутация уже испорчена. — Ты сам её испортил, — заметила Айсис. ⸻ Следующий урок проходил в небольшой аудитории на третьем этаже. Над дверью висела аккуратная бронзовая табличка: «История магии». Коридор был почти пуст. Ученики других факультетов уже разошлись по своим кабинетам. Сегодня историю магии у первокурсников слушал только Слизерин. Из-за этого идти было непривычно тихо. Не было Пандоры, которая постоянно спорила с братом. Не было Доркас, смеявшейся почти над каждой его шуткой. Остались только четверо. Айсис. Барти. Регулус. Эван. — Как-то непривычно тихо, — заметила Айсис. — Потому что нет моей сестры, — важно кивнул Эван. — Думаешь? — Конечно. Барти посмотрел на него. — Нет. — Спасибо за поддержку. Они вошли в кабинет. Он оказался совсем не похож на остальные. Небольшие окна почти не пропускали солнечный свет, стены были заставлены высокими книжными шкафами, а в воздухе витал запах старого пергамента, пыли и чернил. Казалось, что здесь время остановилось много десятилетий назад. Ученики расселись по местам. Барти привычно сел рядом с Айсис. Позади них устроились Эван и Регулус. — Интересно, о чём вообще можно рассказывать целый год? — прошептал Эван. — Об истории, — спокойно ответил Регулус. — Очень смешно. — Ты сам спросил. Эван обречённо уронил голову на парту. Дверь кабинета тихо открылась. В класс медленно вплыл призрак.Полупрозрачный старик в длинной мантии, казалось, даже не заметил учеников. Он так же спокойно прошёл прямо… сквозь кафедру. Эван резко выпрямился. — Я… это сейчас видел? — Да, — шёпотом ответила Айсис. Призрак развернулся к классу. Его лицо оставалось совершенно бесстрастным. — Добрый день. Сегодня мы начнём изучение истории магической Британии. Голос был тихим. Монотонным. Настолько ровным, что уже после первых нескольких предложений некоторым ученикам стало сложно удерживать внимание. Перо Барти быстро скользило по пергаменту. Регулус внимательно слушал каждое слово. Айсис старательно записывала даты, время от времени поглядывая на преподавателя. Позади неё послышался едва различимый шёпот. — Барти… — Что? — По-моему… — Что? — Я сейчас усну. Барти даже не повернулся. — Не храпи. Айсис закусила губу, чтобы не рассмеяться. Через несколько минут она всё-таки обернулась. Эван сидел, подпирая голову рукой, изо всех сил стараясь держать глаза открытыми. Регулус, заметив её взгляд, едва заметно качнул головой. Будто говоря: «Я же предупреждал.» Айсис тихо улыбнулась и вновь перевела взгляд на профессора. Первый день в Хогвартсе постепенно подходил к концу. И, несмотря на бесконечные лестницы, сложные предметы и невероятное количество новой информации, ей вдруг стало спокойно. Потому что рядом были люди, с которыми даже самый скучный урок истории превращался в маленькое приключение. Колокол возвестил об окончании последнего урока. Несколько секунд в кабинете стояла привычная тишина. Затем ученики почти одновременно закрыли учебники, шумно задвинули стулья и, облегчённо выдохнув, направились к выходу. Первый учебный день наконец закончился. Стоило выйти в коридор, как Эван театрально запрокинул голову. — Я выжил. Барти спокойно поправил сумку на плече. И закатил глаза. — Ты просидел за партой меньше часа. — Для тебя — меньше часа. Для меня — целую вечность. — Ты драматизируешь. — Нет, Барти. Я страдаю. Регулус прошёл мимо них, едва заметно качнув головой. — История магии только начинается. Эван застыл. — Не говори так… — Почему? — Мне уже страшно. Айсис тихо рассмеялась. Она всё чаще ловила себя на мысли, что наблюдать за разговорами этих троих было едва ли не интереснее, чем сами уроки. К Большому залу они подошли вместе с потоком других учеников. Огромные дубовые двери были распахнуты настежь. Изнутри доносился