Defective Machines

      Несмотря на поздний вечер, на улицах было довольно многолюдно. Дженсен осторожно осматривался на наличие хвоста, направляясь к заброшенной клинике LIMB. Было приятно выбраться из квартиры и наконец-то что-то сделать. Последние полторы недели он чувствовал себя так, будто просто слонялся без дела и ничего не делал.       Алекс поприветствовала его, когда он вошел. Она помахала ему рукой с улыбкой.       — Привет. Извини, что прерываю твой вечер игр. Я не знала, что Фрэнк способен быть таким воодушевленным.       — Он был немного пьян. И ничего страшного, поверь, я только рад выбраться.       — Да? А я вот только подумала, как же здорово наконец-то расслабиться. Правда?       Дженсен покачал головой.       — Я просто зря трачу время, будучи выведенным из строя.       — Если ты настаиваешь. Но должна сказать, приятно наконец-то видеть твою улыбку, — сказала Алекс, тоже улыбаясь. — Тебе стоит делать это почаще.       Дженсен скрестил руки на груди и посмотрел на неё бесстрастным взглядом.       — Что? Ты хочешь сказать, что я буду приятнее, если буду чаще улыбаться?       Алекс фыркнула от смеха.       — Боже, нет. Я просто говорю, что отпуск, возможно, идёт тебе на пользу. Помогает немного расслабиться.       — Ты говоришь как Макриди.       — Эй, даже не шути об этом… — сказала Алекс, заметно поникнув. Дженсен усмехнулся, не в силах сдержать смех, глядя на её реакцию.       — Итак, в чём заключается миссия? — спросил Дженсен.       — Не расстраивайся, это на самом деле мелочь. Но важная. Нам нужно дело из TF29. Точнее, медицинская карта вашего нового агента, Женевьевы Эдвардс.       Дженсен поднял бровь. Да, он был довольно разочарован. Зайти в TF29 и выйти с медицинской карточкой — это едва ли можно назвать миссией. Скорее, это была слегка неудобная прогулка через весь город.       — Зачем вам эта карточка?       — Он не уточнил. Думаю, она была замешана в каком-то странном секретном проекте в биотехнологической компании ВерсаЛайф, подозреваю, это как-то связано с этим.       Дженсен покачал головой.       — Значит ли это, что мне следует ожидать повышенного уровня защиты её дела?       — Насколько мне известно, нет. Думаешь, справишься? В отпуске и всё такое… — она откинулась назад, подняв руки в защитном жесте, когда заметила гневный взгляд Дженсена. — Эй, чувак, я не знаю, заблокировали ли они твою карту или что-то в этом роде.       — Нет, я по-прежнему могу спокойно заходить и выходить. Медицинский персонал постоянно просит меня забрать запасы нейропозина, думаю, пора наконец-то заглянуть. Притчард упомянул, что ему тоже нужно немного.       — Звучит неплохо. Ах да, и ещё кое-что. Принесла тебе это, — сказала Алекс, доставая телефон и протягивая ему. — Пока не закончишь с ремонтом. А может, и после. Он надежно защищен. Может пригодиться.       Дженсен кивнул, с благодарностью положив телефон в карман. Он понимал, что покупка всего необходимого для ремонта обойдётся недёшево, если им вообще удастся это достать. Особенно после кражи кошелька и в целом больших расходов в ту ночь, он был несколько ограничен в средствах на замену сломанного телефона…       Договорившись о том, куда доставить необходимое, они разошлись, и Дженсен снова вышел на холодный ночной воздух. Было немного поздновато появляться в офисе, но не настолько, чтобы это вызвало подозрения. Заскочить за чем-то, что он забыл после вечера в городе, казалось вполне правдоподобным прикрытием для его присутствия. Даже если ему не нужен был нейропозин… никто, похоже, не верил ему, когда он говорил об этом. А наличие причины для того, чтобы зайти, обеспечивало некоторое прикрытие на случай, если что-то пойдет не так, ведь он не мог незаметно проникнуть в офис или выйти из него.       Миссия, к счастью, прошла безболезненно. Хотя когда лифт спускался в офис, у него и возникло неприятное предчувствие. Он был рад, что заехал так поздно. После того неприятного момента было немало людей, с которыми он не хотел бы встречаться. Агент, который чуть не направил на него пистолет, был в числе первых. Или Ария. Ему было ужасно тяжело бросить её, как только она наконец-то смогла снова отправиться на задание. Несмотря на её очевидную заинтересованность в нём, между ними существовала своего рода связь, ведь они были единственными аугментированными людьми в здании. Он восхищался тем, как хорошо она справлялась со всей этой ерундой. Дженсен, наверное, на её месте откусил бы кому-нибудь голову.       