Сквозь время

Боль на укушенной губе пульсировала мелкими, горячими толчками. Кисловатый железный привкус крови на языке был единственной реальной вещью в этой комнате. Лиана сидела на полу, вцепившись пальцами в ворс кремового ковра, и ждала. Ждала, когда морок рассеется. Когда горчичный вельветовый диван, запах сухой лаванды и утреннее солнце за окном террасы растворятся, уступив место привычному белому потолку реанимации. Ведь именно так ведут себя галлюцинации после тяжелой аварии. Они должны проходить. Но комната не исчезала. Воздух вокруг был слишком плотным, прохладным и настоящим. Грудь сдавило так, словно легкие залили цементом. Лиана заставила себя подняться. Колени ходили ходуном, мышцы ныли от непонятной, звенящей легкости, будто тело внезапно сбросило несколько килограммов усталости. Шатаясь, она подошла к невысокому дубовому комоду, на котором громоздким кубом возвышался телевизор Sony Trinitron. Настоящее чудовище в деревянном корпусе. Лиана лихорадочно обшарила пальцами его нижнюю панель, нащупала крупную квадратную кнопку и вдавила её внутрь. Телевизор отозвался тяжелым, басовитым щелчком. Кинескоп глухо затрещал, накапливая статическое электричество, от которого волоски на руках Лианы встали дыбом. Экран вспыхнул рябью серого шума, а затем полосы сменились сочной, чуть зернистой цветной картинкой. В кадре сидел мужчина. Безупречно уложенные лаком волосы, каштановые усы и невероятно широкий пиджак с накладными плечами. Он смотрел прямо на Лиану, и его четкий, поставленный английский выговор разрезал тишину студии: — ...Стало известно, что Майкл Джексон разорвал контракт с компанией Pepsi из-за случившегося на съемочной площадке, в ходе которого пострадал сотрудник Майкла, — диктор переложил листы бумаги на столе. — Певец высказал свое недовольство по поводу ужасной подготовки организаторов. Также стало известно, что вероятным пострадавшим мог стать сам поп-звезда, но он опоздал на съемки из-за произошедшего ДТП, в ходе которого пострадала молодая девушка. По комментариям очевидцев, это было случайностью. Девушка на данный момент уже выписана из больницы и, вероятно, находится дома. Сам же Майкл дал комментарий... Картинка на экране резко дернулась. Живой репортаж. Залитое зимним солнцем крыльцо госпиталя, окруженное беснующейся толпой репортеров. Десятки рук тянули вперед толстые черные микрофоны со шнурами. В центре этого хаоса стоял он. Майклу было двадцать пять а Лиана это прекрасно помнила,именно в этом возрасте,певца настигла ужасная трагедия с ожогами. Без медицинской маски, в огромных зеркальных очках-авиаторах, которые закрывали половину его бледного, напряженного лица. Черные кудри мокрыми спиралями падали на воротник куртки. Он наклонился к микрофонам, и Лиана невольно сделала шаг назад.Настолько его мягкий, тихий, почти детский голос контрастировал с ревущей толпой вокруг. — Я приношу свои искренние извинения девушке, пострадавшей в ходе сложившейся ситуации, — его губы подрагивали, а пальцы в черной фетровой шляпе, которую он прижимал к груди, нервно перебирали поля. — Я посетил больницу, но слишком поздно, ее уже там не было. Мои люди ищут ее, чтобы возместить как-то ущерб, нанесенный моим кортежем. Я лично надеюсь встретиться и извиниться за произошедшее... Экран снова переключился на усатого диктора, но Лиана уже ничего не видела. Перед глазами стояло лицо двадцатипятилетнего Майкла Джексона. Живого. Невредимого. Сорванный контракт с Pepsi. Из-за нее. Из-за того, что она, рыдая от отчаяния после отчисления в 2026 году, шагнула под колеса машины, хронология этого мира сделала крутой вираж. Огонь не коснулся его кожи. Он не подсядет в будущем на обезболивающие. История изменилась,но насколько? — Боже... — выдохнула она, пятясь назад. Рука хаотично зацепила стопку бумаг на комоде. Листы с шелестом посыпались на пол. Подчиняясь