Описание
(Итак это моя первая работа, так что многого не ждите.)
Представьте себе, что четыре великих дома Гриффиндор, коктеврам, Пуффендуй, и Слизерин, никуда не исчезали. Они просто ушли из Британии, но всё равно поддерживаю связь между собой. В принципе они не планировали возвращаться ну вдруг оказалось что Хогвартс становится слабее, разумеется им это не понравилось и наследники домов вернулись в Хогвартс, чтобы исправить и взять руководство школы под свои руки.(что за интересовал? Тогда вперёд)
Глава 4 палочка и поезд
25 июня 2026, 06:27
20 июля 1993 г. Косой переулок. Магазин Олливандера.
Магазин Олливандера выглядел именно так, как Ханна себе представляла: узкий, пыльный, заставленный тысячами узких коробок, с таким количеством магии в воздухе, что кожа начинала покалывать едва переступив порог.
— Ох, — выдохнула она. — Тут пахнет… историей.
— Тут пахнет пылью, — поправила Карина.
— Это одно и то же.
Герхард осмотрел помещение быстрым профессиональным взглядом — отметил расположение окон, количество выходов, возможные укрытия. Привычка, которую ему привили с семи лет. Селена заметила его взгляд, но ничего не сказала.
Из глубины магазина появился старик с седыми волосами и бледными глазами, которые, казалось, смотрели не на вас, а сквозь.
— Добрый день, — произнёс он тихо, переводя взгляд с одного лица на другое. — Добрый день. Я ждал вас.
Ханна моргнула:
— Вы знали, что мы придём?
— Я знал, что кто-то придёт, — ответил Олливандер, и его глаза на мгновение задержались на Герхарде. — Кто-то… значительный.
Герхард выдержал взгляд, не отводя глаз.
— Моей подруге нужна новая палочка, — сказал он ровно. — Её старая треснула.
— Да, да, разумеется, — Олливандер перевёл взгляд на Ханну, и что-то в его лице изменилось, стало изучающим. — Подойдите, юная леди. Подойдите. Давайте посмотрим, какая палочка выберет вас.
Ханна шагнула вперёд, внезапно чувствуя себя так, словно она стоит перед экзаменационной комиссией.
— Вытяните руку, пожалуйста. Вот так. Хорошо.
Измерительная лента сама взлетела в воздух и принялась за работу. Олливандер тем временем двигался вдоль полок, вынимая одну коробку за другой.
— Дуб и сердечная жила дракона, — пробормотал он, протягивая первую. — Попробуйте.
Ханна взмахнула — из палочки вылетел сноп оранжевых искр, которые немедленно подожгли угол занавески. Карина затушила его взмахом собственной палочки быстрее, чем кто-либо успел моргнуть.
— Нет, не то, — Олливандер забрал палочку. — Попробуем… берёза и волос единорога.
Эта палочка не сделала вообще ничего.
— Интересно, — старик наклонил голову. — Вы необычная клиентка. Очень необычная. Четырнадцать дюймов, рябина и перо феникса?
Мимо.
— Тис и сердечная жила дракона?
Мимо.
— Виноградная лоза и рог единорога?..
Когда Ханна взяла в руки эту палочку, по магазину разлилось мягкое золотистое свечение. Воздух стал тёплым, уютным, словно кто-то зажёг камин в холодный вечер. Пылинки в луче света закружились медленным танцем.
— О! — произнёс Олливандер, и в его голосе прозвучало неподдельное удивление. — О! Вот это да. Виноградная лоза и рог единорога, четырнадцать с половиной дюймов, необычайно гибкая. Виноградная лоза выбирает тех, кто стремится к великим целям, юная леди. Тех, чьё сердце скрывает куда больше, чем видят глаза. А рог единорога… — он замолчал на мгновение. — Рог единорога означает чистоту помыслов и невероятное упорство.
Ханна посмотрела на палочку в своей руке, и на её лице расцвела улыбка:
— Она тёплая. Как будто живая.
— Все палочки живые, — мягко сказал Олливандер. — Но эта… эта действительно ваша. Берегите её.
Пока Ханна расплачивалась, Олливандер перевёл взгляд на Герхарда:
— А вам, молодой человек, новая палочка не нужна?