Мысль об Арии на секунду выбила его из колеи. Учитывая все его… заботы о личной жизни в последнее время, было странно, что он никогда не рассматривал возможность пригласить её на свидание. Она была милой, симпатичной и, судя по всему, метким стрелком. Он также был почти уверен, что она не скомпрометирована, хотя кто мог это утверждать наверняка. К тому же, она явно была к нему неравнодушна. Но он полагал, что она просто не в его вкусе. Слишком уж она «спортсменка» по типажу. Его же обычно тянуло к… «ботаникам».       Он предположил, что Питер больше подходит под это описание. Он был симпатичным, хотя и немного слишком молодым. Однако этот парень был настолько нервным, что на его фоне Притчард казался примером уравновешенности и спокойствия. Конечно, его паранойя была в значительной степени обоснованной, но с ним было трудно иметь дело. Тем не менее, с любым из них, вероятно, было бы весело хотя бы выпить, если не завязать романтические отношения.       Не говоря уже о том, как неудачно закончился его последний служебный роман.       Когда открылись двери лифта, в здании царила, к счастью, тишина. Конечно, вокруг ещё бродили люди; здание работало круглосуточно. Но поскольку в последнее время никаких катастроф не происходило, там была лишь обычная ночная смена, состоящая из минимального количества сотрудников. Почти никто даже не удосужился поднять голову. Да, это вряд ли можно назвать миссией.       Дженсен направился в медицинскую лабораторию, ожидая, что ему придётся вести себя тихо, может, даже взломать замок в темноте, чтобы не разбудить возможных пациентов, но помещение было пустым. Он воспользовался своей ключ-картой, чтобы попасть в место хранения нейропозина, и расписался за свою дозу. Он несколько раз перевернул флакон в руке, рассматривая его. Может, ему стоит подыгрывать и забирать свои дозы. В городе это лекарство иногда лучше денег. Никогда не помешает иметь запас.       Дженсен быстро взломал медицинскую базу данных и скачал файл менее чем за пять минут. Всё это оказалось настолько неинтересным, что он решил проверить рабочую почту, просто чтобы скоротать время.       Вот и вся миссия.       По пути к месту выдачи документов Дженсен из любопытства просмотрел папку, но так и не смог понять, что же в ней такого важного. Просто набор медицинских терминов, ничего очевидного для него, по крайней мере.       Дженсену почти хотелось, чтобы кто-нибудь следил за ним по пути к месту, где он должен был оставить документы. Может, если бы ему пришлось кого-нибудь потрясти, это было бы забавнее? Тихий голосок где-то в глубине его разума очень рационально напомнил ему, что на самом деле это очень хорошо, что все прошло так гладко. Он просто сходил с ума после стольких выходных. Ему хотелось чего-нибудь, кроме «Битвы в Тетрис»… Или испытаний его терпения, которые проводил Притчард.       Ну, по крайней мере, завтра Притчард сможет провести вторую диагностику, и, возможно, они получат ответы.       Он всё ещё не решил, хочет ли он сделать полное сканирование или локализованное. Склонялся к полному. В конце концов, он подозревал, что ничего особенно подозрительного за эти пропущенные часы не произошло. Но было безопаснее убедиться наверняка. Не то чтобы ему нравилась мысль об ещё одном сканировании. Хотя какая-то странная часть его почти жаждала этого. Жаждала той дрожи, которая пробежала по его телу в прошлый раз. Он отбросил эту мысль. Это было маловероятно, и даже если бы это было так, зачем ему было бы хотеть повторения? И в первый раз это было достаточно унизительно, и само событие, и всё, что последовало за ним.       Раздражало, что после стольких приключений в Квартале Красных Фонарей у него всё ещё сохранялось это нелепое желание. Казалось, это верный признак того, что ему нужно вернуться к работе. Без цели, на которой можно было бы сосредоточиться, он явно сходил с ума.       Доклад был доставлен, миссия завершилась, так что Дженсен направился обратно в свою квартиру, не прошло и двух часов с момента его ухода. Учитывая, насколько удручающей и неинтересной оказалась его так называемая миссия, он замешкался, проходя мимо бара неподалеку. Выпить на ночь было бы неплохо, чтобы отвлечься от… ну, от всего. Или от недостатка чего-то. Он сказал Притчарду, что остановится, но… тот, наверное, уже спит. Да и какая разница, если добавить ещё пару бокалов?

