Грани

Образы сна сменялись бесконечной чередой картинок. Я видел любимого, и мы предавались страсти, лаская и целуя друг друга до изнеможения. Но вдруг картинка менялась и перед глазами стоял Джим, прикованный цепями к решеткам и по его израненному телу текли струйки крови. Я кричал во сне, пытаясь вырваться и хотел остановить все. Но меня не слушали и не слышали. Люди в белых одеждах медленно сновали повсюду. Какие-то абстрактные картинки периодически возникали в голове, пытаясь вклиниться в мои сновидения, но тут же исчезали стираемые образом любимого. Казалось это длилось бесконечно долго. «Джим, Джим, Джим». Только его имя билось пульсом в голове. Пробуждение не радовало. Образы сна никак не хотели оставлять и склонившееся лицо Хару выражало озабоченность и беспокойство. -Вам не удалось хорошо отдохнуть, мой король. К сожалению. Я не понимаю почему программа сна на вас дает сбой. Но уже через несколько часов коронация… Я выпрыгнул из капсулы и схватив за руки Хару заглянул в его глаза. -Где Джим? Хару, скажи- где Джим? Где мой любимый, что с ним? С ним все в порядке? Он жив? Я засыпал мальчишку вопросами. А он пятился и отводил глаза. -С воином Джи все в порядке, мой король. Он как и вы готовится к ритуалу. Руки Сабр разжали мои ладони и Хару поспешил отойти. Девушка взяла мою голову и глядя в глаза произнесла: -Через несколько часов все закончится, мой король. Я не мог пошевелиться и просто смотрел в темную бездну ее зрачков. -Джим… ты же передала ему… ты сказала ему… что я люблю его больше жизни… ты сказала ему это? Мне хотелось плакать. Слезы сами катились из глаз и я не мог остановить это. Что-то гнетущее висело в воздухе, а изменившееся поведение Сабр и Хару только усиливали чувство тревоги. Эти двое изменились с момента нашей последней встречи. Сабр была все так же сдержана в общении, но не было той холодности и отстраненности. Голубые глаза Хару смотрели на девушку с беспокойством и нежностью и откровенной заботой. И оба старались не встречаться со мной взглядом. До меня дошло, что эти двое ничего не скажут о Джиме и смирившись я дал себя переодеть. Сабр жестом предложила мне присесть на трон, возвышавшийся около одной из стен. Рядом стоял накрытый стол. Вино, фрукты, ещё какая-то еда. Но мне кусок не лез в горло. Я просто наблюдал, как одного за другим в комнату вводили парней и переодевали. У всех были отстраненные лица, они двигались будто лунатики, и все были моего возраста. Когда последний из парней был переодет Хару произнёс: -А сейчас я проведу вас в зал коронации. Ваши колыбели готовы. Внутри у меня появилось странное чувство и я все медлил не решаясь проследовать за уходившими людьми. «Джим, любимый мой, где же ты». Мысленно обращался я к моему воину, но лишь тишина была ответом. Приблизившаяся Сабр произнесла: -Ваше величество, пойдемте в ритуальный зал. Как механическая кукла я следовал за девушкой по бесконечному коридору. И вот мы вошли в зал. Восемь белоснежных колыбелей, украшенных такими же белыми цветами парили в воздухе. - А где трон? Задал я глупый вопрос. -Почему я должен ложиться сюда? Сабр, Хару… я не хочу. Пожалуйста отпустите… В отчаянии я переводил взгляд с одного лица на другое. Остальные парни уже лежали в этих парящих колыбелях. Им сделали укол. Хару отвернулся, вытирая рукавом глаза, когда морлоки укладывали меня в колыбель и вкалывали в плечо такую же светящуюся жидкость как и остальным. Сабр прошептала, что я должен лежать тихо и что мы скоро встретимся с Джимом, но мне нужно притвориться спящим. Ничего не понимая я закрыл глаза и она одела на меня белую повязку. Мне было страшно. Зал наполнили громкие звуки музыки и песнопений. Я лежал и старался не шевелиться. Сердце выскакивало из груди. Чей то голос громко взывал к Воланду, чтобы он пришел и забрал дары. Резкие звуки выстрелов заставили сесть. Я резко сорвал повязку с глаз и не мог поверить увиденному. Звуки выстрелов заставляли меня вздрагивать,и я не понимал что нужно делать мне. -Ваше сопливое величество, быстро в укрытие! Орал Джим, но я не мог пошевелиться, казалось не видел любимого целую вечность. Как в каком-то невероятном боевике я видел любимого, стреляющего с двух рук и звуки выстрелов эхом уносились в высоту потолка. Семь колыбелей были пусты. А парни озираясь пятились к колоннам. Хару и Сабр испуганно выглядывали из-за колонны. Ужас сковал меня не давая возможности шевелиться. Я смотрел как струи крови стекали по бороздкам лабиринта в полу и собирались в центре, окруженном колыбелями. Как только красный поток пролился в открывшуюся воронку помещение заполнил гул. -Минни, в укрытие я сказал! Голос любимого вернул в реальность и я скатился на пол, выбравшись наконец из этой белоснежной колыбели. Чьи-то руки рывком подняли меня с пола и прижали к себе. Я почувствовал как что-то острое прокололо кожу на шее и услышал злобный шепот: -Не брыкайся гадёныш. Упырь, прикрываясь мной, пятился к выходу. Я пытался сопротивляться, стараясь оттянуть его руку. Вдруг раздался выстрел.