— У меня есть, — ответил Герхард.
— Да, я вижу. — Старик склонил голову. — Но, возможно, скоро вам понадобится нечто… большее.
Повисла короткая пауза. Герхард ничего не ответил, но взгляд его стал острее.
Селена тихо заметила:
— Интересный он человек.
— Он не совсем человек, — так же тихо ответила Карина. — В его роду были эльфы. Прабабка, кажется. Поэтому он живёт так долго и чувствует магию иначе.
Ханна, всё ещё сияющая, прижимала новую палочку к груди:
— Она чудесная. Лучшая палочка в мире.
— У тебя каждая вещь лучшая в мире, — заметил Герхард.
— Потому что я умею выбирать!
— Ты выбирала консервную банку, когда сломала старую.
— Это была очень хорошая консервная банка.
---
1 сентября 1993 г. Лондон. Вокзал Кингс-Кросс.
Найти платформу девять и три четверти оказалось несложно — они знали, где искать.
Ханна, впрочем, всё равно настояла на том, чтобы пройти сквозь барьер первой, с восторженным воплем исчезнув в кирпичной стене. Селена последовала за ней с видом человека, который делает одолжение реальности. Карина прошла деловито. Герхард — последним, бросив короткий взгляд на вокзал за спиной, словно прощаясь с обычным миром.
Платформа гудела. Алый паровоз «Хогвартс-экспресс» выпускал клубы белого пара в прохладный сентябрьский воздух. Десятки семей прощались, совы ухали в клетках, студенты перекрикивались, и весь этот шум сливался в единую симфонию начала учебного года.
Четверо поднялись в поезд и нашли свободное купе. Заняли его быстро, распределили багаж, и Ханна немедленно достала книгу по гербологии — одну из тех пяти, что не имели отношения к учёбе.
— Тут написано, что кричащие мандрагоры на самом деле не кричат, а поют, просто люди неправильно интерпретируют их частоты, — сообщила она.
— Удивительно, — сказала Селена, глядя в окно.
— Правда? Тебе правда интересно?
— Нет.
— Жаль, — вздохнула Ханна. — Я думала, тебе интересно.
— Ханна, у тебя в руках книга о мандрагорах.
— И что?
Поезд тронулся. За окном поплыли лондонские предместья, сменяясь зелёными холмами. Прошло около часа. За это время Карина успела методично просмотреть расписание занятий, которое каким-то образом уже раздобыла. Селена просмотрела два номера «Ежедневного пророка» и сделала несколько заметок в маленьком блокноте. Герхард смотрел в окно и думал о чём-то своём. Ханна дочитала главу о мандрагорах и переключилась на главу о ядовитых лианах.
Дверь купе открылась.
— Ой. Простите. Здесь занято?
На пороге стояли трое.
Гарри Поттер — он же мальчик со шрамом. Рон Уизли — он же рыжеволосый парень. И Гермиона Грейнджер — она же девушка с каштановыми волосами, которая в прошлый раз запоминала их лица с профессиональной тщательностью.
На мгновение в купе повисла тишина. Узнавание промелькнуло в глазах всех троих почти одновременно. Гермиона узнала первой — её взгляд немедленно стал цепким и аналитическим. Гарри — вторым, и на его лице отразилось узнавание, смешанное с лёгким смущением. Рон — последним, и его выражение лица было трудно описать иначе, как «настороженное».
— Мы вас помним, — сказал Гарри. — Косой переулок. Вы… мы почти столкнулись.
— Почти, — согласился Герхард. В его голосе не было ни враждебности, ни особого тепла. Просто констатация.
— Купе действительно занято? — спросила Гермиона. — Просто все остальные уже забиты. Мы прошли почти весь поезд.
Герхард переглянулся с девушками.
— У нас есть места, — сказал он. — Проходите.
Троица вошла. Расселись напротив — Гарри у окна, Рон рядом с ним, Гермиона с краю. Получилась забавная геометрия: четверо наследников с одной стороны и трое гриффиндорцев с другой.
Несколько секунд все молчали. Ханна закрыла книгу и уставилась на Гарри с нескрываемым любопытством. Гермиона смотрела на Ханну с не меньшим интересом. Рон смотрел на Герхарда. Герхард смотрел в окно.