***

      Дженсен резко проснулся, его лицо обдало внезапным холодом и влагой. Он резко подскочил в постели, размахивая руками и отплевываясь, и принялся стирать с лица ледяную воду.       — Просыпайся, говнюк! — рявкнул Притчард, нависая над ним с пустым стаканом воды в руке.       — Что за хрень, Притчард! — рявкнул в ответ Дженсен, стряхивая воду с руки и вытирая лицо. Вода была повсюду: на подушке и одеяле.       — Кажется, я помню, как кто-то обещал больше не пить, Дженсен. Я же, наоборот, сдержал своё слово и не пил кофе, — проворчал Притчард.       — Кто сказал, что я пил?       — Ой, не утруждайся врать, ты что, думаешь, я идиот?       Дженсен яростно сверкнул глазами и резко поднялся, оказавшись грудь к груди с хакером; тот упрямо не сдвинулся ни на дюйм, застыв на месте и отвечая ему испепеляющим взглядом. Дженсен был немного удивлен, а может, даже немного впечатлен; он вполне ожидал, что Притчард хотя бы немного отступит, но тот не сдвинулся с места. Они были достаточно близки по росту, Дженсен не мог эффектно нависать над ним, и у него было ощущение, что мокрый и одетый только в трусы, он находится в явно невыгодном положении в этой схватке взглядов.       — Не желаешь объясниться? — проворчал Притчард, его голос сочился ядом.       К удивлению Дженсена, этот тон немного его задел. Притчард был прав, у Дженсена не было оправданий. Он дал слово и бездумно его нарушил. То, что должно было стать просто вечерним напитком, превратилось в такое количество выпитого, что он уже и не помнил, сколько именно его было, и, добираясь домой около часа ночи, он чувствовал, как мир вокруг него кружился.       Ему хотелось разозлиться на Притчарда за то, что тот заставил его дать обещание, за то, что сунул нос в его дела, за то, что облил его водой, но он злился на самого себя.       Дженсен вздохнул, слегка поникнув.       — Ладно, ты победил, я всего лишь хотел выпить пару рюмок, чтобы расслабиться после миссии. Видимо, всё пошло не так… — признался он.       Притчард наконец отступил на шаг, вздохнув.       — Видишь? Вот почему эта затея с «последней рюмкой» никогда не срабатывает. Никогда не бывает только одна рюмка. — Он покачал головой, наконец повернулся и направился к двери, неопределенно помахав Дженсену пустым стаканом. — Иди оденься. Я приготовил завтрак… тебе, наверное, понадобится чем-нибудь перекусить перед диагностикой, — пробормотал он, выскользнув из комнаты и закрыв за собой дверь.       Правильно. Диагностика.       Дженсен глубоко вздохнул и принялся одеваться и вытираться. Выйдя наконец в гостиную, он почувствовал запах бекона и сладкий аромат какой-то выпечки. Казалось, Притчард с пользой проводил последние несколько дней, используя излишек свободного времени на приготовление еды. Он готовил завтрак почти каждый день, а также обед и ужин пару раз. И Дженсен не собирался жаловаться; он оказался на удивление хорошим поваром. Кроме того, на кухне теперь было больше еды, помимо хлопьев, чем за последние несколько месяцев.       Следует признать, что хотя сильно переработанные продукты и углеводы были полезны для его аугментаций… ситуация, вероятно, не сильно отличалась бы, если бы у Дженсена их не было. Но ему пришлось бы, по крайней мере, прилагать больше усилий.       Дженсен сел на табурет напротив стойки, и Притчард молча подвинул ему булочку и несколько полосок бекона. Выглядело аппетитно, а пахло ещё лучше.       — Спасибо, — пробормотал Дженсен, стараясь не показаться слишком смущенным.       — Серьезно, Адам, у тебя есть проблема, — сказал Притчард гораздо мягче, чем раньше, его разочарование и гнев сменились смирением.       Дженсен, невольно вздохнув, сказал:       — Признаюсь, я стал пить больше обычного. Просто… Странно быть отстраненным от дел.       — То есть, когда у тебя нет времени пить, ты не пьешь. Но когда у тебя есть свободное время, ты пьешь. Звучит здорово, — усмехнулся Притчард.       — Мне сейчас не нужен твой сарказм, Фрэнсис, — прошипел Дженсен. К его удивлению, Притчард немного поник, его взгляд скользнул по кухонной стойке.       — Извини… Ты решил, хочешь ли провести полное сканирование или только глубокое сканирование Инфолинка и других черепных процессоров? Оба сканирования можно провести одновременно, но это займет немного больше времени. Кроме того, это может быть даже более неприятной процедурой, чем обычно, — спросил Притчард, меняя тему разговора.       — Наверное, лучше всё проверить, — несколько нерешительно сказал Дженсен. Эта мысль ему не нравилась, но у него развилась немалая паранойя по поводу подобных вещей.       — Я бы настоятельно рекомендовал использовать седативные…       Дженсен покачал головой.       — Со мной все будет в порядке.       — Что это, какая-то форма самобичевания? — Притчард закатил глаза, его голос звучал раздраженно. Дженсен поднял бровь, пристально глядя на него, его рот был набит беконом. Притчард вздохнул. — Тебе не обязательно полностью отключаться, достаточно просто принять что-то расслабляющее.       — Обычно для этого и нужен алкоголь, — заметил Дженсен.       У него был немалый опыт с таблетками. У него никогда не развивалось зависимости к ним, но из-за его травм был достаточно близок к этому, чтобы опасаться. По крайней мере, его Страж Здоровья легко выводил алкоголь. Однако он был специально разработан таким образом, чтобы определенные лекарства сохраняли свои свойства, позволяя им выполнять свою функцию.       