Руки помнят

      Сигарета тлеет между пальцами. Дым понимается вверх, под потолок комнаты, а пепел падает в банку из-под кофе. Старый ноут на коленях припекает даже от простых задач. Даня впервые за долгое время его включил, и теперь копается на рабочем столе. Какие-то файлы с учёбы, что-то удаляется, что-то остаётся. Некоторые файлы парень намеренно обходит стороной потому, что помнит, о чём они.       Один из них привлекает внимание названием "33", и он щёлкает по нему дважды: начало выглядит многообещающе - цитата Ницше, но спустя несколько строк он понимает, что это очередная попытка привлечь внимание. Он пробегает взглядом чуть дальше, находя строки о попытке раскаяться перед отцом. — Лучше бы я тогда это сделал, – затягивается он, – А то полная хуйня получается.       Парень трогает крест на груди, доставшийся ему когда-то от отца, и выдыхает дым в комнату. Как будто и текст-то неплохой, но видно, что писался несколько лет назад. Тогда и думалось по-другому. Взгляд падает на батарею под открытым окном, он посмеивается: — Ну нет, теперь мою тушу она точно не удержит.       Среди кучи толстовок и одеял на кровати вибрирует мобильник. Даня вздрагивает, и шарит рукой по одежде, находя телефон только через минуту. Номер незнакомый. — Ало? — Ало-о, приве-етик, – протягивает голос на том конце, – Ты спишь? — Едва бы ты дозвонилась до меня, если бы я спал, – Даня убирает ноутбук с колен, – Чего тебе, Март? — Ты встретишь меня? — У тебя опять не задалось свидание? — Ты всё знаешь, – голос становится тише, – Он хочет мне вызвать такси, я не хочу говорить ему свой адрес. — Встречу, ладно. — Я буду через несколько минут.       Он выходит на улицу с сигаретой в зубах. Докурив, он вбивает бычок в перила, ожидая её Kia Rio. Надо было спросить, когда она приедет. Вечерний ветер пробирает сквозь толстовку. На площадке возле дома куча людей: гуляющих после работы с детьми; местных выпивох; ровесников Дани, почему-то собранных в одной компании. Тошнота подкрадывается от потенциального разговора с ними. Белая машина подъезжает к подъезду, и из неё выходит Марта. — Спасибо, что встретил. — Надеюсь, ко мне не будет потом вопросов. — Я сказала, что ты мой старший брат. — Надеюсь, не забыла уточнить, что я не родной. — Это неважно, – смеётся она, подходя к Дане поближе, и обнимает. — Ладно, – парень одной рукой приобнимает Марту, – Тебя до дома проводить? — Даже к себе не пригласишь? — У меня грязно, – он потирает шею. — Давно это у нас проблема? Даня пару секунд смотрит на неё, замявшись. — Ярик опять будет ворчать, – он окидывает взглядом девушку, – А ты всё ещё её носишь? — А? – Марта осматривает себя. — Куртку, – он дёргает её за рукав красной кожанки, которую когда-то ей отдал. — А что, вернуть? — Я и думать про неё забыл. Увидел, вспомнилось. Оставь, - отмахивается он, – Пойдём, я тебя провожу.       Марта что-то увлечённо рассказывает Дане по пути, но он не особо вслушивается в её слова, только временами поддакивает. Через какое-то время девушка смолкает, на что Даня смотрит на неё. — Чё замолчала? — Я думала, ты не слушаешь. — Слушаю. Просто нечего добавить.       Они продолжают идти дальше, пока не дойдут до серой многоэтажки, окружённой другими такими же. Серые здания возвышаются над ними, перекрывая небо. — Ну, я пошёл. — Не поднимешься? — Вас же там как цыганей живёт? — Нет, мы вдвоём. Просто у нас часто гости.       Даня молчит, а Марта, открывая дверь в подъезд, пропускает парня вперёд. Воздух внутри тяжёлый, сырой. Лифт уже пару лет не работает, поэтому приходится идти пешком. Он задыхается примерно на втором этаже, и Марта, уже привыкшая к такому, подстёбывает его: — Ну ты и задохлик. — Ой, завали, – с одышкой говорит он, – Сколько ещё? — Мы на седьмом этаже живём, так что давай, в темпе.       Парень издаёт мученический стон, и поднимается за ней, временами обходя лужи непонятно чего, но пахнущие одновременно и пивом, и мочой. Марта уже убежала наверх и ждёт его у двери. Надо бы снова начать заниматься спортом, а то дыхалка ни к чёрту. Парень поднимается, и его, наконец, затаскивают в незнакомую квартиру. В нос бьёт запах хозяйственного мыла, дешёвого шампуня, и, внезапно, полыни. Из ванной доносится смутно знакомая мелодия, кажется, это Нейт Диаз, и подпевание Тони.       