привычный шум сотен голосов. Звон столовых приборов. Смех. Запах свежего хлеба, жареного мяса, картофеля и яблочного пирога мгновенно заставил забыть об усталости. — Кажется, я снова влюбился, — серьёзно произнёс Эван. Барти даже не посмотрел на него. — В еду? — Конечно. — Другого ответа я и не ожидал. За слизеринским столом уже сидели старшекурсники. Четверо первокурсников заняли свободные места почти там же, где утром. Через несколько минут в Большой зал вошли Пандора и Доркас. Заметив друзей, обе сразу направились к ним. — Ну наконец-то! — Пандора села рядом с Айсис. — Мы вас почти не видели после обеда. — У нас была история магии, — ответил Барти. — Нам вас жаль, — искренне сказала Доркас. — Спасибо. — Было настолько плохо? Эван медленно поднял голову. — Я видел сон… — Ты спал?! — Нет. Почти. Регулус спокойно отпил сок. — Он спал с открытыми глазами. — Предатель. — Я лишь констатирую факт. Пандора тихо засмеялась. — Кажется, Регулус начинает шутить. Тот вопросительно посмотрел на неё. — Нет. — Вот видишь, — довольно кивнула она. — Уже получается. Даже Барти улыбнулся. Разговор постепенно перешёл к урокам. Доркас рассказывала, как у неё получилось первое заклинание. Пандора с восторгом вспоминала трансфигурацию. Эван уверял, что обязательно найдёт самый короткий путь между башнями и подземельями. — Его нет, — спокойно сказал Барти. — Будет. — Не будет. — Тогда я сам построю. — Прямо через стены? — Если понадобится. — Хорошая идея, — неожиданно поддержала Айсис. — Спасибо! — Правда, потом Макгонагалл тебя убьёт. Эван тяжело вздохнул. — Почему вы всё портите… Ужин закончился незаметно. Большой зал постепенно пустел.Ученики один за другим расходились по факультетским гостиным. За высокими окнами уже окончательно стемнело. Небо стало глубокого тёмно-синего цвета, а в окнах башен отражался свет сотен свечей. Шестеро друзей вышли из Большого зала. У лестницы им снова пришлось остановиться. — Нам сюда, — Пандора указала в сторону лестниц, ведущих к башне Когтеврана. — А нам вниз, — ответил Барти. Несколько секунд никто не двигался. За этот день они успели настолько привыкнуть быть вместе, что даже обычное расставание на ночь показалось немного странным. — Тогда… до завтра? — улыбнулась Доркас. — За завтраком, — кивнула Айсис. Пандора неожиданно шагнула вперёд и быстро обняла её. — Спокойной ночи. — И тебе. Затем она легко ткнула Эвана локтем. — Не храпи. — Я не храплю. — Барти? — Храпит. — Регулус? — Очень громко. — Предатели… Все рассмеялись. Доркас, улыбнувшись, помахала рукой. — До завтра! — До завтра! Девочки скрылись среди движущихся лестниц, а четверо слизеринцев ещё несколько секунд смотрели им вслед. После этого Барти первым развернулся. — Идём. Путь к подземельям уже не казался таким незнакомым, как вчера. Они уверенно спускались всё ниже. Воздух становился прохладнее. Каменные стены отражали свет факелов, а за высокими окнами гостиной лениво покачивалась тёмная вода Чёрного озера. В слизеринской гостиной было тихо. Старшекурсники сидели у камина, кто-то играл в волшебные шахматы, кто-то читал. Всё вокруг казалось удивительно спокойным. — Спокойной ночи, — сказал Барти, поднимаясь к спальням мальчиков. — До завтра, — ответила Айсис. Эван лениво потянулся. — Надеюсь, завтра не будет истории магии. — Будет что-нибудь другое, — спокойно заметил Регулус. — Ты умеешь поддерживать. — Спасибо. Эван лишь обречённо вздохнул. Через несколько минут гостиная опустела. Первый учебный день в Хогвартсе закончился. И, засыпая той ночью под тихий плеск воды за окнами подземелий, Айсис поймала себя на мысли, что уже не представляет, каким был её мир без этого замка, без бесконечных лестниц… и без людей, которые всего за один день стали частью её новой жизни.