Притчард резко захлопнул рот, на мгновение заметно стиснув зубы, а затем поник.       — Хорошо. Справедливо. Просто… не говори, что я тебя не предупреждал. Но надеюсь, после этой диагностики мы получим окончательные результаты и наконец сможем тебя починить, и я смогу от тебя отстать. Позволю тебе вернуться к твоей странной одинокой жизни.       Дженсен слегка нахмурился. Конечно, Притчард уйдет как только они закончат. Это должно быть хорошо, почему же это вызвало у него проблеск грусти?       — Ты уже определился, куда пойдёшь? — спросил Дженсен. Он знал, что хакер до сих пор не знает личности того, кто разрушил его убежище. Это заставляло его опасаться полагаться на любые другие свои обычные резервные системы.       — …Нет, не совсем… — вздохнул Притчард. — Я что-нибудь придумаю.       — Что ж, ты можешь оставаться здесь столько, сколько тебе нужно. Это… самое меньшее, что я могу сделать, — пробормотал Дженсен, отчасти удивленный самому себе из-за этого предложения.       — Спасибо… — сказал Притчард с облегчением на лице, прежде чем в его глазах снова появился привычный самодовольный, наглый блеск. — Но не думай, что это можно считать услугой, которую ты будешь мне должен, — добавил он.       Дженсен фыркнул.       — Да-да…       После завтрака Дженсен снова устроился на диване для очередного обследования. Ему казалось, что он уже должен был к ним привыкнуть, но всё было наоборот. Он почти ещё больше боялся этого, ведь за последнее время ему пришлось пройти через столько обследований. Хотя этот странный голосок в его голове почти предвкушал это. Смесь эмоций чуть не вызвала у него тошноту ещё до начала обследования. И ещё лёгкое похмелье.       Как обычно, всё началось с порта во лбу, от которого неприятные пульсации распространились по всему телу.       Как только пульсация достигла его пальцев ног, Притчард переместился к подключению заднего черепного порта. Найти его оказалось проще, чем раньше, и хотя его ищущие пальцы были приятны, они не вызвали мурашки по спине и закатывание глаз, как в первый раз. Дженсен старался не слишком разочаровываться. Это должно было успокоить его, это просто эффект того, что диагностика играет с его нервной системой. Ничего больше.       Он поморщился от ледяного укола, когда штекер вонзился ему в череп. Эта часть осталась неизменной.       — Сейчас начну глубокое сканирование. Эта часть будет еще неприятнее, — предупредил Притчард, прежде чем в дело вмешалась новая неприятность. Холод, казалось, распространялся от заднего порта, и у него начала пульсировать голова. Дженсен стиснул зубы и, слегка согнувшись, глубоко вдохнул.       — Это должно быть больно? — прорычал он, крепко зажмурив глаза.       — Нет… обычно нет. Но опять же, большинство людей в таких случаях находятся под наркозом. Я слежу за твоими жизненными показателями, пока все в порядке.       — Отлично, — резко выпалил Дженсен. Притчард не шутил, говоря, что всё будет гораздо хуже.       Боль, казалось, растекалась из головы, переходя в глухую пульсацию, отчего его уцелевшие мышцы шеи и спины непроизвольно напряглись. После некоторого времени, проведенного в тишине, скрежеща зубами и впиваясь мёртвой хваткой в ​​подушки дивана, он почувствовал ладонь Притчарда на верхней части свой спины. Хакер водил пальцами вверх и вниз, царапая чрезмерно напряженную кожу. Дженсен невольно вздохнул, когда его мышцы, казалось, немного расслабились.       — Это должно отвлечь твой мозг от сканирования… Скажи, если хочешь, чтобы я остановился, — предложил Притчард.       Дженсен наклонился вперед, предоставив Притчарду лучший доступ, и опустил голову. Он с трудом сдержал стон, прежде чем тот вырвался наружу. Он смутно задавался вопросом, откуда Притчард знал, что это сработает, или это была просто догадка. Но это действительно отвлекало его. Если бы он сосредоточился, вся боль и дискомфорт все равно были бы там, но он был слишком сосредоточен на пальцах, скользящих по его спине, чтобы обращать на это внимание.       И он уж точно не собирался просить Притчарда остановиться.       К сожалению, через некоторое время Притчарду пришлось это сделать, так как ему нужно было выполнить некоторые действия для сканирования. К тому времени боль распространилась на более общее недомогание. К моменту завершения диагностики Дженсен чувствовал себя совершенно измотанным. Он был весь в поту, мокрый настолько, что казалось, будто он залез под душ в одежде.       И хотя сканирование и завершилось, полные диагностические тесты, скорее всего, должны были занять остаток дня.       