Даня стоит в прихожей, не разувшись, и прислоняется к стене, пока Марта, уже успев раздеться, говорит: — Чё не проходишь? — Я не то, чтобы сильно хотел, – он прикрывает нос, услышав новый запах, – Слушай, я, наверное, пойду. — Да ну чё ты как неродной, пойдём, проходи, – девушка скрывается в кухне, – Курить будешь? — Только ненадолго, – он нехотя проходит внутрь, щёлкнув за собой замком, и садится в углу маленького стола на кухне. — Чай, кофе, – Марта открывает шкафчик с бакалеей, – Покурить? — Вы прям тут курите? — Да, в окно. Не воняет. — Это от вашего курева жжёной травой несёт? Я ещё на входе учуял, – он поднимается, чтобы распахнуть окно. — Ну хорош, сам попробуй. Пахнет не очень, но голова потом чистая и спится легко, – она протягивает грязную колбу с трубкой и зажигалку. — Это что? — Смола, – Марта пожимает плечами.       Он берёт колбу в руки, разглядывая её пару секунд. Это явно источник того неприятного запаха. Щеколда на двери ванной издаёт лязг при открытии, перекошенная дверь скрипит. Тоня в какой-то растянутой футболке заходит в кухню. Её волосы мокрые, рукой зачёсаны назад, а под глазами красуются синяки. Даня ставит колбу на стол, засмотревшись на девушку. — Это моё, – кивает она в сторону предмета на столе, — Где нашёл? — Марта дала, – он пододвигает колбу к Тоне. — А ты всё это время знала где она, да? — Я просто хотела его угостить. — Кто не работает, тот не ест. Нефиг всем подряд раздавать всё. — Он меня спас от стрёмного мужика, это считается? — Он это сделал трижды за последние две недели. — Не начинай только, – Марта отворачивается, ставит чайник на плиту.       Тоня уходит, хлопнув дверью. Из комнаты доносится глухой удар. Марта наливает себе чай и садится напротив Дани. Он оглядывается на дверь, после удивлённо смотрит на Марту. Маленькие язвы на её руках приковывают взгляд. — Так, ты не хочешь рассказать, как вообще сюда попала? — Мы с родителями переехали сюда, когда мне только-только исполнилось шестнадцать, – она задумывается, – Потом они купили дачу. Квартиру оставили мне. — Платишь ты? — Нет, родители. — А почему Тоня с тобой живёт? — Ты помнишь, какие у неё были родители? Ты был у неё хоть раз? — Нет, – он отводит взгляд, – Она обычно у меня бывала. — Ну-ну. Короче, у неё был отчим, – Марта понижает тон, – И он её, ну, понимаешь. Это было ближе к концу школы. Она из дома убежала, и жила хрен знает где. Мы всё-таки общались, и я её к себе пригласила, когда у меня родители дачу купили. Как-то так. — А она тебе не? — Нет, не рассказывала.       Даня смотрит в стену. Марта трогает чашку. Он стучит пальцами по столу. Марта достаёт телефон, залипает в него, он сдаётся и делает то же самое. Время от времени показывают друг другу мемы из ленты и смеются. Так проходит, кажется, минут двадцать, и Тоня приходит к ним. Она выглядит спокойной. Она садится за стол со всеми. Парень убирает за стол, смотрит на её руки. Девушку немного потряхивает, она сжимает зубы, смотря в одну точку. Марта, заметив это, толкает Тоню, а она хватает её руку, испугавшись. Поняв, что происходит только спустя пару секунд, Тоня отпускает её, и осматривает ребят.       Тишина становится звенящей. Девочки просто сидят и молчат, занимаются своими делами, а Даня ёрзает на стуле и нащупывает через футболку крестик. В дверь громко стучат. Марта встаёт, чтобы проверить, кто там, и о чём-то переговаривается с гостями.       Даня касается руки Тони, чтобы привлечь её внимание: — Что с тобой? — Ничего. Всё нормально. — Кто там? — Они сейчас уйдут. — Кто это? — Знакомые. — Мне уйти? — Как хочешь.       Голос Марты в коридоре становится громче, она пытается выпроводить гостей, которые с неё что-то требуют. Даня поднимается и выходит в коридор, смотря на происходящее. — О, ты её новый парень? – нагловатого вида мужчина спрашивает его. — Брат, – он смотрит, как Марта незаметно отходит назад, и подходит ближе, закрывая её, – Вы чё шумите? — Ваша Мальвина мне задолжала. — Чего? И сколько? — Как-то не похоже. Через два дня тридцать тысяч должны быть у меня. — Я понял, передам. Уходите. Иначе ментов вызову.       Гости покидают квартиру, и Даня защёлкивает замок за ними. Парень припадает к глазку, наблюдая, как размытые фигуры спускаются, а шаги затихают. Он приходит на кухню, и встаёт напротив стола, смотря на Тоню. — Может, хоть как-то это прокомментируешь, Мальвина? — Ты сам всё видел.       Он смотрит на неё и шумно выдыхает, потирая переносицу. Она поднимает глаза, устало смотря.