— Вы из Хогвартса? — спросила Гермиона, нарушая молчание.
— Будем, — ответила Карина. — С этого года.
— Вы перевелись откуда-то?
— Можно и так сказать.
Ответ явно не удовлетворил Гермиону. Она наклонила голову и посмотрела на них так, словно пыталась разложить по полочкам каждую деталь их облика, одежды, манеры речи.
— Вы не похожи на обычных переводных студентов, — заявила она.
— А вы, надо полагать, Гермиона Грейнджер, — произнесла Селена спокойно, не спрашивая, а утверждая. — Лучшая ученица курса, неофициально. Читали о вас. И о вас, — она перевела взгляд на Гарри. — И о вас, — на Рона.
Гарри моргнул. Рон нахмурился.
— Что значит «читали»? — спросил он.
— Это значит, что мы читали, — просто ответила Селена.
— Откуда? Из газет?
— В том числе.
Повисла пауза.
— А вы, собственно, кто? — спросил Рон, переводя взгляд с одного лица на другое. — Мы даже имён ваших не знаем.
Герхард повернул голову от окна и посмотрел на него. Рон, сам того не осознавая, чуть отодвинулся назад.
— Меня зовут Герхард, — сказал он. — Это Карина, Селена и Ханна. Мы по обмену. Долгосрочному.
— По обмену откуда?
— Из-за границы.
— Это не очень конкретный ответ, — заметила Гермиона.
— Я знаю, — сказал Герхард, и в его голосе промелькнула всё та же едва заметная усмешка, которую Гарри помнил с Косого переулка.
Ханна, не в силах больше сдерживаться, подалась вперёд:
— А это правда, что вы убили василиска? — спросила она, глядя на Гарри с неприкрытым восхищением.
Гарри опешил. Рон подавился воздухом. Гермиона открыла рот, чтобы что-то сказать, но Гарри опередил:
— Откуда вы знаете? Это же… это не было в газетах!
— Мы много чего знаем, — сказала Ханна беспечно. — Но вы не волнуйтесь, это был комплимент. Василиск — это круто. Очень круто. Я бы на вашем месте всем рассказывала.
— Я… э-э… спасибо? — Гарри явно не знал, как реагировать.
Герхард тихо хмыкнул.
— Ханна у нас специалист по гербологии, — пояснил он. — И по тому, чтобы говорить раньше, чем думать.
— Это мой талант! — гордо заявила Ханна.
Рон переглянулся с Гарри и Гермионой. В его взгляде читалось примерно следующее: «Кто эти люди и почему они знают про василиска».
— А вы на какой факультет хотите? — спросила Гермиона, явно пытаясь перевести разговор в более безопасное русло.
— Распределение покажет, — ответила Карина.
— Но вы же наверняка думали об этом? Любые предпочтения?
— Любые факультеты имеют свои достоинства, — сказала Селена дипломатично.
— Я хочу туда, где теплее, — сказала Ханна. — И где разрешают держать растения.
Гермиона посмотрела на Герхарда:
— А вы?
— А я хочу туда, где не мешают работать, — сказал он.
— Работать над чем?
— Над тем, что важно.
Ответ был настолько уклончивым, что Гермиона поняла: большего она сейчас не добьётся. И от этого ей стало только интереснее.
За окном проплывали леса, поля, крошечные деревеньки. Поезд мерно стучал колёсами. Разговор постепенно рассосался, растворился в молчании, но это было уже другое молчание — не настороженное, а выжидательное, словно все пытались понять, с кем едут и чего от этих людей ждать.
Когда поезд начал замедлять ход и за окнами сгустились сумерки, Герхард поднялся первым.
— Пора, — сказал он.
Четверо вышли из купе без лишней суеты. Но когда они шли по коридору, Гермиона тихо сказала Гарри и Рону:
— Они не обычные студенты.
— Я заметил, — отозвался Гарри.
— Откуда они знают про василиска?
— Понятия не имею. Но я хочу это выяснить.
А поезд уже останавливался, и где-то впереди, на тёмной платформе, их ждал Хогвартс.
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.