После запуска тестов Притчард принялся за работу — что бы это ни значило для хакера. А Дженсен извинился и пошёл в душ, благодарный, что не стал утруждаться этим утром. Вода мгновенно принесла облегчение, помогая смыть остаток боли и неприятные ощущения от сканирования, не говоря уже о потоках пота. В то же время, возможно на этот раз не совсем неожиданно, у его члена появились другие планы.       Что это было? У его члена что, случилась павловская реакция на душ? Если человек может эффективно злиться на собственный член, то Дженсен определенно мог. По крайней мере, на этот раз он не забыл запереть дверь в ванную…       Он игнорировал это большую часть времени, пытаясь силой воли избавиться от этого ощущения, пока мылся. Однако, когда это не удалось, мысль о том, чтобы прокрасться в свою комнату, пытаясь скрыть эрекцию влажным полотенцем, показалась ему совсем непривлекательной. Поэтому он сдался.       На этот раз он не позволил своим мыслям блуждать в таких… напряженных фантазиях. Он также был не таким чувствительным и в конце концов, лаская себя, пришел к вялому оргазму. Но, по крайней мере, его эрекция наконец начала угасать. Хотя чувство, что ему хотелось большего, оставалось, оставляя его неудовлетворенным. Он снова попытался смыть его холодной водой, прежде чем выйти из душа.       К тому моменту, когда всё закончилось, и Дженсен снова был одет и чувствовал себя человеком, было уже далеко за полдень. Он был немного удивлен тишиной в гостиной, ожидая услышать, как Притчард печатает. Вместо этого он обнаружил хакера, лежащего на диване, с рукой, прикрывающей глаза, и выглядящего бледным. Или еще бледнее, чем обычно       Дженсен поднял бровь, наклонившись над спинкой дивана. Притчард приподнял руку, чтобы взглянуть на него прищуренными глазами, а затем снова опустил руку, закрыв лицо.       — До окончания тестов еще далеко, — пробормотал он.       Дженсен опёрся на спинку дивана, пристально разглядывая хакера.       — Ты в порядке?       — У меня такое ощущение, что мой мозг пытается вырваться из черепа через глаза. А в остальном? Просто замечательно.       Дженсен поморщился от этого красочного описания. Точно. Он же упомянул, что не пил кофе этим утром.       — Знаешь, раз я не выполнил свою часть сделки, я и не ожидал, что ты будешь.       — Я же сказал, что сделаю это, — жалобно проворчал Притчард. — И у тебя ещё есть шанс выполнить свою часть.       Дженсен покачал головой. Если Притчард пытался вызвать у него чувство вины, то у него это получалось.       — Кроме того, ты, наверное, прав, мне давно пора устроить детокс от кофеина… — добавил Притчард после недолгой паузы.       — Всегда можно постепенно снижать дозу.       — Когда я пытаюсь это делать, это никогда не срабатывает. Это просто… продлевает страдания.       — Судя по твоим словам, ты уже делал это раньше.       — Да… много раз… Когда вырабатывается слишком высокая толерантность, эффект вообще пропадает. Стоит время от времени делать перерыв .       — Так… ну что ж. Тебе что-нибудь нужно? — спросил Дженсен. Притчард хмыкнул.       — Ну, если ты предлагаешь, в моей сумке для туалетных принадлежностей в ванной есть обезболивающие…       Дженсен кивнул.       — Конечно, — он отодвинулся от дивана, внезапно почувствовав себя немного виноватым за то, что так долго провёл в ванной.       Сумка с туалетными принадлежностями стояла рядом с раковиной, половина её содержимого уже вываливалась наружу. Когда Дженсен осмотрел её в поисках обезболивающих, он моргнул. Один из больших карманов был полностью набит презервативами. Зачем так много…? Часть его была сильно встревожена мыслью о том, что Притчард занимался сексом. Просто. В целом. Также тревожило предположение, что хакер занимался сексом чаще, чем Дженсен. Хотя, учитывая недавнее отсутствие у Дженсена усилий, это не должно было его так удивлять. Но такое огромное количество? Он что, планировал переспать с половиной Праги? Он был просто обязан вынести Притчарду мозг за это.       — Боже, Притчард, зачем у тебя здесь столько презервативов? — крикнул Дженсен. Он услышал болезненный стон с дивана.       — Не знаю. Хорошо быть готовым?       — Готовым к чему? К оргии?       — Что? Не знаю. Я просто схватил их, я торопился, я их не пересчитал!       Дженсен покачал головой, усмехнувшись. Однако, запихивая один из вываливающихся презервативов обратно в карман, он наконец заметил надпись «Magnum XL» на упаковке. Он моргнул. Все они были одинаковыми. Его лицо покраснело, когда он поспешно закрыл карман, стараясь не слишком задумываться о последствиях или о том, почему какая-то предательская часть его самого вдруг завелась. Он мужественно подавил все свои блуждающие мысли, поспешно проверив другой карман на молнии, и на этот раз успешно нашёл обезболивающие.       