инстинкту, Лиана опустилась на корточки и начала собирать их. Ей нужно было понять, кто она здесь. Она уже поняла,что внешность осталось той же,имя и фамилия та же. Только возраст,но как 20 летняя девушка живет и чем занимается? Глаза зацепились за увесистую черную папку,взяв ее в руки,Лиана раскрыла папку прямо на полу. «Департамент опеки штата Калифорния. Личное дело: Лиана Скарлет». Глаза лихорадочно выхватывали сухие, печатные строчки. Родители погибли в автокатастрофе. Близких родственников нет. Круглая сирота. Внутри груди, вопреки ужасу положения, разлилось странное, почти постыдное облегчение. Ей не придется никому врать. Ей не нужно смотреть в глаза чужим людям и притворяться их дочерью, боясь выдать себя каждым словом. В этом 1984 году у нее не было никого. Она была абсолютно, кристально одна. Единственное живое существо в этой стерильной временной ловушке.Если то что происходит с ней не сон умирающего мозга,конечно….. Внезапно тишину квартиры буквально взорвал резкий, дребезжащий металлический треск. Лиана вскрикнула и отпрянула, выронив папку. Звук шел со стены возле кухонной стойки. Там висел тяжелый бежевый телефонный аппарат с круглым наборным диском и толстым витым проводом. Он надрывался так неистово, словно металлический молоточек внутри него пытался расколоть пластиковый корпус. Сердце забилось где-то в самом горле, мешая дышать. Лиана поднялась и сделала три деревянных шага, протянула руку и сорвала тяжелую трубку с рычага. — А-алло? — голос сорвался на сиплый шепот. — Мисс Скарлет? Наконец-то, — на том конце провода раздался резкий, сухой женский голос. В нем не было ни капли тепла — только профессиональная сталь. Сквозь мембрану трубки пробивался густой фоновый шум: далекий вой сирен, крики, топот и монотонный писк медицинских мониторов. — Это старшая медсестра Лавалас из Brotman Medical Center. Я звоню подтвердить, что администрация округа утвердила ваши документы. Вы зачислены на должность ординатора приемного покоя. Лиана зажмурилась, прижимая трубку к уху так сильно, что пластик заболел. Brotman Medical Center. Тот самый госпиталь в Калвер-Сити, куда должны были привезти обгоревшего Майкла. Какая-то дичь не просто дала ей документы. Она вернула ей отнятую мечту — спасать жизни. — Вы меня слышите, мисс Скарлет? — строго прикрикнула трубка, не дождавшись ответа. — У нас тут сущий ад в приемном после этого случая на студии пепси,около обгоревшего то и дело оказываются стервятники СМИ. Ожоговое и травма забиты репортерами,им будто заняться нечем. Персонала не хватает. Ваша первая смена завтра ровно в восемь утра. Медицинская форма и бейдж в шкафу в ординаторской,охранник вас проведет. Послушайте меня, девочка: руководство клиники дало вам это место авансом. Используйте этот шанс с умом. И не опаздывайте. В трубке раздались короткие, обрывистые гудки.Лиана медленно опустила руку, и трубка с глухим стуком встала на место. В ушах всё еще звенело это жесткое, будничное напутствие. «Используй этот шанс с умом». Старшая медсестра даже не догадывалась, что эти слова были прямым приказом от самой Судьбы, которая швырнула её в 1984 год.Паника отступила, оставив после себя ледяную решимость. Назад дороги не было. Её ждали долгие, нелегкие испытания в мире, где музыка записывалась на кассеты, а по дорогам ездили угловатые машины.Раз судьба дала ей шанс переписать судьбу,она не откажется от нее. Наоборот – Лиана точно решила вцепиться в этот шанс руками и ногами. Ее знаний с лихвой хватит на должность ассистента приемного покоя.Она училась на анастезиолога-реаниматолог.В совокупности ,ее знаний должно хватит. А где- то прямо сейчас на другом конце этого огромного Лос-Анджелеса молодой, загнанный в угол певец,испытывал отчаяние и глубокую вину за произошедшее. И всеми возможными способами искал девушку,дабы убедиться что с ней правда все впорядке