Дженсен принес таблетки и стакан воды к дивану. Скрестив руки, он наблюдал, как Притчард залпом проглотил четыре таблетки.       — Ты уверен, что не хочешь кофе… или что-нибудь еще?       — У меня всё хорошо, спасибо.       Дженсен кивнул. Это было… раздражающе. Технически, избавиться от кофеиновой зависимости и от алкогольной — это совершенно несравнимые вещи. Но у большинства людей нет имплантатов, которые бы закачивали в их организм целебные вещества, предотвращая большинство физических последствий зависимости. В этом плане у Притчарда была, пожалуй, более сложная задача. И это заставляло Дженсена чувствовать себя ещё хуже, чем он уже чувствовал. И эта чёртова ситуация была создана самим Дженсеном, просто он вёл себя как придурок без всякой на то причины.       Кроме того, ему удалось ещё больше разозлить Притчарда, сделав его ещё более раздражительным, чем обычно. Что было просто глупым поступком с его стороны.       Несмотря на страдания Притчарда, остаток дня прошел мирно. Дженсен немного позанимался физическими упражнениями, а Притчард, наконец, пришел в себя, когда подействовали обезболивающие. Один за другим были проведены необходимые тесты, и все результаты были практически идентичны предыдущим. Было приятно знать, что ничего не изменилось.       С наступлением вечера Дженсен возился со своим ноутбуком, когда Притчард встревоженно воскликнул:       — Что?!       Это не предвещает ничего хорошего.       — Что случилось? — спросил Дженсен, тут же направляясь к дивану. Он взглянул на экран ноутбука Притчарда и увидел крупными буквами надпись «Результаты в норме». Что же стало для него таким шоком?       — Сканирование твоего инфолинка только что завершилось. Показания системы говорят, что он полностью работоспособен… — сказал Притчард, указывая на экран. — Ты пробовал включать его в последнее время?       Дженсен нахмурился, на мгновение задумавшись, чтобы включить его, но тут же выключил, услышав визг.       — Он всё ещё сломан. Что это может означать?..       Притчард помрачнел и нахмурил брови, просматривая результаты.       — Это не имеет никакого смысла. Если ошибка возникла и у меня, и у этого Коллера, то глубокое сканирование показало бы… — он резко остановился, откинувшись на диван. — Нет… не может быть… Это невозможно…       — Что? — спросил Дженсен, обходя диван, пока Притчард открывал кучу других окон на экране, словно что-то ища. — Что случилось, Притчард?       — У меня есть подозрение. Куда я дел этот чертов файл… вот… — хакер снова замолчал, когда Дженсен сел, пытаясь разглядеть экран. Он выглядел как список серийных номеров. Притчард, казалось, замер, когда Дженсен подвинулся ближе, чтобы посмотреть. Однако через мгновение он снова расслабился, вернувшись к своей задаче, и уперся ногой в бедро Дженсена. Несколько нажатий клавиш — и цифры начали прокручиваться, наконец, остановившись на одном выделенном коде. — Ты должно быть шутишь…       — Не мог бы ты объяснить, на что мы смотрим?       — Итак. Ладно. Не сердись…       После такого вступления, автоматической реакцией Дженсена как раз и было разозлиться. Но пока он подыграл.       — Ладно. Что?       — Итак. Помнишь, я упоминал, что Шариф заставлял меня делать кое-что… сомнительное?       — Притчард, просто выкладывай всё как есть.       — В склад Шарифа попала партия неисправных микропроцессоров. В экстремальных условиях эксплуатации они могли выйти из строя и выдавать периодические ошибки. Нам следовало отозвать их, но все они использовались в устройствах, не предназначенных для поддержания жизнедеятельности. Кроме того, было очень сложно вызвать их выход из строя, а отзыв продукции нанес бы удар по имиджу бренда, поэтому… Шариф решил это скрыть. Он заставил меня просмотреть записи и уничтожить все доказательства проблемы и любые свидетельства того, что мы что-то о ней знали.       — Но ты сохранил информацию, вместо того чтобы уничтожить её полностью.       — Конечно, я это сделал!       — И один из них находится у меня в голове.       Притчард вздохнул.       — Я… я извиняюсь, что не догадался посмотреть раньше… Просто практически все твои аугментации были изготовлены на заказ, а неисправные чипы были в готовых фабричных деталях. Но, полагаю, твой инфолинк не был изготовлен на заказ. Какова вероятность? — пробормотал Притчард, качая головой. — Я также понятия не имею, как ты его сжёг. Обычно для этого требуется что-то вроде, я не знаю, разгона твоей маскировочной системы на максимум на протяжении длительного времени, чтобы она сгорела. Знаешь, что-то, за что мы могли бы обвинить клиента, заявив, что он перегрузил её, даже если это не так. Но, думаю, если кто и найдёт экстремальные условия применения имплантов, так это ты. Не знаю, может быть, это было из-за слишком большого количества попаданий ЭМИ-гранат в лицо. То есть, есть вероятность, что причина не в этом, но это довольно безопасная ставка.       Дженсен вздохнул.       — Насколько сложно будет это починить?       — Это должно быть проще простого… Если мы получим микропроцессор от Шариф Индастриз. Нам нужно будет проверить, есть ли они у твоего поставщика. Черт возьми, мы, наверное, даже можем привлечь к этому самого Шарифа, если понадобится, он же наверняка знает, где их можно достать. В конце концов, технически это его вина.       Дженсен нахмурился. Ему не нравилась сама мысль о том, чтобы просить у Шарифа что-либо. Он знал, что тот, скорее всего, это сделает, но… это было неправильно. Он не хотел, чтобы этот парень имел к нему какое-либо отношение, кроме того, что уже имеет. Дженсен вздохнул, проведя руками по волосам. Он должен был больше удивиться, но это казалось… таким типичным.       — Если ты думаешь, что он не отдаст чип бесплатно, у меня есть довольно веские компрометирующие материалы, которые ты мог бы использовать, — небрежно предложил Притчард, как будто это было совершенно обычным делом.       И всё же Дженсен замер. Он должен был спросить, хотя и не собирался этим пользоваться.       — Что это?       — Секс-видео.       Дженсен поморщился.       — Спасибо, но категорически нет… — сказал он и начал расхаживать по комнате.       — Да, это было довольно отвратительно.       — Подожди. Ты это смотрел? — спросил Дженсен, остановившись едва сделав шаг.       — Конечно, я это посмотрел. Мне нужно было узнать, что попало мне в руки. Я видел и похуже, а тут всё в основном довольно банально. И много плохой операторской работы, которая, казалось, была странно сосредоточена на беспорядочно размахивающих яйцах Шарифа… Ах да. Вообще-то, ты, возможно, их видел, если когда-нибудь видел тот гиф с яйцами парня с выпученными глазами, который гуляет по интернету…       Дженсен вздохнул, закрыв лицо руками. В его голове промелькнул образ, от которого он никогда не сможет избавиться.       — Думаю, у нас с тобой очень разные увлечения.       — В свою защиту скажу, что этот гиф делал не я.       — Ладно, — пробормотал Дженсен, покачав головой. — Подожди… зачем ты выкапывал компромат на Шарифа?       — Всегда полезно иметь страховку. Я обнаружил это, когда только начал работать в Шариф Индастриз. Я боялся, что он попытается манипулировать мной, используя рычаги давления, верно? Поэтому я решил, что лучше иметь рычаги давления, которые я мог бы использовать против него, если это потребуется.       Дженсен прищурился.       — У тебя есть какие-нибудь рычаги давления на меня?       — Хм? Нет… По крайней мере, ничего постыдного, — неожиданно легко признался Притчард, но Дженсен продолжал пристально смотреть на него, и он добавил: — Я уже рассказывал, какие поиски наводил вокруг тебя! И ещё до всего этого… когда тебя приняли на работу, я не смог найти ничего, что не было бы уже в открытом доступе. Ты был либо очень скучным, либо очень осторожным. Поздравляю.       Дженсен покачал головой и продолжил ходить взад-вперед. Чем больше он узнавал о Притчарде и его методах работы, тем больше у него возникало вопросов. И ответы так часто оказывались такими, которые он не был уверен, что хочет знать. Вероятно, безопаснее всего было бы вернуться к теме разговора.       — Итак, если мы починим этот микропроцессор, понадобится ли нам вообще калибратор нейропластичности?       — Ну, технически нет? Но это все равно хорошая идея. Если тебе придется снова отключать инфолинк в будущем или он каким-то образом повредится, у тебя возникнет та же проблема с распределением питания и с другими аугментациями.       — Полагаю, завтра мне нужно будет проверить тот адрес, — проворчал Дженсен. В любом случае, ему это понадобится, если он не хочет иметь дело с Шарифом. Теперь ему оставалось только надеяться, что зацепка окажется полезной, и у неё будет всё необходимое.       Было приятно наконец получить ответы, но это была лишь половина дела.       По скудным воспоминаниям о своём приключении в «Красном фонаре», Дженсен был уверен, что попытка заехать по указанному адресу поздно вечером не принесет результатов, поэтому всё должно было подождать до завтра. Получение ответов вызывало у него беспокойство. Он чувствовал, что у него снова появилось направление, миссия, и он больше не бесцельно бродит, ожидая ответа, который, казалось, никогда не придет.       И всё же, независимо от плана, у него было много свободного времени. Он тратил его на уборку, мытьё необычайно большого количества посуды и наведение порядка на кухне. Притчард был хорошим поваром, но немного неряхой. Дженсен, возможно, тоже был склонен к беспорядку, но, по крайней мере, он быстро вытирал за собой пролитую жидкость. Его взгляд скользнул по квартире. Притчард окончательно прописался на его диване, и бесконечный стрекот клавиатуры стал частью фонового шума в комнате. Он всё ещё удивлялся, почему это ещё не действует ему на нервы.       Его взгляд переключился на коробки. Он так и не закончил распаковывать вещи. Это место не казалось ему домом, и он не был уверен, что когда-нибудь им станет. Дженсен уже и не понимал, что для него значит дом. Он заметил полупустую бутылку абсента, всё ещё стоящую на журнальном столике. И ему пришлось передвинуть ещё одну бутылку спиртного на столешнице, пока он убирался. Он стиснул зубы от инстинктивного желания просто налить себе стакан.       Внезапно разозлившись, он схватил полупустую коробку возле журнального столика, бесцеремонно высыпал оставшееся содержимое на пол, а затем поставил внутрь бутылку абсента. Краем глаза он заметил, как Притчард наблюдает за ним, стараясь оставаться незаметным и почти не прерывая работу за компьютером. Дженсен отнёс коробку на кухню, положив туда же бутылку со столешницы. Он замер, глядя на эти две бутылки, вспомнив, что у него в комнате была бутылка паршивого виски. Он оставил коробку и отправился на поиски бутылки, только чтобы обнаружить, что у него в спальне на самом деле две бутылки спиртного.       Его начало охватывать притупляющее, но сокрушительное чувство стыда. Когда это стало так плохо? Как он этого не заметил? Он попытался отогнать это чувство, сейчас беспокоиться было бесполезно. Он просто должен был двигаться дальше.       После долгого раздумья, вернувшись в гостиную, Дженсен обнаружил, что печатание прекратилось. Притчард был на кухне, тихо открывал шкафы и складывал найденные бутылки в коробку. Она уже была почти полна.       Когда Дженсен подошёл, Притчард протянул руку, чтобы взять у него одну из бутылок, и его длинные пальцы нежно коснулись тыльной стороны искусственной руки Дженсена. У того на мгновение перехватило дыхание, хотя он не мог точно сказать, была ли его реакция вызвана прикосновением или всей ситуацией в целом.       — Думаю, я нашел все на кухне, — сказал Притчард тихим мрачным голосом.       — На этом, пожалуй, всё, — сказал Дженсен, его голос был более хриплым, чем обычно. Он поморщился от этого звука и потянулся к коробке, но Притчард остановил его, осторожно выхватив её из его рук.       — Я вынесу, мне все равно нужен свежий воздух, — сказал он, бутылки позвякивали, пока он поправлял коробку под мышкой.       — Хорошо, — сказал Дженсен, на мгновение в нём закипели раздражение и гнев.              Когда он попытался отойти, то почувствовал, как Притчард схватил его за запястье. Он повернулся, чтобы испепелить взглядом хакера, но был застигнут врасплох его сочувствующим, открытым выражением лица.       — Я… это тяжело. Просто хочу, чтобы ты знал, что я понимаю, — сказал Притчард, проводя большим пальцем по запястью Дженсена. Тот разрывался между желанием обнять Притчарда и желанием ударить его по лицу.       — Хорошо, — пробормотал Дженсен спустя некоторое время, осторожно отдергивая руку, но Притчард не отпускал ее.       — Ты мне не веришь. Это был не алкоголь. Это был кокаин. И я бы солгал, если бы сказал, что он не сыграл большой роли в моем аресте. Поверь, я понимаю, — сказал Притчард, и хватка на его запястье стала почти болезненной, или стала бы, если бы это была еще плоть. Дженсен моргнул, немного удивленный. С другой стороны, молодой Притчард злоупотребляющий веществами казался ему вполне правдоподобным. Черт возьми, нынешний Притчард, делающий то же самое, не казался таким уж невозможным, хотя Дженсен надеялся, что он умнее этого. — Иногда все выходит из-под контроля… Нет, в этом нет ничего постыдного. Или чего-то, чего следовало бы стыдиться. Другие люди помогли мне справиться. И если тебе нужна помощь? Я здесь. Тебе не нужно делать это в одиночку, — сказал Притчард, наконец отпустив запястье Дженсена.       В ответ Дженсен смог лишь кивнуть, внезапно охваченный чувством подавленности. Притчард кивнул в ответ и направился к двери, бутылки звенели и гремели. Дженсен облокотился на стойку, услышав щелчок закрывающейся двери, и крепко зажмурил глаза. Его переполняла такая неприятная и отталкивающая смесь эмоций, что это было похоже на мурашки по коже, как после диагностического обследования, только на этот раз от его собственного проклятого разума.       Его пальцы скользнули к запястью, он все еще чувствовал тень хватки Притчарда на нём. Его обещание помочь звучало у него в ушах. Дженсен тяжело сглотнул и поспешил в свою спальню, прежде чем Притчард вернулся.       Прямо сейчас ему действительно хотелось побыть одному.